ice in your eyes

— Годовщина, говоришь? — переспросил Тодороки, попивая утренний кофе, который ему с любовью заварила Хотидзуми. — Да, оказывается, как раз сегодня стукнуло 4 месяца нашим отношениям. Честно говоря, я бы и сама не вспомнила, мне Момо-чан сказала об этом, — пожала плечами девушка. Она была удивлена, когда лучшая подруга с лёгким прищуром поинтересовалась на этот счёт. «Как?! Вы не праздновали предыдущие месяцы?» — пребывая в шоке, Яойорозу чуть не упала со стула. — Есть какие-нибудь пожелания? — Ты о чем? — Ну, отпразднуем как-нибудь? Может на свидание сходим? — Давай, я только за! — Отлично, давай тогда вечером прогуляемся. Я зайду за тобой часов в 6. — Буду ждать. Подожди, а куда мы пойдем? — Это секрет. Мина улыбнулась и пожала плечами, после чего ушла к себе, а Тодороки, подумав о том, что сейчас довольно-таки жарко, стянул с себя свитер, напрочь позабыв о том, что он скрывает под одеждой. — Тодороки-кун?.. — Ашидо с удивлённым видом подошла к однокласснику, а на ее голос обернулся почти весь класс. — Что с тобой? — Ты о чем? — Ну, твои руки… На них царапины. — А, это… — немного растерялся Шото, мысленно проклиная себя. — Ну, это мы с Мидорией… — С Мидорией?! — девушка прикрыла рот рукой, уже успев нафантазировать себе всякое. — Да, я во время спарринга с ним улетел в дерево, — начал на ходу выдумывать Шото, прекрасно понимая, как глупо это звучит. — Серьёзно? — Ашидо взглянула за Изуку, который обеспокоенно наблюдал на всей этой картиной. — Д-да, я немного потерял контроль над своей воздушной пушкой, вот так и получилось. — А, тогда все ясно, — по ее виду было понятно, что ничего ей не ясно и что она не поверила этой отмазке. По лицам одноклассников, кстати, тоже. Они начали странно улыбаться и переглядываться между собой. Когда с завтраком было покончено, Мидория с серьезным выражением лица отвёл Шото в сторону, сказав, что им нужно поговорить. — Что такое? — Твои царапины… Послушай, Тодороки-кун, мы с тобой друзья, ты можешь мне довериться. — Чего? — Я понимаю, что сейчас у тебя, возможно, сложный период, но суицид это не выход! — Мидория, я тебя все так же не понимаю. Какой суицид? Какой сложный период? — Тодороки-кун, пожалуйста, поговори со мной. — Так мы и так вроде разговариваем. — Защитная реакция… Если ты выговоришься, тебе станет легче. Не нужно резать себя, пожалуйста. Ты — мой друг. Ты не один, у тебя есть Хотидзуми-чан, семья и мы! Давай поговорим, тебе обязательно полегчает, пожалуйста, Тодороки-кун! — у Изуку был обеспокоенный вид, а до Шото дошло, о чем он говорит. — Я не режусь, вообще-то. Во-первых, я бы не стал делать порезы на предплечье, а во-вторых, нет причин вообще заниматься этим, ты все не так понял. Это… — парень не мог придумать нормальную отмазку, поэтому решил просто отмахнуться. — Я не занимаюсь селфхармом, честное слово. — Ты правда меня не обманываешь? — Правда. Спасибо, что беспокоишься обо мне, Мидория. Если что-то случится, я обязательно скажу тебе об этом. — Ладно… — на лице Изуку появилось облегчение и он со спокойной душой удалился, а Тодороки задумался над тем, что всё-таки придётся носить кофты с длинным рукавом. Сегодня в общежитие должна будет прийти малышка Эри. Учитель Айзава являлся опекуном девочки, у которой была психологическая травма. На самом деле, это долгая история и Мина не знала подробной версии, но если сказать вкратце, то эта бедная девочка являлась инструментом Чисаки, который использовал её кровь для изготовления вещества, стирающего причуду. Он долгое время держал Эри взаперти и ставил эксперименты, словно она не ребенок, а крыса какая-то. Но Мидория, Мирио из 3 курса и еще несколько ребят смогли спасти её и Мина была очень этому рада. Ей нравилась Эри, возможно, что в ней она видела младшую сестренку. Девочка уже пару раз приходила в общежитие, где немного привязалась к Хотидзуми, но всё так же была зашуганным ребенком. Она боялась попросить ребят о чём-либо, будь то шоколадка или банальная просьба, к примеру, подать что-то с верхней полки. Но никто не удивлялся этому, так как все знали