Моя безудержная любовь к тебе

      Шото Тодороки так всё тошнило. Эти омеги, которые ничего толком не умеют, эти альфы, что так пускали на них слюни, а пускать по сути не на что, а беты… Да им в принципе всё равно, что между омегами и альфами. Они считай обычные люди. Вот сейчас парень наблюдает, как пятеро парней альф и пятеро омег, одна из которых девушка, целовались и лапали друг друга на диванах клуба. Это специальный клуб для вот таких вот шалостей, а здешний обслуживающий персонал и есть эти разгульные омеги. Зачем Шото сюда пришёл и сам не понимает, но пора валить. Ему действительно противно на всё это смотреть… Эти омеги почему-то противны ему. Какие-то слишком раскрепощённые. Нет, Шото конечно понимал, что это их работа и живут они на хорошие такие деньги, что получают с этой работы, но… Как бы там ни было, он передумал здесь находиться. Встав со своего места и подойдя к выходу, он снова оглядел помещение и, хмыкнув, скрылся за дверью по ту сторону.

***

      Так начался ничем не примечательный новый день. Хотя, было всё-таки то, чему Шото действительно радовался. Это омега Изуку Мидория из его академии. Шото на год старше Изуку, но учатся они в одном классе. Альфа в него уж как два года влюблён, с самого начала пребывания этой чудесной зеленоглазой омежки. Но как парень ни старался, признаться в чувствах не мог… Просто был наслышан уже от многих, что Мидория отшивает всех направо и налево. Некоторые даже строили теории, что он якобы давно с кем-то в отношениях. Именно поэтому Шото и опустил руки, оставив это дело, даже не попытавшись начать. Но только вот вместе с этим печальным осознанием пришло и то, что гетерохром больше никого не воспринимает, как привлекательного омегу, помимо Изуку. Тогда то он и понял, что влип по-крупному. Пытался всеми силами разлюбить, даже спал с некоторыми омегами через силу, но всё тщетно. На утро после таких игрищ шёл блевать в унитаз, потому-то и прекратил вести половую жизнь. Этот парень повлиял на него даже при совершенно ни тесном общении. Их даже друзьями сложно назвать со стороны. Одни лишь привет/пока и переглядки местами, ничего более. Конечно у Шото была надежда на то, что Изуку обратит на него должное внимание и воспримет за подходящего альфу. Своего альфу. Но нет… Этого так и не произошло, так что всё бесполезно.

***

      Как только Тодороки зашёл внутрь академии, на него сразу же набросился его друг Эйджиро Киришима. Очень весёлый парень и хоть как-то может поднять настроение вечно хмурого Шото. — Эй, Шо-кун! Доброе утречко! Прокричал красноволосый, приобняв того за плечо. Кстати, он был бетой. В самый раз для дружбы с альфой, как считал Тодороки. Запаха не чувствуется, да и от самого друга феромонами не несёт. Так легче. — Доброе утро, Эйджиро. Ну, надеюсь, что оно таковое… Проговорил Шото, увидев, как к Изуку подошёл альфа Кацуки Бакуго. Видя, как они мило воркуют, словно новоиспечённая парочка, Тодороки стало бросать в дрожь и жар, а настроение, которого и так почти не было – испарилось и вовсе. Эйджиро увидел реакцию друга и похлопал его по плечу. — Эх, держись, друг. Не думаю, что они, того… Только не с Кацуки. — Мне бы вообще хотелось знать, думать и верить, что у него вовсе никого нет. — Ты об этих мерзких слухах? Да кто там что знает и видел. Даже сам Мидория никакие отношения со своей стороны не афишировал. Не может же пара встречаться несколько лет в абсолютной тайне, ну и вот. Вздохнув, Шото кивнул и решил пройти мимо этой парочки от греха подальше, направляясь в класс. Эйджиро плёлся за ним сзади.

