хороший способ согреться.

второй молодой господин лань просыпается резко от неожиданного прикосновения. рука по привычке бросается к мечу. и замирает, едва коснувшись рукоятки. в ногах лань ванцзи сидит вэй-чтоб-его-усянь. поднимает руки, будто показывает, что сдаётся, и улыбается этой своей гадкой ухмылкой. — испугался, лань чжань? старший смотрит недовольно, усмиряет разбежавшееся сердцебиение, и откидывается спиной на удобную каменную стену, возвращаясь в полу-сидячее положение. проигнорированный вэй ин возмущённо цыкает, и в порыве эмоций несильно хлопает ладонью по чужому бедру. ванцзи открывает глаза и кидает в сторону младшего такой взгляд, что юноше под землю провалиться охото до жути. страх мелкими мурашками окутывает тело, и в голову закрадывается мысль. глупая, безрассудная, катастрофически опасная. усянь, разумеется, хочет её воплотить. парень подбирается ближе к старшему, опирается на вытянутые руки, расставленные по бокам от чужих бёдер, и тихо зовёт: — лань чжань. молодой господин реагирует неожиданно сразу, и пытается отшатнуться, что в его положении не очень возможно. напарник слишком близко, лица разделяет жалкая пара десятков сантиметров. — что ты делаешь? — выходит возмущённо. — лань чжань, — растягивая гласные начинает вэй ин. — тебе не кажется, что в этой пещере слишком холодно? старший молчит, не разрывая зрительного контакта. во взгляде читается чёткое «отойди, или я сделаю это за тебя». так и не дождавшись ответа, юноша продолжает: — я знаю один хороший способ согреться. а ты явно замёрз, — подкрепляя свои слова фактами, усянь хватает чужое запястье. — вот видишь, пальцы холодные. до того, как лань чжань успевает среагировать, ледяные пальцы оказываются в чужом горячем рту. вэй ин мажет по нежной коже языком, заглатывает до основания указательный и средний, и смотрит на реакцию. у второго молодого господина округляются глаза, он резко отпихивает от себя юношу, и всё же хватается за меч. — что ты творишь?! — он хочет кричать, но из горла выходит сорванный шёпот. остриё клинка упирается в чужой кадык. у вэй ина пульс зашкаливает, становится действительно страшно. он улыбается. чуть наклоняется, проводя языком мокрую дорожку по лезвию. лань чжаня бросает в дрожь. — послушай, лань чжань, — пробует второй раз младший. оружие около горла действует неожиданно возбуждающе. — я не собираюсь делать ничего, переходящее грань дозволенного. — ты уже это сделал, — ванцзи старается держать голос твёрдым, но тот срывается, жестоко подводя хозяина. — тогда мне не стоит останавливаться? как думаешь? это ведь не логично. ты тоже хочешь этого, а я могу подарить тебе удовольствие, — усянь улыбается подобно дьяволу. сопротивляться не очень-то и хочется. второй молодой господин отбрасывает эту мысль в сторону резко. нет, он не позволит подобному случиться. — с чего ты вообще взял, что я этого хочу? — злобно рычит старший. — например с этого, — лань чжань задыхается. чужая ладонь с дерзостью ложится на его член, сильно сжимая. ему становится стыдно, тело отзывается на прикосновение остро, мозг кричит тревогу, а клинок в дрожащей руке не создаёт больше ощущения безопасности. — прекрати, — получается тихо, умоляюще. в отчаянной попытке удержать контроль над ситуацией ванцзи перехватывает рукоять меча, держа его в считанных миллиметрах от нежной кожи. — тебе будет хорошо, я обещаю, — стоит на своём вэй ин. старший мотает головой, показывая случайно покрасневшие мочки ушей. для юноши это становится последней каплей. он резко подаётся корпусом вперёд, двигаясь прямо на остриё клинка. лань чжань успевает испуганно убрать оружие от чужого горла, как в следующую секунду чувствует мягкие губы на своих. старший дёргается, пытается уйти от касания, но тёплая ладонь, опустившаяся на его скулу, помогает не думать ни о чём. вторая ладонь младшего сжимает возбуждение ванцзи, и тот несдержанно стонет в поцелуй, тут же пугаясь своего же поведения. — вэй ин, — когда тот отстраняется, с придыханием начинает младший господин лань. — ещё раз, — перебивая, чётко требует парень. — что? — сбиваясь с мысли, переспрашивает юноша. — назови меня по имени ещё раз, — в глубоких шоколадных глазах плещется восхищение вперемешку с похотью, и старший позволяет себе утонуть в этих волнах. — вэй ин.. лань чжань чувствует, как слои ткани с его тела постепенно исчезают. это погружает парня в непонятный транс. туман в голове резко взрывается огненной вспышкой, когда горячая ладонь обхватывает его достоинство. ванцзи громко всхлипывает, теряя последний контроль над своими движениями и мыслями. — лань чжань, — зовёт усянь, с почти детским восторгом видя затуманенный желанием взгляд молодого господина. — я могу коснуться тебя сильнее? — ты уже касаешься, — непонимающе отзывается старший. — нет, ты не понял. можно я отсосу тебе? от прямоты и бесстыдности чужих слов перехватывает дыхание. лань ванцзи может лишь кивнуть, пряча румянец в длинных волосах. вэй ин облизывает губы, перекидывает волосы за