Polaroid

В последние месяцы Субин увлёкся полароидными фото, он пробовал разные локации, позы и концепты. Чаще всего, получалось сделать фотографии самостоятельно с помощью таймера и штатива, но иногда требовалась помощь мемберов, как, например, в прошлый раз, когда он всё никак не мог устроить камеру на кухне, без Бомгю он бы не справился. Сегодня Субин хотел сделать уютный концепт в домашней одежде, с кучей одеял и пледов. Он всё никак не мог обустроить место возле себя и подобрать ракурс, видимо, сегодня ему понадобится помощник. Субин подошёл к комнате Ёнджуна и постучал в дверь. — Ёнджун-хён, я войду? — Да, — из комнаты послышался крик. Ёнджун копался в телефоне, развалившись поперёк кровати, он лишь поднял голову, когда Субин подошёл и присел на край. — Я делаю фотографии, но у меня не очень хорошо получается сделать это самому, не мог бы ты мне помочь? — он ковырял угол камеры. — Я бы попросил кого-то другого, но все ушли, а потом не будет времени. — Конечно, Субин, я всё равно не занят, мне не сложно, — Ёнджун откинул телефон на подушку и приподнялся на локтях, — говори, что делать. Субин так обрадовался, что не смог сдержать широкой улыбки. — Спасибо, хён! Он начал описывать задумку, чуть ли не спиной направляясь обратно в свою комнату и почти спотыкаясь на её пороге, Ёнджун уже собирался его ловить, но Субин ловко развернулся и спокойно зашёл внутрь. — Подожди, подожди, — Ёнджун нахмурился, — ты хочешь набросать одеял и подушек, но ещё и добавить краску? Мне это кажется не практичным… — Я буду очень аккуратно, хён, и эта краска, если что, отстирывается, — Субин уже сидел на полу, раскладывая подушки. Старший рассматривал составленную младшим конструкцию. — Предлагаю перетащить это всё в мою комнату, там больше места и заодно добавится моё одеяло и плед, — он сильно рисковал, беря Субина вместе с красками к светлому постельному белью, и процентов на девяносто был уверен, что всё закончится плачевно, но в его воображении фотографии смотрелись лучше именно в его комнате. — Ты так думаешь, хён? — Субин завис, задумчиво уставившись в пол. — Я не думаю, я знаю, Субин, давай, вставай. Он слегка подтолкнул Субина, выводя из потока мыслей. Вместе они перетащили всё необходимое в другую комнату, а затем разложили почти по всему полу мягкие одеяла, перемешав их с пледами и по краям раскидав подушки, парочку оставив в центре, чтобы можно было облокачиваться на них или держать в руках. — Кажется, готово? — младший почесал голову и начал устраиваться на полу, подстраивая под себя и меняя некоторые детали, чтобы лучше смотрелось, пока Ёнджун искал наиболее подходящий ракурс, мельтеша перед Субином. — Ну что? Так нормально? Ёнджун кивнул, он сидел на другом конце одеяла, наблюдая за ним через объектив камеры, Субин не мог видеть, куда он смотрит, зато старший мог рассмотреть каждую деталь, никак себя не выдавая. Сбоку от него стояли баночки с разными красками, палитра, вода, кисточка и влажные салфетки, сначала предполагалось сделать снимки без них, а затем постепенно добавлять цвета. Такова была задумка Субина. Ёнджун запечатлел несколько моментов и довольно улыбнулся, он был уверен — результат получится прекрасный. Старший восхищался картиной перед ним: количество постельных принадлежностей, которые Субин собрал по всему общежитию, было впечатляющим, он буквально утопал в этой мягкой массе, и сам был одет в белый, как будто плюшевый, спортивный костюм, он сидел перед его кроватью, на которую также было накинуто одеяло, отчего создавался мягкий фон, вытянув ноги и прижимая к себе подушку. Всё это выглядело настолько уютно в оранжевом свечении заходящего солнца, что у Ёнджуна возникло желание уткнуться в этот комок комфорта и заснуть. Он сделал ещё один снимок и осмотрел Субина. — Можно добавлять краски, — Ёнджун отложил камеру и начал перебирать баночки, — правда, я всё ещё не понимаю, что именно ты хочешь… И какой цвет? — Всё просто, хён, — Субин улыбнулся, — а какой цвет подойдёт, по твоему мнению? — Любой, на тебе белая одежда, — Ёнджун рассмотрел все варианты и протянул один ему в руки, — но вот, мне нравится тёмно-синий. — Мне тоже, давай. Ёнджун следил, как Субин смешал краску с водой и размазал её кисточкой по своим рукам, оставляя тёмные следы на пальцах, ладонях и кистях. — Пока так, — младший вернулся на место, принимаясь искать новую позу для съёмки, он