***

      Когда прозвенел звонок, все уже начали потихоньку подтягиваться в класс, дабы учитель Айзава не начал возникать об опоздании и не дай бог дав наказание. Шото как назло опоздал. Спросите почему, ведь он вошёл в класс чуть ли не первый? Так и было, пока он не вспомнил, что забыл свой телефон в шкафчике. Пришлось идти за ним, так как он хотел сразу же, никуда не идя, пойти домой. Только, стоило ему зайти в класс, как он застывает. Прямо напротив него стоит и Мидория, а между ними учитель Айзава. — О, ещё один опоздавший. Что ж, я думал раз тут только Мидория, то все обойдётся предупреждением, но раз вы двое настолько занятые, что вам не до уроков, то остаётесь сегодня оба после занятий на один дополнительный час. Тодороки не мог поверить. Это сон? Или он действительно проведёт какое-то время с Изуку наедине? Он настолько обрадовался этой новости, что улыбнулся Киришиме, на что тот многозначительно подмигнул ему. Плевать на наказание, главное то, с кем он его проведёт… — Надеюсь, вы поняли. Можете садиться и мы начинаем с новостей, плавно переходя на лекцию. Изуку пошёл искать место первым, а Шото осматривался, идя за ним следом. Вдруг паренёк резко повернулся к нему лицом, от чего он слегка врезался в него… Коснулся… — Тодороки-кун, тут похоже свободна лишь одна парта. Предлагаю сесть в этот раз вместе. … Это точно его день. Не считая утра, конечно. Гетерохром слегка закивал и они прошли к своему месту, сев рядом. Так волнительно ощущать любимого человека рядом. Его тепло прям чувствуется. Он иногда украдкой глядел на лицо, задумчивый вид, пухлые губы… А запах просто крышесносный. Малиной отдаёт… Слишком сладко и соблазняюще. Бедный Шото еле сдерживает себя, делая вид, что записывает, но он ни черта не сосредоточен. Все мысли заняты предметом обожания возле него. Совсем рядом, лишь руку протяни. Так и проходит весь учебный день. Осталось лишь последнее — отсидеть с Изуку своё наказание. — Тодороки-кун, я схожу попить воды, скоро вернусь. Присмотри за моими вещами, пожалуйста. Обратился Изуку к Шото. — Да, конечно. «Для тебя всё, что угодно» Как бы хотелось сказать ему это вслух, а не думать про себя. Но увы… Через пять минут зеленоглазое чудо вернулось и закрыло класс, пройдя и сев напротив Шото. Это рай или ад? Так сейчас думал Тодороки, ощущая себя то ли счастливым, то ли загнанным в угол. А ведь именно Изуку должен быть жертвой… — Тодороки-кун, я тут подумал... Мы ведь не особо общались, поэтому, думаю, сейчас самое время узнать немного друг о друге. Мило улыбаясь проговорил Изуку. А Тодороки и так всё о нём знает… Он может и не говорил ему, да и никогда, наверное, не скажет, но изучил всё об Изуку. Знает каждую повадку, каждую мелочь из жизни. А что Шото? Он, в принципе, довольно скучная личность, как считает он сам. Что можно рассказать о себе? Да практически ничего... — А что конкретно ты хочешь узнать? Альфа решил пойти более лёгким путём, чтобы сориентироваться на ответе. — Ну, к примеру, есть ли у тебя омега?... Почему-то Изуку после этого покраснел и отвёл взгляд. Да и странно слышать именно это в первом же вопросе, ведь тема личного характера... Шото и подумать не мог, что ему может быть до его личной жизни какое-то дело. А может он это просто так спросил, не подумав?... — Нет, омеги у меня нет. — П-понятно… После минутной паузы, Тодороки решил рискнуть и попытать удачу, задавая встречный вопрос. — А что насчёт тебя? — Что я? — Есть ли альфа? — Ну… Это секрет. «Секрет? Да он издевается надо мной… Что за детские игры?» Такое вот пронеслось в голове Шото. Зря он наверное вообще спросил. Выглядит так, будто он ему встречаться предлагать собирается. Эх, если бы… Так они и просидели дальше, как остолопы целый час, больше не разговаривая. Тем не менее, с Шото вытянули инфу, а ему самому шиш. Нечестно как-то.

