Соулмейт? Чушь

            Рина проснулась первая от невыносимой духоты. Что-то тяжелое и твердое сдавливало ее ребра, от чего она не могла толком дышать. Открыв глаза, девушка обнаружила, что под одеялом, прижимая ее к себе вплотную, лежит Разумовский. Рыжие волосы разметались по подушке, а веки слегка подрагивают. Это было даже мило. Девушка протянула руку и откинула челку с его лба. Сложно было поверить, что это все реально. Сергей был таким странным в ее глазах. Яростный, бушующий ураган, амбициозный и сильный мужчина. Такого стоило бояться и держать на расстоянии нескольких городов, только бы не затянуло в эту темноту и безумие. Но буквально через секунду, когда он расслаблялся, случалось волшебство. Грозный Разумовский превращался в маленького мальчика Сережу, которому нужно было помочь, поддержать, обнять, утешить и рассмешить. От одного его вида сжималось сердце и хотелось броситься его целовать. Может быть, он был прав и родственные души существуют? Ведь Рине хватило суток, чтобы понять его. Не узнать полностью, но понять. Она четко знала, что не может его подвести.       Девушка осторожно выбралась из теплых объятий Сергея и пошла на кухню. Единственным способом узнать о молодом человеке больше, не спрашивая напрямую, было спросить у его виртуальной «дочери».       –Марго, расскажи мне о Сергее, — надевая очки, спросила Катя.       –Что вы хотите узнать? — ответил ей компьютерный голос.       –Для начала, что он ест на завтрак, — девушка улыбнулась. Она всегда считала, что для любого человека важны мелочи. Не даром каждая девочка задает своему парню глупейшие вопросы из серии «А какой мой любимый цвет?» (вопрос с подвохом всегда) или еще какую нелепость. Если вам, дорогие мужчины, женщина задает подобные вопросы, это значит, вы чего-то не замечаете или недостаточно внимательны к ней.       Марго, казалось, не ожидала такого вопроса или очень долго анализировала. Спустя пару минут она просто отобразила историю его заказов готовой еды, где практически все было ужасно вредным, а, судя по расписанию, ел он раз в день и очень скромно.       –Сергей много работает, мало спит и ест, практически не замечает самого себя, когда чем-то увлечен, — ответила Марго.       Рина тряхнула головой и принялась за готовку. Банановые блинчики, омлет с беконом и помидорами, сладкий чай и много фруктов.       Ближе к 8 утра из спальни, потягиваясь как кот выполз Сергей. Рина не сразу увидела парня, только покраснела, когда его холодные руки коснулись ее талии. Девушка вздрогнула, а знакомое возбуждение уже растекалось по всему ее телу. Только один человек раньше мог заставить ее почувствовать себя так же. Девушка с шумом выдохнула и развернулась к Сергею.       –Доброе утро, — хрипло прошептала она.       –Я сейчас повторю вчерашний вопрос… можно поцеловать тебя? — Голос Разумовского снова охрип, а дыхание участилось. Рине было очень тяжело бороться с желанием, но она не могла сдаться. В голове крутилась навязчивая мысль о том, что у него просто давно не было девушки, вот он и стремится ее заполучить побыстрее. Девушка что-то неразборчиво проговорила про завтрак, но вдруг мир вокруг нее взорвался красками. Сергей жадно, почти агрессивно впился в ее губы, сминая их, почти рыча от удовольствия. Девушка не сдержала стон, голова у нее закружилась и Разумовскому пришлось усадить ее прямо на стол. Рине казалось, что во всем теле у нее горит огонь. Его руки жадно изучали ее тело, он весь словно кричал: «Моя!». Отбросив все сомнения и предрассудки девушка начала снимать с него пижамную футболку, а он расстегивал ее рубашку. Им обоим окончательно сносило крышу.       –Сергей, к вам посетители, — механическим голосом произнесла Марго. Разумовский громко выругался, а Рина прижала палец к его губам, успокаивая. Ее горячее тело дрожало от возбуждения и Сергею пришлось собрать всю свою волю в кулак, только бы не послать все к чертям и утащить ее в спальню.       –Пусть заходят, — проговорил мужчина, пока его партнерша сбежала в комнату переодеваться.       В комнату с шумом ввалилась целая компания (ВНИМАНИЕ, ЖЕСТКИЙ НЕКАНОН!!!): Юля, Олег, Игорь и Дима были все в каких-то блестках, гирляндах, и именинных колпаках.       –С днем рождения!!! — взревела эта толпа. Разумовский мысленно хлопнул себя по лбу. Забыл. Ребята стали его поздравлять, дарить подарки, а из комнаты появилась краснеющая от смущения Рина.       –Ребят, это… познакомьтесь. Малы… Катерина, — осекся Сергей, представляя свою девушку (???). Первой к девушке подошла Пчелкина, просканировала ту холодным взглядом, а потом улыбнулась.       –Да, я видела ваше выступление вчера. Зря ты Сереже не поверила, он гений и любое его изобретение работает. Мы это уже давно поняли, — ребята дружно рассмеялись и Рина позвала всех завтракать. За столом (пришлось все-таки заказать еще еды) парни обсуждали какие-то свои дела, Олег, активно жестикулируя, объяснял Сереже план сегодняшней презентации нового проекта, а Игорь с Димой внимательно слушали и напоминали Волкову, что вечером они планировали праздник. Юля тут же завладела вниманием Рины и, пока парни спорили, спросила девушку о планах на день. У Рины в отпуске планов не было и вообще не должно было появиться, если бы не рыжеволосый Разумовский с его шумными друзьями. Юля предложила Рине поехать привести себя в порядок, а потом поехать в ресторан, заняться подготовкой праздника. Катя кивала, соглашаясь со всем, а в голове ее крутился лишь один вопрос: что же подарить Сереже? У человека вроде есть все, что можно желать (просто напомню, что у него на стене автоматы с газировкой), а они вроде как пара теперь. Может, вообще не идти? Ее же не приглашали.       Когда ребята, наконец, обсудили текущие дела, они стали собираться. Юля сказала, что заедет за Риной через полтора часа и они поедут. Олег клятвенно пообещал к тому же времени забрать Сергея.       –Ты же придешь, да? — обнимая девушку за плечи и целуя в макушку, проговорил Сергей.       –А у меня есть выбор? Что тебе подарить?       –Себя, — притягивая девушку к себе, сказал мужчина. Шею девушки обожгло его горячее дыхание. Какой же он был возбужденный. Или он просто был очарован ей?       –Поговорим об этом после праздника? — девушка улыбнулась и скрылась в душевой. Парочка быстро сделала все свои дела (под горящий огнем взгляд Разумовского было довольно сложно) и разъехались по разным концам Питера.       –Что ему можно подарить? — чуть не плача от усталости, говорила Рина Пчелкиной.       –Красивое бельишко, чулочки и шелковые простыни, — усмехнулась красноволосая.       –Сомневаюсь, что он наденет чулки и лифчик по доброй воле, — Катерина рассмеялась, а вслед за ней и Юля, представив эту картину.       –Ты не поняла. Ты наденешь, а он снимет.       –А смысл?       –И правда, лучше сразу голой. Думаю, ему так даже лучше.       –С чего ты это взяла? Мы знакомы второй, блин, день!       –Во-первых, Разумовский пустивший в свою постель женщину — это событие века. Он кроме нас на порог дома-то никого не пускает. То, что он в принципе нас познакомил, говорит, что рыжик настроен серьезнее танка. Это во-вторых. А в третьих… у тебя глаза вообще есть? Так как он на тебя даже собаки на мясо не смотрят! — Юля так активно жестикулировала руками, что зарядила в нос случайному зеваке. Парень так ошалел, что сразу же побежал в другую сторону от девушек. Пчелкина даже бровью не повела.       –А ты давно привычки Игоря стала перенимать?       –Ты это о чем?       –Ты же знаешь, что Игорь в Петербурге славится тем, что мало разговаривает вне допросной и очень много машет кулаками? Вот ты сейчас даже рукой так же как он махнула, - Рине однозначно удалось смутить девушку.       –Не переводи стрелки, бегом за трусами, – уязвленная Пчелкина толкнула Маркову в ближайший магазин нижнего белья и (будь ее воля, воспользовалась бы пистолетом) не выпускала ее от туда как минимум час.

