Was it a game?

Почему мы закрываем глаза, когда молимся, мечтаем или целуемся? Потому что самые прекрасные вещи в жизни мы не видим, а чувствуем сердцем

Мать Тереза

      Бессмертный в чёрной мантии злобно смотрел на зеркало. В отражении он видел девушку, лежащую в палате, вот уже несколько дней. Бессмертный был очень зол, и, как по иронии судьбы, его слуга куда-то сбежал. Видимо, понял, что напал он не на ту Непризнанную, но Господин чувствовал, что сегодня слуга объявится.       И вот, как по велению, почувствовалась энергия с горечью страха и отчаяния за дверью. Бессмертному даже подходить к двери не нужно было, чтобы открыть её. На лице вместо злой гримасы появился предвкушающий оскал. Один взмах руки в сторону и дверь отворилась с грохотом, чуть ли не вылетая из петель, учитывая, что она довольно-таки старая.       Вкус тревоги и надвигающегося ужаса тепло распространился по всему телу, впитывая их, как какую-то пищу. У бессмертного руки покрылись мглой до локтя, а глаза стали тёмными до такой степени, что даже пропали зрачки.       Слуга покорно зашёл и сразу упал на колени, вслух моля простить его. Он понял, что совершил ошибку и начал раскаиваться, но его хозяину было всё равно на раскаяния. Он слышал их тысячами, если не больше. И всё заканчивалось одинаково.       — Закрой дверь и подойди сюда, — раздался угрожающий полушёпот Господина, всё ещё смотрящего на зеркало, но оно больше ничего не показывало.       Слуга покорно закрыл дверь, и когда он начал подходить к хозяину, страх всё больше начал подпитывать незнакомца. С каждым шагом становилось труднее дышать, а покорный всё время смотрел вниз, не смея поднимать взгляд на Господина. Сердце ускорило свой темп, а кровь с головы начала приливать к ногам. Он хотел бежать. Куда угодно, но чтобы не умереть от рук Господина. Однако его бы всё равно нашли. Живым или мёртвым. Без разницы.       Казалось бы, раньше слуга был значимым бессмертным. Он был высокомерным, алчным, презрительным для многих, но таким он был лишь перед низшими, а перед высоким статусом он млел и целовал им пятки. Вот и сейчас слуга был готов на всё, лишь бы его оставили в живых.       — У тебя последний шанс. Провалишь и его, то твоя голова будет висеть на пике, украшая двор, а твоё тело будет разорвано в клочья, и ты будешь ещё очень долго страдать и молить меня прекратить пытки, — угрожающий властный голос описывал всё с уверенностью и сталью в своих словах.       Слуга закивал головой как болванчик, и в его глазах появилась влага, но она не была прозрачной, а была кровавой. Это были слёзы из крови.       — Всё что скажете, Господин. Я вас не подве...       Не успел он договорить, как бессмертный одним движением, откуда ни взявшись лезвия, отрубил безымянный палец слуге. Кровь хлынула разом, запачкав одежду бессмертному, который широко распахнул свои глаза. Слуга от невыносимой боли истошно закричал, но знал, что этот крик лишь будет приносить удовольствие Хозяину. К сожалению, регенерация бессмертных не действовала на увечья, оставленных этим незнакомцем. Кто же он такой?       — Не смей говорить того, чего не можешь обещать! — бессмертный не кричал, но произносил громко, чтобы каждое слово было услышано и понято.       Бессмертный кинул слуге кожаную перчатку, чтобы тот надел её. Другому бессмертному до сих пор было больно, но это меньшее, что он мог получить от Хозяина.       Господин ещё раз взглянул в зеркало, но увидел там он вовсе не своё отражение или ту девушку, а себя в далёком и забытом детстве. Как воспоминания о прошлом, которое он предпочёл забыть навсегда. Бессмертный резко развернулся в сторону, но слуга и в этом случае не смог бы увидеть своего хозяина.       Бессмертный мысленно кивнул самому себе, что-то обдумывая в своей голове, и достал с кармана мантии специальный камень, который должен был пригодиться слуге. Тот забрал на вид драгоценность из протягивающей руки Господина и тихо спросил:       — Что я должен сделать?