о её прошлом. Мина хотела подружиться с Эри, поэтому решила приготовить что-нибудь вкусное к её приходу. Уже стоя на кухне, она думала над тем, чего бы хотела поесть Эри. — Хотидзуми-чан, привет, — Мидория зашел в комнату и налил себе стакан воды. Он как никто ждал появления малышки, ведь переживал за неё. — Чем занимаешься? — Да вот, хочу к приходу Эри приготовить что-нибудь. Не знаешь, что она любит? — Для Эри? — глаза парня тут же загорелись, ему стало приятно, что не только он печется о девочке. В очередной раз он подумал, какая же Хотидзуми хорошая. — Она любит яблоки! — Правда? Тогда можно будет испечь яблочный пирог. Думаю, что она оценит его. — Может тебе помочь? — Ты не занят? — Нет, особых дел нет. — Тогда мог бы ты нарезать яблоки? Сначала напополам, потом еще раз и дальше на тонкие кусочки. — Да, хорошо. — Мидория-кун, когда Айзава сенсей приведет Эри? — Часа через 1.5-2. — Отлично, мы успеваем. Девушка начала старательно готовить тесто для пирога. Вообще, у неё неплохо получается печь, так как она постоянно помогала Азуми с этим делом. Мама еще несколько лет назад научила Мину готовить, говоря, что нужно уметь быть самостоятельной. Что же, пригодилось. Когда Хотидзуми почти закончила, она услышала тихое шиканье. Обернувшись, она заметила Изуку, с пальца которого тонкой струйкой текла алая кровь. — Порезался? — Извини, я немного задумался. — Зачем ты извиняешься? Ничего страшного не случилось. Сейчас я подам перекись с ватой. — Не стоит… — Да ладно, я всё равно уже почти закончила. Подожди немного, — Мина подошла к полке и достала из неё аптечку, а также всё необхоимое. Она взяла ватный диск и промочила его перекисью, после чего протянула парню. — Вот, приложи к порезу, через пару секнуд кровь должна остановиться. — Спасибо тебе. — Да не за что. Всё-таки, с переломами костей и пальцев это такая мелочь, — рассмеялась девушка. — Да, ты права, — поддержал её смех Деку. Когда пирог был готов, из гостиной послышался стук, после чего девушка поспешила открыть дверь. — Эри-чан, привет! — Здравствуйте, Хотидзуми-сан… — неуверенно поздоровалась девочка. Мина присела на корточки и осторожно обняла малышку. — Называй меня просто Мина, хорошо? — Да, я поняла. — Эри, ты пришла! — радостный Мидория подбежал к двери и точно также обнял девочку. — Как твои дела? — Нормально. — Проходи в гостиную, тебя все ждут, — ласково проговорила Мина и прошла в комнату, ведя за собой девочку. — Мина, смотри, мне дядя Айзава купил вот это платье, — Эри смущенно развела руки в стороны, показывая Хотидзуми своё платье и немного покрутилась. — Ух ты, какое красивое! — с восхищением проговорила Мина. — Оно твоё любимое? — Да. — Очень милое, тебе идёт, Эри-чан. — Спасибо. Девочку начали приветствовать остальные ученики класса 1А, а Мина и Мидория тем временем подошли к Сотриголове. — Айзава сенсей, как Эри себя чувствует? — взволнованно спросил Деку. — Пока что стабильно, неожиданных всплесков причуды не было. — Я заметила, что её рог немного уменьшился с нашей последней встречи, — Мина мельком взглянула на Эри, которая о чём-то разговаривала с Ураракой. — Да, можно сказать, что ей уже лучше, но мы еще не можем быть уверены в том, что всё наладилось окончательно. — Мина, а что это? — Эри показала пальцем на пирог, который был накрыт полотенцем. — Это яблочный пирог. Мы с Деку специально для тебя приготовили его. — Правда? Для меня? — Правда! Садись за стол, сейчас будем пить чай. Эри оценила пирог и сказала, что он «супер-пупер вкусный!», на что Мина с Мидорией широко улыбнулись. Они еще немного поболтали с девочкой, но тут Айзава сенсей сказал, что им пора возвращаться. — Эри-чан, обязательно приходи к нам еще. — А вы приготовите опять этот пирог? — Обязательно, для тебя ничего не жалко, да, Мидория-кун? — Конечно! Эри обняла почти всех, кто находился в гостиной и поблагодарила за вечер. Такая маленькая, но очень вежливая. Когда они с учителем Айзавой покинули общежитие, Мина взглянула на часы и обнаружила, что уже половина шестого, а значит, нужно начинать собираться на свидание с Шото.