***

      Вечером, когда все уже собрались в ресторане, Разумовский выглядел очень нервным. Он все время дергал кружку за ручку, глаза его лихорадочно, почти безумно блестели, а губы нервно дрожали. Рина, которую он галантно усадил справа от себя накрыла обе его руки своими.       –У тебя все хорошо, Сереж? Ты очень нервный, – она ласково, почти с любовью заглянула в его глаза и улыбнулась.       –Д-да, я в порядке. Просто в-волнуюсь, тяжелый был день, устал, - сбивчиво пробормотал гений программирования и сжал руки девушки.       Празднование шло своим чередом. Все, кроме Сергея расслабились под действием алкоголя. На рыжего, возможно, надышали, потому что тот был весел и без алкоголя. А может теплая, почти родная обстановка и близкие люди рядом подействовали. Все были словно сто лет знакомы друг с другом. Вечеринка плавно перетекла из ресторана в прогулку по Рубинштейна (классика туризма, но такая романтичная). Разумовского продышали там насквозь и самой трезвой, в итоге, осталась Рина. После чего ребята успели спеть в караоке. Помотало по алкогольной карте Питера знатно.       Закончить праздник (и начать новый день, ага) решили в квартире Разумовского. И караоке там же продолжили, и шумно-пошлые конкурсы в авторстве Димы Дубина (чем тише омут, тем веселее черти). Под утро, когда все уже засыпали на огромном диване Разумовского, Юля включила новости.       –Только что мы получили данные по делу Ивана Тарасова, сына владельца крупного банка. Молодой человек обвиняется в продаже наркотических веществ несовершеннолетним. Дело получило огласку, когда от передозировки наркотиками скончалась 15-летняя воспитанница детского дома "Радуга". Как сообщает наш корреспондент, 28-летного Ивана вчера вечером полностью оправдали, а виновным признали механика, который занимался ремонтом машин Тарасовых. По официальной версии 58-лентему Михаилу Шумакову было мало зарплаты механика и в своем гараже он изготавливал запрещенные вещества. Давайте посмотрим уникальные кадры из зала суда.       Картинка сменилась, но никто уже не обращал никакого внимания. Игорь громко выкрикнул что-то вроде "Урод! Подставил деда и сухим вышел. Как таких земля носит?!". Дубин, заикаясь и краснея от злости, выругался куда хлеще Игоря, а Юля просто тяжело вздохнула. Тяжелый взгляд Олега горел так, словно он прямо сейчас пойдет и придушит мальчишку.       Но все это совсем не волновало Катю. Она увидела испуганный, почти слезливый взгляд Сергея и взглянула на друзей. Она была уверена, что мужчине сейчас нужно будет побыть одному.       Девушка села перед ним на колени, обхватила его лицо руками и заглянула в глаза. Сергей едва смог сфокусировать на ней взгляд. Друзья, поняв ситуацию, поспешили убраться из квартиры, оставив парочку наедине (Разумовский очень не любил, когда его видели таким слабым и потерянным). Вдруг, захлебываясь слезами, он начал глотать ртом воздух, кричать, биться в какой-то странной, безумной истерике.       Рине было почти физически больно видеть его таким. Чтобы он ничего не разбил и не поранился сам, она усадила его на диван и стиснула в объятиях. Девушка стала лихорадочно покрывать его лицо и шею поцелуями, шепча успокаивающие слова и баюкая его, как младенца.       –Все напрасно! Все мои труды! Моя помощь, поддержка, свобода слова. Это все чушь! Люди - чума! Они никогда не ценят того, что имеют! – кричал Сергей, утыкаясь в плечо Рины. Девушка прекрасно понимала, что говорить ему что-либо уже бесполезно и надо лишь дождаться, пока он выбьется из сил.       –Родной, – прошептала девушка, от чего парень вздрогнул. – Мы справимся с этим, я помогу тебе изменить мир, клянусь... – девушка осторожно прижала к губам пальцы Сергея, а потом, словно скрепляя свою клятву, приложила его руку к своему сердцу.       –Я клянусь тебе, Сергей Разумовский, что пойду за тобой, помогу тебе сделать этот город лучше, как твоя родственная душа, – она знала, чувствовала, что лучшим способом снова вселить в него веру в добро будет только напоминание о том, что он уже совершил.       –Поспи, мой солнечный мальчик... Я всегда буду рядом, чтобы помочь тебе...       –Всегда? - сорванным после крика голосом, спросил Сергей.       –Ставлю на это свою жизнь, – девушка нежно поцеловала мужчину в уголок губ и почувствовала, как тот расслабляется. Вскоре он уснул тревожным, нервным сном, а Рина не отпускала его из кольца своих рук.       Впереди их ждало нечто масштабное, пугающее, сильное, как ураган. И только она могла не дать этому свету в его душе затянуться тьмой.