Не твой уровень

Дни тянулись слишком долго. Просто невыносимо. Группа Шуги и Тэхёна уехала в тур на полгода. К слову, половина их тура уже прошла, Юнги постоянно присылал милые сообщения, чтобы поддержать, звонил, дабы удостовериться, что все в порядке, но менее одиноко от этого не становилось. Шторы в твоей квартире так и заслоняли все солнце, пытающиеся проникнуть в квартиру. Работа перестала приносить хоть какую-то радость, ты даже подумывала уволиться. Не хотелось ровным счетом ничего. Слезы продолжали течь без всяких причин. Многие говорят, что депрессия — это боль, но в некоторых случаях — это бесконечное безразличие ко всему в этом мире, а единственное желание — сдохнуть к чертям. Не жизнь — существование. Без цели, без желания, только навязчивая мысль о безысходности бытия. И всепоглощающие чувство вины за то, что ничего, абсолютно ничего не трогает: ни супер милая улыбка твоего бывшего, дарящая спокойствие и умиротворение, ни просто невыносимый, но такой нужный Мин Юнги, ни любимый кофе, который раньше ты кружками пила — НИ ЧЕ ГО. Дыра внутри все расширялась, не оставляя за собой ничего. Ты бы может даже была рада вернуться в ту мясорубку, которая раздирала изнутри несколько месяцев назад, но от нервной системы уже ничего не осталось, а значит, и от мясорубки тоже. Сигнал телефона вырвал из мыслей. Сообщение от «Заноза в заднице». «Таё, привет, как дела? У нас будет перерыв в пару недель в нашем туре, поэтому мы скоро вернемся в Корею, так что, не скучай так долго, скоро увидимся — твой Юнги». Надежда исчезла так же быстро, как сообщение на угасающем телефоне. Мысль в голове оседала пеплом надежды: он точно не даст мне покоя эти две недели или того хуже в психушку упечет. Капля крови упала на пол. — Блять, опять кровь из носа. *** Стук в дверь среди ночи. — Неужели смерть моя пришла, наконец-то — буркнув себе под нос, пошла открывать дверь. В голове ты была мысленно готова, что там будет Юнги, но к такой смерти вообще подготовиться было трудно. Глаза отказывались это видеть, а сердце — верить. Там стоял Тэхён. Ким, чтоб его твой бывший парень — гей, Тэхён. Глаза боятся а руки делают — да, это про этот случай. Замок медленно поворачивается. Он немного запыхался и промок под ливнем. Торопился? Но зачем? Куда? Но надо отдать должное, он до сих пор безупречно выглядит, каштановые пряди слегка спадают на лоб, а капельки падают на футболку. — П–привет, Таё, как дела? Ты стоишь и хлопаешь глазами, не совсем понимая, что происходит. — Я знаю, что неожиданно, но можно войти? — Д–да конечно, — отодвигаясь и приглашая войти, проговорила ты. Тэ прошел и довольно по свойски разделся и плюхнулся на диван, будто между вами никогда ничего не было и вы хорошие друзья. — Может чай? Или может лучше соджу? — Соджу, если можно — немного хихикнул Тэ. Ты протягиваешь ему бутылку и ваши руки, по классике, соприкасаются. Это то ощущение тепла, сердце не екает, но дыра вроде немного затягивается. — Прости, что пришел так поздно, еще и без приглашения, но Таё, я очень запутался, а ты, как ни странно, единственный человек, с которым я могу об этом поговорить. — А как же Чимин? — Это касается Чонгука. — Тем более. — Знаешь, у меня довольно щепетильная тема, а такие вещи лучше не обсуждать внутри группы, у Чимина как только в одно ухо влетело, изо рта сразу вылетело. — Тэхён, если ты хочешь спросить у меня как ебаться с парнем, то я в душе не ебу, такими фантазиями не страдаю, ну, разве что, иногда. — Мне этого не хватало. — Чего? — Твоего сарказма, — ласково ответил Тэ, улыбаясь медвежьей улыбкой, — просто знаешь, как бы странно это ни было, но я успел к тебе привязаться за то время, а когда узнал, буквально выпытал у Юнги, как ты, то места себе не находил, ты была права, что мы могли бы стать хорошими друзьями, я, честно, тебя понимаю, ты любишь его, я с самого начала это знал, но подумал, что так мне будет легче избавиться от Чонгука, но я ошибся, и мне стыдно, что я использовал тебя, а потом сделал виноватой. Так стоп! Он что, извиняется? Но это же я ему изменила, какого? Неловкость окутывала тело, и уши горели ярким пламенем. — Тэхен, ты не должен, я–я… — Слезы снова прорывают плотину. Мясорубка снова начинает работать, но надолго ли? Ты быстро стираешь слезы и кидаешься в объятия Тэ. — Прости. — Не стоит, мы оба хороши. — Дк что там насчет, Чонгука, подружка? — ЙАААА, Таё, только не это, я, конечно, ну, точнее по всей видимости, ну как… — Да гей, ты гей, даже не би. — Да, — с легкой улыбкой вздыхает Тэ. — В общем кое-что произошло за время тура, ну, и ты, наверное, знаешь, что я тогда попал в больницу, — ты лишь виновато кивнула головой, –дк вот это все из–за него. /flashback/ –Тэ, ну надо хоть что–нибудь поесть, –Чонгук заботливо протягивал тарелку с едой. Молчание. Только какой-то сраный сериал играл на фоне, избавляя от той оглушающей тишины. –Ну, не смешно уже, мне что тебя с ложечки кормить или насильно в рот запихивать, ты уже пару дней ни крошки в рот не положил. Мемберы уже волнуются по-моему, ладно пару дней отлежаться, но ты же совсем ни с кем не разговариваешь, более того дальше кровати никуда