Сексуальное воспитание Гарри Поттер

Огромные залы Хогвартса пустели. Двери кабинетов и спален закрывались на каникулы, чтобы отдохнуть от учеников, набравшись сил для новой встречи с ними. К лету в замке осталось несколько ребят. Да и те сидели на сумках, ожидая скорого отъезда. Гарри был одним из них. Сейчас он стоял у огромного окна с задумчивым видом. В голове царил хаос. Парень не знал, как отказать Рыжему и избежать поездки к нему в гости. Требовалось сделать так, чтобы Рон не обиделся. Но подход к другу находила лишь Гермиона, уехавшая в первые дни каникул. Гарри остался наедине с проблемой. Выхода из ситуации не предвиделось. Оставалось довериться случаю и озвучить решение без особой деликатности. На самом деле Поттер любил компанию Рона. Но прямо перед отъездом к нему подошёл Северус Снегг и пригласил к себе на каникулы. Сначала молодой маг думал, что это злая шутка или попытка поиздеваться над более слабым. Однако всё изменилось, когда мужчина заглянул в глаза ученику. Его взгляд источал уверенность, а речь была чёткой и слаженной. Это вселило надежду, и Гарри перестал сомневаться. Раньше Снегг не проявлял интереса к ученикам. Подобная привилегия оказалась в новинку. Гарри было безумно интересно провести лето с мужчиной. Да и отказать столь уважаемому преподавателю было бы глупо. Он хотел узнать его, обрести родного человека, узнать так же хорошо, как знали покойные родители. Парень уже согласился ехать к Северусу, поэтому обидчивость Рональда была совсем не на руку. Конечно, Гарри мог выбрать дружбу. Однако тёмная сторона желала уехать к учителю: следующего предложения может и не последовать. К тому же загадочный преподаватель тёмного волшебства всегда был настоящей загадкой и никогда не стремился к общению. Светлая часть души просила не расстраивать друга. Гарри разрывался, не зная, как поступить. Но, как и многие, встал на сторону тьмы. Всё это время друг стоял рядом и бормотал без умолку, рассказывая о предстоящей поездке и совместном отдыхе. Из его рта вылетали тысячи слов, мешавших вставить хоть одно постороннее. Гарри долго терпел, пытаясь абстрагироваться от бессмысленной речи. Терпел, пока чаша не перевесила, заставив стать менее тактичным. По его взгляду товарищ понял: что-то не так. Теперь он говорил медленнее, пытаясь понять реакцию. — Рон, я уезжаю на каникулы к Снеггу. — выпалил Гарри и замолк. — Что? К Северусу Снеггу? — голос парня разнёсся по всей комнате, глаза округлились и вцепились в друга. — Да. Снегг предложил погостить у него. Я не мог отказать и не хотел обидеть тебя. — печально заявил маг с виноватым выражением лица. Гарри ожидал чего угодно: от лёгкого недовольства до всепоглощающей истерики. Опустив взгляд, он ждал слов приятеля. Ждал, что тот начнёт бунтовать, высказывая неприятные вещи — так происходило всегда, когда ему что-то не нравилось. Несмотря на печальную статистику, рыжий молчал. Тишина в помещении стояла мёртвая, давила на перепонки. — К Северусу... Рехнуться можно. Теперь понимаю, почему ты был необщительным в последнее время. — с улыбкой заявил Рон, скрывая беспокойство. — У меня нет слов. Рыжеволосый волшебник бормотал, наливаясь восторгом. Правда, на его лице читался испуг и явная жалость к приятелю. Эмоции были связаны с Северусом — строгим и бескомпромиссным. Рональд не представлял, как друг справится, как будет жить с ним в одном доме без возможности уехать в течение двух долгих месяцев. Поступок казался подвигом или самой глупой идеей на свете. — Ты на меня обижен? — спросил Гарри, слегка приподняв бровь. — С чего это вдруг? Я сочувствую тебе, Гарри. — парировал волшебник. — Снегг — самый худший вариант из всех. Даже моя несдержанность выглядит сущим пустяком по сравнению с его напыщенностью. — Спасибо, Рон! — выдохнул Гарри, натянув улыбку, похожую на неестественный оскал. Спустя пару дней Гарри подошёл к назначенному дому. Его удивлял внешний вид постройки и то, в каких условиях живёт мужчина. Здание было жалкой пародией жилья, больше похожей на заброшенный барак — такое развалится от лёгкого ветра. Фасад имел чёрный оттенок, напоминая магическую книгу, внушающую страх всем ученикам. Однако по сравнению с ней дом выглядел более жутко: будто в нём скрывались духи, поджидающие жертв. Первый этаж не вызывал интереса. Там находилась металлическая решётка с деревянной скамейкой за ней. Серая массивная дверь гармонировала с возрастом здания, пугая своей изношенностью. Страх перед увиденным рос как на дрожжах. Но оказалось, что эмоции не так сильны. Мимолётно осмотрев второй этаж, Гарри почувствовал дрожь в ногах, по спине пробежал холодок ужаса. Зловещие круглые окна притягивали внимание. Пот выступал на спине, тонкая футболка прилипла к бледной коже. Вскоре в самом дальнем окне появился силуэт. Тёмная фигура стояла и смотрела вниз. С большого расстояния Гарри не мог понять, кто это, но напрашивался вывод: профессор. Очертания походили на Северуса, ожидающего единственного гостя за долгие годы. Набрав полную грудь воздуха, юноша осмелился сделать первый шаг. Огибая металлический забор, он остановился