Жертвенная монета войны

Если бы предложили сделать выбор, какой бы он был? Получить множество ударов судьбы, но знать, что всё было правильно, Или ничего не делать, уповая на непреодолимое влияние судьбы. Прислушайся к своей душе и сделай правильный выбор.

      Тентовый грузовой мерседес, и не тентовый, но той же марки, легковой, командирский автомобиль. Последний впереди первого. Забавная абсурдность, если подумать. Что обычно везут в грузовике? Припасы, патроны, людей. И вот с последним, силам её отряда и помогающим им союзникам, предстоит справиться. Хорошо, что в душе многих из них осталось сострадание, принимая решение, пусть и с возросшим риском, но принудить солдат сопровождения, к сдаче. Но только их, а не сидящих в головной технике. Заставляющих вспыхнуть огнём, глаза, вызывающих непреодолимое желание вспороть им глотки. Конечно, надо действовать аккуратно. Пусть амулет и фонит на всю машину, но водитель может оказаться обычным человеком. Это стоит учитывать. Сегодня демоны должны стать единственными и справедливыми жертвами жесткой расправы.       С относительным спокойствием на душе, разбавленным некоторым переживанием, за ход действия захвата, Кирса добавила к имеющимся оборотням на позициях, несколько своих членов группы, хорошо подходящих на роль дипломатов, и помимо этого, обладающих способностями к внушению. В этот раз, им не придется сделать выбор, который повлечет душевные переживания. Да и ненависть местных, по отношению к захватчикам, в этот раз будет направлена в более мирное русло. Подходящее время ещё придёт в будущем. Кровью демонов будут окроплены клинки тех, кто знает, какую боль причинили её носители.       Пропуская цель сквозь первый заслон, они вложили свои карты в наши руки. Ещё немного, с десяток метров, и можно начинать. Знак полной готовности. Джин замер в бутыли, готовясь штормом вырваться наружу. Добравшийся до контрольной точки, автомобиль, и слаженный залп винтовок, с учетом предпринятой поправки статусов целей, стал знаком к началу атаки.       В машине сопровождения ничего и не поняли. Ещё бы, когда всё было тихо, а спустя мгновение, стрельба, и спустя ещё одно мгновение, автомобиль, словно забуксовав, остановился, окруженный со всех сторон автоматчиками, и держащими их на прицеле пулеметчиками, словно создавшимися из воздуха. Солдатам, которым попытались вскочить, явственно показали, что делать этого не стоит, хоть и не без физического воздействия. Вместе с словесной обработкой, на их, столь знакомом, родном языке, все попытки противодействия прекратились. Лишь, некоторое время раздававшаяся слаженная автоматная стрельба, а затем, неизвестный грохот, не давали образоваться тишине.       Внезапная атака не принесла результата. Машине — да, досталось, а её пассажиры оказались укрыты амулетными щитами. Сейчас их волновала лишь собственная выживаемость, поэтому, отбросив скрытность, они выпустили уже собственные щиты, показывающие высоким уровнем плетения, свою незаурядность в нижнем мире. Интересные выпали цели.       — Работаем по шестой вариации. Держите их на одно месте, второе звено. Можете постепенно перейти на антидемонические боеприпасы, да не переусердствуйте с их расходом. Может оказаться, что кроме них, поблизости, кто-то ещё будет. И внимание, постарайтесь не задеть водителя. Сегодняшняя наша цель — демоны. Первое звено, вперед! — магическое излучение от непрерывного огня, не позволявшего и двинуться врагам, играло нам на руку, скрывая все применения скрывающих навыков, для захода в вражеский тыл. Если бы не динамические фрагментные щиты, гордость и последняя разработка исследовательского отдела, согласия на эту авантюру и не было бы.       Их количество сократилось вдвое, но сейчас это лишь на руку черным теням, коими мы зашли с противоположной стороны щита, продолжавшего сдерживать огонь. Демоны не глупы, они заметят возрастающий фон от сложных заклинаний, поэтому они вмазали всем имеющимся арсеналом магии, не требующей подготовки.       Такой мощный удар в одно место, щит сдержать не смог. Пожадничали с магической подпиткой они, укрепив лишь сторону, по которой вёлся целенаправленный огонь, оставляя силы на подготовку к мощному ответному удару, что должен был сокрушить атакующих. Ключевое слово — должен был. В итоге, остались только амулетные щиты, являющиеся отдельной частью, которую не запитать в общий конструкт. Последний уровень защиты, когда основной рассыпался, потеряв целостность.       — Мы сохраним жизни тех, кто достоин этого, но вы не входите в их число. Наш гнев, гнев потомков священной империи, по отношению к таким тварям, как вы, безграничен. И вы узрите его мощь! Смерть — слабая расплата за всё, что было сделано! — световые копья, вонзившиеся одновременно, с произнесенными словами, в щиты, заставили их вспыхнуть, но устоять. Как она успела заметить, водитель успел спрятаться, но сейчас он волновал её меньше, чем стоящие перед ними, демонические морды.       — Значит, немецкие отродья, не все из вас сгинули в бездне. Но к власти мы пришли, а всё остальное поправимо, — глава этой демонической троицы, носящий петлицы штурмбаннфюрера, осклабился, бросая свои грязные слова в лицо Кирсы, распознав в ней лидера. Руки давно чесались кого-то убить, а этот сам решил вручить ей в руки, свой смертный приговор.       — Этого рогатого беру на себя. Думаю, никто не будет против, если я укорочу его на голову, — оскалившись в ответ на его реплику, она последовав примеру остальных, достала свой клинок, являвшийся саблей. Перебрасывания магией закончились, наступило время убивать. И убитыми здесь будут явно они.       Вопреки предпочтениям, Кирса не стала входить в привычный транс, когда телом завладевают инстинкты. Сейчас душа её была спокойна. Почти спокойна. Это самое почти, в данный момент атаковало её стремительными атаками, парировать которые не составляло труда. Возможные пустые смерти, что могли быть, не отягощали её сердце, что сказывалось на быстроте и легкости движений. Саблей она и раньше владела превосходно, а сейчас она почти что парила у неё в руках. Но этот бой не являлся тем, каким можно наслаждаться. Разозлившись на себя, она с силой, которую и не ожидала от себя, ударила по демоническому оружию, разрубив его, вместе с слетающей с плеч, головой. Кажется, демон был удивлен не меньше её. Но он был уже мёртв.       — Майорские погоны совсем не подходили тебе, — отвернувшись от хорошо выполненной работы, она посмотрела, как дела у других.       — Результативно! — отметила она тела, на которых остались по два четких, выверенных удара. — Позвольте поздравить вас с хорошо выполненной работой. Дальше здесь разберется Люц. Верно Люц? — к ним подошёл командир второй группы, слышавший разговор, и утвердительно кивнув на вопрос. — Тела этих рогатых, разве что не животных, должны быть преданы огню, стирающему с этой земли, любое их присутствие. Ну а ты, следуй за мной, — Кирса обратилась к сидящему рядом с побитой машиной, замершему шоферу, собираясь его поднять, когда тот, с нечленораздельным воплем вскочил, и, неожиданно, кинулся на неё, держа в руке кинжал. Но не дремлющий Луц, находившийся поблизости, одним движением выбил оружие из рук нападающего, заваливая тело на землю, намереваясь заставить его повторить судьбу своих товарищей. И только окрик своего командира, заставил помедлить с решением.       — Заместитель командира, свяжите его крепко, а затем передайте на временное попечение к нашим союзникам, чтобы вернуться сюда и выполнить поставленную задачу. Все ясно?       — Будет сделано!       — Время есть, так что займись этим аккуратно и без ненужных деталей в остатке. И да, выражаю благодарность, за предотвращение попытки нападения на меня и взятие языка.       — Служу на благо нашей великой родины, герр майор.       Предоставляя своему заместителю, возможность действовать, Кирса собиралась было двинуться к ожидающим её пленным, но, вспомнив кое о чём, вернулась, подняла рогатую голову, и уже с ней направилась всё к тем же пленным.       — Господа солдаты. Моё имя — Кирса Катзе. Я представляю вооруженные силы, борющиеся не за освобождение только одной этой страны, а всех, где угнездилась эта самая зараза, — она потрясла перед переменившимися в лице солдатами, головой, — призванная из нижних глубин того места, что вы называете, Адом, с целью помощи в завоеваниях. Они подчиняют вас, завладевая эмоциями и внушая ненависть с желанием захватывать всё больше и больше земель, сравнивая города, где есть хоть какое-то сопротивление, с землей, а их жителей — истребляя без малейшей жалости. Посмотрите, — она указала на пленного демона, как раз ведомого Луцем, — это один из тех, кто используют вас. Им плевать, если вы, и еще тысячи, сотни тысяч таких как вы, будут погибать на полях сражений. Они вашими руками загребают себе богатства, используя вас как марионеток, как инструмент. Но вы можете изменить это, встав на сторону тех, кто сбросит с таких как вы, простых солдат, оковы рабства. Пусть и неосознанного, но рабства, — закончив речь, она подождала, пока стихнет шум. Затем, заметив одного из инициативных солдат, разрешила все же ему задать вопрос.       — Герр Майор. Если мы встанем и сбросим с себя оковы, если мы начнем борьбу. Когда же всему этому придет конец, и наступит мир? — Этот солдат, он, можно сказать, задал один из главных вопросов, который всегда волновал всех живых, в любую из войн.       — Мне нелегко такое говорить, но я тоже не знаю этого. Но чувствует моё сердце, ближайшие несколько лет нам придется провести в борьбе.       И надеюсь, будет как можно больше таких выборов, заставляющих не отнимать жизни, а сохранять их. На этой, беспощадной войне.