не встаешь, — Чонгук продолжал ковыряться в своей тарелке. — Может ты съебешься? Глядишь быстрее на поправку пойду, — перевернулся на другой бок. — Вау, ничего себе медвежонок начал выползать из своей берлоги? — ХА-ХА, не дождешься, — наиграно произнес Тэхён, а Чонгук пожалел, что вообще заговорил. Чонгук, конечно, знал, что когда у Тэ включается режим сучки, лучше его не трогать, но чтобы настолько… –Тэ, — Чонгук отложил свою тарелку и прилег со спины к Тэ, обнимая всеми конечностями, как всегда любил это делать, — почему ты так резок со мной, я пытаюсь помочь, если ты до сих пор не веришь в то, что мои чувства серьезны, я готов доказывать это любыми способами, Ким Тэхён, я тебя люблю, и да, ты ничего не можешь с этим поделать. — А что если уже поздно? — Немного повернулся Тэ. — В каком смысле? — Ты нужен был мне как воздух гораздо раньше, но я думал, что твои чувства важнее и должен их уважать, поэтому дышал тобой обрывками, стараясь урвать побольше кислорода каждый раз, чтобы хватило до следующего, но как только я научился дышать сам, ты примчался ко мне и сказал, что будешь моим кислородным баллоном всю жизнь. Но Чонгук, — Тэ окончательно развернулся, — я уже могу дышать сам. Брюнет не знал, что ответить на данное заявление? Он и правда опоздал? Но ведь он видеть в глазах Тэ влюбленность, или ему кажется с дуру? Ничего на ум не приходит, единственный способ проверить, который приходил в голову был рискованным, но Чонгук не был бы собой если бы не попробовал. В следующую секунду он берет Тэ за подбородок и заглядывает в эти бесконечные черные глаза, чуть покрасневшие от постоянных слез. Брюнет подвигается к Тэхёну вплотную и упирается лбом, чуть трется о нос, а затем резко выдыхает горячий воздух в чужие губы, накрывая их своими. Чонгук осторожно начинает сминать сладкие как медовая патока губы, чуть покусывая и тут же зализывая нанесенные раны. Сопротивления нет. Сопротивления нет? Он продолжает любимое занятие, становясь все настойчивее, пока не чувствует легкое касание в области груди. Чонгук отстраняется, но далеко не отодвигается, чтобы ощущать сбитое дыхание любимого рядом. — Тэ, я не твой кислородный баллон, и не хочу им быть, я просто хочу дышать с тобой одним воздухом, делить все самые сладкие, горькие, дорогие, мерзкие ароматы, неважно. Я просто хочу быть рядом. Я знаю, что возлагаю на тебя ответственность, но пойми меня, быть друзьями слишком больно. «Слишком больно. А мне не больно было все это время, придурок», — думает про себя Тэхён. Хотя с другой стороны его никто не просил об этом, Чонгук никогда не хотел жертвовать чувствами Тэхёна, он сам решил стать жертвой обстоятельств и закопать свои чувства, но ведь так было лучше. Лучше? Кому? Нескончаемый поток мыслей заполнял голову, которая и без них была очень тяжелая. — Чонгук, я не могу тебя оттолкнуть, но и ты пойми меня правильно, — Тэ начинает понемногу вставать с кровати, — я так глубоко зарыл свои чувства, что просто достать их и преподнести, — голова все тяжелее, — их тебе на блюдечке с голубой каёмочкой просто, — в глазах темно, тошнит. Грохот. Чонгук подскакивает с кровати. –Тэ, ТЭХЁН, твою мать! — Номер скорой уже высвечивается на экране. /end of flashback/ — Дк получается, ты упал в обморок не из-за него? Ты просто устал, разве нет? — И это тоже правда, но единственный нюанс в том, что рядом с ним меня трясёт будто в лихорадочном припадке. Это не здорово, Таё. — Ну, в целом да, как ты тогда три месяца с ним бок о бок? — На успокоительных, — холодно ответил Тэхён. — А как он себя вёл во время тура? — Все так же потягивая соджу. — Приставал, когда никого не было, в остальное время делал вид, что ничего не произошло. — А у вас что-то произошло? — В каком смысле? — Тэхён вскинул бровь. — Вы трахались? — Неожиданно самой для себя ты задала этот вопрос так прямо. На самом деле ты сама не знала, хочешь ли знать ответ на этот вопрос, несмотря на всю эту милую беседу посреди ночи, как старые друзья, раны которые вы нанесли друг другу все ещё кровоточили и вскрывать их по новой, совсем не хотелось, но, видимо, нужно. На лице Тэхёна показалась лишь грустная, даже скорее очень печальная улыбка. — Нет, только целовались… — Совсем проговорил он. Видя, как лицо Тэ, изменилось, ты решила перевести это в шутку, причину данной перемены выяснять в ближайшее время явно не следовало. — Ну, и как оно было? — Играя бровями, чуть подмигивая, спросила ты. — Прекрасно, — легкий выдох и новый глоток. — А кто лучше целуется? — Толкаешь его локтем. — Таё, ты дура? Он, конечно, — немного повеселев, саркастично выдает шатен. — В смысле КОНЕЧНО, — завязывается драка. Разговоры ни о чем и обо всем длились еще пару часов, утро и солнечный свет потихоньку пробирались сквозь шторы. Мозг уже умирал в пьяном угаре, странно, что вы еще не натворили бед. Но остатки разума еще сохранялись. — Может останешься? Куда ты в таком состоянии? — Не знаю, думаю, дома меня будут ждать. — Ничего, пусть поволнуется, — ехидно подмигнула ты. — Ладно, уговорила, — Тэхён расстелил себе на диване и смачно плюхнулся в объятия постели. Утро. Звонок в дверь. Звонок в дверь?