Маргаритки, ставшие символом нашей любви

      Дорога от кладбища до поместья Виктора составляла значительно меньше, чем от кладбища до поляны полной маргариток. Чем ближе был дом мальчика, тем красивее становился путь. С первого взгляда видно, что даже за простой тропинкой в эту местность следили и ухаживали прям как за богатством. Почти ни одной лишней травинки, разве что парочку. Выглядело действительно опрятно и приятно каждому глазу. Деревья были посажены всё симметричнее и симметричнее. Каждый встречный куст не отличался от предыдущего. Новоиспечённый друг явно не подозревал в каких условиях живёт его товарищ. Было сложно сдержаться от восхищения. Совсем скоро стало виднеться само поместье, ограждённое таким же заметным высоким забором и украшенное морем цветов. Правда летом это всё выглядело намного лучше, но стоило признать, что осенью, что весной сад выглядел также внушающие. В конечном итоге всё внимание привлёк сам особняк мальчика. Настолько беловолосому было интересно, что он даже не задал ни одного вопроса, лишь наблюдал. Пройдя сад, полностью украшенный всех оттенков розами, парни стали подходить к тёмной деревянной двери, что казалась очень увесистой, но Виктор уже привык открывать её, по крайней мере два раза в неделю точно. Обслуживающего персонала как и снаружи, так и внутри было достаточно, но всё поместье казалось очень пустым и неживым из-за своих размеров. Стоило только попасть в дом, как сразу в глаза бросается незнакомая и только слышимая могильщику обстановка. Вместо привычных ему однотонных холодных стен были деревянные панели с золотой росписью, что иногда закрывали лишь половину всей поверхности, а иногда и сверху донизу. Причём в некоторых комнатах они отсутствовали, но дешевле это обстановку не делало. Им на замену приходили расписанные талантливыми руками стены, ну или как минимум просто узорчатая гладь. Полы сменялись с качественного лакированного дерева на глянцевую плитку. Часто в доме встречались и большие круглые ковры разных оттенков, с неразборчивыми рисунками. Большинство мебели было сделано из дерева, что делало каждую комнату такой живой и уютной. Выполнено всё было в тёмных оттенках, но длинные узкие окна помогали не делать помещение мрачным. Сами комнаты были очень просторными, но на столах и тумбочках виднелось скопление ненужных предметов, что выглядело немного нелепо, но всё же спасало своим присутствием от пустоты. У того, кто занимался оформлением и выбором мебели явно не дурной вкус, что было видно сразу. От рассматривания Эндрю отвлёк щелчок, что издала дверь при закрытии. После культурного шока на его лице виднелись хотя бы какие-то эмоции, правда их было не так уж и много, но не заметить это Виктор не смог:       — Извините, вы нормально себя чувствуете? Всё хорошо? — взволнованно спросил мальчик.       — Более чем хорошо, не стоит волноваться.       — Если вы чувствуете себя не очень хорошо, то можем выпить чая в гостиной, главное чтобы вы чувствовали себя хорошо! На улице становится холодно, несмотря на то что сегодня светит солнце, греет оно не очень. Но если вам очень хочется посидеть на природе, я могу вынести вам плед или дать какую-нибудь накидку, только скажите!       Виктор никак не устанет удивлять своим желанием угодить каждому, но таково поведение воспитанного и вежливого человека абсолютно с любым человеком. Даже интересно, не устаёт ли от стольких хлопот мальчик? Хотя если пригласил, то чего сопротивляться и возникать?       - Говорю же, нормально я себя чувствую, не стоит так волноваться - вроде не так грубо вышло, но Блондин это может принять это как-то по-своему, так что остаётся полагаться только на его реакцию.       