***

      Удивительно, но сегодня я не проспала. Как же так получилось? А всё потому, что я не спала и вовсе, сидя на крыше вместе с Сэми. Мы болтали всю ночь о разных вещах. Ангелу вновь начали сниться видения, но какие он не говорил. Сказал, что когда сам разберётся в них, то скажет мне. Мы также говорили об их отношениях с Ади. Он говорил, что сейчас у них непростой период и часто возникают ссоры и конфликты, достаточно серьёзные. Я не могла ему что-либо посоветовать, потому что не хотела лезть во всё это. Сами разберутся, если им понадобится помощь, то я помогу.       Сейчас я стояла возле водоворота, дожидаясь Геральда с моим заданием. Как назло, учителя не было уже минут десять со времени встречи. Конечно, я опаздывала и на большее время, но всё же. Или же он опаздывает из-за того, что привык, что я опаздываю? Всё возможно.       На горизонте я увидела вовсе не Геральда, а Астольда — учителя по изучению разума. Седовласый Демон лет пятидесяти по земным меркам, чуть сгорбленный, в сером одеянии, как у Непризнанных, и с тёмным оттенком крыльев. Насколько я знаю, Астольд был Непризнанным, поэтому он так выглядел, видимо, привык к такому образу.       Я была лишь на несколько его уроках, но всё же могла сделать свои выводы об этом учителе. Он был достаточно строгим, но при этом очень тактичным и справедливым. Учитель не ставил кого-то выше, а кого-то ниже. Что было у него в порядке вещей, так это дисциплина в классе. Все его уважали, и не было никаких придирок. Не скажу, что у нас с ним дружеские отношения, как например с Геральдом, но точно не как с Фенцио. Вполне адекватные я бы сказала.       Сами же уроки у него были, как и теоретические, так и практические. Сначала изучали, а потом испытывали. Вполне сносно и логично.       — Здравствуйте, Виктория. Геральд просил передать вам задание, так как он сейчас занят. Вот, держите, — учитель протянул мне конверт с моим заданием, на что я охотно взяла. — На задание вам даётся ровно сутки, — как только я хотела спросить, почему так много, Демон ответил: — Так как вы впервые идёте на задание одна, то и столько времени. И, Виктория, не смейте навещать родных при любых обстоятельствах. Вам ясно? — кивнула я на слова Астольда, а он уже начал уходить обратно в школу, попутно осматриваясь по дороге.       Я и собственно не планировала навещать близких, не хотела причинять боли ни им, ни себе. Хватит, пора смириться, но почему же так сложно?       Не давая себе и дальше копаться глубже, я раскрыла конверт, вытягивая лист со своим заданием.       Хм, а задание не сложное. Какому-то бизнесмену изменила его жена с его другом. Здесь две стороны. Или оставить их в покое, или же отомстить жене и другу. Здесь бы я отомстила. Учитывая, что они скрывали это на протяжении нескольких лет, а жена забирала чуть ли не все деньги мужа. Выбор очевиден.       Самой большой радостью для меня было то, что задание будет проходить во Франции. В Париже! Моя самая главная мечта. И я просто обязана выполнить задание раньше, чтобы потом оставшееся время прогуливаться по городу любви.       Сложив лист несколько раз и положив его во внутренний карман моей джинсовой куртки, я с разбегу прыгнула в водоворот. Встречай Викторию, Земля!

