Коктейль, который создан для тебя

Лёгкий запах шафрана и ели, пропитанные шелковым лаком для дерева, вносили определенные приятные нотки в окончание этого длинного дня. Хотя, нет, даже не дня,а целой недели, которая для многих выдалась тяжёлой. Многие посетители бара, чья ценовая категория и общая атмосфера была всё же ниже люкса, но уже давно перевалившая за отметку "стандарт", тихо болтали, топя свою усталость во вкусной еде и дорогих коктейлях. Контингент был не столь разношёрстен, как бары и рестораны чуть ниже по Каннаму, и всё же место это собирало у себя разных гостей. В основной массе, конечно же, это были обычные, если можно так сказать, "белые воротнички", которые уже давно носили звания топ-менеджеров и начальников отделов, но встречались и артисты так называемой "второй сцены". За ними было не так много внимания и интереса, как за их более популярными коллегами, поэтому такие приятные бары с лёгкой атмосферой им очень даже были по нраву. Ещё сюда могли зайти писатели и стилисты, чуть реже можно было встретить инженеров и режиссеров. Благородная кожа крайне удобных диванов, на которых располагались гости, приятно отзывалась лёгким скрипом, как только на них садились измученные различными тендерами, работники огромных стеклянных коробок, которые буквально валились с ног от работы. В такие периоды, когда рынок цветет, подобно весенним бутонам, эти люди почти без устали следят за ситуациями на биржах, за различными сводками, предложениями конкурентов, не забывая охватывать красными от усталости глазами, настроение директоров, боссов и общую атмосферу общества, стараясь маневрировать на тонкой леске между "крахом" и "успехом". Такие работяги, обычно, заказывают себе один коктейль и сидят с ним около 20-30 минут, складывая в опухшей от расчетов голове, расписание на выходные, чтобы успеть отдохнуть и позаниматься своими домашними делами. Еду они заказывают позже, как и повтор напитка. Подобных, в вечернее время суток, особенно в пятницу, тут полно, поэтому столики оказываются заняты, заставляя тех несчастных, кто пришёл позже, гнездиться возле бара. Хотя кто-то спокойно присоединяется к столику, если видит, что человек из их фирмы - пить и есть, всё же, приятнее в компании, нежели в одиночку. К десяти вечера бар оказывается полностью оккупирован дорогими костюмами, приведенными из Германии и Италии, чьи владельцы негромко болтают, стараясь не затрагивать тему работы. Бар "Северные Ели", в котором основной уклон был сделан на джине, который разносил по всему помещению пленящий хвойный аромат, работает уже лет десять, даря своим гостям изумительную еду и выпивку. Планировкой помещения занимался человек, который несколько лет жил и работал в Европе, поэтому, заходя внутрь, ты оказался где-то между Германией и Англией, в перемешку с щепотками Франции и Голландии. Бар не был чрезмерно педантичен, каким он мог бы быть, ведь определенные элементы в виде витиеватых торшеров, интересных люстр, похожих на белые шапки одуванчиков и различные небольшие статуэтки вносили сюда частичку своеобразной атмосферы, которая была присуща только этому месту. Резные наличники спинок диванов, выполненных в стиле барокко, уже не отбивали желания на них садиться, своей напущенной вульгарной педантичностью, а очень даже располагали, когда на них мягким светом играл причудливый бутон одуванчика. В какой-то мере, тут было даже уютно. Мягкий свет не напрягал глаза уставших работяг, но тусклое освещения для подобных заведений, конечно, никогда не было чем-то в новинку. Особый уют тут дарили живые цветы, что стояли на каждом столике и камине, который, естественно был электрический, и служил простым, если так можно сказать, увлажнителем воздуха. Ещё фишкой этого места можно было считать различные сушеные травы, которые стояли в небольших корзинках по углам комнат. Иногда, такую корзинку, например с базиликом, подавали вместе с каким-нибудь блюдом, для того, чтобы вкушаемый носом аромат во время еды, раскрывал новые вкусовые нотки. Не сказать, что все могли это прочувствовать и оценить, но ценители истинно любили это место