напротив двери и хотел постучать кулаком, но вовремя заметил круглый дверной молот. Как только рука потянулась к нему, створка резко распахнулась. Изнутри повеяло холодом — волоски встали дыбом, по спине снова пробежали мурашки. На пороге стоял сам Северус Снегг. Чёрные сальные волосы развевались на ветру, холодные глаза соответствовали равнодушной гримасе. Хозяин был недоброжелателен, хотя Гарри уже привык к вечно хмурому учителю тёмной магии, к тому, что ему чужды человеческие чувства, близкие к любви. На худое тело была накинута чёрная мантия, не закрывающая торса. Взглянув чуть ниже, Гарри заметил чёрные боксеры, облегающие бёдра с особым изяществом. Из них выпирал член внушительных размеров, вызывая смешанные чувства. Поттер хотел отвернуться, но голова не поворачивалась — она желала рассмотреть его. Противный ком перекрывал горло, пока парень не сумел сглотнуть. Стоя неподвижно, он надеялся, что мужчина не заметит, куда устремлён взгляд гостя. — Надо же... Сам Гарри Поттер пожаловал в моё имение. — с лёгкой улыбкой заявил мужчина. — Не ожидал, что ты согласишься погостить у меня на каникулах. — последовала небольшая пауза, и Снегг отошёл в сторону. — Проходи. Но не чувствуй себя как дома. Эти стены не любят наглости. Внутреннее убранство поражало роскошью и не походило на внешнее. На тёмных деревянных стенах виднелись красивые росписи, пол был покрыт коврами с крупным ворсом. Во всём стиле прослеживались нотки прошлого — такие явные, будто мужчина не трогал мебель очень давно. Внутри было намного уютнее, чем снаружи. Даже тусклое освещение не приносило негативных эмоций, что были на улице. — Гарри, твоя комната на втором этаже. Третья дверь справа. Как разложишь вещи и переоденешься, спускайся на обед. — заявил учитель, разворачиваясь на сто восемьдесят градусов. Не успел Гарри опомниться, как мужчина испарился. Юноша стоял один в гостиной, собираясь с мыслями перед поиском комнаты. Подняв тяжёлый рюкзак, он направился к винтовой лестнице из резного дерева. Ступая по ней, слышал мерзкий скрип и боялся сорваться вниз. Складывалось впечатление, что ступеньки ожили, чтобы «сожрать» ногу самозванца, посмевшего на них наступить. С горем пополам Поттер добрался до цели. Стоя посреди коридора, он заметил: второй этаж по дизайну не отличается от первого. На стенах висели старинные портреты родственников, по бокам темнели двери, ведущие в комнаты. Мрак давил на глаза, приходилось успокаивать себя и настраиваться на хорошие мысли. Парнишка не представлял, как будет находиться здесь долгие два месяца. Когда нужная дверь открылась, в глаза ударил яркий свет. Гарри уже привык к тёмным тонам дома, поэтому яркий свет причинял дискомфорт, заставляя закрывать веки. Сильная боль отдавалась в голову, пульсировала в висках. Лишь со временем он привык к неудобству и, потерев глаза, осторожно открыл их. Оглядевшись и убедившись, что рядом нет монстра, он осмотрел помещение, предназначенное для его проживания. «Возможно, Северус хотел поселить меня в более уютную комнату с солнечной стороны...» — подумал парнишка, вглядываясь в интерьер. Осмотрев комнату, он не удивился: дизайн был таким же, как во всём доме. Посреди стояла большая деревянная кровать с пушистым светлым одеялом. Над ней висела картина с ярким летним пейзажем. Кроме этого, Гарри заметил кресло-качалку, рабочий стол с парой книг и керосиновую лампу. На прикроватной тумбе лежала ещё одна книга с обложкой, идеально подходящей к стенам. Судя по её чистоте, она недавно читалась. Или мужчина намеренно прибрался в комнате, чтобы встретить гостя как можно лучше. Кинув рюкзак на пол, Гарри присел на край кровати и вздохнул. «Наверное, я всё же обидел Рона, — грустный голос, звучавший в голове, не давал покоя. — Лучше бы я остался с ним. Ну, ничего не поделаешь. Придётся провести два месяца в компании мрачного профессора. Осталось понять, чем он дышит, и найти что-то общее». Юноша решил не переодеваться, а сразу идти на ужин к Северусу. Не гоже, чтобы мужчина, принявший его в гостях, долго ждал. Спустившись на первый этаж и дойдя до гостиной, Гарри вновь остановился. Он осмотрелся, надеясь увидеть нечто новое, но здесь царил тот же мрак, пронизывающий до кончиков пальцев. В надежде увидеть свет в столовой, парнишка завернул за угол, будто чувствуя, где она находится. — Ты решил не переодеваться? — с хмурым видом заметил Северус, осматривая парня с ног до головы. Взгляд мужчины был изучающим, глаза таили скрытность. Даже в темноте чёрные глаза блестели мраком. Снегг сидел за круглым столом, на котором лежали булочки с корицей и стоял серый заварник. Он поднёс ко рту маленькую чашку, отхлёбывая жидкость. Зоркие глаза парня приметили в кружке листья ромашки и какие-то корни. Судя по содержимому, профессор нервничал. Но что стало причиной беспокойства, оставалось загадкой. «Ромашка слегка успокаивает, — подумал Гарри. — Тёмный маг нервничает? Или, может, ему нравится вкус ромашки и корней?» — У меня не шалят нервы! — с ухмылкой заявил сидящий, бегло взглянув на гостя и вводя его в ступор. «Северус умеет читать мысли? Но это