***

      Задание было простым, но справилась я с ним буквально за три часа. Уговорить обиженного и осквернённого мужчину — не составляло труда. Сложнее всего было найти его самого. Однако, я справилась. Как он будет мстить, мне и дела нет. Задание я выполнила, теперь можно смело гулять. Ещё я заметила такую закономерность, что на задании мы могли понимать язык бессмертного, если его не знали. Однако вне задания эта способность пропадала.       Впрочем, так я и сделала. Гуляла теперь по закромах дневного Парижа, прихватив с собой латте и несколько круассанов с шоколадной начинкой из ближайшей кофейни. К слову, это было самое восхитительное, что я пробовала. Откуда я взяла на это деньги? Всё просто, никак. Капелька внушения и вуаля, можно даже пентхаус купить. В дорогие рестораны я не планировала заходить. Даже в мыслях такого не было. Не моё это.       Больше всего я предпочитала гулять по улицам пешими прогулками, но, когда я была в отношениях с Калебом, тот не разделял моего мнения. Хоть и просила его прогуляться, но чаще всего мы ходили в какие-то рестораны, где всё пропахло вычурностью. Он просто не понимал меня, и это было первым звоночком проблем в наших отношениях. Но не будем о грустном.       Вечером я планировала пройти к Эйфелевой башне. Кто знает, когда я ещё смогу так прогуливаться? Задания могли быть в разных странах и городах, здесь же мне просто повезло. Точнее очень повезло.       Я бы очень хотела посетить Лувр, учитывая мою любовь к искусству. Хотелось увидеть оригинал Мона Лизы, скульптуру Ники Самофракийской, картину, изображавшую коронацию Наполеона, и много чего другого, но времени у меня было не так много. Надеюсь, когда-нибудь я смогу ещё раз посетить Париж и уж тогда, точно посещу Лувр. Обещаю.       Моя прогулка по городу привела меня на мост Александра III. Здесь были многочисленные фигуры нимф, пегасов и даже ангелов. Какая ирония, что последние точно существовали, а насчёт первых, я пока не знала. Также мост был украшен позолотой и отличался своей изящностью и великолепием. Однако земная архитектура может иногда сравняться с небесной.       По пути к мосту я задумалась над тем, что до сих пор не начала узнавать про своё убийство. Да, я могла прямо сейчас вызвать водоворот в свой город, но боюсь, что тогда это точно заметят. Мими как-то говорила об амулете, скрывающим твоё местонахождение. Вот он мне и пригодится, но чуть позже. Однако выдвигаться нужно будет ночью, но было несколько проблем.       Первая — я обещала Мими, что не буду ходить ночью никуда одна, так что придётся кого-то звать с собой. Вторая — мне некого звать. Очень сомневаюсь, что Сэми, Мими или Ади смогут помочь мне. Как-никак впутывать их я не хочу. Третья — амулет находился в кабинете Ангела Фенцио. Это самая огромная проблема. Нужно будет что-то решить.       Пройдя по мосту, я остановилась где-то посередине, допивая остаток своего латте. Говорят, что латте — напиток для одиноких. Что ж, по мне в самый раз и по вкусу, и по поверьям. Отсюда простирался просто невероятный вид на Эйфелеву башню. Я чувствовала себя вошью по сравнению с этой красотой, но по сравнению с моей жизнью — это и правда, нечто невероятное. Я посмотрела на небо, которое было чистым без единого облачка, и улыбнулась. Улыбнулась и подумала о том, что в моей жизни всё совсем по-другому, чем у других.       Папа однажды говорил мне, что каждый человек имеет право на счастье, его стоит лишь найти. Видимо, на Земле я так и не нашла. Может, на Небесах получится?       Под мостом проплывал катер, как я поняла, с иностранными туристами. Немного развеселившись, я приветливо помахала им рукой, в качестве приветствия, на что они мне ответили. Невольно опустила глаза вниз на название катера и иронично усмехнулась. Победа.       — Bon après-midi mademoiselle, — услышала я чей-то незнакомый, слегка басистый голос рядом со мной, который отвлёк меня от созерцания катера. — Tu as de très beaux yeux. Aimeriez-vous rencontrer?       Повернувшись, я увидела блондинистого мужчину лет двадцати пяти. Из всего перечисленного я поняла только то, что мужчина француз, а вот, что он говорил, понятия не имела.       Попыталась мило улыбаться, хотя я испытывала полное недопонимание. Я не знала французский язык и всё, что с ним связано. Да, мечтала побыть во Франции, но даже не пробовала выучить их язык.       