из-за такой подачи. Юнхо работал тут уже седьмой год, не желая уходить со столь приятного заведения, которое приносит хорошие деньги. Очень хорошие, если судить по его новой машине, что припаркована возле входа в бар. Да, не Ламборджини или Феррари, но новейшая Хёндэ, в полной комплектации, тоже была неплохим вариантом. Чон окружил себя шотами, бокалами, фужерами и шейкерами сразу после армии, когда юный мальчишка слонялся по городу, ища работу, на которую могут взять без образования. На тот момент не было возможности поступить куда-нибудь, а потому, единственный вариант- работа. Его довольно быстро принял к себе под крыло один ночной клуб на Хондэ, где приятный и опытный бармен учил его всем азам этой интересной профессии. Ловкие руки, подвешенный язык и крайне приятная внешность помогли юноше стать тем самым барменом, ради которого многие приходили в это заведение. Спустя время правда, вся эта суета, чрезмерно громкая музыка, нескончаемый поток клиентов, которые никогда не могли уловить все дивные нотки коктейлей, порядком поднаскучили парню, поэтому ему пришлось вновь пуститься на поиски работы. Так он и нашел этот бар, куда его изначально не хотели брать. Правда владелец так и не заметил, как молодой парень обошёл его, становясь за барной стойкой, готовя для него классический Веспер, подобно тому, что пил знаменитый Джеймс Бонд. Мужчина средних лет отвлекся от разговора с Чоном лишь тогда, когда тот уже смешивал все ингредиенты в шейкере, гремя льдом. Вот после такого наглого перформанса, во время которого Юнхо полностью захватил внимание мужчины, приготовив для него изумительный коктейль, парень и обосновался в приятном еловом баре, даря каждому клиенту глоток чего-то прекрасного. Было это лет семь назад, поэтому Чон мог спокойно назвать себя мастером своего дела, ведь алкоголь он смешивает, к ряду, уже десятый год своей жизни. И уходить из этого заведения он точно не планировал, не только из-за того, что тут хорошо платят, оставляют ОЧЕНЬ хорошие чаевые, да и в целом, атмосфера крайне приятная, но и из-за одного юного начальника отдела финансовой аналитики, который ходит в бар уже два года. Чхве Чонхо, так звали этого парня, был соткан из различных противоположностей, которые в нём как-то, да сосуществовали. Когда он только появился вечером осенней среды, под начало проливного ливня, он был похож на амбассадора тех самых туч, что низвергали тонны воды на вечерний Сеул. Собственно, с подобным выражением лица тот приходил ещё пару-тройку раз. Тогда Чон благополучно отправил того в свой "список" обычных и вечно угрюмых клерков, которые, наверняка, ещё и кричат на своих подчинённых. Всё изменилось, стоило однажды раздаться звонку. Юнхо готов поклясться, что такой яркой улыбки он не видел больше ни у кого в своей жизни. Тогда изменилось и выражение лица, и голос, и тон и даже сама атмосфера вокруг него, стала какой-то светлой и воздушной. На свой страх и риск, Чон всё же решил поинтересоваться, с чем же связана такая резкая смена настроения? На что светящийся от радости Чхве рассказал ему о своей подруге, которая сегодня наконец родила. Она несколько дней чувствовала себя очень плохо, так ещё и боялась родов, но сегодня её малыш наконец появился на свет, чему тот был несказанно рад. Слушая его рассказ об этой сильной женщине, с которой Чонхо, по его словам, знаком с пелёнок, Юнхо и не заметил, как лед в его шейкере уже начал таять, ослабляя градус американского джина. Он уже было хотел извиниться перед Чхве за испорченный напиток, как тот сказал, что ничего страшного, ведь он знает, что способен отвлечь любого своими историями, поэтому ничего, если его напиток будет чуть менее крепок, нежели обычно. Кажется, в этот момент Чон осознал, что сейчас не только джин потерял свой градус, но и он сам, в эту минуту, потерял несколько ударов сердца, как, собственно, и само сердце. Странное было чувство. Мало того, что подобное он испытывал всего пару раз за всю жизнь, так тут ещё и к парню. К тому же...