home - cavetown

Девушка поднялась в свою комнату и начала гадать, куда же они пойдут. И что ей надеть, если она не имеет даже малейшего представления о том, где они будут находиться. Ладно, в таком случае она наденет джинсы и толстовку — беспроигрышный вариант, если они, конечно же, не пойдут в ресторан, но о таком Тодороки точно предупредил бы. Мина надела светло-синие джинсы и чёрную толстовку. Расчесав кудрявые волосы, которые еще сильнее распушились, она из передних прядок собрала маленький хвост. Выглядит очень даже мило. Когда всё было готово, раздался стук в дверь. — Мина, ты готова? — Да, можешь зайти. — Ты выглядишь просто невероятно, — зайдя в комнату, Шото облокотился об дверной косяк и начал разглядывать девушку. — Шото, ты во мне скоро дыру просверлишь, — не отрываясь от зеркала, Мина дорисовывала стрелки. — Ой, извини. — Так ты скажешь куда мы пойдем? — Нет. Но твоя одежда вполне подходит для этого места, — проговорил Тодороки, который сам был одет в серые треники и красную толстовку, которые немного сливались с цветом его волос. Наконец Хотидзуми отошла от зеркала на приличное расстояние и напоследок взглянула на себя. — Всё, можем идти. Мина схватила Шото за локоть и они вышли из общежития, направляясь в неизвестное для девушки место. Они разговаривали обо всём на свете и Мина даже не заметила, как они уже дошли. — Это парк аттракционов? — не стараясь скрыть восхищения в голосе, спросила Мина. — О Боже, я в парке не была лет 5 точно! — Я подумал, что ты не будешь против провести здесь время. — И ты угадал, Шото, я очень рада! — Хотидзуми как маленький ребенок захлопала в ладоши, а парень улыбнулся, внутри умиляясь этому. — Пойдем скорее! Ребята начали бродить по парку, думая, на какой аттракцион сесть первым делом. Выбор был довольно-таки большим, но Мина первым делом подошла к «Американским горкам». — Ты точно хочешь сюда? — с некой опаской спросил Тодороки. — Да! Пойдем? — Ну, не знаю… — Ты боишься что-ли? — Ну, не сказал бы, что боюсь, но избегаю их. — Да ладно, столько адреналина! Я уверена, что тебе понравится. — Всё-таки я немного опасаюсь их. — Шото, не бойся ты. — Я не боюсь! — Ну тогда пойдем! — Чёрт с ним, уговорила. Они подошли к кассе, где Тодороки, простояв в очереди минут 7, приобрёл два билета на горки. Вся его уверенность испарилась, когда они пристегнули ремни и ожидали начала. Он крепко сжал поручни, мысленно прощаясь с жизнью. — Шото, ты чего? Всё в порядке? — Да, нормально, — не разжимая рук, ответил юноша. Сердце его бешено билось, а ладошки вспотели. — Я с тобой, — Мина накрыла ладонь Тодороки своей и чмокнула его в щеку. — Не переживай, я же рядом, — и улыбнулась. На душе Шото стало немного спокойнее, когда он ощущал руку Мины, которую он сжимал. Вагончики тронулись с места и начали медленно двигаться. — Господи, Господи, Господи… — бормотал Тодороки. Он никогда так не волновался, даже во время поединка с Лигой Злодеев или Стейном было не так страшно. Да что же такое? Как такому крепкому парню могут быть страшны какие-то «Американские горки»? Хотидзуми начала мягко поглаживать руку Шото, успокаивая его. Юноша сильно зажмурился, когда вагончики ускорились и