chapter twenty two
11 июля 2023 г., 05:31
Тэхён, заперевшись в ванной комнате, стоял перед зеркалом, разглядывая собственное отражение пустым взглядом. Он сам себя не узнавал. На людях ему приходилось всё время сохранять дежурную улыбку. Некоторое время назад это было естественно, но не сейчас. Он заставлял себя улыбаться и притворяться дурачком, хотя в реальности всё было совсем не так.
Тэхён ненавидел себя. Ненавидел за то, что наконец всё вспомнил. Ненавидел за то, что обманывал не только всех вокруг, но и в первую очередь самого себя. Он ненавидел весь этот фарс, который сам и создал.
«Во что я превратился?»
Этот вопрос мучал его в последние дни. Он задавался им, когда просыпался, когда засыпал и когда вот так смотрел на собственное отражение. Да, если посмотреть, он был всë тем же человеком, всë тем же Ким Тэхёном. Всё тем же шестнадцатилетним юношей с непредсказуемой жизнью, для которого не существовало никаких проблем и всё было так просто. Альфа, всё ещё смотря на «двойника», с отвращением криво ухмыльнулся. Тот, кажись, заговорил с ним:
«— И долго ты будешь всё скрывать? Притворяться, что ничего не помнишь и не знаешь?»
Тэхён, встряхнув головой, истерически тихо рассмеялся.
— Ты сошёл с ума, Ким Тэхён, ты сошёл с ума…
Да, он всё вспомнил. Вспомнил ещё в тот день, когда Чонгук привёл его в офис и повёл в свой кабинет. Вспомнил сразу же после того, как очнулся на больничной кровати. Вспомнил, но не признался. Предпочёл оставить всё как есть. Поступил как полный идиот. Он видел, как Чонгуку больно — больно от того, что он не помнил именно его и их общие моменты; видел, как альфа старался, делал всё, что в его силах, лишь бы младший всё вспомнил. Он всë видел, но не признавался. Тэхён ненавидел себя за то, что обманывал и скрывал истину от любимого человека. Старший не заслуживал такого, точно не он. Но тот, ради кого он готов рвать и метать, поступил с ним таким образом.
А причина этому? Тэхён сам не знал, он просто идиот, он трус. Он просто испугался, что если он во всём признается, то всё, что произошло в тот злосчастный день, обрушится на него. Испугался того, что придётся расстаться с Чоном, что больше никогда не сможет увидеться с ним. Испугался, что Намджун запрёт его. Так по-детски. Так эгоистично. И чем он только думал.
Тэхён знал о злых помыслах отца насчёт Чонгука. Он слышал их разговоры за дверью палаты, пока находился на больничной кровати. Делал вид, что спал, но прислушивался к исходящим за палатой голосам, к каждому произнесëнному слову. Тогда он не понимал, о чём шла речь и почему отец говорил такие вещи незнакомому ему, Тэхёну, мужчине. Не понимал, какое отношение он имел ко всему тому, о чём они говорили. Он также знал о телефонных разговорах и коварных планах отца, ни один из которых не удавался и проваливался. Ведь Ким-младший предусматривал всё, потому всегда находился рядом с Чоном, зная, что при нём Намджун бессилен.
Изначально Тэ не понимал, почему отец так резко изменился, начал вести себя иначе. Почему позволял видеться с Чонгуком, когда на деле был настроен против него. Но потом до младшего дошло: он хотел совершить задуманное через слабость Чона, которым как раз таки являлся Тэхён.
Сегодня он не смог подслушать разговор отца. Тот отпустил его на ужин к Чонам слишком уж быстро, что уже выглядело подозрительным. А когда он вышел из кабинета и хотел всё же подслушать его телефонный разговор за дверью, он встретил перед собой Джина, поэтому, легко улыбнувшись ему, быстро побежал вниз.
На улице его ждал его прекрасный альфа на Мерседесе, и, лишь взглянув в омуты любимых чёрных глаз, младший тут же обо всём забыл.
Да, он обманывал Чонгука, боялся потерять. Предпочёл оставить всё как есть, приняв это как начало их новой истории, и решил начать всё заново. Он мог бы рассказать старшему обо всём, тот бы понял, ведь так? Но Тэхён запутался, выбрал скрыть тот факт, что он всё вспомнил, и в конце концов запутался в себе. С одной стороны он хотел его уберечь, а с другой — причинял боль.
Вдруг раздавшийся стук в дверь вывел Кима из мыслей, возвращая в реальность.
