В лодке

*** Джим проснулся довольно рано. На улице было уже совсем светло, а на часах около шести утра. Вставать из тепленькой постели не хотелось, даже для того, чтобы вдохнуть утреннюю свежесть через распахнутого окна. Мальчик рассматривал свою комнату, будто за ночь она изменилась. Но нет. Все стояло на своих местах. Еще раз промотав все вчерашние события в голове, Джим все же поднялся. План был такой: мальчик хорошо себя ведет, учится, слушается, тем самым вынуждая мужчину потерять бдительность. Это займет немало времени, минимум месяц. За это время нужно подружиться с Дереком и узнать от него лазейки или еще какую информацию. До того момента нужно готовиться.Стоит подробно проработать и план, и список вещей, которые ему пригодятся. А пока нужно как следует осмотреться. Вообще, Хокинс и сам не знал зачем все это делает. Наверное обида или упрямство не давали покоя. Но от мыслей о побеге приятно сосало под ложечкой. Мальчик умылся, переоделся, заправил постель и тихонько вышел из комнаты. На удивление входная дверь была не заперта, потому выйти в сад не составило труда. Пели птицы, солнышко ласково пригревало и свежий ветерок игриво резвился в волосах. Дома тоже было много зелени, но больше все же скал и небольших полей. А здесь… Высокие деревья, густые кусты, шелковая трава. Джим решил обойти дом со всех сторон, попутно рассматривая куда выходят окна из разных комнат. Все же мальчику удалось найти и сарай с небольшим хозяйством, а именно коровой и курами и конюшню. К лошадям в стойло мальчик побоялся войти, а к сараю — запросто, хотя рогатая корова немного напрягала. — Доброе утро, — поздоровалась Молли. — Доброе утро, мэм, — ответил Джим. Женщина мило улыбнулась и наклонилась за корзиной с яйцами. — А почему корова не на пастбище кушает? — поинтерисовался Джим, уперевшись руками в забор. — Она маленького теленочка кормит, — ответила служанка, — Хотите взглянуть? Джим неуверенно кивнул, корову он все еще боялся, но всеми силами старался это скрыть. Теленок белого цвета свернулся в комочек и спал. Мальчик умиленно любовался маленьким животным, которое мирно лежало в углу на сене. — Какой миленький, — подметил Хокинс. — Да, он красивый. Нам пора, нужно готовить завтрак. Выйдя из сарая, Джим спросил: — Можно я вам помогу с завтраком? — О, спасибо, но не стоит. Возможно мистер Смоллетт захочет с вами прогуляться перед завтраком. Но капитан, как оказалось, был занят другим. Как только Джим вошел в дом он услышал превосходную музыку, которая доносилась из гостиной, где стоял рояль. Дверь была открыта и мальчик робко встал у порога. Мужчина не заметил зрителя, продолжил спокойно играть, время от времени поглядывая на ноты. Когда Смоллетт доиграл произведение, сразу убрал руки с клавиш и взялся за левое плечо, приглушенно шипя. — Вам больно? — спросил Джим едва слышно. — Да, — спокойно признался капитан и встал, — Что так рано встал? — Просто, — пожал плечами мальчик. — Завтрак, думаю, будет готов через пол часа, так что можешь переодеться и снова умыться. После завтрака они снова прогулялись, но соседей видно не было. — Мы когда-то пойдем гулять в лес? — волнительно спросил Джим. — Пойдем, но не сегодня, — строго ответил мужчина. Поиграв сначала в саду, а потом в гостиной в шахматы, пришло время занятий. Сегодня было сложнее, поэтому Джим должен был сделать задание после сна и обеда. В это время как раз должен был прийти Дерек. Рыжий мальчик немного опоздал, хотя одышка и красные щеки говорили о том, что мальчик очень хотел поспеть во время. — Джим, садись за мой стол и дописывай задание, — скомандовал капитан, а сам сел в кресло, — Дерек, садись на диван. Хокинсу нужно было переписать по двенадцать раз восемь слов, которые он во время урока написал с ошибкой. Еще решить две простенькие задачи по арифметике, которые для Джима оказались пыткой. Но все же ему удавалось украдкой следить за мужчиной и рыжеволосым мальчиком. — И так, Дерек, ты принес табель? — спросил капитан, закурив трубку. — Да, сэр, — уныло ответил парень и протянул помятую бумагу. Капитан рассматривал ее некоторое время и в кабинете воцарила гробовая тишина, только часы на стене тикали. От этого напряжения Джим даже поднял голову. Наконец Смоллетт вздохнул, скорее даже выдохнул, да так тяжко, будто врач, у которого безнадежный пациент. — Объясни-ка мне, дружок, — наклонившись вперед и пристально глядя на собеседника, начал мужчина, — Как можно было с четверок в первом семестре, скатиться в двойки? — неспешная пауза, — Я бы еще поверил за тройки, хотя это тоже не совсем то, чего я ждал. Ты обещал мне, помнишь, что? Что будешь маму слушаться, учиться хорошо. Вижу, последнего разговора было недостаточно, раз ты забываешь так быстро о данном слове. Дерек молчал, прикусив губу и пряча взгляд, но теперь поднял щенячьи большие зеленые глаза. — До какого периода можно исправить? — спросил капитан. — До конца этого месяца, — тихо ответил мальчик. — Я пойду завтра в школу и попрошу об переаттестации и дополнительных заданиях, а до конца месяца ты будешь заниматься дома с утра, а после обеда приходить ко мне и я буду систематизировать твои знания, — заключил Смоллетт и поднялся, — Я дам тебе учебник по латыни, французкому и истории. Освежи свою память. Завтра установим, что тебе нужно повторить, или, скорее всего, выучить. Этот момент ясен? — Да, сэр, — ответил Дерек. — Не надо мне тут вздыхать, у меня руки чешутся тебя наказать, но это уже после аттестации, — у книжных полок говорил капитан, ища необходимые книги, — Джим, что с заданиями? — Переписал слова, — хмуро ответил мальчик, уперевшись локтями в стол и подпирая руки головой. — Сядь ровно, — подойдя скомандовал Смоллетт, — Решай задачи, я провожу Дерека домой. я вернусь и проверю. Мужчина проводил гостя к выходу, а Джим остался в кабинете один. Ну нет, этих пыток он точно не переживет. Только жаль с Дереком не успел переговорить, готовиться к побегу нужно уже, а за пределами сада он гулял чуть ли не за ручку с капитаном и по одной и той же тропинке.