***

      Так как сегодня было слишком большое напряжении, как думал гетерохром, он решил отправиться в тот злосчастный клуб с омегами снова. Авось сегодня произойдёт чудо и он заинтересуется в другой омеге… Более доступной, более земной. Надоело ему любить безответно. Больно это слишком – видеть, как кто-то клеится к любимому, флиртует, смотрит, а ты ничего сделать толком не можешь. Просто не имеешь права, потому что не твоё… И поэтому тебя неправильно поймут. Зайдя домой и переодевшись, он направился к месту сегодняшнего развлечения. Подтвердив свой возраст и то, что ему уже можно находится в таком заведении, Тодороки прошёл в самый тихий угол зала, дабы спокойно рассматривать присутствующих, приглядываясь к каждой здешней омеге, но… Чтоб его, всё ни то… Они — не он… И вот вновь вспомнив о Мидории — сердце заныло. Как избавиться от этого… Да, наверное, никак. Сиди и подыхай от любви, Шото Тодороки. Сиди и подыхай. Твоя участь предельно ясна.

***

      Прошло пару часов с момента, как гетерохром пришёл сюда. Успел за это время отогнать свыше тридцати омег, которые клеились к нему, а парочка особо наглых даже успевала залезать к нему на колени. Так противно… Шото был очень привлекательным и красивым альфой, тут поспорить никак нельзя. Благодаря этому его прозвали главным красавчиком в академии. А вот за ним Бакуго в качестве второго места. И это просто кошмар. Спустя ещё пять минут выслеживаний, парень уже было начинал терять надежду на этот раз, но его взгляд зацепила чья-то зелёная макушка. Паренёк стоял к Тодороки спиной и говорил о чём-то с директором клуба. Решив подойти поближе и послушать, он стал слышать следующее: — Да, мистер Акихиро, я понял. «Это же… Голос Изуку…» Шото, пребывая в шоке, продолжил слушать дальше. — Надеюсь, ты точно всё понял. Развлекаешь гостей, делаешь всё беспрекословно, любую их прихоть исполняешь. Мы всё-таки деньги платим, так что твоя оплата в ответ — довольные клиенты. Усёк? — Да, я не подведу. — Вот и отлично, новенький. А теперь приступай. Найди кого-нибудь. С твоей внешностью это вообще не проблема. Тодороки не мог поверить своим глазам и ушам… Изуку стал работать здесь с сегодняшнего дня? Да быть того просто не может… А в это время, Изуку ходил по всему залу, ища того, кто бы мог провести с ним вечер. Он ни за что не согласиться переспать, нет. Все, не переходя границу «постель». Тодороки, как завороженный пошел к нему навстречу, но не успев дойти увидел, как к Мидории кто-то подошёл и обнял за талию, прижав к паху задом. Тут то Шото и вскипел, нагоняя и отталкивая со всей силы этого индюка. Тот лишь, кинув пару ласковых, ушёл в глубь зала. Тодороки перевёл взгляд на Изуку, а Изуку на него. Широко открыв глаза в удивлении, зеленоглазый отпрянул от альфы и начал будто бы убегать от него, направляясь в тупик зала, где располагалась прачечная. Зайдя внутрь, Мидория понял, что зря сюда забежал, а затем услышал скрип открывающейся двери. Тодороки, зайдя, запер двери личными ключами от прачечной. Как хорошо иметь некоторую власть в различных местах. Развернувшись к этому милому созданию лицом, он стал идти к нему, как хищный зверь. Это невозможно… Точно издевательство. Любимый омежка тут, в этом месте, рядом с ним, в запертом им же помещении. Так вжимается в стену, словно олень, загнанный в угол волком. Подойдя вплотную, Шото сделал так, чтобы тот посмотрел ему в глаза. — Почему ты убегаешь от меня? — Ты не должен был узнать меня! Смешно хмурит личико омежка. Шото кажется или это наигранная злость? — Тише, тише. Шото прижал его к себе, крепко обняв. — Я одного не понимаю… Как ты тут оказался? Зачем тебе это? — Я выбрал способ такого заработка. — Почему именно такой? — З-захотел… Я свободная омега, поэтому здесь ничего такого нет. — В таком случае, позволь мне… «Я скажу… Я произнесу…» — Позволь… «Давай же…» — Я бы хотел быть твоим единственным и постоянным клиентом. — Что? Но… И тут Изуку не успевает договорить, как его резко хватают на руки и, открыв дверь прачечной, Шото подходит и садится в просторное кресло, усаживая Изуку на себя, а его ноги раздвигая по обе стороны своей талии. Другие омеги, которые за долгое время так и не добились Тодороки, смотрели на эту картину – кто с удивлением, кто с шоком, а кто с завистью. А самому Шото далеко не до этого. Он прижал Изуку к себе, дивясь хрупкостью этого тела и тому, насколько оно маленькое и беззащитное. Запах нереальный, особенно