Нет повести печальнее на свете

– "Ромео, как мне жаль, что ты Ромео!" – Громко говорит Хенджин, смотря в потолок (небо) и вкладывая в слова все то, что чувствует к Ли Минхо. – "Отринь отца да имя измени, А если нет, меня женою сделай," – под конец он стал утихать в голосе, а потом продолжил совсем тихо: – "Чтоб Капулетти больше мне не быть." – "Прислушиваться дальше иль ответить?" – Хенджин слышит голос Минхо откуда-то снизу, а после вдыхает полной грудью. – "Лишь это имя мне желает зла. Ты б был со мной, не будучи Монтекки. Что есть Монтекки? Разве так зовут Лицо и плечи, ноги, грудь и руки? Неужто больше нет других имен? Что значит имя? Роза пахнет розой, Хоть розой назови ее, хоть нет. Ромео под любым названьем был бы Тем верхом совершенств, какой он есть. Зовись иначе как-нибудь, Ромео, И всю меня бери тогда взамен!" – Честно сказать, Хенджин знал эти строчки наизусть еще до того, как была постановка, потому что они были одними из любимых. Да и, сейчас они как-то связывались с жизнью Хвана. Будь он девушкой, Минхо бы точно заметил его не в дружеском плане, но, к сожалению, он родился парнем, так что ему только и оставалось, что плавать в мечтах.

***

– "Хотела бы, но я бы умертвила Тебя своими ласками. Прощай! Прощай, прощай, а разойтись нет мочи! Так и твердить бы век: «Спокойной ночи»." – Хенджин последний раз смотрит на Минхо и выходит с балкона. За кулисами ему тихо хлопают, пока старший говорит свои слова. – "Прощай! Спокойный сон к тебе приди И сладкий мир разлей в твоей груди! А я к духовнику отправлюсь в келью Поговорить о радости и деле." – Ли скрывается за кулисами, и через несколько секунд все слышат, как люди в зале восторженно хлопают. Из правой и левой кулисы выходят они — Ромео и Джульетта — и зал заливается новой порцией хлопков. Минхо хватает младшего за руку и они идут к краю сцены, кланяясь. Потом они быстро убегают и следом за ними выходит Чонин, и староста, которая ставила все это. А дальше и вся группа, вместе с Хенджином и Минхо, которых ставят в центр. Все держатся за руки и низко кланяются, пока в голове Хенджина только то, что Ли держит его за руку и это согревает до безумия, в холодном помещении. К ним подходят старушки с цветами, в одной из которых, Хван узнал бабушку Чонина. Они отдают маленькие букетики Хенджину и Минхо, потом Чонину, а дальше и остальным приносят по трем цветкам. Последними на сцене остаются Минхо с Хенджином и их начинает скрывать занавес, под громкие хлопки всего зала. Когда осталась небольшая щель, Ли быстро развернул младшего так, что тот был полулежа на его руках и было чувство, что они вот-вот поцелуются, но занавес закрыл актеров полностью, и Минхо аккуратно поднял Хвана. – Прости, я просто хотел как-то развеселить их. Хенджин смеется как-то грустно, потому что слова старшего ранят до безумия. – Ты очень хорошо сыграл, Хенджини! Это просто вау! Ты как будто и правда стал Джульеттой... Хван так хотел сказать, что он и правда ей стал, но вот только любовь его безответна (как считал сам Хенджин), а хэппи-энда и в "Ромео и Джульетте" нет, так что хоть что-то будет по канону. – Спасибо. – Единственное что может сказать Хенджин. Он не чувствует на себе чужого взгляда, не видит, как Минхо облизывает свои губы, пристально наблюдая за губами младшего. И не понимает, что происходит, когда чувствует чужие губы на своих. – Воу-воу, ну не на сцене же. – Чонин громко смеется, подходя ближе к парням, а Хван, кажется, осознает все. Он толкает Минхо в грудь и смотрит растерянно. А потом убегает, стараясь не сорваться на громкий плач. Его совсем не волнует то, что в платье бегать жутко неудобно. Но, как было написано выше, Ли быстр, особенно когда надо догнать кого-то (Хенджина). – Хэй! Хенджин! Хван Хенджин! Остановись ради бога! – Кричит Минхо, почти хватаясь за плечо младшего. Но Хвану и не пришлось останавливаться, потому что он спотыкается о подол платья (черт бы его побрал) и падает на пол. Теперь слезы невозможно сдержать, потому что на него давит и моральная боль из-за разбитого сердце (даже непонятно от чего) и физическая, причиненная по глупой неосторожности. – Хенджини! Ты не сильно поранился? Все хорошо? Ничего не болит? – Хван слышит это и плачет сильнее. – Нуу, малыыш!! – Тянет Минхо и садится около младшего. – Все хорошо, я рядом, если что-то и болит, то скоро пройдет. – Ли тянет на себя Хенджина, чтобы обнять его и успокоить. – Почему ты убежал? – Я испугался... – Тихо говорит Хван, шмыгая носом. – Испугался чего? – Минхо гладит того по спине и дышит теплым воздухом в шею, заставляя кожу покрываться мурашками. – П.. Поцелуя... – Смущенно отвечает Хенджин. – И почему же? – Шепчет Ли в самое ухо, будто боясь спугнуть, как котеночка. – Н.. Неважно.. Забудь.. – Хван жмется ближе к старшему, чтобы только не видеть чужую реакцию. – Нет, важно. Если ты не хотел, то так и скажи, в этом нет ничего такого. – Хотел.. – Говорит парень и прячет глаза в плечо Минхо. – Давно еще... – Я люблю тебя. – Минхо оставляет поцелуй за ухом Хвана. – "Ты любишь ли меня? Я знаю, верю, Что скажешь «да». Но ты не торопись. Ведь ты обманешь. Говорят, Юпитер* Пренебрегает клятвами любви. Не лги, Ромео. Это ведь не шутка. Я легковерным, может быть, кажусь?" – Всхлипывая читает Хенджин, немного изменяя текст под себя. – Хенджин, не думай, что я принял это решение сейчас... Точнее... Я думал об этом долгое время... Наверное, год, сейчас же я полностью уверен в этом. – А я три.. – Честно отвечает Хван, все еще прижимаясь к старшему. – С первого курса? Вау... Ты... Боже, почему я раньше не замечал... – Минхо еще раз целует Хенджина за ухом и улыбается. – Я люблю тебя. – Я.. Тоже люблю тебя. Сильно.