Псина.

На это было смешно смотреть. Несколько АНБУ Конохи готовы были наброситься на него, только командир скажи. А тот в свою очередь, в весёлом расположении духа, сидел на возвышенности на камне, также весело болтая ногами. Где-то рядом с ним лежал какой-то парень. Тоби хихикнул в кулак, хотя маска полностью скрывала его лицо кроме правого глаза. Ситуация очень смешная. Эти жалкие семь человек пришли забрать ЕГО собственность, ЕГО верную псину, ЕГО любимую игрушку. Ну, или быть точнее, вернуть. Но когда Учиха отдавали своё кому-то? Никогда. Так и Обито не отдаст. Под рыжей маской красовалась предвкушающая улыбка. Они ещё не видели его послушную псинку в деле. — Мы пришли за Хатаке Какаши. Пожалуйста, отдайте его нам и вы останетесь в живых, - проговорил, вроде как, командир отряда. Все же понимают, что живым его не оставят? На этих словах парень, что лежал рядом с камнем, приподнял голову. На лице красовался собачий намордник вместо чёрной тканевой маски, без которой его никто раньше не видел. Чёрный плащ с красными облаками, что держался лишь рукавами на изгибе плеча и предплечья, чуть сполз вниз, оголив плечевой пояс и лопатки, скрывающиеся под тёмно-синий майкой. Он осматривал всех тех, что по их же словам, пришли за ним. Серебряные волосы колыхнул ветер. Красный глаз засветился. — Может мне спустить на вас свою шавку? О да, от вас же тогда ничего не останется, - с той же улыбкой пропел Тоби. Он позвал к себе, так называемую, шавку двумя лёгкими ударами по бедру. Спустя пару секунд, оперевшись на руку, на коленях сидел тот парень. Он то снизу вверх смотрит на своего хозяина, то сверху вниз на отряд АНБУ. Рука в чёрной перчатке начала легонько трепать волосы, а потом и чесать за ушком. И вправду, как собаку. — Ну так что? Спустить или сами уйдёте? - издевательски протянул он, останавливая свою руку, отчего Хатаке печально упустил голову, с ненавистью глядя на людей в фарфоровых маска. — Что вы сделали с Хатаке Какаши?! - удивлённо вскрикнул один. — Ничего, просто приручил эту непослушную псину. Вот и всё, - пожал тот плечами. Холодный взгляд из-под оранжевой спиральной маски был виден всем. Никто не ожидал, что через секунду мёртвым телом упадёт их командир, а рядом с ним будет сидеть Какаши. Он вылизывал кровавый кунай, так как тот был единственным кунаем в его арсенале. На него набросился впереди стоящий мужчина лет тридцати в маске оленя. Но не успев и глазом моргнуть, как коноховцы узрели и его труп, с которым также восседал Хатаке. Он грозно смотрел на них, медленно вставая с земли. Покачал головой и начал быстро складывать печати своей излюбленной техники. Через секунду он бежал на близстоящего парня лет двадцати пяти. Тоби же со счастливой улыбкой наблюдал за бойней. Гордость за себя пробирала до костей. Такую псину воспитал, приручил. Какаши стоял напротив Хьюги, что несколько секунд назад использовал клановую технику. Восемь Триграмм Небесное Вращение, что его. — Какаши, заканчивай представление! Можешь снять его! - крикнул Обито, вяло махнув рукой. Какаши, как только услышал эти слова, радостно снял намордник, оскалившись. Острые белые зубы. Как у акулы, подумал было Хьюга в маске орла. Серебряные волосы закрыли глаза, светящиеся безумным огнём. Парень бросился на Хьюгу, проведя языком по зубам. Минута, что они сражались в тайдзюцу, и Какаши впился зубами в шею парня. Тот взвыл от боли, вырываясь из стальной хватки. Какаши резко дёрнулся назад, отрывая от несчастного АНБУ кусок его же кожи. Кровь брызнула в лицо, а Хьюга упал наземь. Хатаке без раздумий