в области шеи. Шото не выдерживает и, обнимая омегу за талию, впивается поцелуем в эту самую шею, получая тихий стон в своё ухо. Такое нереальное крышесносное чувство… Чёрт бы побрал эту любовь, но он любит эту омежку. Всем сердцем любит. И уж точно никому не даст к ней прикоснуться, кроме него самого. Уж он об этом позаботится. Раз Изуку хочет зарабатывать таким вот способом, то только с Тодороки. Похоже судьба сжалилась над парнем, раз в его руках стонущий от поцелуев омежка, о котором он грезил с самого начала. Оставляя багровые засосы на шее, гетерохром рефлекторно положил обе ладони на пятую точку Изуку, начав слегка поглаживать и сжимать мягкие ягодицы, от чего тот вздрогнул, но сопротивляться на удивление не стал. Наверное, послушался директора о правилах подчинения… — Изуку… Ты не ёрзай так… По-началу, омега не понял, но потом дошло, что в него снизу упирается нечто большое и твёрдое. Изрядно покраснев, он уже хотел было что-то сказать, но ему к губам приложили палец. — Молчи… Убрав палец с губ, он впился в них своими, сразу же целуя в засос, как можно глубже орудуя языком в сладком ротике. Взяв руки Мидории в свои, Шото отстранился, рвано дыша. — Обними меня руками за шею. Краснея, Изуку, всё же, пусть и медленно, но обвил шею Тодороки руками, таким образом прижимаясь к нему всем телом. Шото так хотел его, что еле сдерживался, лишь бы не взять и сделать своим прямо тут, на публику. Еще три парочки развлекаются так же, как и они, но только на другой стороне зала. — Изуку. Обратился он на ушко к омеге. — Если желаешь, можем уединиться… Ну это только если ты не против. — Я… против. Прости… На самом деле Изуку хотел, но подумал, что ещё не время и в этот раз стоит отказать. — Хорошо… К этому я принуждать точно не буду. Взяв ушко омеги в рот, он начал облизывать его целиком, снова слыша стоны. — Тодороки-кун, время… Тодороки отстранился, посмотрев на свою проделанную работу. Да, эти собственнические засосы и эти пухлые губы с возбужденным видом ему чертовски идут. — Что с временем? — Я своё отработал… И тут Тодороки становится мрачнее тучи. А ведь он почти и забыл, что они на людях и вообще тут, в клубе. Для него это время было словно рай в забвении… — Очень жаль. Не удержавшись, Шото снова напоследок целует Изуку и отпускает. Тот поднимается на ватные ноги, еле как находя силы стоять и потихоньку уходит из заведения, напоследок улыбнувшись гетерохрому и облизнув губы, давая понять, что ему всё понравилось. Шото ухмыльнулся, когда омежка покинул помещение. — Понравилось, значит… Он резко встаёт и начинает искать директора. Как ни банально, но находит он его в своём кабинете. Директор, к слову, был бетой. Это и неудивительно с такой-то работой. — О, добрый вечер, Тодороки-сан! Прибыли только что? Кого-то хотите? Я всё сию минуту сделаю. — Добрый, мистер Вайнс. Я хотел бы купить право на постоянного и единственного клиента у одной омеги. — Ничего себе… Неужели появилась такая омега, которая настолько смогла вас завлечь? Лично ей я дам хорошую премию, а вам, несомненно, выпишу право. Ваш отец, наверное, был бы рад такому. Хотя, не знаю. Двоякая ситуация, поскольку омеги здесь… Сами понимаете, какие. — А она ни с кем не была, кроме меня. — Это как? — Дело в том, что та самая омега — новенький. Изуку Мидория. Сегодня его первым клиентом был я. — О-о-о, замечательно, замечательно! Какой особенный паренёк оказался. Не зря я взял его. Представляете, посмотрел на внешность и как знал, что какого-нибудь важного человека сумеет обольстить. «Знал бы ты, старый идиот, что я уже как второй год по одному лишь нему и сохну». Подумал Шото, начиная раздражаться от его болтовни. — Да, очевидно так и случилось. Я хотел бы поскорее закончить с этим делом. — Конечно. Директор начал быстро печатать что-то на бумагах, а Тодороки оставалось только подождать. Через следующие полчаса всё было готово и директор протянул ему пару бумаг, а копии оставил себе. Теперь Изуку только для него… А может вскоре Шото и вовсе уговорит омегу уволиться и быть с ним в официальных отношениях. Может у него что-то и получится. Наконец-то он увидел этот свет надежды. — Спасибо. Я бы ещё хотел узнать, какое у Мидории расписание? Чтобы я знал, когда приходить. — Через день. — Вот как… Ну хорошо, тогда я пойду. «Через день… Вот это ещё больше удивило. Обычно омега берёт два рабочих дня в неделю максимум, а тут… Что ж, послезавтра придётся прийти»

