Жажда крови

-А-Сянь, ты волнуешься? — с улыбкой спросила шицзе, на что я чуть нервно улыбнулся. -Да, — признался я, но, заметив участливый взгляд сестры, пояснил. — Боюсь представить, насколько красивым сегодня будет Лань Чжань. -А-Сянь, ты все равно краше всех. -Правда? — тут же загорелся я и закружился по комнате в своих алых свадебных одеяниях. — Я же красив, шицзе? Правда же? -Конечно, — ласково улыбнулась шицзе и погладила меня по голове. — Мой Сянь-Сянь самый красивый! -Шицзе, — устало вздохнул Цзян Чэн. — Хватит ему поддакивать, он все равно не успокоиться пока не услышит этого от Лань Ванцзи, — шиди я показал язык. -И все же мне беспокойно, — я тут же напрягся, услышав эту фразу от шицзе. — Не слишком ли мой Сянь-Сянь маленький для того, чтобы выходить замуж? -Сянь-Сянь большой! — возразил я и гордо приосанился. — Мне уже три годика! -А разве не один? -Нет, все-таки три, — мягко улыбнулся я. — И я готов покинуть дом. -Да, мой А-Сянь стал совсем взрослым, и уже выходит замуж, — ласково улыбнулась шицзе и дернула за прядь волос. — А теперь сядь, А-Сянь, я сделаю тебе прическу. Послушно усаживаюсь перед зеркалом и принимаюсь наблюдать, как ловкими руками шицзе на моей голове формируется изящная прическа. Это произойдет сегодня, сегодня я и Лань Чжань преклоним колени в Храме Предков Лань, и я перейду в Орден Гусу Лань, как супруг Лань Ванцзи. Лань Чжань сказал, что не станет держать меня взаперти Облачных Глубин, что мы отправимся путешествовать, взяв с собой только А-Юаня. Будем бродить по свету и помогать простым людям, как и обещали во время праздника фонарей после окончания обучения в Гусу Лань. Мои родители тоже путешествовали и помогали простым людям. Может, я уговорю Лань Чжаня купить мне ослика? Я уже это представляю, свой идеальный мир — я на ослике, Лань Чжань рядом, а на его плечах А-Юань. Это мой идеальный мир. -Закончили? — спросил Цзян Чэн, спустя час, когда шицзе накинула мне на голову платок. — Нам уже пора. -Да, — кивнул я и поднялся, медленно направляясь к шиди — я мог видеть только то, что у меня под ногами, платок с меня снимет Лань Чжань, когда мы прибудем в Гусу Лань. — Скоро я стану госпожой Лань. -Болван! — от подзатыльника Цзян Чэна явно удержала кропотливая работа шицзе, но я все равно не обиделся — сегодня самый счастливый день в моей жизни — я выхожу замуж за Лань Чжаня, и ничего не омрачит мне настроение. Всю дорогу до Гусу Лань, я представлял себе церемонию, представлял Лань Чжаня. Как мы будем праздновать, что будет после пира, когда мы удалимся уже в свои покои, в цзинши Лань Чжаня, что станет нашим домом. Я представлял все это, погрузившись в мечтания, а потому не заметил, как мой паланкин остановился, а мне была протянута рука. Эти изящные пальцы я узнаю, не смотря ни на что, а потому смело вложил свою ладонь в руку Лань Чжаня. Лань Ванцзи обхватил мою ладонь и помог выбраться, мягко поддерживая. Мы дошли до Храма Предков, возле которого слышались голоса Лань Сичэня и шицзе и ворчливое бормотание Лань Цижэня и шиди. Перед табличками с именами наших родителей — я распорядился, чтобы Цзян Чэн принес и таблички дяди Цзяна и мадам Юй — мы опустились на колени и повернулись к друг другу. Именно в этот момент Лань Чжань снял с меня платок, и я мог его увидеть. Это было даже выше моих ожиданий. Я замер с открытым ртом, восхищаясь красотой любимого, в эмоциях Лань Ванцзи так же было восхищение, а еще столько любви, что я всерьез забеспокоился за его сердечко. Его любовь была столь велика, что я не был уверен, что выдержу ее всю, но обязательно сберегу. -Вэй Ин прекрасен, — тихо сказал Лань Ванцзи, отчего я расплылся в широкой улыбке. -Лань Чжань, прекраснее меня, — возразил я, в эмоциях Лань Чжаня появился горячий протест, отчего я мягко рассмеялся. Как положено, мы отбили три поклона, после Лань Чжань достал свою лобную ленту и обвязал ею мое запястье. Судорожно вздохнув, я обвел узоры