На самом деле беловолосому хотелось верить, что зашёл он не только на чай в жёлтом саду. Уют и тепло так и вызывали у него желание остаться. И честно, Виктор был ему действительно приятен, несмотря на то что ему он казался очень навязчивым и слишком доверчивым, всеми силами хотелось его сберечь, особенно рядом с собой. Никогда такого чувства он не испытывал, но всё бывает впервые. Ему хотелось верить, что так быстро он от него не уйдёт и их дружба не прервётся каким-либо случайным событием. Эндрю поступки Виктора казались очень милосердными, особенно по отношению к нему, ведь брать инициативу в общении с человеком, даже зная что вас объединяет только "договор", как-то не присуще большинству людей. Но к сожалению или к счастью все люди разные, и привычки одного человека могут не соответствовать не только сотням, но и тысячам людей, просто Эндрю немного трудно смириться с этим, ведь в дружбе у него опыт весьма печальный, если он вообще дружил с кем-то. Признавать и замечать заботу в свою сторону для него вовсе непривычно, но какой бы ни была правда, обязательно нужно поблагодарить своего друга и не показывать себя эгоистичным, даже если трудно доверять другим.       Виктор услышал что им нужно делать, поэтому предварительно залив травы на свой вкус кипятком, отправился показывать своему гостю дом. Сам особняк был внушительных размеров, поэтому вместе пройтись по нему не составило бы труда ни одному из них. К тому же мальчик вроде распознал в эмоциях своего друга приятный шок, правда он видел его улыбку лишь единожды, но хотелось бы верить что он правильно понял. Из гостиной, где он оставил своего товарища ожидать своего прихода, он решил показать ему свою комнату, что находилась на втором этаже. Лестница располагалась посередине просторного квадратного коридора, что соединял на первом этаже шесть комнат, так как находилась в середине. На втором этаже виднелось только три комнаты, но по размерам ещё более внушительные. И как было нетрудно догадаться, одна из них принадлежала Виктору, а именно комната слева. Просторная длинная комната, уже не в таких тёмных тонах, более сосредоточенная на зелёных оттенках с более светлым деревом в мебели. Несколько книжных шкафов, упирающихся в потолок, причём не полностью заполненные, такие же длинные неширокие окна, что прекрасно освещали комнату, два круглых ковра, один под столом, другой же находится под латунной кроватью, с большими подушками, где рядом стоял огромный шкаф и зеркало в деревянной раме, что длиной было в полный рост, несколько кресел в углу комнаты, простеганные "каретной стяжкой", одно из них имело колёсики, просторный большой стол, на котором лежало несколько книг из одной серии, ноты и кожаный альбом с листьями Виктора, а по бокам тумбочки. Мальчик спешно подошёл к столу и позвал к себе своего друга. Увидев его альбом, Эндрю сразу понял что сейчас будет. Сам не зная, будут ли лекции друга полезными, сожалеть о том, что начал этим заниматься он не собирался.       - Специально для таких случаев у меня есть ещё один альбом для вас!       Роясь в тумбочке рядом, спеша найти альбом у него всё же выходит, правда выглядело это очень странно, будто он всю жизнь мечтал вручить кому-нибудь это. Беловолосый даже и не знает как на такое реагировать, слишком эмоционально и резко, но с другой стороны надо поблагодарить?       — Спасибо большое, объяснишь как правильно оформлять?       — Конечно!       Затянулась лекция примерно на полчаса, когда Виктор давно позабыл о травах и о чае, что они должны были распивать в саду. Им двоим показалось намного интереснее практиковаться клеить и пришивать листья вместе, чем сама причина, что заставила их собраться. Моментально мальчику всё же пришло осознание того, что время устроить чаепитие пришло, поэтому ему пришлось быстро выбежать из комнаты и со словами: "Я сейчас!", ведь напиток может потерять свой вкус, если переборщить. Эндрю как-то уже не был удивлён, как быстро мальчик убежит, так и быстро вернётся, так что особо переживать было не за что, хотя он ещё не понимал насколько Виктор может задержаться со своим внезапным уходом. Убежать ему пришлось не только потому что нужно проверить не увлёкся ли он со вкусом, но и нужно было накрыть стол в саду, чтобы выглядело всё более-менее прилично. Хоть и такой зажиточный человек мог позволить себе попросить слуг заняться этим, что работают у них в поместье за деньги его отца, но совести у него на это не хватит, приказов он никогда им не давал. Именно из-за своей скромности он и остаётся каждое утро без завтрака. Мальчик считал правильным заботиться о себе самому и не просить никого делать что-либо для него, ведь он для этих людей ничего не делает, не платит и не благодарит, если вообще пересекается с ними.       