Бессонница

Над деревней Ишигами, или, как уже принято её называть, царством науки стоит луна, освещая тусклым светом целую половину земли, на которой только черт знает что сейчас творится. Блестящий снег аккуратно лежит на ветвях деревьев, иногда осыпаясь от резких потоков прохладного ветра. Поздняя ночь, а значит все должны уже давно спать. Ну, вообще, так и есть. Не спят только двое.. Первый из-за бессонницы по одной веской причине, а второй просто уже не ложится спать раньше пяти утра, отговариваясь тем, что занятому учёному сон только мешает. Как бы то ни было, хочу объяснить ситуацию. Асагири Ген по уши был влюблен в своего друга, что не давало ему покоя уже несколько недель с самого момента осознания и принятия своих чувств к Сенку. Менталиста терзали сомнения насчёт того, стоит ли вообще говорить Ишигами об этом? Вдруг у того появится отвращение к Асагири, и все, пиши пропало их общению и ментальному здоровью минимум одного из них. Нет, ну, видеться и говорить они все равно конечно будут, никуда не денутся. А с другой стороны, вдруг это окажется взаимно, что очень маловероятно по мнению Гена, так как научника ничего кроме своей цели и благополучия близких ему людей, как казалось, не волнует. В том числе и любовь. "—лишняя забота", сказал бы Сенку. От осознания первого варианта событий на душе становилось очень тяжко, а в голову поступали неконтролируемые потоки негативных мыслей, среди которых были уж совсем неблагоразумные вещи по типу снова начать резаться, с чем он смог покончить относительно недавно, или ещё хуже, покончить с собой в случае отказа. Менталист, конечно же, осознавал, что это самые идиотские и неправильные мысли, что посещали его за последние три с лишним, или, вернее будет сказать почти четыре тысячи лет. Но предвкушение этой боли, которая заставляет его чувствовать себя живым поглащало изнутри. Он и так уже много чего перетерпел. Выдохнув и собравшись со своими силами Ген накинул тёплое пальто, если можно было его таковым назвать, вышел из своего "домика", направляясь в сторону обсерватории, из окна которой была видна макушка ученого. Со стороны входа в обсерваторию послышались частые стуки. Сенку и гадать не пришлось кто же это мог быть, так ещё и в такой поздний час. Он прекрасно знал что менталист не спит. — Входи уже, болтолог, — сделав привычный для себя жест, почесывающий ухо, сказал Ишигами, — и что тебя в такую темень притащило? — Здравствуй, Сенку-чан. Да так, решил проведать, посмотреть как исследование продвигается, или что ты там делаешь.. — улыбнувшись, а затем немного скривив лицо в гримассе непонимания вперемешку с интересом, произнёс Асагири, приподнимая правую руку вверх в качестве приветствия, после чего сразу смыкая её с левой образуя своеобразный ручной узел, который не был виден из-за длинных рукавов фокусника. Но на самом деле он здесь совсем за другим, и прекрасно осознает это. И ещё прекрасно понимает что возможно спалил свои шрамы одним неосторожным действием. — Да вот, просто смотрю на звезды. Как никак несколько тысяч лет не мог увидеть их под таким углом. Все ещё не могу понять, как ты вообще так точно угадал с подарком к моему дню рождения? — лукоголовый усмехнулся и вопросительно глянул в сторону менталиста. — Ты забываешь о моих умениях и специальности, дорогой Сенку. — с саркастичной "грустью" выдал Ген, закрывая глаза. — тогда.. Я присяду? — Ну, раз уже пришёл, то почему бы и нет. — сказал научник, попутно с этим усаживаясь на пол и зевая. Менталист сел следом прямо напротив Ишигами. —Слушай, возможно, этот вопрос сейчас покажется грубым и бестактным, но, — слегка замявшись продолжил Сенку: — Ты.. Точно чувствуешь себя хорошо в данный момент? — А? К чему такие вопросы? — наигранно непонимающе сказал