невозможно». — Гарри боялся и не мог смириться со способностями мужчины. — Ядовитые корни повысили кислотность желудка. Мне необходимо её снизить, поэтому я пью эту замечательную траву и тебе советую. Видимо, юноша, ты плохо спал этой ночью. Кто тебе мешал? — Гарри странно посмотрел на собеседника, подняв бровь. — Это не магия. — усмехнулся хозяин дома. — У тебя весьма заспанный вид. Да и эти мешки под глазами. Гарри и вправду плохо спал. Прошлой ночью его посещали разные мысли и фантазии. Он думал, как будет терпеть мужчину целых два месяца — ведь Северус был до невозмутимости скользким, его манера общения выводила из равновесия. Единственным плюсом казался огромный опыт в тёмной магии. Парнишка надеялся на обучение и повышение своих навыков. Во сне Гарри находился в тёмной комнате с багровым интерьером. По её центру лежал махровый ковёр абсолютно чёрного окраса. Пройдя пару шагов, он понял, что интерьер поменялся. Теперь перед ним стояли невысокие тумбочки с непонятными предметами: шариками, сцепленными верёвкой, и странными ампулами с мутным содержимым. Кровать поражала размерами, деревянным изголовьем и шикарным бархатным покрывалом. Гарри сделал ещё шаг и попал в кромешный мрак. Юноше не было страшно, даже мурашки не бегали по спине, холод отсутствовал, хотя по полу расползалась белая дымка. В ушах стоял приятный шёпот. Сухой голос был до боли знаком и оставался чужим. Мрак словно призывал его, призывал сделать шаг и очутиться в той же чёрной комнате. Однако на этот раз в ноздри проникли сладостные ароматы парфюма, похожего на цветы. Грудную клетку что-то сжало, по телу пробежала волна экстаза. Парня унесло в круговорот спазмов. Внизу живота каменел член, яйца возбуждённо тянули вниз с ноющей дрожью. В попке саднило так, что желание втолкнуть что-то внутрь постоянно росло. В итоге Гарри не удержался. Смочив пальцы, он попытался просунуть один из них. На удивление, тот скользнул легко, и по телу прошла новая волна удовольствия. Блаженно вздохнув, юноша раскрыл заспанные глаза. Потолок спальни говорил о том, что это сон. Лёгкая наполненность до сих пор ощущалась внутри, дополняя жар в анусе. Пальцы Гарри находились в укромном местечке, и он не понимал, в каком из миров находится. Это было слишком эротично и приятно, особенно для первого раза. До сегодняшнего дня парень не толкал пальцы в задницу и тем более не мастурбировал. — Присаживайся! Хватит стоять в проходе! — голос профессора отвлёк от воспоминаний. — Да, конечно. — с лёгкой улыбкой ответил Гарри, садясь на свободный стул. Северус по-хозяйски налил чай в кружку, придерживая одной рукой за ручку. Наполнив сосуд до краёв, мужчина осторожно подал её вперёд и поставил на стол недалеко от юноши. — Спасибо. — с нежной улыбкой сказал Гарри. — Гарри, ты слишком много смущаешься. Тебе это не кажется странным? — с хитрым взглядом поинтересовался учитель, пододвигая тарелку с кренделями и другими сладостями молодому гостю. — Простите... — смущённо пробормотал юноша, отводя взгляд в сторону. — Я себя неловко чувствую. К тому же ваш наряд выводит из равновесия... — Хм... — хмыкнув, Снегг глядел на парня, наклонив голову набок. — Гарри, смущению тут не место. Ты мужчина в первую очередь. Ты мужчина в рассвете сил. И как же ты ходишь в общую душевую, если стесняешься взрослого? — взгляд мужчины был очень странным, зрачки сверкали. — Ну... Я чаще прихожу, когда в душевой практически никого нет. — тихо пробормотал парень на одном дыхании. — А как же обнажённые тела твоих сокурсников? Или вы, молодой человек, смущаетесь только взрослых? Или вас смущает что-то ещё? — хитрый взгляд бегал по юному лицу. Мужчина давил на самое больное и сокровенное. Гарри не знал, что сказать и как выйти из положения. — Зачем же ты, мой юный друг, приехал ко мне, зная, что мы будем тут одни? Я взрослый мужчина и могу иногда гулять голым в своём доме. А тебя это будет смущать. — с хищным оскалом прошептал взрослый, заглядывая в ошарашенные глаза молодого. — Я хотел получше вас узнать. — выпалил Гарри и тут же затих. — Хорошо. Я рад, что ты приехал ко мне, отказавшись от каникул с Роном. — заявил тёмный маг и окинул юношу беглым взглядом. — Меня начинает выводить твоё смущение. Ты девственник, Гарри Поттер? — Северус говорил мягким голосом, но каждое слово било в лоб, отлетая со звоном. Со стороны парню казалось, что вопрос был утверждением: мужчина уверен в невинности и проверяет, не солгал ли юный гость. От столь пошлого вопроса щёки Гарри налились румянцем. Молодой человек отвёл взгляд и уставился в одну точку. — Негоже, чтобы юноша в твоём возрасте был девственником. — наступал мужчина, не думая молчать. — Твои друзья уже давно перешли во взрослую жизнь. Посмотри на Драко Малфоя. Ох, какой распутный негодник. Что он только не вытворяет. — с пылающей улыбкой заявил Снегг и затих, глядя на удивлённое лицо Гарри. — Мои друзья перешли во взрослую жизнь? Они уже занимались этим? — с выпученными глазами проговорил Гарри, игнорируя слова учителя. — Ты это так возбуждённо спрашиваешь, словно тебе чужды сексуальные эмоции. Ты ведь занимался