Третий не лишний

      Игорь, сколько себя помнил, всегда был один. За исключением пожалуй того времени, когда он жил с отцом, но это было так давно, что казалось, что и было-то вовсе не с ним. А так, ни в школе, ни в ВУЗе, ни на работе — нигде у него не было людей, которые могли бы стать ему друзьями в первую очередь потому, что сам Гром этого не особо желал. Так и вышло, что самым близким человеком стал друг семьи и его непосредственно начальник. И Грома это устраивало. Одиночество было для него воплощением подлинной свободы и независимости, о которой мечтал каждый человек в той или иной степени. Отвечаешь ты только за самого себя и тебе не нужно еще дополнительно за кем-то следить. Когда-то, помнится, у Игоря был очень неудачный опыт работы в команде еще в начале его карьеры, когда пришлось мало того, что выкручиваться самостоятельно, так еще и вытаскивать всю нерадивую команду, после чего Гром четко для себя решил: он работает один.        Игорь не заметил, как привычный уклад жизни стал его угнетать, а в груди начинало периодически щемить. Он думал, что просто подорвал своё здоровье, даже ходил к кардиологу, но это не дало ровным счётом ничего, врачи только разводили руками, показывая ему бланки с идеальными показателями, мол, здоров. Стены квартиры стали еще более серыми, а дом стал напоминать клетку, в которую он вынужден возвращаться каждый вечер.       Гром не заметил, как начал курить. Сизый дым и пепел оседал всюду: на одежде, на мебели, на лёгких… На работу Игорь последнее время приходил уже навеселе, становясь чуть более общительным, а глаза буквально блестели. Все думали, что он просто веселый парень, который умеет и пошутить когда уместно, и быть серьёзным, когда того требует ситуация, в общем, душа компании, пускай и не подпускает к себе ближе, чем на расстояние выстрела. Но никто не знал, что весёлые глаза были не от характера или, упаси Господи, хорошего отношения ко всем и каждому, а от виски. Иногда от водки.        Игорь любил гулять по городу и наблюдать за людьми. Вот гуляют трое подростков: два парня и одна девушка, цеплявшая его каждый раз, когда он с ней пересекался в парадной. Она была темноволосая, волосы ее слегка вились, но одно было неизменно — бело-синий шарфик «Зенита». Рядом с ней по правую руку шёл Влад Янковский. Его имя Игорь знал, так как когда-то он проходил у них свидетелем по делу о купле-продаже наркотиков, хотя Гром был абсолютно уверен, что этот длинноволосый рыжий бес был в этом прямо или косвенно замешан. Также про Влада он слышал, что тот лежал в семь лет в психлечебнице с диагнозом психопатия после того, как сжёг своих родителей, пока те спали. По левую руку от девушки идёт брюнет, пожалуй, единственный в этой компании, кто с майором так и не пересёкся то ли от того, что не палится так явно, то ли действительно законопослушный. Взгляд невольно скользнул по двум мужчинам, которые стояли под навесом, прячась от мелкого питерского дождика, прижавшись друг к другу, словно любовники. Хотя почему «словно»? Рыжеволосый украл с губ брюнета поцелуй, закрыв кокетливо рот ладошкой, хихикая, а Игорь поспешил уйти прочь. Конечно, после увиденного было чувство, что что-то тут неправильное, но Гром предпочитал в чужую жизнь не лезть, чтобы никто не лез в его, однако сейчас в груди снова начало щемить от досады, ведь у них было то, чего не было у самого Игоря. Они были нужны друг другу и они были счастливы.       Этот день был такой же паршивый, как предыдущий, всё те же серые улицы, всё тот же противный дождь, те же серые люди, а среди них может скрываться психопат, который, возможно, станет причиной твоей скорой кончины. Он может быть обычным человеком, всегда приветлив и вежлив на работе, весёлый с друзьями, любящий отец или мать, но в один день всё буквально переворачивается наизнанку и действительность предстает как в кривом зеркале: кровь забрызгала на кухне пол, из-за чего во рту появляется противный металлический привкус, внутренности свисают со старой люстры, которую давно хотели поменять, а в кастрюле лежит чья-то отрубленная голова. Но это не самое страшное, страшно то, что этим психопатом можешь оказаться ты. Игорь сидел на лавочке, всматриваясь в серое небо, делая затяжку. Сизый дымок выходил из его рта, согревая воздух вокруг себя, а пепел оседал на ботинках. Кажется, это уже вторая пачка за день. Майор встал, выбросив окурок в мусорку, после чего решил прогуляться вдоль набережной. Сейчас он был готов пойти куда угодно, да хоть самого дьявола задержать за склонения человечества к разного рода неподобающим вещам, лишь бы не идти домой, нахождение в котором даже в течение одной минуты было пыткой. Гром сел на бортик, чуть пододвинувшись к краю, после чего наклонился спиной по направлению к воде, как почувствовал, что начал соскальзывать. Секунда — и плеск воды заменил все звуки вокруг, а легкие начали заполняться вместо воздуха водой, но даже это не заставило Грома очнуться и как-то начать бороться за свою жизнь, потому что он не хотел бороться. Он устал уже сопротивляться, устал быть сильным и сходить с ума от одиночества, устал…жить. Гром закрыл глаза, начав уже отключаться и последнее, что он почувствовал, как чьи-то сильные руки вытянули его из водного плена.