к такому. Нет, Чхве не был страшным или что-то подобное, напротив, он был очень даже красив собой, ухожен и, в какой-то мере, даже мил, но не до такой же степени, чтобы сердце обычного парня пропустило пару ударов. Было бы ещё понятно, если бы Чонхо был хрупок комплекцией, не особо отличаясь от девушки, но природа одарила его крепким скелетом, широкими плечами и мощными бёдрами, на которые Чон всё чаще и чаще обращал внимание. Спустя какое-то время, может месяцев через семь, Юнхо понял, что не замечает толком никого, только этого странного парня, который приходит либо светясь от счастья, либо прожигая всех присутствующих своих тяжелым взглядом. Но даже этот тяжёлый взгляд Чон не считал уже чем-то отталкивающим, напротив, ему нравилось, что все эмоции юноши спокойно отражаются на его лице. Особенно ему нравилось, как Чхве морщил нос, если ему не нравилось что-то из еды. Он находил это до ужаса милым и, видя, как Чонхо куксится, еле сдерживал писк от умиления. - Слушай, как насчёт, ну не знаю, предложить пересечься за чашечкой кофе, - второй бармен и, по совместительству, бариста, упорно натирал фужеры одноразовыми полотенцами, всматриваясь в прозрачное стекло, чтобы не было ни единого развода. - Уён, всё не так просто, как ты думаешь, - Юнхо вписывал в накладную ещё одну бутылку джина с корнем ириса, который так любит их завсегдатай писатель. - И что же в этом сложного? Ты же его не в ЗАГС ведёшь. - Мы с ним даже не друзья, а ты предлагаешь позвать его на свидание, - Чон устало вздохнул, садясь на барный стул перед баром, - Налейте мне, бармен, я в печали из-за любви, - он театрально упал головой на стол, протягивая руки к стакану, который так старательно натирал Уён. - Максимум, какой коктейль ты от меня получишь - мой фирменный "плевок в стакан"! Тебе как, взболтать? Да и вообще, пригласить на кофе - это не свидание. - А что же это? - Это...не свидание… - бариста замялся, ставя стакан на место, - Я не знаю, окей? Я свою девушку просто пригласил на кофе, так мы и сблизились. Что тебе нужно делать с твоим…ну, вот этим всем, - Чон закрутил кистью руки, изображая некий кавардак, - Я без понятия. - Я тоже. - Но сидеть без дела тоже не выход. - Не выход… - Чон безнадежно повернул голову в сторону выхода, тяжело вздыхая. Массивная дверь плавно открылась, впуская в бар своего постоянного гостя, в лице того, о ком так тяжело вздыхал бармен. Чонхо поднял глаза, встречаясь взглядом с Юнхо, который продолжал смотреть на него, не смея сдвинуться с места. Чхве плавно подошёл, чуть цокая невысокими каблуками о паркет. Он остановился напротив бариста, садясь рядом. - Сегодня вы тоже клиент? - улыбаясь прыснул он. - А? Э. Нет. Нет-нет-нет! Мы просто дурачились, я уже возвращаюсь на своё рабочее место, - Чон резко вскочил, смотря на Чхве сверху вниз. Их всегда разделяла барная стойка, поэтому никто из них толком не мог понять, какого роста его оппонент. Даже сейчас не очень было ясно, насколько Юнхо выше парня. - Да ладно вам, я был не против вашей компании в качестве человека, с которым можно выпить. Если бы Уён не решил в этот момент зайти на кухню за мятой, которая кончилась, то он бы, ей богу, закричал бы что-то вроде "Да хватит ходить вокруг да около! Сходите на свидание!". Но, к счастью Юнхо, этого не произошло. - Это не шутка? - Относительно, - лицо Чхве приобрело странное выражение, из-за которого было совершено непонятно - шутит тот или нет, - Можно мне как обычно? - Конечно можно! - Чон ринулся к стеллажу с вермутом, но резко осёкся, - Можно вопрос? - Хм. Ну, допустим можно. - Слышали ли вы когда-нибудь о том, что опытный бариста может приготовить коктейль, который идеально подходит человеку? - Чон опёрся на бар, озорным ребенком смотря на своего постоянного клиента. - Допустим. Но я слышал, что для этого так же нужно хорошо знать человека. - Я знаю вас два года. - Думаете то, что я хожу к вам в бар уже два года, делает из вас того, кто хорошо меня знает? - Чхве хитро улыбался, стуча пальцами по дубовому столу. Ему нравилось наблюдать за тем, что ещё может выпалить бармен. - Нет, но я же могу попытаться? - Мне нужно будет за это платить? - Чонхо поправил челку, укладывая голову на выставленную на