облокотился на колени, скрещивая ладони на уровне лица и наклоняя немного голову, почти себя обхватывая. Ёнджун на секунду завис. В таком положении глаза Субина, едва видневшиеся между пальцами, как будто смотрели в самую душу. Он замер, ожидая, когда Ёнджун начнёт фотографировать, и был похож на статую, которую Ёнджун точно бы долго разглядывал на выставке в музее. — Вау, это выглядит невероятно, я не думал, что с краской будет настолько атмосфернее, — выдохнул Ёнджун, заставляя Субина смущённо усмехнуться. — Спасибо, хён. Старший сделал серию кадров, не переставая оставлять комментарии, из-за которых заранее запланированные фотографии с серьёзным лицом закончились несколькими снимками мягко улыбающегося Субина. Ёнджуну нравилось его смущать. Хотя Субин и без того хорошо получался буквально в любой позе и с любой стороны, он считал, что так получаются более естественные фотографии с настоящими эмоциями, и хотел сохранить для Субина и такие живые моменты. — Что дальше? — Я хочу ещё добавить краску на лицо, поможешь мне? Мне кажется, тебе со стороны должно быть лучше видно, где будет хорошо смотреться. — Хм, — Ёнджун порылся в баночках, подняв одну, — красную? — Да, давай, хён. Вообще, мне тут все цвета нравятся, поэтому выбирай на свой вкус. Субин смотрел в окно, наслаждаясь переливами цветов на закатном небе, пока старший добавлял воду и краску. Ёнджун не стал использовать кисточку, а просто провёл большим пальцем по палитре, следом усаживаясь на колени между ног Субина и поворачивая его к себе одной рукой за подбородок. Он сделал это настолько тихо и легко, что Субин успел испуганно вздрогнуть. Ёнджун посмотрел на него, покачав головой, и аккуратно провел измазанным пальцем по щеке, оставляя длинную полосу. В повседневной жизни он часто мял кожу Субина, уши, шею, щёки, даже живот, повторяя, насколько он мягкий, и Субин уже давно к этому привык, но сейчас для него всё происходило будто в замедленной съёмке, было что-то волнующее в том, как старший наклонился к самому его лицу и как осторожно к нему притрагивался. Ёнджун уже хотел закончить и отодвинуться, но наткнулся на тёмный взгляд, замирая на полпути. Это был первый раз, когда он немного расстерялся из-за внимательно смотревшего на него Субина. На улице начинало темнеть и комната погружалась в сумерки, вместе с замирающей тишиной ещё сильнее обостряя чувства. Из-за смущения Ёнджун издал смешок, и, перенеся краску на указательный палец, мягко ткнул младшего в нос, переходя на искренний смех, когда Субин недовольно сморщился. — Готово, Субин~а. Несмотря на секундную неловкость, они легко вернулись к нужному настроению, чтобы продолжить съёмку. Ёнджун помогал, указывая, как сесть и куда повернуться, потому что у самого Субина уже заканчивалась фантазия, и минут через пять снова остановился. — Подожди, я добавлю ещё краски. Субин кивнул. — Что-то тебя уже плохо видно, момент, — Ёнджун приподнялся, чтобы включить светильник, — теперь будет ещё уютнее, — он вернулся на место и открыл баночку с фиолетовой краской. Субин полностью отдал власть в руки Ёнджуна, молча наблюдая за его действиями и размышляя, куда ещё он хочет добавить краску. Его смущение вернулось, как только Ёнджун перестал фотографировать и вернулся к баночкам. Лампа стояла за спиной старшего, поэтому свет его почти не затрагивал, он был направлен больше на Субина, и Ёнджуна было еле-еле видно в создаваемых тенях, Субин вдруг подумал, что и для него получились бы красивые фотографии, но его как будто пригвоздило к месту, и он не произнёс этого вслух. Субин не мог объяснить самому себе, но он боялся. Боялся находиться наедине с Ёнджуном в полнейшей тишине, боялся пустого общежития, боялся, что он будет к нему много прикасаться, хотя практически каждый день обнимался со всеми мемберами, и боялся сидеть в полутьме, в которую погрузился мир с заходом солнца, от которой перехватывало дыхание. Прямо сейчас Ёнджун перед ним ощущался по-другому, и он уже не был уверен, что это была хорошая идея. Такие ситуации происходили крайне редко, но каждый раз Субин ловил панику, потому что ничего не мог с этим поделать и никак не мог объяснить. Ему бы не хотелось выдавать свои чувства по этому поводу, но Ёнджун с краской на руке, снова близко подсевший к нему, всё сильнее забирал у него воздух, он замер, подставляя лицо и уводя взгляд куда-то в стену. Ёнджун еле сдержал