Она сведёт меня с ума

Реджина опустила взгляд вдоль моей руки, распахнула глаза, посмотрела на меня, рывком села и схватила меня за запястье. — Что это? — требовательно спросила она. Я медленно села, глядя на глубокий разрез вдоль предплечья, прикрыла глаза, аккуратно высвободила свою руку и крепко прижалась к Реджине, уткнувшись носом куда-то в ворот ее блузки. Я глубоко вздохнула, стараясь успокоить быстро бьющееся сердце и избавиться от порядком надоевшего кома в горле. — Прости… — прошептала я, ощущая, как ткань под моей щекой стремительно намокает. Миллс тяжело вздохнула. — Малыш… — она зарылась носом в мои волосы и глубоко вдохнула. — Давай посмотрим, — мэр разжала объятья и взяла пораненную руку. Она поднесла свою ладонь к порезу. Я мягко взяла ее за запястье. — Оставь, — попросила я, умоляюще глядя в карие глаза. — Будет мне напоминанием того, что я предала тебя однажды… Чтобы не предать снова, — глядя на капли крови, отчего-то вновь появившиеся в разрезе, попросила я. — Ты не предавала меня, — покачала головой Реджина. — Все это лишь воля случая… — Я просто выкинула мысли о тебе в мусорный бак! Я сделала тебе больно! — срывающимся голосом воскликнула я. — Я не хочу так больше! Не хочу причинять боль той, которую люблю больше жизни! — я плакала, глядя в карие глаза, также наполненные слезами. — Реджина, я люблю тебя, люблю! Я не хочу сделать тебе больно снова! — прокричала я и уткнулась лбом в ее ключицы. — Я не хочу снова ранить тебя, как все те, кто были близки тебе… Я не хочу быть как они… — хрипло произнесла я. — Не хочу, чтобы ты страдала… Прости меня за все… Прости… Мне нужно это напоминание. Я боюсь, миледи… — Солнышко… — выдохнула Реджина, подняла мою голову за подбородок и поцеловала. — Близкие люди причиняют самую сильную боль. Так было, есть и будет всег… — Нет! — сквозь слезы простонала я. — Я не буду как все! Я не хочу причинять тебе какую бы то ни было боль. Никакую… — я моргнула и обхватила ее голову руками. — Я люблю тебя… — прислонилась лбом к ее лбу. — Я тоже люблю тебя, малышка… — прошептала женщина, положив ладошки на мою шею, и подалась ближе, сокращая итак ничтожное расстояние между нашими губами. Я рвано вдохнула, улыбаясь сквозь слезы, целуя Реджину. Я сделала ей больно, так больно, как никто другой, но она не оставила меня… Я переместила руку ниже, уткнувшись пальцами в пуговицы, начала расстёгивать. — Ты спасла меня, — прошептала я, прервав поцелуй на секунду. — Как и ты меня тогда, в Зачарованном лесу, будучи маленькой девочкой, — улыбнулась она, открыто глядя в глаза. Реджина резко толкнула меня назад, заправила прядь волос за ухо и покачала головой. — Даже куртку не накинула, — хищно ухмыльнулась женщина. — На улице прохладно ходить в одной футболке, — она одним движением сдернула с меня футболку, наклонилась ближе и провела языком от подбородка до пупка. Я напрягла пресс, надеясь, что хоть так бабочки в животе слегка поумолкнут. — Реджина! — в двери ворвались Дэвид и Белоснежка, за ними маячил Генри. — Блять… — выдохнула я, рывком села, натянула футболку и прижалась к Реджине, обняв ее за талию. — Пусть просто уйдут… — попросила я. — Вы чего-то хотели? — недовольно спросила Королева, обнимая меня. — Мы… Наверное позже зайдём… — неловко проговорил Принц, пятясь назад. Я ощутила, как пуговицы блузки Реджины застёгивается. Магичит. — Да уж говорите, — покачала головой Миллс. — Ничего серьезного… Услышали просто, что ты под заклятием вечного сна, Мия ещё разбирается в себе, пришли вот… Думать, как тебя спасать… — сбивчиво поведала Белоснежка. — Да, но… Раз уж вы… — Дэвид замялся. — Уже все решили, и Реджина не спит… — Нужно устроить бал! — торжественно произнес Генри. Реджина закатила глаза. — Малыш, — тихо позвала она. Я подняла глаза на женщину. — Пустишь? — я спокойно помотала головой. — Понятно… — хмыкнула она. — Значит, поговорим позже, — уже в полный голос промолвила мэр. Прекрасные и Генри ушли. — Все впорядке. — Да, — я улыбнулась. — Теперь все хорошо.