болтолог. Черт, видимо он и правда заметил уже побелевшие шрамы на запястьях Асагири. Дело дрянь, если догадки фокусника окажутся верными. — ну, в общем-то, да.. — выдавив из себя улыбку произнёс Ген. Нет, нихрена не в порядке. Он буквально убивался по тому, кто сейчас сидит перед ним и спрашивает о самочувствии, каждый вечер еле сдерживая пока что контролируемое желания снова пройтись по старым шрамам. А хотя, они не были совсем старыми, всего пару недель от роду. — А вот сейчас это стопроцентно прозвучит максимально глупо и резко с моей стороны. — схмурив брови и помассируя образущиеся морщины большим и указательным пальцами Ишигами уже с полностью серьёзным лицом произнёс, — Тогда.. Ты можешь.. Показать мне свои руки? — видимо, ученый не был в состоянии здраво оценить ситуацию из-за недосыпа, вот и спросил лишнего. К горлу болтолога быстро подбежал ком, а руки начали дрожать, попутно покрываясь мурашками. Ему было страшно. Он не хотел рассказывать и показывать это кому либо, тем более Сенку, тем самым нагружая его своими, как он считал, никому не нужными проблемами. Но, видимо, в состоянии шока Менталист без лишних вопросов медленно задрал рукав той же правой руки, отводя взгляд в сторону, а затем задрал рукав и левой. Аккуратно осмотрев шрамы и убедившись, что ничего смертельно опасного Асагири себе не нанёс, по крайней мере на руках, Ишигами выдохнул даже с неким облегчением. — Зачем ты сделал это? Понимаешь же, что ничего хорошего в итоге не выйдет? — слегка повышая тон, взволнованно произнёс научник. — Я.. Прости. Не стоило просить тебя показывать это. Но, раз уж я начал, то позволь спросить.. — глаза Сенку смотрели прямиком на Гена, который в свою очередь еле сдерживал подступившие слезы. — Из-за чего, или кого, ты делал это? Этот вопрос поставил менталиста в тупик, так как тот понял, что уже не готов прямо сейчас рассказывать о своих чувствах или откровенничать, а соврать по-человечески вряд-ли выйдет в таком состоянии, так ещё и перед Ишигами. Вот же слабак. По крайней мере, таким видел и ощущал себя сам Ген. Беспомощным слабаком. Именно сейчас, именно в этот момент. В конце концов сдерживать эмоции довольно трудно, тем более такие сильные, находясь с человеком, которому не страшно было открыться. Даже Гену. Слезы начали капать на деревянный пол, заставляя чувствовать себя ещё более никчемно, так как тот не был в состоянии дать хоть какой-либо ответ. Ученый в свою очередь растерялся, не зная, как ему поступить. Просидев около пяти секунд в ступоре, он все же решился обнять болтолога. Попутно поглаживая парня по черно-белым волосам Сенку шептал слова по типу: "все будет в порядке", "я рядом", "ты не один" и так далее. На данный момент это была его единственная идея, как успокоить друга, ведь в подобных ситуациях он никогда не был. Асагири в свою очередь уткнулся лицом в плечо Ишигами, истошно рыдая. Ему было действительно это нужно, хоть сам менталист этот факт отрицал, полагая, что сам со всем справится. Ну, что сказать, ошибочно полагал. Примерно через 5-6 минут Ген смог прийти в себя и уже почти без слез, но всё ещё истерично всхлипывая, крепко обнимал научника за шею. — Прости.. — прошептал менталист, все больше и больше прижимаясь к телу Ишигами. — Не нужно извиняться.. Я сам виноват что затронул больную для тебя тему, — все так-же поглаживая болтолога по голове произнёс Сенку, уже осознав, что спросил это зря, — не хочешь говорить - не говори, я не буду на тебя давить. Мне правда жаль что так получилось. Надеюсь, что тебе стало легче. Если человек на протяжении долгого времени находится в подавленом состоянии, при этом скрывая свои настоящие эмоции, хорошенько поплакать тут будет одним из самых лучших вариантов. — усмехнулся лукоголовый, все