плечо, и опускается к чужому паху, поудобнее устраиваясь между разведённых в стороны ног. младший стреляет глазами наверх. лань чжань прикрыл лицо тыльной стороной ладони, дышит глубоко, пытаясь успокоиться. но грудь, к сожалению скрытая под белоснежной тканью, вздымается слишком часто. усянь касается кончиком языка головки, мягко облизывая. юноша под ним поражённо вскрикивает, прогибаясь в спине, но тут же затыкает ладонью собственный рот. чёртовы нормы и морали воспитания. младший раздражённо фыркает на чужое поведение. быстро проходится языком вдоль горячей плоти, обильно смачивая её слюной, и, сделав вдох, насаживается на внушительных размеров член ртом, пропуская его сразу до горла. ванцзи перестаёт дышать, длинными пальцами стискивая белую ткань одежды. — вэй ин, — глаза, поддёрнутые сладостной дымкой, фокусируются на чужом лице. у усяня в уголках глаз блестят слёзы, но рвотный рефлекс он умело подавляет. с распухших красных губ пошло стекает слюна. взгляды встречаются. лань чжань крепче впивается пальцами в ткань, что не скрывается от зоркого взгляда младшего. — дай руку, — хрипит он, выпустив орган изо рта. лань ванцзи подчиняется беспрекословно, просто позволяя себе плыть по течению этого безумия. вэй ин перехватывает чужое запястье, и укладывает широкую ладонь себе на затылок. пальцы рефлекторно сжимаются, зарываясь в шелковистую мягкость тёмных волос. довольный результатом юноша возвращается к своему увлекательному занятию. теперь, когда темп задаёт старший, всё воспринимается совсем иначе. дышать становится трудно, а собственные штаны кажутся незаконно тесными. вэй ин прикрывает глаза, расслабляет горло, и просто позволяет второму господину ланю вбиваться в его глотку. надолго парня не хватает, и он с протяжным стоном кончает, изливаясь в горячий рот. вэй ин глотает, тут же жалея о столь смелом решении. юноша заходится в глухом кашле, благо недалеко оказывается кувшин с водой. или алкоголем. не особо принципиально, но дышать становится легче. младший утыкается лбом в крепкое плечо, плюя на то, что сейчас нагло восседает верхом на чужих бёдрах. — вэй ин, — негромко зовёт ванцзи. — что? — глухо отзывается младший, не поднимая головы. — я хочу, чтобы тебе тоже было хорошо. усянь поднимает на напарника удивлённый взгляд. тот смотрит в ответ с уверенностью, и младший чувствует, что ему в миг становится жарко. он гулко сглатывает, отлепляется от парня, выпрямляя спину, и очень медленно кивает. — если ты этого хочешь.. — хочу, — твёрдо обрывает его лань чжань. у вэй ина трясутся руки, будто это он тут девственник, которому впервые в жизни отсосали, поэтому с завязками на штанах расправляется молодой господин лань. только когда ночной воздух мажет прохладой по чувствительной головке, младший осознаёт, что ему до звёзд под веками хочется кончить. тело пробивает дрожь, и младший ёрзает, удобнее устраиваясь на чужих бёдрах. ванцзи опускает ладонь на немалое достоинство напарника, и с распухших губ слетает первый полустон. старший делает пару движений вверх-вниз на пробу. вэй ин всхлипывает, и сам толкается бёдрами в чужую ладонь. — ещё, — требует он. молодой господин лань увереннее проводит кулаком по всей длине, подушечкой большого пальца кружит по головке, размазывая по коже каплю белесой жидкости. вэй ин скулит. — лань чжань, — юноша беспорядочно тыкается носом в изгиб чужой шеи, трётся, подобно коту, и кажется, вот-вот начнёт мурлыкать. — пожалуйста, грубее. старшего, кажется, кроет окончательно. потому что иначе он сам не может объяснить, почему на скуляще-жалобную просьбу он отвечает так рьяно. сжимает кулак сильнее, движется резче, и накрывает чужие губы собственными. сминает, кусается, ловя ртом умоляющие стоны, когда снижает темп, и проталкивает язык в горячий влажный рот, порой забывая дышать. слюна смешивается, течёт струйкой по подбородку, но её никто не замечает. лань чжань крепко сжимает чужую талию, давая хоть какую-то опору. усянь изгибается, подобно змее, пальцами судорожно хватается за ворот белоснежных одежд, и льнёт всё ближе, будто желая слиться с ванцзи в одно целое. — ты такой чувствительный, вэй ин, — в перерыве между поцелуями хрипло замечает старший. от одной только фразы под веками у юноши взрываются сверхновые звёзды. — лань чжань, — отчаянно шепчет младший. — я сейчас.. кажется.. — давай, — лёгкой приказной нотки в голосе достаточно, чтобы парень вскрикнул, задрожал всем телом и излился на холодный каменный пол, сознанием уносясь куда-то в нирвану. голова юноши обессилено падает на плечо старшего парня, он сам всё ещё трясётся в послеоргазменных конвульсиях, и с огромной благодарностью принимает сильные руки, заключившие его в тёплые объятия. — лань чжань, — на грани сознания шепчет младший. — кажется, я люблю тебя. — знаю, вэй ин, — негромко отвечает, поглаживая расслабленное тело. — кажется, я тоже. юноши засыпают почти сразу, не разжимая объятий. рядом валяется догоревший фонарь и пустой кувшин. похоже, внутри всё-таки был алкоголь.