Третий не лишний

       Подобные вечера, когда Гром заезжал на ужин к Олегу и Сергею, стали случаться чуть чаще, чем регулярно. Разумовский всегда был рад Игорю, даже если плана на вечер ни у кого не было, что случалось редко, то Сергей заказывал пиццу и весь вечер смотрели фильмы. Сергей любил классику мирового кинематографа, Олегу же было всё равно, что смотреть, он просто наслаждался возможностью проводить время с Сергеем, который специально клал голову ему на колени при просмотре фильма. Волкову нравилось, что Серёжа решил завести себе друга, который помогает ему не утонуть в работе окончательно потеряв связь с миром. А Гром в свою очередь учился понимать искусство и литературу, которую в детстве терпеть не мог, считая ее скучной, ну, за исключением пожалуй Достоевского. Через какое-то время Сергей начал выбираться с ними в музеи, проводя Игорю экскурсии, открывая ему совершенно другой мир, где всё работает несколько по другим законам. И это было интересно, майор учился, старался понять, чтобы было о чём разговаривать. Нередко вечерние посиделки превращались в поэтические вечера. Сергей учил Игоря понимать и ценить прекрасное, делая его более восприимчивым к окружающей его действительности; благодаря ему Гром ещё больше полюбил Санкт-Петербург, став замечать то, что не замечал раньше. А ещё благодаря Разумовскому Игорь полюбил французский, который до этого не переносил, во многом из-за своей учительницы, которая постоянно прикапывалась к нему на уроках.       Отношения же с Олегом у них были несколько иные. Волков всегда был немногословен и не был таким чувственным, как Сергей, однако Гром понимал его и без слов. Одного взгляда было зачастую достаточно, чтобы Игорь и Олег друг друга поняли. А ещё Волков очень сильно любил Сергея. Когда тот мог заработаться так, что совсем забыть о еде, то Олег готовил сам, что у него, к слову, замечательно получалось. Он заботился о Сергее всегда и учил это делать Грома, когда просил его купить любимые Серёжины сладости, чтобы заполнить ими автомат, или когда они вместе ездили за новой скульптурой, которую Сергей купил на каком-то аукционе.

И Гром решился.

       Игорь пришёл в башню поздним вечером, но Сергея ещё не было. Мужчина шатался, держа в руках полупустую литровую бутылку водки, после чего упал на диван, ставя её на пол. — Игорь, что-то случилось? — Олег сел к нему на постель, положив свою руку майору на живот. Тот не ответил, лишь посмотрел заплаканными глазами, в которых смешались благодарность и какое-то отчаяние, которое нельзя выразить словами. Волков всё понял. Он аккуратно убрал бутылку на стол, готовясь слушать исповедь. — Я был один сколько себя помню.- Начал Гром тихо, иногда останавливаясь. — Я жил одной лишь работой, дружбу ни с кем не заводил. Кинут ведь, как только узнают лучше. В тот день… Всё чувствовалось как-то особенно ярко. Мне хотелось забыться, когда водка перестала помогать, а одной пачки в день больше не хватало. Двух тоже. А иногда и трёх. Но потом появились вы, разрушив привычный мне уклад, резко и стремительно разрушив. Спасибо… Я бы не смог. Олег гладил плачущего у него на груди майора, который впервые смог раскрыться перед ним почти полностью. Волков провёл рукой вдоль его позвоночника, чувствуя, как по телу майора прошлась мелкая дрожь. После он коснулся его губ своими, втягивая в поцелуй, очень аккуратно, чтобы не спугнуть. Олег знал, что сейчас Игорю это было нужно — и действительно, тот не стал его отталкивать, давая закончить. Гром облизал свои губы, когда Олег разорвал поцелуй и повалил его на диван. — Стой.- Майор положил руку ему на бедро, чуть сжав. — Так нельзя, Олег. Это неправильно. — Что неправильно? — Вопрос Разумовского заставил Игоря вздрогнуть, тогда как он положил его голову себе на колени, начав поглаживать. — Вы же вроде как…пара.-Гром закрыл глаза, наслаждаясь лаской от Сергея, который зарывался тонкими пальцами в его волосы, иногда поглаживая линию подбородка. — Вдвоём хорошо, а втроём — лучше.- Разумовский захихикал, после чего сам поцеловал Игоря, проникая языком в чуть приоткрытый рот, пока Волков расстёгивал майору джинсы. Игорь вцепился в обивку дивана, простонав в губы Сергея, но тут же попытался этот порыв заглушить. Он разорвал поцелуй, так как воздуха уже не хватало. — Не стесняйся.-Произнёс Разумовский, часто дыша. — Здесь все свои. — Он провел рукой вниз по пуговицам рубашки Грома, расстёгивая их. — Олег, может сменим позу? — Сергей улыбнулся, проведя пальцами по разгоряченной коже, заставляя тело Игоря вздрагивать. Каждое прикосновение чувствовалось особенно остро, то ли из-за алкоголя, то ли от долгого сокрытия своих желаний. Олег устроился у Грома за спиной, чуть приподняв, в то время как Сергей стягивал с майора джинсы вместе с бельём, начав вести рукой вверх по стволу, от чего плоть тут же начала становиться твёрдой, вызывая из горла Игоря стон, пока Олег осторожно заходил в него пальцами, растягивая. Гром запрокинул голову назад, уткнувшись Волкову в грудь, часто дыша, давая возможность зайти в его рот, чем Олег и воспользовался, проталкивая внутрь свой язык. Гром начал ему отвечать, сплетая свой язык с его, а Сергей в это время взял в рот головку члена, заставив майора задрожать ещё сильнее всем телом, постанывая в губы партнёра. Олег разорвал поцелуй, спуская с себя бельё и добавляя третий палец, свободной рукой беря оставленную Сергеем на столе смазку, которую начал наносить себе на член, после чего осторожно зашёл. Разумовский же тяжело дышал, тоже начав раздеваться и, пока Игорь привыкал к чужой плоти внутри себя, Сергей начал доводить майора до разрядки, надрачивая ему у основания. Сам Гром метался и путался в своих ощущениях, которых было слишком много. Сдерживаться было невозможно, его ласкали одновременно отовсюду, а когда Волков начал задевать простату, то у Игоря начало сносить от экстаза крышу. Он закончил Сергею на лицо, на несколько секунд всё замерло. Семя стекало по его подбородку, доходя до ключиц, а на лице его расползлась счастливая улыбка. Он положил руку майора себе на член, после чего Гром сам начал помогать ему прийти к разрядке, пока Олег оставлял засосы на его шее, не прекращая при этом двигаться, пока не закончил ему в нутро. Когда из него вышли, Гром сжался, не до конца веря в происходящее, а Сергей в это время уже успел умыться и набросить на себя халат, после чего взял лицо Игоря в свои руки, нежно целуя, а тот и не сопротивлялся. — Добро пожаловать в семью.- Разумовский хихикнул, а майор упал на Волкова, провалившись в сон.