еще поглаживая второго по голове. — конечно, если ты не боишься жутких головных болей или опухшего лица на утро. — Ты.. Хотел знать причину порезов, да? — нехотя отстранившись переспросил менталист. — Да. Но, если тебе трудно говорить об этом, то я не настаиваю. — после этих слов Сенку искренне и понимающе улыбнулся. Конечно, он улыбался и раньше, но не так, как сейчас. Раньше это была либо улыбка безумного гения, либо коварная улыбка "злодея". Сейчас же это выглядело и ощущалось совсем по-другому, словно глоток свежего воздуха или луч солнца, светящий прямо на Асагири посреди ночи. — Сенку.. — собрав всю волю в кулак, начал Ген. — я люблю тебя. — медленно отстранившись от научника еще на пол метра и наконец прийдя в себя полностью произнёс менталист, после чего его щеки залились краской, а руки вновь начали дрожать от волнения. — эти порезы я оставил ещё будучи на стадии отрицания. Только не вини себя после этих слов, я.. Не знаю, что на меня тогда нашло. — в попыхах добавил болтолог, прежде чем закрыть заплаканное и покрасневшее ещё больше лицо рукой. — Я.. Это.. — Сенку не смог мгновенно осознать сказанное фокусником, что заставило его просидеть так ещё около семи секунд, — прости, я не знаю что чувствую по отношению к тебе.. Поэтому не смогу ответить ни взаимностью, ни отвергнуть.. Я дорожу тобой, безусловно, просто.. Я запутался. Погоди. — научник резко ударил себя по лбу, заставляя прийти в разумное состояние, а не продолжать дальше тупить. Будь менталист ему кем-то, кого он впервые в жизни видит или просто приятелем, скорее всего Сенку просто ответил бы что-то на подобии "—Чего", скривив лицо. На самом деле именно эта сцена выглядела довольно комично, учитывая то, что буквально минуту назад Ген рыдал в истерике, чуть ли не захлебываясь в собственных соплях, а сейчас аккуратно выглядывал из-за своего огромного рукава, наблюдая за действиями и словами младшего. — Мне нужно время, что бы обдумать этот момент.. До тех пор предлагаю остаться друзьями. Я честно без понятия, как на это реагировать, прости. — вновь ударил себя по лбу ученый, — угораздило же тебя.. Нельзя было влюбиться в кого-то получше чем я. Тц, больно, — Ишигами гладил себя по лбу из-за ударов, с которыми слегка переборщил. — обещаю дать тебе ответ чуть позже. Главное не делай ничего с собой за это время. Как ни странно, такой ответ вполне себе устроил обоих. — Хорошо. Надеюсь, что не буду вызывать у тебя отвращения после этого, Сенку. — грустно улыбнувшись ответил Асагири, — спасибо. — Я не настолько идиот, как ты думаешь, болтолог. Ты серьёзно предполагал, что я начну тебя ненавидеть только из-за этого? — вопросительно выгнул бровь научник. — Я вообще ничего не предполагал, оно само в голову лезет. — неловко ответил фокусник, поправляя рукава. — Тогда.. Уже довольно поздно. Собираешься уходить к себе сейчас? — задал ещё один вопрос Ишигами, который на первый взгляд почти не волновался. — Наверное.. Но все равно в сон пока не клонит. Может быть прогуляюсь. — привстав с пола и протерев заплаканные глаза, ответил менталист. — В такой холод, ещё и ночью? — не переставал недоумевать Сенку, все больше и больше заваливая фокусника вопросами из-за волнения, что старший быстро подметил. — Не стоит так переживать. Тогда.. не буду мешаться дальше. До встречи, мой дорогой Сенку. — с этими словами Асагири спустился из обсерватории, продолжая со спокойной душой идти вдоль деревни. Ему стало намного спокойнее от осознания того, что научник адекватно отреагировал на признание, так ещё и от парня. Прогулявшись вдоль деревни примерно 15 минут фокусник решил пойти к себе и наконец отдохнуть. Все-же завтра его и так ждут огромные синяки под глазами, не хотелось бы дополнять это ещё более опухшим лицом.