стройку руку. - Если вам не понравится, то, нет. - А если понравится? - А если понравится, то вы выпьете со мной кофе? - Заманчивое предложение, - Чонхо коснулся пухлых губ, слегка надавливая на них пальцем, - Согласен. Господин бармен, удивите меня, - он положил голову на обе ладони, смотря на спину Чона, которая резко оказалась возле огромного стеллажа с выпивкой. Только в такие моменты было более-менее понятно, насколько Юнхо был огромен. Его длинные и изящные пальцы спокойно доставали до двухметровой полки. Если бы ещё парочку сантиметров в росте, то он бы достал до самой верхней полки без использования маленькой складной лестницы, хранящейся за баром, возле небольшого холодильника. Желая получить некий "сюрприз", в виде авторского напитка, Чхве опустил глаза на собственный смартфон, перекидываясь с Юнхо фразами о том, как прошёл его день. Как и ожидалось, финансистам было нелегко этот месяц, потому что акции многих компаний то взлетали на несколько пунктов, то опускались ниже былого. И так уже несколько недель подряд из-за нескольких всплывших скандалов в стране. Чонхо приходилось придумывать новые и новые стратегии, чтобы их компания не принесла убытки, или, хотя бы, сделать их менее существенными. По мере возможного, конечно. Чон же отвечал, что в их отрасли нет такого большого разброса в пунктах, благодаря таким прекрасным посетителям, как господин Чхве. На данное высказывание, тот пропустил смешок в ладонь. Чхве Сан: Ты пригласил его на кофе? Чхве Чонхо: Не совсем… Чхве Сан: И что же ты сделал? Чхве Чонхо: Почему ты думаешь, что я что-то сделал? Чхве Сан: Потому что ты вредный и противный мальчишка "эмодзи, показывающий язык* Ну так что? Чхве Чонхо: Мы заключили пари Чхве Сан: Кто первый признается, тот и будет снизу? *подмигивающий эмодзи* Чхве Чонхо: Ты...Так ты можешь...брат… Нет, если мне понравится его коктейль, который он сделает для меня, то я иду с ним на чашечку кофе. Чхве Сан: Хм…Не плохо Но мой вариант лучше *подмигивающий эмодзи* Чхве Чонхо: Ты невыносим. Разговор со старшим братом прервал тихий стук стакана о дубовый стол. Рядом с Чонхо оказался бокал для мартини на причудливой витиеватой ножке. Он был идеально отполирован, открывая прекрасный вид на причудливый напиток . У самого края бокала было лёгкое красноватое напыление, которое не соприкасалось с тонким слоем, как понял Чхве, ликера Бейлис, что вулканическим пеплом красиво оседал ниже, в мутноватую жидкость, после которой шел последний тонкий слой чего-то красного. Выглядело всё это довольно интересно, учитывая то, что Чонхо никогда не заказывал тут ничего, что содержало бы этот ликёр. Про остальное содержание этого напитка он мог только догадываться. - Простите, что отвлекаю вас от переписки, но ваш коктейль готов. Пробуйте, а я пока приготовлю следующий, для другого гостя, - Чон дежурно улыбнулся, не скрывая искры радости, приступая к приготовлению классики мира алкоголя "виски и колой". Чонхо недоверчиво осматривал содержимое бокала, наблюдая за волнами ниспадающего сверху ликера, который не смешивался с прозрачной жидкостью. Он уверенно взял за основание бокала, подносят коктейль к губам. Глоток. Первое, что он ощутил - сливочная сладость с нотками кофе, чем-то похожая на мороженое, которая резко сменилась бодрящим и леденящим вкусом джина, содержащим, видимо, сок лайма и немного мятного экстракта, которые холодили горло, разнося приятную горечь. Кажется, что даже джин был на основе чего-то освежающего, но сейчас было совершенно непонятно. Потом он почувствовал ещё что-то сладковатое, но так и не понял, что же это было. В самом конце, его губы слегка загорелись остротой, давая понять, что это самое напыление, было ничем иным как красным перцем. Чхве никогда особо не любил сладкое, но эта штука...она ему понравилась. Особенно эта обжигающая острота, или нет, сливочное начало? Или ему понравилась эта освежающая своим холодом середина? Или же та самая последняя капля сладости, которая была перед пленящей остротой? Он не может понять что именно ему понравилось в этом странном напитке, потому что...