Мужчина был в очках, поэтому в их отражении я видела, вместо коротко подстриженной блондинки с прямыми волосами, шатенку с длинными волосами. Полная противоположность мне, собственно говоря, не считая цвета глаз. Его не может изменить даже сам Шепфа.       — Bonjour, monsieur. La fille connaît très bien ses yeux. Elle ne veut pas faire connaissance, — раздался очень знакомый голос рядом, но из-за акцента не могла понять его обладателя. И только когда мои плечи приобняла татуированная рука, я узнала обладателя. Дьявол. Причём в прямом смысле. — Et si tu continues à regarder comme ça, je vais te crever les yeux, — как-то угрожающе продолжил Демон, смотря в глаза парня.       Француз приподнял руки, в качестве капитуляции, и, что-то пробормотав, видимо, извинения, удалился с моста. Локтем оттолкнула Люцифера и своими горящими синим пламенем глазами взглянула на него. Негодование и злость наполнили меня до краёв.       — Ты что здесь забыл?! Преследуешь меня?       Демон больно взял меня за локоть, а его глаза начали разгораться как мои, но только адским пламенем.       — Непризнанная, когда ты уже поймёшь, с кем разговариваешь? Не забывайся, — грубо и отрывисто бросил он мне, оставляя красный след на месте, где была его рука. Прекрасно.       Вот возникает у меня такое непреодолимое желание ударить Люцифера, но я, как приличный уже не человек, не буду этого делать. По крайней мере, пока. И что за вечная привычка напоминать мне о моём статусе? Пластинку заело?       — Ладно. Что ты здесь делаешь? — попыталась выдавить из себя снисходительность и убрать раздражительность, что получилось не сразу.       — У меня здесь задание. Решил прогуляться и вижу знакомую фигуру. Какое же удачное совпадение, — улыбался он своей фирменной ухмылкой, демонстрируя белоснежные зубы.       — Хм, ясно, — развернулась я на выход, потому что была не намерена портить себе остаток прекрасного дня, но тут мне в голову пришла гениальная идея, отчего я остановилась. — Люцифер, а сколько тебе дали на задание?       — Двенадцать часов. Однако я уже выполнил его, — мой хитрый прищур показывал Демону, что я определённо что-то задумала, из-за чего из его уст вырвался тяжёлый вздох. — Что ты задумала?       — Давай поспорим на желание? — Демон посмотрел на меня как на полоумную, но я не обращала на это внимания. — Если ты продержишься в компании со мной до конца этого дня, то я выполняю любое твоё желание, но если нет, то ты моё.       Люцифер приподнял свою смоляную бровь, не прекращая смотреть на меня, а мне становилось уже некомфортно.       — Непризнанная, вот скажи: тебе делать нечего или что? Или совсем умом тронулась?       — Допустим и так. Не хочешь, как хочешь, — теперь уже начала уходить от Демона, даже не смотря, идёт он или нет, но по раздавшимся рядом со мной шагам поняла, что он так дал своё согласие на это.       Не знаю, что подвигло меня этот поступок. То ли, что мне было скучно одной ходить, то ли, просто захотелось, чтобы Люцифер проиграл. Скорее второе, но это не точно.

***

      Вы когда-нибудь прогуливались с сыном Сатаны по улочкам вечернего Парижа? Хотя, ничего не говорите, ответ очевиден, а вот я гуляла и продолжала до сих пор. Мы успели сходить на триумфальную арку, прогуляться по елисейским полям, отведать хлебобулочные изделия, кроме круассанов.       Однако, что удивительно, мы даже разговаривали. Точнее не огрызались друг с другом. Правда, пару раз Люцифер в наглую забирал мою еду и съедал её сам, но также он получал пару раз подзатыльников от меня.       Мы смеялись, шутили, веселились. Мне казалось, что передо мной был не сын Сатаны, а обычный мужчина. Даже меньше хотелось ударить его. Могло даже показаться, что мы с ним друзья. Но сможем ли мы когда-нибудь ими быть?       Да, порой мы могли нормально разговаривать, как например, сейчас, но стоит нам зайти за порог школы, на этом всё и заканчивается.       К слову, сейчас был поздний вечер. Мы вернулись на мост, разглядывая Эйфелеву башню. Насколько я знаю, она скоро должна была зажечься огоньками, а отсюда простирался просто потрясающий на неё вид. Именно поэтому я стояла возле перил моста, облокотившись на них.       Невольно в моей голове появилось очень давнее воспоминание, которое я предпочла бы никогда не забывать.       