***

      На следующий день Шото заходит в класс и садится на своё место. Однако, даже когда первый урок близился к концу, его любимый омежка так и не появился. Так прошёл и весь учебный день, а его до сих пор не было. Шото с волнением вернулся домой, надеясь увидеть Изуку завтра. Мало ли, может дела сегодня какие. Только вот он глубоко ошибся. Мидории не было и на второй день. Не может же он не прийти и в клуб? Или… может? — Чёрт. Тихо проговорил Тодороки на последнем уроке. Рядом сидевший Киришима услышал и посмотрел на друга. — Шо-кун, ты чего? — Он и сегодня не пришёл, Эйджиро. Почему? Я уже измотал себя этим вопросом. — Да не переживай ты так. Обязательно объявится. Ты себя только зря накручиваешь. — Не знаю… — Если ты забыл, он пропадал и на неделю и на полторы как-то раз. Успокойся. — Хорошо… Вздохнул Тодороки. Ему вроде бы и стало легче от того, что Изуку и правда куда-то пропадал, но… Идя домой, он понимал, что ему при любом раскладе нужно появиться в клубе. Даже если Изуку не придёт, то он хотя бы будет в этом уверен. Лишние руки на этой омеге он не позволит. Как и думал Тодороки, Мидория не пришёл и в клуб. В таком случае, он пойдёт к нему домой и узнает сам, что с ним и куда он пропадает. Выйдя из клуба, он направился к месту проживания омежки. Он знает дорогу к его дому, как свои пять пальцев. Ему понадобилось пятнадцать минут, чтобы дойти до двери. Постояв и подумав пару минут, он всё-таки решился и позвонил в дверь. Тишина… Немного подождав, он услышал какие-то приближающийся постанывания и очень сильный запах малины. Даже через дверь запах бил в нос, пробуждая в Шото нечто. В один момент он услышал, будто кто-то упал почти у самой двери и Тодороки сразу стал стучать по ней. — Изуку? Изуку, что с тобой? Эй! — Тодороки-кун… Я… У меня т-течка… — Течка? «Какой я идиот… Но может если и так, я…» Тодороки взломал замок отмычкой. Этому его научил знакомый из параллели, и, заперев за собой дверь, он пробрался в квартиру. Подбежав к омеге, он подхватил его на руки, чтобы тот не лежал на холодном полу. — Изуку, держись. «Вот бы и мне тоже продержаться…» Поднявшись в комнату Мидории, Шото положив его на кровать, закрыв двери. Встав напротив, гетерохром жадно наблюдал, как омега извивается и стонет, что-то неразборчиво мямля, будто зазывая альфу. Это действительно выше его сил… Но далеко не это поразило Тодороки. В какой-то момент он услышал следующие слова. — Шото-кун, иди ко мне… Я хочу… Удивлённо раскрыв глаза, Шото стал вслушиваться, подходя ближе на свой страх и риск. — Шото-кун, возьми… Меня… В бреду продолжал омега. Тодороки