Спустя десять минут пропажи, Виктор всё же вернулся, делая вид, что ничего не было и наконец пригласил своего друга отправиться на свежий воздух. Там их ждал круглый столик со стульями по обе стороны. Предложив могильщику первому присесть, Виктор немного поправил стул и указал на него рукой. Стоило ему только усесться, сразу в глаза бросается вид, что хотелось наблюдать довольно долго, всё никак не налюбовавшись. Небольшое прозрачно-голубое озеро с лесом на другой стороне суши и такими же яркими полянами, где они побывали в этот же день. Он и предположить не мог что в этих местах может быть так красиво. Постоянно видя одну картину, другие виды, даже самые привычные другим людям, станут чем-то особенным на первое время. Именно за таким и стоит выходить чаще на природу, что на одной из прогулок приметил беловолосый. За домом было особенно тихо, поэтому здесь можно было насладиться пением птиц, иногда шелестом листьев или журчанием воды, но от любования прекрасным видом его отвлёк резкий запах жасмина. Друг его знатно постарался над напитком, что стало ощутимо сразу. Как обе чашки наполнились жидкостью, в компании воцарила тишина, ведь никто из них даже не пытался придумать тему для разговора. Особо интересным Эндрю показался пар над его чашкой. Хоть и инициативу всегда берёт Виктор, в этот раз ему захотелось просто помолчать и полюбоваться видом, предоставляя своему другу такую же возможность. И так, погрузившись в свои мысли, мальчик задумался о завтрашнем приезде отца и о нём самом. Без матери его совершенно не видно и не слышно, что довольно сильно напрягало, так как до этого участие отца в жизни мальчика чувствовалось. Будет больно отдаляться от единственного близкого человека, но Виктора стали часто мучить мысли об их отношениях в данный момент. Может быть всё было плохо и раньше, просто мать заменяла ему всех? А может быть он ещё не привык к новой жизни и неосознанно обижается на отца за его занятость. В такие моменты обычно хочется побыть одному и выплеснуть своё настроение, но рядом всё так же сидел его друг и не моргая смотрел на пар от горячего чая. Так что как-нибудь потом, а сейчас стоит приступать к чаепитию, не дожидаясь своего товарища.       Как чаепитие закончилось им снова пришлось отправиться в комнату мальчика. Там они просидели чуть ли не до глубокой ночи, через час луна будет сверкать на ночном небе. Пока Виктор перебирал свои книги и рассказывал что-то Эндрю, тот успел уснуть на его стуле, что было уже неудивительно. Мальчик был заинтересован вечной сонливостью своего друга, но никогда возмущения по этому поводу не выражал. Он был уже готов приготовить гостю спальное место, но похоже ему и на стуле было удобно. В доме царила тишина, еле слышен был только треск раскалённых дров в камине на первом этаже. Обычно в такое время мальчик читал или прогуливался по террасе, готовясь ко сну, но сегодня ему не позволяло это сделать наличие человека в его доме. Хотя раз он спит, то можно и прогуляться? Подумать и осмыслить свою новую жизнь в очередной раз. Тихонько открыв дверь, мальчик вышел. Ему пришлось быть тихим во всех его действиях, дабы не разбудить уставшего от всего Эндрю. Перед выходом на улицу Виктор решил снова заварить травы, в последнее время он часто пил чай перед сном или просто посреди ночи. На улице его встретил несильный и немного холодный ветер, но для него это не показалось важным поводом для отказа самому себе. Периодически смотря на дальний свет фонарей и немного подслушивая разговоры слуг, мальчик не мог сосредоточиться на своём одиночестве, но присутствие посторонних людей его успокаивало. Пришло время задуматься. Любуясь на звёзды мальчик пытался вспомнил завтрашнее время приезда отца, чтобы быть готовым к приёму учителей. Если он не ошибается, то он должен вернуться тогда, когда мальчик освободится от учёбы, но рассказать о своих приключениях и переживаниях