он понравился ему полностью. Чхве поднял удивлённый взгляд на Юнхо, который как раз успел отдать заказ другому гость. - Ну так что? - Чон опустился локтями на бар, становясь с Чонхо совсем рядом. Он заглядывал ему в глаза, словно ища ответ, но этого человека, что сидел перед ним, было слишком легко прочитать. Слишком легко. - Это было… - Вы же отдыхаете завтра? - Да. - Напишите свой адрес, пожалуйста, я заеду за вами в шесть вечера. Надеюсь, что вы любите итальянскую кухню, - Юнхо придвинул к Чхве небольшой жёлтый квадратик бумаги. Чонхо знал, что его любимый бармен является водителем, всё таки тот рассказал ему о том, что та черная машина, стоящая возле бара - его, но о том, насколько он хороший водитель, финансист и не догадывался. Чон сидел в салоне авто с той же прямой осанкой, с которой он всегда встречает гостей, уверенно ведя машину, плавно поворачивая руль. Его глаза были устремлены вперёд, на дорогу и бамперы вперёд идущих авто, чьи фары горели подобно рождественским гирляндам. Какие-то фары были ярче, какие-то чуть бледнее, где-то проносился дорогой спорт-кар, сверкая голубыми глазами. Пару раз, во время разговора, Чхве ловил на себе мимолётный взгляд шоколадных глаз, которые скользили то по лицу, то по бедрам. Возможно, будь это какой-то другой мужчина, Чонхо бы дал своим мощным кулаком по его физиономии, потому что взгляд этот был не столь, конечно, липкий и похабный, но и совершенно не скрывающий интереса мужчины. Нет, напротив, юному финансисту чертовски нравилось ловить этот взгляд с чуть приподнятой смоляной бровью и лёгкой улыбкой у левого уголка некрупных губ. Сложно признаться самому себе, но Чхве был бы и не против пропустить их ужин в итальянском ресторане, желая проложить их беседу в приятном салоне авто, в котором, так же как и в баре, приятно пахло шафраном. Мог ли этот запах остаться в салоне от самого владельца авто, не давая ему выветриться из машины? Наверное, но узнать это очень сложно, потому что мускулистая шея, в которую хотелось зарыться носом, вкушая аромат тела, была в каком-то жалком метре от него, но оставалась всё такой же недоступной. - У меня что-то на лице? - Чон повернул голову в сторону своего пассажира, пока они стояли на красном свете светофора. - С чего ты...вы взяли? - Давай перейдем уже на менее официальное обращение, хорошо? Ты со мной сейчас как мой знакомый, как минимум, а не клиент. - А, да, хорошо, - Чонхо слегла кивнул головой, встречаясь взглядами с Юнхо, - Так, с чего ты взял, что с твоим лицом что-то не так? - Ты просто так пристально смотришь на меня, что я подумал - может испачкался где. - Нет, я смотрел на шею. - На шею? - Чон взглянул на себя через зеркало заднего вида, - И что же с ней не так? - Я подумал о том, какой парфюм ты используешь? - Интересно...и зачем тебе это? - В твоей машине пахнет так же как и в баре, поэтому я подумал - это твой запах или просто салон пропах тобой, - поняв, насколько странно было озвучить свои мысли, к тому же такие, Чхве перевёл взгляд в окно, откидываясь на спинку кресла. - Ни то, ни другое. Я покупаю травы для нашего бара, поэтому в салоне всегда так пахнет. Сам я не пользуюсь парфюмом...в отличие от тебя, - Юнхо глубоко вздохнул, пропуская терпковатый запах через лёгкие, - Приятный аромат, кстати. Мне тоже нравятся цитрусы. Будь воля Чона, а бы прямо тут остановился, оставляя несколько поцелуев на янтарной коже. Настолько велико было его желание. Он несколько раз чуть не положил руку на чужое бедро, вместо рычага коробки передач, но вовремя оттягивал ладонь. Кажется, напряжение начало оседать невесомой терпкостью на кончиках языков, заставляя их говорить всё медленнее и медленнее. Когда они уже припарковались напротив нужного ресторана - никто так и не вышел. Оба остались сидеть на своих местах, не смея сдвинуться с места. Руки Чона даже не покинули кожаного руля. Атмосфера и ощущение в салоне стало паточным и неясным. Каждый ждал чего-то, обрабатывая в голове слова, действия и решения. - Может... поедем ко мне? - Юнхо трепетно поднёс руку к чужой коленке, будучи готовым в любой момент убрать её. Чонхо положил свою ладонь