мастурбацией? — мужчина сузил глаза и смотрел на молодого собеседника. Хищная довольная ухмылка не сходила с его лица. — Что вы, мистер Снегг. Это же постыдно. — юноша бормотал, а его глаза гуляли по кухне в поисках спасения. Маг задавал слишком личные вопросы, и это будоражило Гарри. Он был девственником и ни с кем не делился своей половой жизнью. К тому же никто не интересовался ею. Лишь Северус Снегг спокойно задавал такие вопросы, забыв про чувство такта. Парнишка чувствовал дискомфорт, но не мог признаться учителю. — Не стоит себя так вести, Гарри. Все мы мужчины, и в этом нет ничего постыдного. Главное — не стесняться. — с хитрой улыбкой заявил взрослый, жестикулируя свободной рукой. Северус Снегг смотрел на молодого ученика Гриффиндора. Его хищные чёрные глаза не покидали смуглого лица и тонкой выступающей ключицы. Парень был молод и по-своему привлекателен. Его юношеская красота и черты сводили с ума некоторых — не только Северуса, но и других учителей Хогвартса. Гарри был умным и всегда мог выйти из сложной ситуации, мог разгадать головоломку, пока разум не захватывало смущение, заставляющее вести себя нелепо. — Гарри, ты читал «Книги распутности»? — поинтересовался учитель, откидывая прядь волос с тёмных глаз. Смущённый взгляд в сторону, и руки медленно поползли под стол, чтобы унять ноющую дрожь в штанах. Попутно поправляя окаменевшую плоть, Гарри чувствовал жар в щеках. Вожделение и похоть были слишком сильны, чтобы их прятать. — Я всё понимаю по твоему беглому взгляду. Учти это, Гарри. — имя юноши мужчина проговаривал с нежностью, обжигая слух. — Тебе там больше всего понравилось? Какое положение тела запало в память лучше других? Сухой голос снова опьянял. Перед глазами плыл туман, связанный со вчерашними воспоминаниями. Мысли были заняты влажными пальцами, которые скользили глубоко внутри, скользили вчерашней ночью, принося дикое возбуждение. Картинка стояла перед глазами, слишком реальная, чтобы забыть. Всё оборвалось в одно мгновение. Перед глазами стояла мутная пелена, создавая чувство полёта. Потом последовал толчок, а когда глаза открылись, Гарри стоял у входной двери своей новой комнаты. Она была распахнута, так и прося войти. Тёплые лучи пробивались через занавеску, кровать манила пышностью. Однако вскоре всё изменилось не в лучшую сторону. Сделав ещё один вдох, парень почувствовал нечто странное. От тёмных дверей исходило манящее, заставляющее заглянуть. По позвоночнику пробежали мурашки — такие явные, что Гарри не мог удержаться. Медленно повернув голову влево, он получил немой приказ, звучащий в голове, и сразу пошёл к дверям. Не из простого любопытства, а потому что хотел лучше узнать наставника. Подойдя к первой двери, парень понял, что она заперта. Скорее всего, ключ был в кармане Северуса, который решил скрыть содержимое помещения. На секунду Гарри подумал о волшебной палочке, но её не оказалось рядом, и открыть дверь заклинанием не получится. Разочарованно вздохнув, гость поплёлся дальше, желая исследовать остальные двери. В голове пронеслись таинственные голоса. Тысячи тембров разливались гулом в черепной коробке, призывая открыть следующую дверь. Возможно, парень бы остановился, но голоса бесконечно шептали, заставляя подчиниться. Будучи не в силах сопротивляться, гость положил ладонь на круглую ручку. Она была странно тёплой, будто в комнату недавно кто-то заходил. При этом Гарри никого не видел, поэтому тепло казалось фантазией, рождённой уставшим мозгом. Предположение не было пустым: учитель не стал задерживаться, уйдя куда-то после чаепития. Откинув скверные мысли, парнишка повернул ручку. От резкого скрипа по телу пробежали мурашки. Молодой маг замер, прислушиваясь к каждому звуку. Он не хотел упустить чьё-то присутствие, иначе нарвётся на проблемы, связанные с проникновением в закрытую комнату. Шагнув внутрь, молодой человек впал в ступор. По позвоночнику пробежал холод, ноги застыли. Вчерашний сон стал явью. Гарри будто стоял в нём, но на этот раз без клубящегося дыма. Поборов оцепенение, он сделал ещё шаг и почувствовал махровый ковёр. Его ворс щекотал пятки, что не могло не радовать. Затаив дыхание, Гарри смог оглядеться, хоть и стоял во мраке. Здесь повторялась каждая мелочь, за исключением огромной кровати. Всё та же тумбочка, шторы, общий дизайн. Однако вместо шикарного ложа по центру стояла странная конструкция, напоминающая «позорный столб». На тумбе рядом ничего не лежало — очередное отличие от того, что было в небытии. Гарри впервые видел подобное приспособление, поэтому, подумав пару минут, побрёл дальше, желая изучить помещение подробнее. Первым делом взгляд зацепили картины с изображением двух тел. Они делали нечто странное, напоминающее секс или очень крепкие объятия. Так и не поняв суть первой иллюстрации, парень посмотрел на вторую. Заряд тока пронзил низ живота, отдавая в анус короткими импульсами. На холсте стоял кожаный диван, а на нём лежал сам Северус. Подойдя поближе, гость замер, изучая каждую деталь. Снегг был прорисован в тёмных тонах, преобладающих в комнате. На диване лежал бледный