Дорогой друг

Гермионе в руку опустился стакан, наполненный чаем. От горячего напитка исходил приятный запах имбиря и корицы. Девушка невольно втянула воздух и зажмурила глаза. Теплая гостиная Гриффиндора всегда окутывала каким-то необычным спокойствием и уютом. Младшая Уизли удобно устроилась рядом, положив голову ей на плечо, и, еле заметно махнув своей волшебной палочкой, повернула регулятор громкости на радиоприемнике. Из динамика лилась мелодичная музыка и Джинни, умиротворенно прикрыв глаза, качалась в такт, раскачивая своими движениями и подругу. — Осторожнее, прощу. — пара обжигающих капель уже пролились на юбку и колготки Гермионы. — Хочу танцевать. — резко подскочив, Джинни откинула голову и, изящно делая волну рукой, поманила Гермиону к себе. — Завтра нелегальная вечеринка в заброшенном классе, несколько когтевранцев прибрали и расширили его. Что не сделаешь, чтоб позажимать девушек. — бестия коварно подмигнула подруге. — Пойдём? — Тебя всё ещё не покидает надежда, что в один прекрасный день я превращусь в твою компаньонку для шумных мероприятий? — Я не побоюсь применить силу, если ты будешь сопротивляться. — Джинни была явно серьезно настроена и Гермиона сдалась, даже не попытавшись побороться за право никуда не идти. Любуясь, как Джинни закидывает руки за голову и вызывающе расплывается в улыбке, Гермиона согласно ответила: — Только ради тебя. *** Сириус смотрел на свои ботинки. Стены дома на площади Гриммо всегда давили на него. Еще и минуты ожидания беспощадно превращались в часы. Всё прошло успешно, так как они и планировали. Сейчас главное было, чтобы Дамблдор и Билл Уизли вышли сухими из воды. Ещё один крестраж был уничтожен. Перед глазами Сириуса до сих пор стояла картина. Чёрный всё поглощающий туман, он окутал их с Альбусом как только его пальцы коснулись блестящей ручки украденной чаши. В тумане он видел чудовище, которое многие годы отравляло магический мир, которое убило его друзей, по вине которого он провёл столько лет в тюрьме. Темный Лорд стоял перед ним. Шёпот ледяными стрелами ворвался в уши, в голову. ,Ты никогда не будешь свободным. С клеймом убийцы, из рода убийц.’ В руке оказалась рукоять оружия и, Сириус бросив чашу на пол, занёс удар и пронзил мечом Гриффиндора часть души ненавистного урода. Они забросили почерневшую чашу обратно в сейф, где ещё множились золотые блюда и кубки. Вернувшись к ячейки Дамблдора, они стерли память гоблина и оглушили его. Блэк повернулся к Альбусу. — Встретимся на площади Гриммо. — были последние слова сидящего у стены старика. Сириус послушно кивнул и произнёс Петрификус Тоталус, направляя палочку прямо в грудь Дамблдора. *** Дождь за окном всё не прекращался. Тяжелые серые тучи окутали небо. По окнам стекали пытающиеся обогнать друг друга струйки прохладной воды. Малфой сидел у окна в библиотеке. Одной рукой он придерживал книгу, лежавшую на его ноге выше колена, во второй он держал зелёное яблоко, слегка вжимая пальцы в кожуру, которая при этом издавала приятный тихий треск. Драко перевернул очередную страницу книги, Алхимия. Древнее искусство.’, когда напротив приземлился Теодор. Его кудрявая голова беззаботно заглянула в книгу, Малфой захлопнул её одной рукой и поморщился. Нотт отпрянул обратно и обиженно надул губы, отвернувшись к окну. Поймав летящее в него яблоко в сантиметре от носа, он довольно укусил его и мягко улыбнулся блондину, который сверлил его пронзительным взглядом. — Ты уже решил, что будешь делать когда нас выгонят отсюда? — произнося это Теодор кивнул на мир за окном, тонущий в непрекращающихся потоках воды. Малфой сглотнул. Ему нечего было решать. — С такой подноготной как у меня, ничего не буду. — Драко сильно захотелось курить. — Та же фигня, спасибо папашам. — Нотт прищурился и провёл рукой по чёрным непослушным кудрям. — Буду изучать алхимию, захерачу себе философский камень. — Малфой шутил и не шутил одновременно, одна его часть планировала попробовать продлить себе жизнь. Теодор кивнул головой. Его план тоже был из разряда: реальный, но сложновыполнимый. — А я собираюсь собрать маховик, который позволит скакнуть подальше в прошлое и ебнуть Реддла в младенчестве. — брюнет довольно хохотнул. Малфой сжал губы, не то одобрительно, не то удивлённо. Помолчав и нахмурившись, он печально посмотрел на друга. — Ты не сможешь уничтожить страдания. Теодор с грустью произнёс в ответ: — Ты вообще свои собираешься продлить. *** Почти каждую ночь Гарри снился один и тот же сон. , Он идёт по темному коридору Хогвартса. Он спокоен. Теперь он уверен, что она не откажет. Он нашёл точку давления.’ Сон меняется. , Перед ним плачет привидение девушки. Она просит уничтожить что-то. Просит пожалеть её .’ Картинки расплываются и переплетаются. ,Теперь он открывает коробку из чёрного бархата и показывает что-то внутри той же девушки. Привидение пронзительно кричит и резко проскальзывает сквозь него. Шкатулка с грохотом падает на пол.’ Раньше на этом моменте Гарри внезапно просыпался, так и не узнав, какая вещь вызвала такую реакцию. Этой ночью проснувшись, он сел на кровати. Голова сильно болела, но это не имело значения. Он, как безумный, улыбался в темноту. Теперь он знал. Наконец-то знал, что из коробки выпало украшение, похожее на небольшую корону с серебряным орлом.