сел ему на бёдра, с блеском в глазах ударяя кулаками по лицу, что теперь не защищала фарфоровая маска. — Хм, хорошая псина, иди сюда, м? - проговорил Обито, подзывая к себе игрушку также, как и в тот раз. Какаши нацепил намордник обратно и шуншином оказался рядом с хозяином. Тот вновь начал трепать его волосы. Со счастливой улыбкой сквозь намордник, серебряноволосый подставлялся под ласки. *** На них напали неожиданно, да ещё и странной командой. Уставший мужчина, розоволосое буйное нечто, оранжевое недоразумение и парень-художник. Джоунин, два чунина и генин. Мда .., тяжёлый случай. Тоби захихикал, понимая, что такая команда продержится меньше, чем те АНБУ. Они стояли, готовые напасть, напротив него и с шоком смотрели на рядом лежащего Какаши. Узнали своего бывшего сенсея. Оранжевое недоразумение спохватились первым, создавая в руке знаменитый расенган. Розовое нечто подтянула перчатки. Парень достал кисти, а уставший мужчина достал кунаи. Всё же, спустя несколько минут боя, Обито понял, что взболтнул глупость. Они держались на порядок больше, чем тот отряд, что удивляло своей необычностью. Почему этот парень с расенганом генин? Он уже, возможно сильный чунин, так ещё и с демоном внутри! Учиха моргнул, пытаясь лишние мысли покинуть сознание. Он замедлился, пытаясь придумать хоть что-то, чтобы хотя бы сбежать. Это и стало ошибкой. Тот мужчина оказывается имеет стихию дерева и сейчас не побрезговал применить её. Корень стремительно двигался на Тоби, что не сразу заметил его. А когда заметил... ...было поздно. Какаши отхаркнул кровью, прикрывая рот ладонью. Корень вошёл аккурат в грудную клетку, протыкая левое лёгкое насквозь. Он пытался вздохнуть, широко раскрыв глаза и чувствуя в горле кровь. Плюнув куда-то в сторону, Хатаке осторожно слез с корня, отшатываясь в сторону. В тот момент застыли все. Никто не думал, что их сенсей пойдёт на такое, чтобы защитить...нукенина. Наруто, как узнал брюнет из криков розовой барышни, бросился на него с тем же расенганом. Тоби и не сопротивлялся, смирно стоя на месте. Он сам удивился такому поступку Хатаке. Кровь брызнула в лицо, также пачкая плащ, но боли не чувствовалось. Учиха приоткрыл глаз, натыкаясь на спину в обтягивающей майке и с плащом, что сполз ниже, на поясную часть. Сквозная дыра прямо указывала на удивлённое и растерянное лицо подростка в оранжевом костюме. Он не мог поверить своим глазам. Никто не мог. Какаши вновь отхаркивал кровь, сам не зная зачем. С такими ранениями не живут дольше нескольких секунд. Он осторожно поворачивается к Обито, улыбаясь. Нежно, по-доброму, с таким взглядом, будто всё хорошо. Нет, не хорошо. Учиха с ужасом смотрит на падающее тело, что с пустыми глазами улыбалось. Он умер. Подхватив того на руки, чтоб не упал на землю, он исчезает в Камуи. *** Холодное тело лежало на кровати, прикрытое одеялом. На него было больно смотреть. А также было больно от осознания того, что он защищал его ценою своей жизни. А ещё он просто привязался к нему. Тот стал неотъемлемой частью его жизни. Псина бы так не поступила, не защищала, не улыбалась. И от этого было больно. Больно от того, что не смог сказать что-то важное, что не смог сказать, что тот не псина. Что что-то большее для него. Ужасно сдавливало в груди. В том месте где у того сквозная дыра. Сердце болело. Кого же он теперь будет ласкать? Гладить по таким мягким волосам? В шутку кормить с ложечки и заставлять пить горячий чай? Любить..? Некого. В напоминание о нём осталось лишь совместное детское фото и вот эта улыбка. Нежная, добрая, будто всё хорошо.