— Тэхён-а, всё в порядке? — раздался голос Чонгука. Такой родной, любимый.
— Да-да, хён, не волнуйся, — тут же ответил он, сполоснув быстренько лицо холодной водой, и наконец вышел, замечая на себе обеспокоенный взгляд старшего. — Просто голова закружилась, всё в порядке, — И снова эта фальшивая улыбка, аж тошно.
— Точно? — решил удостовериться Чон, приложив ладонь ко лбу парня, а тот закивал как болванчик, подтверждая. — Хорошо, идём? — Чонгук взял младшего за руку, и они спустились вниз к остальным.
Каждое прикосновение старшего стало таким драгоценным, но разве Тэхён этого заслуживал?
***
В гостиной атмосфера была оживлённой. Хосок разговаривал с новым знакомым, только сейчас узнав, что Лиён, как оказалось, давно связан с их семьёй, но ему почему-то о нём ничего не говорили. Главы семейства наблюдали за малышом Уёном, который играл с Бэкхёном, и умилялись, не переставая улыбаться. Уёна так и не представили как следовало по просьбе Чонгука пока не говорить об этом. Родители отнеслись с пониманием, решив не шокировать детей данной новостью, к тому же перед Тэхёном. Он их только начал вспоминать и принимать, а что будет, когда он узнает о вдруг неожиданно появившимся сыне своего истинного? Чонгук пообещал рассказать каждому лично, но позже. Когда Чонгук и Тэхён спустились, Минхо заметил их и подошёл, оглядывая младшего с беспокойством. — Всё хорошо, Минхо-щи, спасибо, что пригласили, — ответил Тэ, низко поклонившись перед старшим. Лиён, до этого беседующий с Хосоком, покосился в сторону Кима, с интересом оглядывая. «Совсем юнец. Возлюбленный Гука?» — пронеслось у него в голове. Он встал с дивана и подошёл к беседующей троице. — Извините, что прерываю, Чонгук, мы можем отойти? — Названный недобро посмотрел на него, но согласно кивнул. — Тэ, я вернусь и отвезу тебя домой, хорошо? — Можешь не торопиться, хён, я подожду. — К нему неожиданно подбежал Бэкхён и резко потянул за собой, заставив Тэхёна аж пошатнуться от такого порыва. Но Тэхëн последовал за младшим, который, как оказалось, решил показать ему свои старые эскизы.***
Тем временем за воротами происходила очень интересная беседа. Чонгук устало вздохнул, ничего не отвечая, просто стоял и слушал. — Гук, ты своим стандартам, смотрю, не изменяешь: сначала Минджун, теперь этот юнец. Всё моложе и моложе, похвально, — саркастичным тоном начал Лиён, но продолжил уже тихим печальным голосом. — Но Чонгук… Почему? Я знаю, что мы друзья, я понимаю, но неужели ты никогда не видел во мне омегу? Я, конечно, ничего от тебя не ожидал до сегодняшнего дня, но то, что я узнал... Неужели я не стою совсем ничего, что ты предпочёл мне альфу? «Нужно это остановить», — подумал Чонгук, видя, что омега находился в почти истеричном состоянии. — Лиён, мы же обсуж… — Замолчи! — зло покосился белокурый красными глазами. — Я должен договорить. Чонгук вновь тяжёло вздохнул и отошёл от друга на несколько шагов назад. — Чонгук-а, сзади, — дрожащим голосом почти что шепнул Ён, как в следующую секунду послышался выстрел. — Чонгук?! Альфа в следующую же минуту упал на землю, прижавшись рукой к колену, куда попала пуля. И только сейчас Чон заметил за собой две пары чёрных автомобилей, в одном из которых сидел он. Ким Намджун. — Уб-блюдок, — прошипел Чонгук, не отрывая взгляда от Кима. Но тот лишь довольно ухмыльнулся. — В машину его. — Его люди тут же вышли выполнять поручение босса. Лиён, пребывая в шоковом состоянии, со слезами на глазах подбежал к альфе: — Гук-а! Чонгук! — Но его грубо откинули назад. — Нет! Чонгук! Не трогайте его, умоляю! — Омега подполз и схватил одного из альф в чёрном, явно дорогом костюме за ногу. — Отцепись, тварь. Чонгука затащили в машину, он почти потерял сознание. Он уже не слышал, что ему говорили, что с ним делали, перед глазами мутнело, он отключался. Последнее, что он услышал перед тем, как окончательно потерять сознание, были уж слишком самодовольные слова Кима: — Ну что, Господин Чон, я ведь предупреждал.