Виктор не сможет, так как за столом его даже на чашку чая не хватит. Вечные сделки, договоры, контроль над сотнями подчинённых и постоянная усталость. Все его родственники предвидели ему такое же будущее, ведь мужская составляющая только и делала, что подписывала сотню бумажек каждые дни. Виктор искренне не понимал как можно заниматься этим каждый день? От этого недопонимания становилось только больше. Действительно ли отец променял его на работу или просто хочет как лучше? Этим вопросом Виктор может задаваться долго. С одной стороны резкое одиночество даётся ему сложно и он бы не хотел оставаться без отца, но и обеспечивать ребёнка одному как-то нужно. От таких мыслей становится ещё более одиноко. Воспоминания после такого вообще не дадут покоя. Ему была нужна только она, лучший друг и советчик. Только она, но жить нужно дальше. Больше всего его пугало предстоящее день рождения, что будет первым без матери. Можно ли вообще назвать это праздником? Слишком много навалилось на него в одну прохладную ночь, стоило бы и отвлечься. Хотя и заняться нечем, друг его который раз уже спит за день, будить его не хочется, поэтому книги взять не получиться, а отцовская библиотека закрыта, так как слишком большое достояние там хранится и находится без разрешения родителя там нельзя. Даже спать лечь нельзя, только и делай что стой на улице в полном одиночестве. Виктор даже был готов немного пообижаться на своего друга за то что отнял у него так много возможностей в самый нужный момент, но делать он этого не станет, так как в принципе обижаться не способен. Открыв увесистую дверь, мальчик решил лишить себя страданий и выпить тёплого напитка у камина. Оставалось только одно, ждать пока друг его проснётся, если конечно вообще сможет. Только сейчас его заинтересовала его сонливость, похоже с такой работой ему действительно сложно спится, хотя Эндрю всегда казался по-своему хладнокровным. На его лице немного сложно различить какие-либо эмоции, разве что печаль, растерянность и возмущение. Правда Виктор действительно гордиться собой за его, обвенчавшуюся успехом, попытку развеселить могильщика, хоть он и не совсем помнит его выражение лица в тот момент. Его улыбка и смех были спрятаны от Виктора благодаря рукам самого Эндрю, что постеснялся показать свои эмоции другу. Да и вспомнить их было сложно, так как вечно слезящиеся глаза не позволили бы ему запомнить хоть что-либо. Неужели опять придётся давать себе глупое обещание? Он подумает над этим потом, а сейчас надо сосредоточиться на напитке и скором сне.       Спустя полтора часа беловолосый всё же проснулся, но уже в полной темноте и одиночестве. Взять небольшие часы со стола мальчика и подойдя к окну, чтобы хоть как-то разглядеть циферблат. Уже одиннадцать часов вечера. Особо Эндрю своей сонливости не стеснялся, правда перед хозяином дома было как-то неудобно, к тому же он пропал. Делать что-либо было страшно и непривычно, но найти и поставить Виктора в известность надо. К тому же уже пора домой, некогда стесняться. Приоткрыв дверь и подойдя к лестнице, Эндрю обнаружил мальчика на первом этаже, почему-то ничего не делающего. Виктор не услышал как открылась дверь, но шаги заставили его обернуться. Вместо слов он просто мягко улыбнулся и продолжил разглядывать пылающий огонь в камине.       — Извини что заснул — сказал могильщик, усевшись на соседнее кресло.       — Всё в порядке, вы хоть выспались?       — Нет.       — А почему вы так часто засыпаете?       — Зачем тебе это?       — Мне интересно просто.       После этого в компании настигла тишина. Каждый чувствовал себя неловко. Либо слишком личный вопрос, либо кто-то один из них вредничает.       — Ладно, я расскажу, просто бессонница в детстве сейчас проявляет себя так — спустя пару минут ответил беловолосый.       — А если не секрет, то из-за чего началась бессонница?       — Плач матери не давал мне покоя по ночам, вот и получилось так.       — Мне очень жаль, но почему она плакала каждую ночь?       — Из-за осуждения общества и моего несчастного будущего.       — Но почему несчастного? Вы же живёте сейчас в достатке и работа вас ваша устраивает — искренне не понимал мальчик.       Ответ был весьма прост, нельзя назвать человека счастливым, если он растёт в обществе, где ребёнка могут избить за его существование. Нагонять мрачную атмосферу не хотелось, но о таких вещах должен знать каждый. Эндрю часто казалось, что Виктор с такой жестокостью по отношению к себе не сталкивался, вот и не понимает, что, конечно же, только к счастью.       Как выяснилось это не самая лучшая тема для разговора, поэтому промолчать было самым лучшим исходом для двоих. Спустя время Виктор всё же решил заговорить.       — Вы остаётесь?       — Что?       — Остаётесь ночевать? Просто так поздно идти домой не самая хорошая идея. Понимаю, оставаться в незнакомой обстановке не лучше, но может всё-таки не стоит рисковать?       Такая настойчивость смутила гостя, что и следовало ожидать, хоть и приятна такая забота, но остаться он не может, во благо самому другу.       — Извини, но я не смогу, мне надо домой.       — Сейчас пойдёте? Вас проводить? — начал опекать мальчик, резко вскочив с кресла.       — Проводи только до выхода, домой дойду сам, тебе спать нужно ложиться — звучит как обычно грубо, но забота чувствуется.       Мальчик кивнул и побежал наверх собирать вещи своего гостя, причём сам гость ни капли не торопился и даже с места не шевельнулся. Как бы не хотелось остаться, сделать он этого не может, ведь иначе его будет преследовать ощущение, что он слишком много себе позволяет. Пока его друг суетился на втором этаже, Эндрю спокойно сидел, так же заглядывая немного греющий огонь. Иногда он оборачивался в попытках найти что-нибудь более привлекательное, но у него не получилось. Само занятие изначально ему показалось скучным, но теперь он понял почему Виктор не скучал без него. Освещения было мало, спать захотелось ещё больше, но такой услады он уже не мог себе позволить. В этом месте он чувствовал себя по-настоящему комфортно, особенно рядом со своим другом, что постоянно бегал и заботился о нём. Даже можно не просить и не намекать на свои нужды, он поймёт всё сам. Забыть этот день у него вряд-ли получится, когда ещё тебе предложат оформлять свою собственную коллекцию листьев? Занимаясь подобным Эндрю не ощущал себя на свой возраст, от чего было жутко неловко, но в то же время только упрощало их общение. Только спустя двадцать лет своей жизни он нашёл своего первого настоящего друга, что младше его чуть ли не десятилетие. Не просто друга, а в первую очередь человека. Складывалось ощущение, что Виктор готов на всё ради него, но может он относится так ко всем и сам Эндрю не исключение? Этого он понять не мог, но самое главное это их дружба, что радовала и грела разбитые сердечки каждого.       Сзади послышались лёгкие шаги, Виктор собрал все вещи своего друга вместо него, хоть он и не просил. Виктор получил немного печальную улыбку своего друга, вместо каких-либо слов благодарности. Такой жест ему был по нраву, с учётом того, что его товарищ улыбался реже мёртвого.       Пришло время прощаться. Две противоположности в росте стояли около выхода и чего-то усердно ждали. Одна фигура, что поменьше, держала в руке керосиновую лампу и постоянно суетилась, такую нервозность заметил бы даже незрячий человек. Виктор хотел чтобы его друг остался, ведь с ним может случиться всё что угодно, днём отпускать его было бы намного безопаснее, но скромности и упрямства у Эндрю не отнять. Поставив аккуратно лампу на пол, Виктор без всяких слов просто раздвинул руки в ожидании объятий. Такое прощание было самым подходящим вариантом. Простояв так около минуты, высокая фигура потрепала меньшую по голове и отправилась в свой путь. Пожелания на ночь это последнее что услышалось, но сам Эндрю ещё не понимал что спать в присутствии своего друга ему намного комфортнее. По дороге домой его постоянно беспокоила мысль о том, не забыл ли он что-то? Но парень спутал свою тревогу с другим чувством, настолько сильно он не хотел покидать это место. Успокаивали его только надежды о том, что он снова посетит это место, прям как сегодня. Похоже сегодня ему точно не удастся заснуть.