улыбку, когда заметил напряжение на лице Субина, он задумался, как можно разрядить обстановку, но когда осуществил задуманное, увидел совершенно противоположную реакцию. Ёнджун был уверен, что Субин, как и всегда, съёжится из-за щекотки, но стоило его пальцам коснуться шеи, как младший судорожно выдохнул, сильно удивив Ёнджуна, который, не совладав с эмоциями, поднял брови и так и остановился с рукой, лежавшей на его шее. Вторую руку он изначально для равновесия положил на бедро Субина, даже не заметив, как тот поджал губы. Спустя пару секунд Субин перевёл на него взгляд, молча спрашивая, почему он остановился, его голова была немного запрокинута, из-за чего глаза были слегка прикрыты, он внимательно смотрел на него, и Ёнджун вдруг полностью осознал, в каком положении сейчас находится, но ему действительно нравилось, что он перед собой видел. — Ты так и будешь… — Ты сейчас такой… — Так сидеть? — Красивый. Они одновременно замолчали и уставились друг на друга. — Какой? — Тебе не нравится? Их вопросы снова оказались произнесены хором, но ни Ёнджуну, ни Субину не было весело. — Хён, ты меня смущаешь, — голос был тихим, почти сливающимся с царившей тишиной. — Но это правда, — Ёнджун снова коснулся пальцами тёплой кожи, рисуя новые полосы, пока не закончилась краска, он был немного озадачен, но им нужно было завершить начатое, — подожди, я возьму ещё. Субин снова изучал стену, ни разу даже не пошевелившись, пока Ёнджун возился с баночками. Он хотел, чтобы это поскорее закончилось, хотел запереться в своей комнате под всеми этими одеялами и спрятать своё смущение, неизвестно откуда взявшееся. Ему было стыдно за себя и свои чувства, хотя он не сделал ничего плохого. Субин вздрогнул, когда на ноге вновь почувствовалась рука Ёнджуна, он выглядел таким уязвлённым в этот момент, что Ёнджун физически мог почувствовать, как напряжён каждый его нерв. Он медленно провёл пальцем вдоль шеи, вырисовывая изогнутую линию от уха к ключице, наблюдая, как на мгновение закрываются глаза Субина и как он втягивает носом воздух. — Субин. — М? — Всё нормально? Посмотри на меня. Субин повернулся к старшему, сразу ловя ожидающий взгляд. Ёнджун немного отодвинулся, держа руки, покрытые фиолетовой краской, на весу, но всё ещё сидел непозволительно близко и доверительно смотрел ему в глаза. — Скажи мне, что не так, я не хочу, чтобы тебя что-то напрягало. — Я уже говорил, ты меня смущаешь, хён, — Субин неуверенно заговорил, опуская взгляд вниз, но почти сразу возвращая обратно. — И у меня просто… У меня чувствительная шея, и я начинаю смущаться из-за ощущений, которые появляются, когда ты так проводишь, медленно и как-то… — в конце концов, они уже достаточно долго знакомы, чтобы быть честными друг с другом, пусть это была и не вся правда, — не знаю, как объяснить, просто мне немного не по себе, но ты в этом не виноват, поэтому всё в порядке, извини, наверное, это глупо, — он неловко усмехнулся, — просто добавь, сколько считаешь нужным, и давай… — Тшш, — Субин не успел отодвинуться, и палец Ёнджуна всё же коснулся его губ, — давай мы сделаем так, как тебе будет комфортно, я уже закончил с шеей, поэтому просто постарайся расслабиться. Хорошо? Субин еле заметно кивнул. — Хорошо, хён. — Вот и славно, — Ёнджун мягко улыбнулся и потянулся за салфетками, чтобы стереть с рук краску, — осталось совсем немного, — он взял камеру и снова осмотрел Субина, который думал, какую ещё позу принять для фото, — сядь прямо и вытяни ноги, вот так, да, опусти руки, хорошо, и наклони немного голову, вот, супер, думаю, получится отлично. Субину стало немного легче после того, как он сказал о своих ощущениях вслух, и от того, что Ёнджун не воспринял это негативно, а наоборот помог. Ему было приятно, хоть он и до сих пор был в смятении. Иногда Субин забывал, за что благодарен старшему, но сейчас понимал: Ёнджун дарил ему ощущение комфорта. Даже в ситуациях, когда ему было неспокойно, он делал так, чтобы Субин расслабился, как сделал и сейчас. В этом было его главное преимущество, из-за которого Субин к нему тянулся. — Начнём? Перед тем, как начать фотографировать, Ёнджун ещё раз внимательно посмотрел на Субина. Он сидел в разноцветных мазках, размазанных по шее, лицу и рукам, пару капель всё же попало на одежду, но на остальных вещах, на удивление, не было ни пятнышка. Субин выглядел в глазах Ёнджуна эстетично, особенно, в