мужчина, одна нога которого скрывалась под телом, другая изящно свисала, повторяя расположение правой руки. Иллюстрация передавала эмоции очень сильно: от неё веяло усталостью, отрешённостью и дикой сексуальностью. При этом Северус был прорисован чётко и имел привычные острые черты. Вдохновившись увиденным, ученик захотел оценить самое главное. Но когда взгляд дошёл до бёдер, настало разочарование: прибор был закрыт белой простынёй, конец которой лежал на полу. Очертания мужчины были настолько чёткими и живыми, что складывалось впечатление, будто он позирует перед художником прямо сейчас. Даже если откинуть фантазии, его кто-то точно рисовал. А кто мог лицезреть обнажённого Северуса? Только тот, кому он доверяет, и кто не расскажет о виденном. Наверняка этот человек обладал большой смелостью или был близким родственником профессора. Гарри было интересно взглянуть под нижнее бельё бледного мужчины, увидеть жезл любви во всей красе. Он настолько утопал в картине, что не заметил таинственный ветер позади. Деревянная дверь спальни медленно поплыла к косяку. Уши не улавливали скрипов, будто глухота наступила в один миг. Створка захлопнулась, и Гарри остался во мраке, думая, что всё хорошо. Не обращая внимания на дверь, юноша побрёл дальше. Его внимание привлекла странная скамья, стоящая с обратной стороны комнаты. Она была длинной — от края одной стены до другой. Всю поверхность покрывали предметы фаллической формы, напоминающие искусственные члены. Гарри где-то видел подобное, поэтому удивление не усилилось, а мозг напрягся, пытаясь вспомнить это приспособление. Как ни пытался парень, голова отказывалась работать. Только когда глаза закрылись, перед ним образовалась воздушная пелена, сквозь которую вырисовывались странные эротические картины. На небольшом расстоянии стоял высокий юноша с бледной кожей. Стоял спиной к Гарри, демонстрируя подкачанные ягодицы и тонкие изящные ноги. Руки незнакомца были столь же утончёнными, а кожа казалась очень нежной, младенческой. Бледный парень осторожно перешагнул через скамью и остановился. Тонкие ладони с грацией прошлись по ягодицам, пальцы вцепились в бледную кожу. Медленным движением он раздвинул булки, открывая вид на розоватое колечко, которое пульсировало, маня к себе. Изящное худое тело медленно опускалось вниз. Упругие ягодицы выделялись в лучах света, проникающего сквозь небольшое окно. Эротичную атмосферу усиливали сумерки комнаты, заставляя возбуждаться и хотеть продолжения. Следом колечко дотронулось до деревянного самотыка, и юноша замер на долю секунды. Блаженный вздох воображаемого друга разлился в перепонках Гарри, опьяняя рассудок. Тёплая ладонь медленно ползла по футболке вниз, стремясь к паху. Небольшой член, расслабившийся после ужина, снова стоял колом, приподнимая одежду. Несмотря на скромные размеры, ему не хватало места. Волна возбуждения накрыла юношу, и он ловким движением проскользнул под ткань белья. От сжатия окаменевшей плоти с сухих губ сорвался блаженный стон. В трусах стало влажно и тесно, из головки потекла прозрачная жидкость. Сжав член сильнее, ученик сделал несколько фрикций. Яйца невыносимо зудели, стоны продолжали срываться, нарушая звенящую тишину. Облизнув сухие губы, юноша застыл. Блондин медленно насаживался на самый первый самотык, выбрав его из шести. Он проделывал это осторожно, боясь поранить девственную попку — казалось, он делает это впервые. В итоге незнакомец насадился до основания и затих. Только тонкие ладони медленно гуляли по талии, огибая рёбра. Гарри был удивлён такой странной картине. Фантазия поражала, дыхание оставалось сдержанным благодаря большим усилиям. Прикусив нижнюю губу, он снова сжал свой член и продолжил внимательно смотреть на бледное тело впереди. Блондин сидел ещё какое-то время, тяжело дыша от невыносимого чувства. Наконец ему удалось взять себя под контроль и продолжить ласки. Поднимаясь со скамьи, юноша приоткрыл вид на мокрый самотык. Он увлажнил его своей девственной дырочкой, не забыв про дерево, поблескивающее в тусклом свете. Незнакомец остановился почти на самом краю агрегата. Круглая грубоватая головка была внутри влажной попки. Ещё движение — и блондин осел обратно, делая это гораздо быстрее. Он явно разрабатывал свою девственную дырку. Ещё немного — и сможет вместить пять других членов, а этот был первым. Вскоре юноша поднялся, освобождая попку, и прибор вылетел оттуда, словно пробка из бутылки игристого. Всё сопровождалось характерным звуком, прокатившимся по ушам Гарри, опьяняя рассудок настолько, что рука снова и снова прикасалась к члену. Подходя ко второму самотыку, незнакомец опустился вниз и остановился. Гарри не поверил глазам. Он даже моргнул несколько раз, не веря, что деревянный член ожил под действием магии. Головка пульсировала и призывала к себе, ствол слегка покачивался. Он сам потянулся наверх, заметив дырочку блондина, нырнул в неё полностью, заставляя стонать. Дальше началось нереальное: живой самотык не требовал движений со стороны незнакомца, двигаясь в попке самостоятельно. Самотык таранил анус блондина жёстко и без