продолжил приближаться, хотя прекрасно понимал, что если будет слишком близко, то его самообладанию настанет конец, но противиться инстинктам тоже не получалось. Нависнув над течным омежкой, он стал осматривать его покрасневшее, возбужденное лицо. Вдруг альфа ощутил, как ноги Мидории зажали его талию, обвив ими поясницу, а руки шею, прижимаясь к Шото. Дело совсем плохо… — Шото-кун… Ты здесь… Омежка облизнулся и припал к шее Тодороки поцелуем и облизыванием в некоторых местах. Тодороки не смог подавить стон, одурманенный феромонами этой омеги. Мало он с ума сходит, так тут ещё и такое… Альфа ощутил, как содрогается тело омеги в конвульсиях. Он был бы рад помочь ему, было бы у него право… Альфам всегда твердили, что нельзя идти на поводу течных омег, если они в разгаре течки рядом с альфой, но не являются парой. Потому как всё это пройдёт, омега может возненавидеть того, кто ровным счётом его изнасиловал во время того, когда омега был слаб и раскрепощён. Шото ни за что бы не хотел, чтобы Изуку возненавидел его, лишь поэтому он держится изо всех сил, хотя казалось куда уж крышесноснее. Сила воли? Возможно… Но даже такая стальная выдержка не протянет долго, если не успокоить омегу. — Изуку, скажи, пожалуйста, где твои блокаторы от течки? Я помогу тебе принять их. — М-м-м, не нужны мне никакие блокаторы. Мне нужен ты… Изуку прильнул к губам альфы, продолжая прижиматься все плотнее. В один момент, наплевав на абсолютно всё, Тодороки подхватил зеленоглазого. Привстав и посадив на себя, раздвинул ноги по обе стороны, прижимая одной рукой за талию. Он всего-то хочет быть с омегой, которую любит. Так зачем какие-то чёртовы предрассудки? Закончив поцелуй и немного разорвав его, между ними появилась нить слюны, после чего их губы снова соединились, а языки сплелись в страстном танце. Запустив руки под кофту омеги, Тодороки стал поглаживать его спину и живот, снимая с него эту вещь. Закончив с этим, он медленно повалил Изуку на кровать, добравшись до штанов.

***

      Несколько часов спустя, оба уставшие лежат в обнимку, прижавшись телами друг к другу. — Прости, что не сдержался, просто… Люблю тебя. Давно. Не знал, как признаться, а тут такое началось и я… — Не оправдывайся, Шото-кун. Я сам всегда считал тебя своим альфой… А тот клуб, наказание за опоздание и течка перед тобой — подстава, лишь бы получить твоё внимание. Я и подумать не мог, что мои чувства взаимны. Изуку мило улыбался, смотря в глаза возлюбленному, а Шото с шоком смотрел на свое зеленоглазое чудо, которое, как оказалось, принадлежало лишь ему с самого начала их пути.