облаков на ленте и прислушался к эмоциям Лань Ванцзи, там была искристая радость, очень много любви и нежности, а еще собственичество и удовлетворенное желание показать принадлежность. Что же значит эта их лента? Трепет от церемонии, пришлось приглушить на время празднования. Праздник организовали согласно традициям Юньмэн Цзян, а потому было весело и алкоголя много. Лань Чжань тоже веселился, хоть по нему и не было видно, но я чувствовал. Чувствовал, что Лань Чжань счастлив. Достаю бутылек со свежей кровью Лань Чжаня — он передал мне его прямо перед пиром — и опускаю несколько капель в свой сосуд с вином. Лань Ванцзи смотрел неодобрительно, однако по его эмоциям было понятно, что он умиляется и вполне себе доволен, если и было неодобрение, то оно было совсем слабым. Однако я себя переоценил: вино вместе с кровью Лань Чжаня имело убойную силу. К тому моменту, как настало время принимать подарки, я был уже безбожно пьян, не выпив при этом и половины сосуда. Первым пошел Орден Юньмэн Цзян. Цзян Чэн подарил мне новый колокольчик взамен утерянного. Растроганный до слез — я действительно зарыдал под действием вина — я принял подарок, прижимая колокольчик к сердцу. Следом шел Гусу Лань, почему-то Лань Сичэнь шел отдельно от Лань Цижэня, и если первый подарил Лань Чжаню сборник редких мелодий, то Лань Цижэнь подарил сборник правил мне. Если подарком Лань Чжаню я был более-менее доволен, то на подарок Лань Цижэня я почти закатил истерику. Спокойствие Лань Ванцзи успокоило и меня. Не Минцзюэ уверено подошел к нам, держа перед собой небольшую шкатулку, следом за ним семенил Не Хуайсан, хитро блестя глазами из-за веера. Когда Не Минцзюэ преподнес свой дар, я не выдержал и заржал. Конечно, это было оскорблением Главы, но я не ожидал, что он подарит мне веер, расписанный лично Не-сюном. Глава Не заглянул в шкатулку и застыл, медленно багровея от ярости. Веер был искусно расписан, поэтому я поспешил забрать шкатулку, когда Не Минцзюе погнался за Не Хуайсаном. Орден Цзинь превзошел в бесстыдстве даже меня. Когда я увидел дар, я пришел в ярость, Лань Чжань тоже, Цзинь Цзысюань нашей реакции не понял, но когда я в открытую показал, что нам подарил Глава Цзинь, он залился краской стыда. А дело в том, что Цзинь Гуаншань подарил нам несколько нефритовых столбов разных размеров. -Отец ты… — выдавил Цзинь Цзысюань и оттащил Главу Цзинь от нас. Не принять подарок, даже столь оскорбительный, от Главы Великого Ордена было оскорблением этого Ордена, поэтому я положил шкатулку к остальным подаркам. От Лань Чжаня вдруг повеяло заинтересованностью и возбуждением. -Что? — спросил я, повернувшись к уже своему мужу. От Лань Чжаня на меня навалился целый поток эмоций и чувств: хочу посмотреть, хочу, чтобы ты молил, ожидание, как долго ты сможешь продержаться, возбуждение и удовольствие. -Бесстыдник! — прошипел я, ерзая, чтобы унять возбуждение — с помощью чувств Лань Чжаня я представил себе картину того, как я лежу, связанный, а внутри меня именно эти игрушки, которые не дают полного удовлетворения, но мучают. -Мгм. -Когда мы придем в наши покои… Когда мы пришли в наш дом, Лань Чжань был бесконечно нежным. Он нежил меня поцелуями, он любил меня так, что у меня слезы появлялись на глазах. Все мое тело, вплоть до пальцев ног, было заласкано поцелуями. Только мой член остался не тронутым, но и без этого он стоял и молил о разрядке. Беспомощно всхлипываю, когда язык Лань Ванцзи скользит к моей хризантеме. Мы не виделись неделю, поэтому она сжата, но настойчивый язык нагло раздвигает лепестки, вторгаясь внутрь. Эта ласка меня смущала, но я ничего не мог с ней поделать — чувства Лань Чжаня глушили все сопротивление, он чувствовал лишь удовольствие от всего, что со мной делал. Мое удовольствие от наполненности в теле, удовольствие Лань Чжаня от наполнения меня, все это смешалось. Все это было таким удовольствием, что я мог бы потерять самого себя. -Укуси…меня.