остановки. Смазка вырабатывалась настолько стремительно, что увлажняла уже второй член, стекая по деревянному основанию и пачкая его. Поверхность прибора блестела, а юноша выставлял задницу ещё сильнее — ведь тот входил быстро и гладко, разнося чавкающие звуки по всей комнате и за её пределами. Спустя секунду член вылетел из расхлёбанной дырки. Блестящая влажная головка парила в воздухе, не отдаляясь от сочного очка. Из отверстия текла вязкая жидкость, каплями падая на скамью и пол. Выпрямив спину, незнакомец подался вниз. Он снова оседлал деревянный член, который буравил его внутренности, принося незабываемые ощущения и мурашки. В голове Гарри мелькали странные очертания. Тёмные фигуры медленно перемещались по кругу скамьи. Вскоре туман исчез, но Поттер стоял на том же месте и глядел на самотык, торчащий из скамьи. Его посещали видения, которых не было в «комнатах памяти». Однако даже там этот юноша напоминал Малфоя. Правда, фантазии обманчивы, и это могло почудиться. Обратив внимание на второй деревянный самотык, Гарри ожидал движения, но тот был недвижим и находился на прежнем месте. Эта мрачная таинственная комната скрывала в тёмных углах множество мистики. Поттер чувствовал странное присутствие и неудержимое влечение, но не мог сказать, что именно это было. Не останавливаясь на увиденном, молодой парень побрёл дальше — в середину загадочной комнаты мрачного дома Северуса Снегга. Теперь целью был позорный столб, скорее всего секс-конструкция. Эта догадка была почти точной. Вокруг него стояли странные баночки, плётки и другие аксессуары. Гарри прикусил нижнюю губу, слегка смущаясь. В мыслях промелькнула идея опробовать «позорный столб» — почувствовать прелести порки и развратного секса, пусть даже в бушующих фантазиях и с игривым воображением. Медленно подойдя к столбу, юноша провёл кончиками пальцев по дереву. От прикосновения по позвоночнику пробежали мурашки. Не сдержавшись, он встал в середине конструкции. Однако судьба сыграла злую шутку с невнимательным: под влиянием фантазий он не заметил шевелений позади. Неожиданно в дальнем углу что-то зашевелилось. Из темноты выползло нечто, похожее на змей. Они тихо двигались по полу, направляясь к центру. Существ было множество; одно за другим они выползали из нор, словно крысы. Сначала Гарри охватил испуг, но, приглядевшись, он различил очертания верёвок. На том, что двигалось к нему, не было чешуи — лишь небольшой пушок потрёпанного каната покрывал поверхность их тел. Тогда парень понял: это верёвки, ожившие под воздействием магии. Толстые и очень длинные, они подползали к ногам и опутывали тонкие лодыжки. Некоторые устремлялись вверх, огибая бёдра и тонкую талию. Через какое-то время они остановились в районе рук и шеи. С облегчением вздохнув, гость подумал, что на этом всё. Однако «змеи» затягивались всё крепче, пока места для движений совсем не осталось. Сердце билось очень быстро, пытаясь вырваться наружу. Грудная клетка ныла от тяжести, голова не шевелилась. Даже ничтожная попытка кивнуть закончилась провалом. Тогда пришло осознание: он под воздействием сильнейшей магии, пропитывающей этот мрачный дом. — Расслабься, Гарри. — раздался шёпот в голове юноши. — Ты не первый, кто был под моей властью. Расслабься. Получи то, чего ты так желаешь. Голос пугал молодого ученика. Он не мог просто так поддаться соблазну и быть очарованным неизвестным существом. Но все попытки вырваться были тщетны: верёвки не сдавали позиций, только сильнее впивались в нежную кожу, оставляя красные следы. Завтра на теле явно появятся синяки, и это было гарантированно. — Поддаться? Что ж, можно попробовать. А они меня не задушат? — еле прошептал юноша и попытался расслабиться. Гарри с облегчением выдохнул и успокоился. «Змеи» взяли под контроль хрупкое тело, управляя им, словно беспомощной куклой. Тело неторопливо наклонилось вниз, умещая голову прямиком в самый большой отсек. Руки расположились по обеим сторонам. Верхняя деревянная палка защелкнулась. Гарри был скован и мог двигать только ногами и пальцами рук. Верёвки с осторожностью проползли по худощавому телу. Их хватка ослабла, когда юноша попал в приманку. Что будет дальше, оставалось гадать. Гарри не был глупым малым, но сейчас возбуждение взяло контроль, заставляя поддаться. Шершавая верёвка проползла под футболку, огибая узкие бёдра. Змейкой устремилась выше, затрагивая пупок и рёбра. Её целью была маленькая грудь с твёрдыми сосками. Оказавшись рядом, живые верёвки скрутили ореолы, начав затягиваться с огромной скоростью. Соски покраснели, боль прошла сквозь всё тело, провоцируя мычание. Сначала приходилось сдерживаться, но совсем скоро с губ Гарри сорвался блаженный стон. Он разлился по тёмной комнате, разбавляя гробовую тишину. Парень прерывисто дышал, прикрыв веки от сладких ощущений. Он больше не хотел сбежать — через всё тело проходили приятные волны. Гость снова вспоминал тот сон, похожий на реальный, как две капли воды. Он будто находился в нём, желая остаться навечно. Губы тут же намокли, расслабленное тело поддалось первым незабываемым ощущениям и порывам животной