Я бежала изо всех сил домой, чтобы рассказать папе, что получила пятёрку по искусству. Была так счастлива, что не замечала ничего, из-за чего пару раз чуть не упала. Отец будет гордиться мной.       Прибежав домой, я начала искать папу. Пару раз позвала, но тишина говорила о том, что его здесь не было. Даже на втором этаже отца не было.       Выйдя на задний двор, где был сад, я увидела сгорбленного отца, склонившегося к какой-то бумажке. Он так пристально смотрел на неё, и на его уже щетинистым лице пробежала одинокая слеза, которую он сразу вытер рукавом своего свитера, как только увидел меня. По его покрасневшим глазам и кругами под ними, я поняла, что папа даже возможно не спал.       — Пап, — я подошла к нему и сразу присела, рассматривая бумажку в его руках. Это была фотография. На ней были он и мама. Они счастливо улыбались в камеру, и здесь мои родители были такими молодыми.       При виде мамы, грусть напала на меня целиком, не давая и малейшего шанса на победу. Она вытеснила мою радость из-за оценки и добавила мрачный вид на лице, но я не должна показывать этого. Поэтому поспешно перевела тему.       — А где это вы?       — В Париже. Там мы и познакомились, — у отца вытянулась улыбка при воспоминаниях, но она была такой измученной и натянутой, что мне было очень горестно наблюдать за этим. — Там же и был наш первый поцелуй. На мосту Александра III.       — А как ты понял, что влюбился в неё? — теперь улыбка отца была искренней и он приобнял меня за плечо, а я уткнулась виском ему в грудь, где размеренно постукивало его сердце. Несколько лет назад я уже задавала этот вопрос, но всё же мне было очень интересно узнать подробности.       — Всё просто. Я просто посмотрел ей в глаза и понял, что утонул в их омуте окончательно.       — Разве можно влюбиться, только посмотрев в глаза? — непонимающее сощурила глаза и приподняла бровь, продолжая смотреть на фотографию, разглядывая глаза мамы. Они были серыми и напоминали пасмурное небо.       Отец усмехнулся, глядя на то, как я разглядываю фотографию, и уткнулся подбородком мне в макушку головы.       — Всё возможно, Вики, запомни это.       Тогда у меня и зародилась мечта съездить в Париж. Я стояла буквально на том месте, где стояли мои родители на фотографии. И была рада тому, что я осуществила то, что так хотела. Папа бы был рад этому.       В какой-то момент я отключилась от реальности и просто смотрела в пустоту, но меня быстро вывел из этого состояния Люцифер, пихнув меня локтем и кивком показывая на башню.       Увидев её, мои глаза непременно загорелись. Башня покрылась множественными огоньками, которые то сверкали, то угасали. В ночной мгле она светилась так ярко и светло, что отражалась в воде, а вместе с тем сияли звёзды на небосводе, озаряя своим светом весь город. На мосту также были фонари, но почему-то они не были зажжены. А, впрочем, сияния Эйфелевой башни хватало на то, чтобы мост был освещён.       — Она так ярко светит, что её свет проникает даже сюда.       — Et ta lumière peut faire briller même les ténèbres les plus impénétrables, — тихо прозвучал голос рядом со мной, и только сейчас я заметила, что Люцифер не отрывал от меня взгляда всё это время.       Посмотрев в его глаза, мне показалось, что я увидела там бездну преисподней. Алые рубины разгорались ярче, а на фоне ночного неба, покрытого сияющими звёздами, я чувствовала себя спокойно и непринуждённо. Энергия Люцифера приобрела знакомый оттенок шоколада с перцем, но я так и не поняла, что это значило.       Боковым зрением я увидела белый свет и повернула голову в его сторону. Это была падающая звезда. Я как завороженная наблюдала за ней, а Люцифер всё также не отрывал от меня взгляда, но я не сильно обращала на это внимание. Всё моё существо было приковано к звезде, летящей через небосвод. Она падала медленно, словно наслаждалась полетом и из-за этого не могла долететь.       Всё также, не сводя взгляда с огонька, я загадала желание, но теперь относящееся ко мне. Отец будет счастлив, я уверена в этом. Порой, нужно делать что-то для себя и жить своей жизнью.       — Хочу встретить того, кого я смогу полюбить, — загадала я вслух, но очень тихо, уже смотря на звёздное небо, которое отражалось в моих зрачках.