они начали ехать на сумасшедшей скорости. Шото сидел напряженным, стараясь не издать ни звука, а руки продолжали сжимать поручни мертвой хваткой, а вот Мине было весело. Она визжала, когда они резко скатывались, после чего смеялась. Парень был готов расцеловать землю, когда они спустились. — Как тебе? — Никогда в жизни больше не сяду на них! — Да ладно, классно же было! Давай присядем на скамейку, посиди и отдышись. Я сейчас вернусь, — произнесла Мина и быстро убежала. Вернулась она с бутылкой холодной воды, которую протянула Шото и немного виноватым видом. — Прости меня, я не думала, что тебе будет нехорошо после горки. — Да ничего, не переживай на этот счёт, — принимая бутылку, сказал Шото. — Ладно, прости еще раз. Пойдем, тут рядом лавка с мороженым есть. — Ты какое будешь? — М, я люблю шоколадное, а ты? — Я возьму со вкусом дыни, — доставая бумажник, сказал Тодороки. — Нет, подожди, я сама возьму. — Зачем? — Я провинилась и мне немного стыдно перед тобой. Пожалуйста, дай мне искупить вину. — Не стоит, я же сказал, что тебе не нужно переживать на этот счёт. — Ну, пожалуйста. Это же мелочи, но мне станет легче. — Ладно, — сдался Шото, подумав о том, что поцелуя было бы достаточно для «искупления вины». Да, если выбирать, то он, конечно же, выберет его, а не мороженое, но об этой мысли парень умолчал. Девушка хлопнула в ладоши и купила два мороженого. Уже почти стемнело, поэтому Шото, не вдаваясь в подробности о своих действиях, потянул Мину за собой. — Пойдем. — Куда? — Скоро узнаешь. Ребята шли по неизвестной для Мины дороге в полной тишине. В атмосфере царило волнение и небольшое напряжение. Не то, чтобы она не доверяла Тодороки, нет, просто ожидание неизвестного немного напрягало. Они подошли к высокому зданию и зашли внутрь. — Где мы? — Сейчас поднимемся на крышу. Они действительно поднялись на крышу этого здания и им открылся красивый вид ночного города. Множество огоньков мерцало где-то внизу, тем самым оживляя город. На крыше стоял легкий ветерок, поэтому Тодороки подошёл к Мине со спины и обнял её, устроив свой подбородок на плече девушки. Он вдохнул её аромат и потерся носом об шею, вызывая тем самым табун мурашек. В таком положении они простояли несколько минут, до тех пор, пока Мина не прервала тишину. — Здесь так красиво, — прошептала она. — На самом деле, я не забыл про нашу годовщину. Я спланировал всё это еще неделю назад. Но, по всей видимости, Яойорозу решила напомнить тебе об этом дне сама. — Правда? Ты помнил? — Конечно, в прошлые разы мы не могли отпраздновать так, как сейчас, поэтому я решил сделать сегодняшний день особенным для тебя. — Шото, тебе говорили, что ты самый лучший? — Только ты, Снежинка. Посмотри, я вчера заказал эту штуку, — Тодороки вытащил китайский фонарик. Он был довольно-таки большим и у Мины загорелись глаза. Они подготовили всю конструкцию, осталось лишь зажечь горелку и отправить фонарик в небо. Они вместе держали фонарь, когда Мина шепотом произнесла: — Говорят, что во время отправки фонаря в небо, нужно загадать желание.

«Я хочу, чтобы он всегда был рядом.»

«Хочу, чтобы мы вседа были вместе.»

Небесный фонарь улетел, медленно летя всё выше и выше.