страсти. Гарри был благодарен этим чувствам. Они уносили его в неизведанное место, туда, где возвышался соблазн, неторопливо переходя во что-то иное. Грудь с невыносимой силой зудела, в районе сосков разгорался пожар. Верёвки пользовались беспомощностью юноши, скручивая, поглаживая и порой кусая соски. Это было невероятно — у стандартных верёвок нет зубов. Но Гарри точно не мерещилось: он в самом деле чувствовал лёгкое покусывание. От этого волны ощущений сменялись блаженными всхлипами, жар пронёсся по телу, окутывая его полностью. Парнишка прерывисто дышал, разнося звуки по всему помещению. Порой ему чудилось чужое присутствие. Он напрягал чутьё и слух, пытаясь выяснить, что находится рядом. Но «змеи» словно знали его коварный замысел и действовали сообща. Они снова окутывали Гарри, не позволяя мыслить или напрягать оглохшие уши. Пока он был беспомощно прикован к деревянной конструкции, змеевидные верёвки нагло этим пользовались. Тонкие змейки уцепились за края шорт юноши и медленно стягивали их с упругих ягодиц. Нежная попка Гарри плавно переливалась в оттенках падающего света. Со временем бликов становилось всё больше. Они гуляли по телу, огибая плечи и тонкую талию, переливались в сумерках комнаты и создавали сказочную атмосферу. Вся картина была достойна холста и вечного хранения в этом помещении — в качестве прекрасного воспоминания одного юного чародея. Внезапно глухой свист разрезал воздух, и на упругой булке появилась полоска багрового цвета. Гарри взвыл, прищурив глаза и сжав кулаки. Ногти пробили кожу, оставляя следы в виде полумесяцев. Всхлип вырвался наружу, а за ним последовал ещё один удар. Они повторялись, пока боль не утихла, сменившись кайфом и восторгом. Верёвки наносили точечные удары, оставляя багровые следы. Упругие ягодицы покрылись росчерками, напоминая абстракцию известного творца. Гарри сжимался от каждого удара, закатывая глаза. Воздух накалялся, дыхание предательски сбивалось, принося лёгкое головокружение. — Гарри. А ведь он был прав. — пронёсся знакомый голос невидимого собеседника. — Я чувствую твои фантазии... Они материальны, Гарри. Закатив глаза от новых ощущений, Поттер выставил таз навстречу плети и сморщился от новых рассекающих ударов. Ягодицы горели. Когда подул лёгкий ветерок из угла комнаты, ученик засопел от жгучей боли. Однако вскоре всё прекратилось. Тонкий хлыст вновь разогрел ягодицы, делая ощущения приятнее. — Гарри, ты мазохист? Зачем тебе испытывать боль, если можно всем этим насладиться с живой плотью? — раздался голос в голове молодого гостя. Но в этот момент юноша совершенно не думал. Его мысли были затуманены возбуждением. С конца члена капала вязкая жидкость, образуя маленькую липкую лужицу на деревянном полу. Ягодицы ныли от множества ударов, верёвки окутывали тонкие ноги, удерживая их так, чтобы ягодицы не закрывали розовое колечко. Анус пульсировал и сладостно сжимался, темнея в сумерках комнаты. Только неведомому существу было подвластно лицезреть юношеские изгибы, пульсацию напряжённого набухшего члена и розовой дырочки. Попка словно просила прикоснуться и унять нарастающий зуд. Тогда плети услышали молитвы Гарри. Спустя пару секунд они потянулись вверх по тонким ногам, осторожно огибая яйца подростка. Тысячи мурашек пробежали по женственному телу, перемещаясь от ног до макушки. Ученик высунул язык, принимаясь надрывисто дышать и облизывать сухие губы. В загадочной комнате было неприятно жарко, и это заставляло извиваться. Позади послышался шум склянок и звук открывающейся пробки. Гарри хотел взглянуть, что там происходит, и попытался повернуть голову, но всё оказалось тщетно. Под экстазом он позабыл о своём положении и неприятно ударился затылком. Сильный ветер пронёсся по комнате ещё раз и скрылся за спиной. Было непонятно, откуда он взялся — окна и дверь закрыты. Откинув вопросы, Гарри прикрыл глаза, чувствуя слабые прикосновения к заднему проходу. Еле слышный стон сорвался с губ от неожиданности. Парню было страшно, но отказаться от долгожданного секса он не мог. Попку смазывали чем-то липким. Ученик не знал, кто это делает. Когда процесс окончился, на анус подул лёгкий ветерок, окутывая прохладой. По ягодицам пробежались мурашки, и молодой человек сжал отверстие, не думая о последствиях. В девственную дырочку ворвался плотный холодный предмет. Ворвался так резко, что губы выпустили стон, сравнимый с криком. Боль прокатилась по всему телу, концентрируясь у попки. Сжав зубы, Гарри выкрикнул что-то невнятное, выпуская последний воздух. Колечко саднило от неизвестного предмета, нагло вторгшегося в его девственный проход. Парень не видел, кто это мог быть, кто взял под контроль его тело и управлял им. В комнате стояла гробовая тишина. Поблизости не ощущалось постороннего присутствия. Здесь был лишь юный маг, верёвки и приглушённый свет. Однако воздух наполнялся знакомыми запахами и огромной концентрацией магии. Напрашивался вывод: нечто присутствует, но скрывается за потоками магии. — Гарри, какой ты распутный. — раздался смех над ухом юноши. — А ведь и не скажешь, что Гарри Поттер принимает в себя