сверху, переплетая их пальцы. Он молча кивнул, выпуская нервный выдох из груди. Кажется, что его сердце только что остановили и запустили вновь, к тому же, сделали это, явно превысив количество ударов в минуту. Никто из парней так и не понял, за какое время они оказались в доме Юнхо. Квартира была довольно просторная, выполненная в светлых тонах, с вкраплениями красного дерева. Ненатурального, конечно же, но, как объяснил Чон, он не хотел, чтобы дерево было обычного цвета. В квартире также был широкий диван цвета карамели, который располагался в гостиной, напротив широкого телевизора с подключенной к нему игровой приставкой, в которую Юнхо играет по выходным с друзьями. Он как-то рассказывал об этом. Вообще, квартира была очень даже уютной. Гостиная была совместна со столовой зоной, которая была отделена, кто бы сомневался, барной стойкой, над которой висели различные бокалы, что свисали со специального держателя. Под баром ютился некрупный холодильник для выпивки и небольшой ящик для вина. На самой кухне стояло несколько растений, похожие на те, что были в "Елях", но большая часть кухонной утвари скрывались в различных шкафчиках и ящиках, дабы не захламлять пространство. Чон попросил у Чонхо его плащ, чтобы повесить в гардероб, настаивая ещё и на том, чтобы тот дал ему свой бежевый кардиган, накинутый поверх лёгкой водолазки. Пока Юнхо относил вещи в гардеробную, Чхве ещё раз прошёлся глазами по гостиной. Рядом с диваном лежал небольшой светлый ковер, на котором, возможно, сидит хозяин квартиры, когда играет в приставку. Также, рядом с ним находился кофейный столик, на котором лежало несколько книг, который, по видимому, были со стеллажа, где помимо книг были ещё фигурки героев Марвел, несколько фоторамок с фотографиями совсем молодого Юнхо в компании каких-то мальчишек, два маленьких растения в горшке и несколько коробочек. Чонхо подошёл к полке, беря в руки одну из рамок. Юнхо на фото не больше семнадцати. Совсем мальчишка с сияющей улыбкой, который обнимает двух парней, один из которых был такого же роста как и он сам, а второй на почти на голову ниже. Они просто стояли и улыбались на фоне школы. - Ах, да-а-а, - спокойно прозвучало со спины Чонхо, - Это был первый день нашего последнего учебного года в школе. Это вот Хонджун, - он указал на низкого парня, - Я это вот Минги, - палец указал на парня, что был с Юнхо почти одного роста. - И где они сейчас? Я в смысле, вы общаетесь? - Конечно! Хонджун продюсер в компании N, а Минги имеет свой собственный бренд одежды, - Чон прошёл за бар, садясь на стул. Он упёрся локтями о стол, положив голову на руки. Его взгляд был прикован к юноше, стоящему рядом с полкой, - Знаешь, мы ведь хотели быть айдолами. - Шутишь? - Нисколько, - он отрицательно покачал головой, - стажировались несколько лет, но… итог ты видишь, - он обвел руками окружение, - Ну, хватит о былом! Я ведь обещал тебе итальянскую кухню, верно? Как насчёт заказать пиццу и выпить вина? - Ха-ха-ха, прекрасный выбор! Я согласен. Распивая бутылку благородного шардоне совиньон, после ультра мясной пиццы, конечно же, разговоры от обыденных перешли к рассказам о прошлом. Парни уже давно переместились из столовой на мягкий диван, оставляя бутылку на кофейном столике. На телевизоре Юнхо включил какой-то фильм по нетфликсу, не смотря на него и в половину глаза. Всё его внимание было устремлено на Чонхо, который активно рассказывал о своей студенческой молодости, во время которой он часто выступал на сцене. Даже был на вокальных конкурсах, которые проводили между университетами, занимая призовые места. Он рассказывал всё так бурно и оживлённо, жестикулируя руками и много улыбаясь, что Чон просто завороженно слушал его, пригнездив голову на спинке дивана. - Ты такой красивый, - неожиданно для самого себя выпалил Юнхо. - Что? - Чхве остановился, всматриваясь в лицо парня напротив. - Я говорю, что ты очень красивый, Чонхо. Не могу перестать смотреть на тебя, - Чон прислонился к коленке правой ноги, которая была согнута на диване. - Хён, красивый тут только ты, а я самый обычный… - Ещё одно такое слово - и я поцелую тебя. Чонхо встрепенулся, охватывая взглядом уютную крупную фигуру напротив, которая смотрела на него с трепетной нежностью. За всё время, что они здесь, Чон не сделал ничего такого, из-за чего-то ему было бы некомфортно. Они даже не поднимали тему, почему они здесь, почему пьют рядом, почему их тела так близко друг к другу, хотя оба всё понимали. - Мне для этого обязательно принижать себя? - рука Чонхо коснулась чужого бедра. - Абсолютно нет, - Юнхо придвинулся ближе, нещадно сокращая расстояние между ними, накрывая пухлые губы своими. Почувствовав, как на его поцелуй начали отвечать, он зарылся рукой в каштановые волосы, которые приятно пахли парфюмом. Губы Чонхо были чертовски мягкими и слегка липкими от бальзама для губ, которыми так часто пользуется финансист. Их хотелось смаковать миллиметр за миллиметром, буквально вылизывая. На пробу, не углубляя поцелуй, Чон слегка прикусил нижнюю губу Чхве, в ответ получив лишь довольный писк. Финансист придвинулся ещё ближе, кладя руки на лопатки Юнхо, который уже успел углубить поцелуй, проходясь языком по верхнему ряду некрупных зубов. Во рту у Чонхо было очень приятно и тепло. Внутри него различались тонкие нотки вина, выдержанного сначала в деревянных бочках, из-за чего можно было уловить слабые оттенки дерева в поцелуе. Сам Чхве полностью отдавался во власть чужим губам, разрешая им вести. Кто же знал, что Юнхо так хорош в этом? - Если ты хочешь, чтобы мы остановились, то я прекращу, но, если нет, то...как насчёт перебраться на кровать? - Чон хотел уже спускаться к долгожданной шее, которая так и требовала оставить на себе несколько засосов, но вовремя остановился, закладывая в глаза напротив. - Ты серьёзно думаешь, - рука Чхве опустилась на пах Юнхо, - Что я согласился поехать к тебе, чтобы пообжиматься на диване как подросток? Потянув парня на себя, Чон, стараясь не разрывать поцелуй, медленно вел его в свою комнату, то и дело прижимая его тело то к стенам, то к комоду в прихожей, которая была по пути в спальню. В какой-то момент, ему даже показалось, что не до какой кровати они так и не дойдут, потому что Чонхо слишком умоляюще прижимался к разгоряченному телу, закидывая на него ногу. Так похабно. Так соблазняюще. Убранная кровать радушно встретила тело гостя, как по родному прошурша ему на ухо накрахмаленным хлопком. Чон нависал сверху, оглаживая карамельную кожу под темной водолазкой, которая уже давно манила своей недоступностью. Но Чхве не нравилось то, что его любимая одежда сейчас стала для него некой преградой, отделяющей его от желанного наслаждения. Он откинул в сторону водолазку, даже не думая о том, какой помятой он найдет её завтра в углу спальни. Юнхо еле сдерживался, чтобы не порвать на себе любимую рубашку, желая ощутить тепло чужого тела, манящего его целиком и полностью. Его привлекала разница в их тонах кожи, нравились бурые ореолы крупных сосков, с которых он снимал специальные накладки, чтобы те не выпирали. Он тянул телесного цвета силикон, наслаждаясь стянутым дыханием Чонхо, что льнул к нему подобно коту, стараясь прижаться возбуждение как можно сильнее, продолжая чуть двигаться в такт их общему движению. Оставляя невесомые узоры на теле, Чон проследил от самой шеи, которой подарил пару багровых цветов, до живота, несчастно спускаясь к ширинке. - Чонхо, могу я узнать, был ли ты когда-нибудь с другими мужчинами? - он тихо расстегнул ремень брюк, оттягивая ширинку вниз. - Был. А ты? - Чхве зеркало повторил действия бармена, поглаживая его вставший член. - Ты первый парень в этой постели, помимо меня, - Чон вновь припал к губам, сладко причмокивая. - Тогда сегодня обойдемся взаимной лаской, если ты не против, - Чонхо оголил чужой член, на пробу проводя рукой от головки до основания. - Я полностью согласен, - Юнхо углубил поцелуй, проскальзывая рукой под резинку от нижнего белья Чхве, выбивая из того первый стон. Он мог бы поклясться всеми бутылками с алкоголем, которые есть в "Северный Елях", что более желанного и страстного стона он ещё не слышал. Эта особая музыка, которой он намерен наслаждаться всю ночь.