Soundtrack: Tom Odell — Another love

      Где-то вдалеке сверкнула молния, а через несколько секунд пророкотал гром, подтверждая своим ворчанием, что скоро начнётся ливень. Я слышала, как люди начали суетиться и сбегать с моста и парков в ближайшие закоулки и дома, чтобы спастись от надвигающегося дождя. На мосту остались лишь мы с Люцифером, а гробовую тишину разбавлял разве что гром.       И вот я почувствовала, как первые капли дождя упали на моё лицо, из-за чего невольно сморщилась, но следом за ними уже летели другие капли, их становилось всё больше и больше, пока они не превратились в полноценный ливень.       Люцифер прикрыл себя своим бордовым крылом, чтобы дождь не попадал на него, а я же улыбалась как дурочка с закрытыми глазами, впитывая в себя мокрые и холодные капли дождя. Сняв с себя свои туфли, которые из-за своего неудобства обязательно оставили бы мне мозоли, я, радостно смеясь, побежала в неизвестном направлении, расправив крылья и вытянув руки в разные стороны. Вся моя одежда промокла насквозь, а макияж немного растёкся, но мне было всё равно. Подставив лицо навстречу каплям, я глубоко вдохнула этот подзабытый аромат дождя.       Это чувство, которое не передать словами. Я всегда любила дожди, особенно ливни. Они будто очищали мою душу, которая успевала прогниться. Ливень, он как очищение от грязи, после которого наступает тишина и спокойствие. После такого дождя я чувствовала себя чистым листом, на который только стоит написать что-то дельное.       Табун мурашек прошлись по моей коже, когда я почувствовала чьё-то прикосновение к своему лицу. Люцифер стёр своим большим пальцем остатки моего макияжа. Я смотрела как поражённая, не смея отводить взгляда от его рубиновых глаз, которые теперь могла узнать из тысячи и за километры. Он был так красив и величествен на фоне грома и молний, но казался таким настоящим.       Одинокая прядка спала с его идеальной причёски, и я не выдержала, заправила её обратно, а Люцифер вздрогнул от моего прикосновения. Дыхание сбилось.       Демон неизбежно отстранился от меня и двинулся прочь, даже не осматриваясь. Капли дождя продолжали впитываться в мою одежду и, казалось бы, в душу. Совсем себя не контролируя, из меня вырвался горестный вздох, но тут же я прикусила язык, надеясь на то, что Люцифер не услышал. Но каким-то необъяснимым фактом, на фоне грома, мужчина услышал мой вздох и остановился недалеко от меня. Он явно о чём-то размышлял и последнее, что я услышала, перед тем, как он повернулся ко мне:       — К чёрту всё!       Люцифер стремительно и решительно приближался ко мне, не сводя с меня своего взгляда. Преодолев расстояние, он обхватил мои щёки своими горячими, как огонь, руками и впился в мои губы настойчивым поцелуем.       Его губы были настолько мягкими и горячими, что так ярко контрастировали с дождём. Он медленно следил за моей реакцией, а я несмело, будто спрашивая разрешения, обвила его шею руками, закрывая глаза. Люцифер тут же прижал меня ближе к себе и углубил напор. Поцелуй перерос в напористый и требовательный, ведь я дала своё согласие. А он просто не мог удержать этот порыв.       Его руки переместились на мою талию и сжали её так, чтобы я не могла отстраниться. Я же зарылась пальцами в его послушные и шелковистые волосы, ещё не смея их сжимать. От его близости мурашки не переставали бегать по моему телу, а голова начала кружиться.       С каждой секундой поцелуй становился грубее и страстнее, а воздуха начало не хватать, но никто из нас не смел отстраняться, будто это привело бы к чему-то страшному. Холодный дождь продолжал литься на наши разгорячённые тела, впитываясь в крылья, тем самым утяжеляя их.       Его язык будто боролся с моим, пытаясь взять первенство в схватке. Я сжала его волосы на затылке так сильно, что услышала рык Люцифера сквозь поцелуй. Никакой нежности или ласок, только борьба. Мы целовались так, как будто это было единственное, о чём мы беспокоились в этот момент. Я знала, что Люцифер хотел меня, но также знала, что он не может этого сделать до тех пор, пока я не буду полностью в его власти и не отдамся ему.       