тусклом мягком освещении, он бы мог смотреть на него час за часом, наслаждаясь. Для Ёнджуна он всегда был красив, и внешне, и внутренне, в нём были качества, которых не хватало ему самому, и поэтому вместе они неплохо друг друга дополняли. Несмотря на все трудности жизни айдолов, у Ёнджуна были мемберы, благодаря которым всё становилось легче. И Субин был тем, кто добавлял в его жизнь мягкости, даже сейчас, сидя на полу в его комнате в уютных декорациях для фотографий. Ёнджун таких, как Субин, до этого не встречал. — Ты снова начинаешь меня смущать, — пробормотал Субин. — Прости. Ты правда выглядишь прекрасно. — Спасибо, хён, — он улыбнулся одним уголком губ, рассматривая собственные руки. — Я фотографирую. — Хорошо. Субин остановился в одной позе на какое-то время, сменил пару раз наклон головы и попробовал несколько вариантов расположения рук. Он окончательно успокоился, вкладывая в фотографии более расслабленные эмоции. — Ну вот, кажется, всё, — Ёнджун убрал камеру и остальные вещи с одеяла, оставляя только пачку с салфетками. — Спасибо большое, хён, ты мне очень помог, — Субин хотел встать, но Ёнджун остановил его. — Подожди, я вытру краску с твоего лица. — Ёнджун-хён, я сделаю сам… — он снова попробовал подняться, но Ёнджун потянул за край кофты вниз. — Сядь спокойно и расслабься, Субин~а. Субин сдался, опускаясь под напором ладоней Ёнджуна, давящих ему на плечи. Старший достал салфетку. — Пока я протираю лицо, можешь вытереть руки, так будет быстрее. Субин нахмурился, но всё же взял салфетку и начал старательно оттирать краску с рук, в то время как Ёнджун аккуратно проводил по мазкам на лице, мягко придерживая за подбородок. Было не особо удобно, но Субин всё же быстро справился, откидывая салфетки в сторону и немного щурясь, когда пальцы Ёнджуна сильнее надавили на щёки. Он перевёл глаза на его лицо. Старший сосредоточенно рассматривал Субина, чтобы не пропустить ни пятнышка, и когда уже переходил к шее, неожиданно заулыбался. — А теперь и ты на меня смотришь. Субин не стал отрицать, сейчас он чувствовал себя комфортно и вся неловкость пропала, оставляя лишь тёплое доверие, даже когда Ёнджун, стирая кривую линию, идущую через всю шею, случайно провёл там и мизинцем, вызвав мурашки, из-за которых Субин прикрыл глаза, собирая все свои силы. — Ты тоже очень красивый, хён, — прошептал он. Ёнджун на секунду остановился, поднимая глаза. Они сидели совсем близко из-за того, что Ёнджун наклонялся к шее, чтобы вытереть пятна с другой стороны, и младший почувствовал дыхание Ёнджуна, когда он тихо усмехнулся. — Я знаю. — Вот и делай тебе после этого комплименты, хён… — Прости, Субин~а, пожалуйста, делай мне комплименты, мне очень приятно, когда ты это говоришь. Правда. Субин опустил глаза и засмотрелся на губы Ёнджуна, на которых сейчас была лёгкая улыбка, чувствуя, как по шее вновь заскользили пальцы, но на этот раз он касался горячей кожи напрямую, избавившись от салфеток, вызывая новую дорожку мурашек в местах касаний. Он мягко провёл снизу вверх и остановился, двумя ладонями обхватывая Субина за подбородок и заглядывая в глаза. — Ты устал, Субин~а? Субин пару раз моргнул. — Ты про фотографии, хён? Только если совсем немного, а что? Он успел лишь уловить хитрую ухмылку, а в следующий момент оказался накрыт одеялом и руками Ёнджуна, уткнувшись носом в его ключицу. Он буквально закрутил их обоих в кокон так быстро, что Субин не успел подумать. — Хён… — Давай поваляемся немного, если ты не против, это всё так уютно выглядит, я еле сдерживался, чтобы не лечь, — бормотал Ёнджун ему куда-то в макушку. Субин сначала расстерялся, но потом неуверенно поднял руку, кладя её на талию Ёнджуна, и сильнее к нему прижался, вдыхая его запах. — Хорошо, Ёнджун-хён, но только немного… — Спасибо. Тёплое мягкое одеяло и крепкие объятия Ёнджуна согревали Субина, было настолько уютно, что он расслабленно прикрыл глаза, отпуская все свои тревоги. Тишина и слабый свет настольной лампы создавали ещё более успокаивающую атмосферу, от которой начинало клонить в сон, в который они оба, изредка перешёптываясь, в результате и упали. Через час домой вернулись остальные мемберы. В комнату к Ёнджуну зашёл Кай, громко выпрашивая зарядку, но сразу замолчал, увидев спящих старших. Он выключил свет, забирая со стола нужный провод, и оставил их отдыхать. Всё же выходные выпадают им не так уж и часто.