секс-игрушки. Я бы никогда не подумал, что ты настолько развязный. Я вижу все твои фантазии, и в скором времени они осуществятся. Тебе останется лишь терпеть или наслаждаться. Гарри молчал. Его тело сказало всё за него. Оно приняло тот факт, что ему всё это нравится: нежные прикосновения к бархатной коже, жёсткая порка и то чувство, когда наполненность поглощает с головой. Парень чувствовал себя раскованно и одухотворённо. Это то, чего ему так не хватало во время каникул с Рональдом. Ноги извивались в агонии, колени касались друг друга. Юноша трепетал от наполненности, чувствуя тяжесть внизу живота. Слабость прокатывалась по телу, оставляя лёгкие мурашки, которые тут же сменялись ноющей болью — когда неизвестный прохладный предмет нырял чуть глубже. Стенки ануса тянуло от проникновения, но сильной боли не было, и это казалось странным. Возможно, неизвестный гель и вправду имел подобный эффект, убирая дискомфорт. Гарри не видел, что происходило позади. А там происходило очень многое. Верёвки встали в очередь, пытаясь обуздать юношу, напоить его сполна, чтобы нежный организм не просил большего. Однако ученику было мало шершавых верёвок и прохладной игрушки в анусе. Заметив это, существо перешло к новому этапу, решив покорить жертву. Магия расцвела новыми оттенками. Прохладный ветер окутал юное тело, в сумрачной комнате появилась новая жизнь. В отличие от прошлой, она была пошлой и откровенной. Неизведанное существо напитывало себя фантазиями Гарри, насыщая резервы. Звонкий свист снова пронзил воздух, и Гарри застонал. Верёвки двигались с новой силой, отчего соски пухли и краснели. Дрожь гуляла по телу, когда твёрдый самотык скользил в попке парня, принося восторг и ликование. От быстрых движений юноша сжимал пальцы на ногах и выпячивал таз навстречу неизбежному. Организм просил большего и резкого, просил жёсткого проникновения — и неизвестное существо исполняло. Оно насыщало юношескую плоть похотью, желанием слиться в бешеном круговороте страсти. Гарри трепетал от резкого вторжения в своё укромное гнёздышко, которое совсем недавно было невинным. Дырка ходила ходуном, стенки трещали по швам. Член давил своим присутствием так, что стенки простаты сжимали его с нечеловеческой силой. Самотык гулял в дырочке очень быстро, а потом вылетел, издав характерное хлюпанье. Пульсации не прекращались ни на секунду. Затем в дырочку врывался прохладный ветерок, обвивая своим присутствием всё нутро. — Гарри, я смотрю на твою расхлёбанную дырку. — душераздирающий ликующий смех снова резал уши. — Она явно не закроется. Видел бы ты эту клоаку. Милый Гарри, твоя розовая щёлка пульсирует и просит ласки. — лёгкий ветерок ощущался в районе ануса юноши. Парень сжался, когда шершавая плеть осторожно дотронулась до колечка и прошлась по кругу. Она слегка забиралась внутрь, задевая стенки прямой кишки. — Молодой негодник, твоя дырка возьмёт в себя не один член. Ты будешь искусной давалкой. Я видел многих шлюх, но ты превзошёл все мои ожидания. Сломай барьер смущения — и тогда все мужчины будут твоими. Ты станешь великим сосудом тёмного. Он будет тебя беречь и опаивать своей спермой, Гарри. — пьянящий шёпот вызывал дрожь, разливаясь рядом с ухом молодого. Гарри был под властью неизвестного существа. Его тело расслабилось и просило ласки. Мысли не могли нормально функционировать, ощущая лёгкие прикосновения плети, которые приносили мурашки и судороги в ногах. Из дырочки текла вязкая жидкость. Капли змейкой скатывались по ляжкам, переходя к тонким икрам. Маленькие капли стремились вниз и соединялись на деревянном полу там, где уже была лужица семени подростка. — Проси, распутный бесстыдник. — верёвка снова прошлась по заднице, оставляя красный след. — Прошу... Сделай ещё... Прошу тебя, неведомое существо... — стонал Гарри, облизывая сухие губы. — Покорись мне, распутная давалка. Стань сосудом спермы своих мужчин. Пройди урок посвящения. Пройди этот чёрный обряд. — последовало молчание. — Соглашайся. Другого шанса не будет. — твёрдый уверенный голос разлился по комнате и замолк. — Да. Я хочу пройти урок посвящения. Я согласен. — Гарри выпалил на одном дыхании, не желая заканчивать. — Твоё согласие подтверждено магической формой. — прозвучал триумфальный голос. — Ты не сможешь сообщить о тайном круге и о своей новой жизни. Даже если захочешь. Твои губы будут двигаться, но сам ты будешь нем. Деревянная дверь распахнулась, ударив об стенку. Ветер завизжал в круговороте триумфа и торжества. Существо взвыло в агонии, забилось в бесформенную субстанцию и скрылось так же тайно, как и появилось. Гарри совершенно не понимал, что происходит. Движения внизу живота и на сосках вмиг ослабли. Верёвки бесформенной тушей упали на пол, а дырочка не закрывалась ни на секунду. Даже когда юноша пытался сжать её, ветер продолжал проникать внутрь. — Вот ты где, Гарри Поттер. Я безумно рад, что ты решил пройти уроки посвящения. — раздался сухой голос Снегга. — Это были вы... — ошарашенно прошептал молодой человек, ощущая на заднице голодный взгляд учителя тёмной магии. Так прошёл первый день в доме Северуса Снегга.