Меня так сильно тянуло к Люциферу, и только сейчас я осознала насколько. Мне было его мало. Чувства, которые мне никогда не доводилось испытывать, вдруг наполнили с головы до ног. Хотелось то ли расплакаться у него на плече, то ли прижаться всем телом и отдаться порыву. Тугой узел появившегося возбуждения мог решить всё за меня, но совершить ошибку не дал Демон, который отстранился от моих губ.       Мы вместе тяжело дышали из-за долгого поцелуя, но отвели взгляд друг от друга. Мне было страшно посмотреть в его глаза. Я боялась или увидеть там полное равнодушие и безразличие, или же утонуть в его алых рубинах навечно. Когда я успела стать зависимой от него?       Люцифер только сейчас отпустил меня, а мне сразу стало так пусто и холодно, будто меня физически оттолкнули. Откуда такие чувства и ощущения у меня от таких действий? Неужели я...       — Я победил, — мой нахмуренный и непонимающий взгляд переместился от каменной поверхности на мужчину, стоящего с ликующей ухмылкой. — Я продержался в твоей компании до конца этого дня. Теперь ты должна мне желание.       Так это он сделал специально? Чтобы потянуть время? Гнев начал переполнять меня, но я быстро усмирила его. Я увидела на его лице то, что боялась, оказывается, больше всего. Безразличие и равнодушие.       Если бы была возможность всё вернуть назад, я бы его просто прибила, но я сама приняла решение, поэтому мне осталось лишь молча стоять и наблюдать за тем, как он продолжал смотреть сквозь меня, делая вид, будто ничего не произошло. Всё это было так неожиданно и странно, что мой мозг не мог с этим смириться, отказываясь понимать происходящее.       «На горло себе наступлю, но не покажу свои настоящие эмоции перед ним!»       Натянув улыбку, я гордо задрала подбородок, смотря прямо в алые глаза Демона, и прокомментировала всё беспристрастным голосом:       — Странные у тебя методы растягивания времени, — бровь Люцифера изогнулась в вопросительный вид, но ничего объяснять я не собиралась. — Нам пора.       Стоило лишь подумать о водовороте, как он появился над нашими головами. Не раздумывая и не глядя на брюнета, я взлетела к воронке, направляясь обратно на Небеса.       Всё же я обернулась, но позади меня не было Люцифера, значит, он телепортировался. Мне не хотелось думать о том, что произошло между нами, но картинки нашего страстного поцелуя всплывали в голове, из-за чего на моих щеках появился румянец. Класс, теперь смущаюсь из-за сына Сатаны, подумаешь.       Да и этот поцелуй вызвал у меня тысячи эмоций и чувств, причём не отрицательных. Но почувствовал ли что-то Люцифер? Скорее всего, для него это было лишь развлечением или игрой, но почему мне было так горестно? Правильно или это было? Не знаю, я запуталась и противоречу сама себе.       «Мы никогда не сможем быть просто друзьями»       С такой мыслью я зашла обратно к себе в комнату, попутно раздеваясь и направляясь в ванную, чтобы принять горячий душ, отрезвляющий мой рассудок. Мими сладко спала в комнате, видя, наверное, уже восьмой сон в царстве Морфея. Эта демоница так крепко спит, что её даже танком не разбудишь, что уж говорить о моём приходе.       Невольно в моей голове всплыло воспоминание из сегодняшнего дня, из-за которого до сих пор чувствовала себя неловко.       Мы с Люцифером дурачились на протяжении около получаса. Демон пытался искупать меня в фонтане, на что я убежала от него, спрятавшись в каком-то непонятном районе. К слову, здесь множество мест было мне незнакомо и непонятно.       Затаившись в тёмном закоулке, я из-за угла, как шпион, выглядывала, чтобы высмотреть мужчину, но его нигде не было. Возможно, он оставил меня и решил уйти. Тогда я выиграла спор, но радости никакой не было.       — Бу, — услышала я прямо над своим ухом, отчего вздрогнула и припрыгнула в сторону, пытаясь унять колотящееся сердце, но стоило мне лишь увидеть моего пугателя, то я ударила его в плечо.       — Придурок, — недовольно буркнула себе под нос и ушла из улочки, направляясь обратно в парк, всем своим видом показывая, насколько я раздражена.       — Это я придурок?! — крикнул мне Люцифер вдогонку, но я уже была достаточно далеко от сына Сатаны, чтобы ответить.       