Ветер пахнет цветами

«Моя нежная шея не любит веревки Поэтому знаю, что выйду в окно…» Летнее солнце заходит за горизонт. Предпоследние лучи отражаются в окнах многоэтажных зданий. Стоя на краю крыши, Дазай смотрит вниз. Маленькие человечки и машинки быстро двигаются, сливаясь в одно чёрное пятно. Противно. Ему противно, что аж блевать тянет. «Все они грешны…» — так бы сказал человек, с которым Дазай так жаждет встречи. Скрип ржавой двери и стук каблуков эхом раздаются в голове Осаму. Он ждёт, когда человек подойдёт поближе и разворачивается лицом к нему. «Забей это всего лишь эмоции Это бессмысленный максимализм…» Фёдор нетороплив. Он знает, чем все закончится. Знает, что отчаяние поглотит его душу, как только бинты окрасятся кровью, и сердце перестанет отбивать ритм. Знает, что его сердце окончательно оледенеет, а безумие захватит разум. И даже понимая, что это конец, Достоевский не снимает маску холоднокровия и спокойствия. Все так же смотрит на Дазая своим проницательным взглядом, как и всегда, немного хмурится и сжимает за спиной розу, царапая об шипы пальцы и ладонь. — Что ты хотел мне сказать, Осаму? — он не слышит сам себя из-за стука собственного сердца. Фёдор смотрит в глаза Дазаю и не хочет, чтобы он ему отвечал. Не хочет знать и так очевидного ответа. Парень блаженно улыбается и тихо смеётся, раскидывая руки в стороны. Бинты немного разматываются и начинают развиваться на ветру, словно змеи. — Ты проиграл, Достоевский, — Дазай прикрывает глаза и делает шаг назад. «Однажды в разгар самой пьяной тусовки Заплачешь и вспомнишь меня» Достоевский стоит и приглушенно слышит крики и вопли людей внизу. Рука нервно дёргается и отпускает розу. С цветком падает и пару капель алой жидкости. Фёдор делает несколько шагов назад, тяжело вздыхает и покидает крышу. Ветер подхватывает лепестки розы, а солнце полностью уходит, оставляя одинокие души блуждать в темноте.