Невольно на моём лице появилась глупая улыбка, происхождение, которой я не знала. Может, мне пора обратиться к психотерапевту? Но точно не к земному, потому что если он услышит упоминание о Дьяволе и Небесах, то меня точно ждёт психушка. Интересно, а на Небесах есть психотерапевты и психологи?       — Непризнанная, ты обиделась? — раздался ворчливый голос Люцифера, но я и шага не сбавляла, уверенно направляясь к парку. — Да стой же ты! — Демон грубо схватил меня за запястье и развернул к себе, смотря на меня своим вопиющим взглядом. Вот совсем не удивлюсь, если он снова будет говорить мне, что он сын Сатаны, а я Непризнанная.       Но не успел Люцифер и рта открыть, как рядом с нами раздался щелчок, будто камеры. И мы с брюнетом перевели недовольный взгляд в сторону звука.       Там стояла женщина пожилого возраста с фотоаппаратом и мило улыбалась нам. Она достала фотографию и начала махать ею, чтобы картинка начала приобретать краски.       — Какая милая пара, — сказала она нам, а мы одновременно передёрнулись от одной лишь только мысли об этом. Удивительно, но женщина говорила на моём родном языке, а не на французском.       — Мы не пара! — вскрикнули мы оба одновременно, а женщина лишь изогнула бровь и перевела взгляд вниз. Мы также проследили за её взглядом и увидели, что Люцифер до сих пор держал меня, а я была слишком близка к нему. Быстро отошли друг от друга как поражённые, а женщина подошла ко мне и вручила фотографию, наклоняясь к уху, шепча так, чтобы Люцифер не слышал:       — То, как вы друг на друга смотрите, показывает обратное. Сама потом увидишь, — женщина мигом отстранилась и ушла, а я, даже несмотря на фотографию, вложила её в карман куртки. Что она имела в виду?       Вспомнив о фотографии, я начала рыскать в своей куртке, но ничего не находила. Её не было ни во внутреннем кармане, ни в наружных, абсолютно нигде. Неужели я потеряла её?       Очень хотелось, скажу я, увидеть, как же всё-таки мы смотрели друг на друга с Люцифером. Как это казалось со стороны? Если раньше я могла видеть эмоции и чувства людей в их глазах, то в алых очах Демона я не видела абсолютно ничего. Хотя, разве что в день нашего знакомства я что-то увидела, но это было лишь мимолётно, к тому же я уже не помнила что именно.       Приняв душ и делая попытки забыть сегодняшний вечер, но потерпев поражение, я отправилась спать в свою мягкую и такую удобную кровать. Хоть какие-то плюсы.       Даже не ворочаясь и не придумывая себе сказочную реальность, в которую так любила погружаться перед сном, я погрузилась в глубокий сон, где мне не снились кошмары.       В это же время на той самой крыше сидел алоглазый Демон, смотря на ночной небосвод. Он никогда не верил во всю эту чушь с желаниями, но когда мимо него прямо сейчас пролетела падающая звезда, Люцифер загадал то, что хотел больше всего с недавнего времени. Он думал, что это просто очередная глупость, но судьба всё расставила по своим местам. За все свои годы существования брюнет видел падающие звёзды, но лишь один раз загадал желание в далёком детстве. И оно не исполнилось.       Между изящными указательным и средним пальцами мужчины была зажата тонкая сигарета. Он поднёс её к своим приоткрытым губам, которые ранее были на губах Непризнанной. Всего лишь взгляда хватило, чтобы зажечь сигарету, а после сделать долгожданную долгую затяжку. Демон прикрыл глаза, испытывая экстаз от никотина внутри. Выпустив сигарету со рта, Люцифер медленно и долго выдохнул табачный дым, смакуя гарь на нёбе, а потом последовала вторая, третья затяжка, и так до момента, когда Люцифер не выкурил сигарету до фильтра.       Мужчина курил тогда, когда мысли путались в его голове и ему нужно было побыть наедине с собой. Люцифер часто курил.       Демон сжёг остатки сигареты, развеяв пепел на ветру. Он долго смотрел на луну и подумал, что в этот раз будет иначе. Демону не терпелось узнать, как же будет выглядеть его желание, но в то же время он не смел надеяться на это. Он мог только просто ждать и верить, что желание исполнится. А перед глазами всплывала девушка с чарующей улыбкой, смотря с такой надеждой в лазурных глазах на звезду, загадывая желание, а Люцифер услышал его.