Тайники секты Хуаньюэ

– Сюда, сюда, пожалуйста, – рабочий, испуганный присутствием Ян Уши, кажется, едва не спотыкался. Этот дом, как и многие другие в столице, по бумагам принадлежал клану Се. Раньше здесь в основном останавливался учитель Ян Уши, Феньян Цзи. После его смерти небольшой дом на окраине оказался заброшен, и вот, через столько лет Ян Уши решил окончательно снести полуразвалившееся здание, чтобы построить на его месте новое. Утром, когда рабочие разбирали полы в одной из комнат, раздался небольшой взрыв. Никто не пострадал, но под половицами обнаружился тайник – никто не решился заглядывать туда и трогать находящиеся там вещи, вместо этого рабочие тут же отправили человека с запиской к Бань Яньмею, а тот, в свою очередь, доложил Ян Уши, по счастливой случайности оказавшемуся в столице. Теперь Ян Уши легко перешагивал через строительный мусор, пока не остановился в комнате с тайником. Шэнь Цяо, сопровождавший его скорее из-за прекрасной весенней погоды, чем по какой-либо другой причине, остановился сбоку. Бань Янмей почтительно остановился позади от своего шидзуна, заглядывая через плечо. Ян Уши с неприязнью посмотрел на грязный пол, но всё же присел на корточки и сунул руку в тайник. Первой он выудил оттуда стопку бумаг. Те пострадали при взрыве и обуглились с одной стороны. Ян Уши быстро просмотрел их содержимое и сунул за пазуху. Пошарив ещё немного, он вынул несколько колец, пару шпилек и с десяток нефритовых подвесок. – Ерунда, – сказал Ян Уши, поднимаясь на ноги и сгружая всё, кроме одной шпильки, в руки Бань Яньмея. – Продай подороже. А вот это нечто интересное, – он протянул шпильку Шэнь Цяо. Тот взял её в руки и поднёс близко к глазам, силясь рассмотреть узор. На серебре чернением были нанесены переплетающиеся ветви сосны, через которые проглядывала луна – символ секты Хуаньюэ. В навершие располагался довольно крупный осколок бирюзы неправильной формы. – Очень изысканно, – нейтрально ответил Шэнь Цяо, возвращая шпильку в руки Ян Уши. – Я тоже так думаю. Он подался ближе к Шэнь Цяо, и, пока тот не уклонился, быстро сунул шпильку в простой узел на его темени. – Это подарок, – безапелляционно заявил Ян Уши. – Благодарю, но… – растерялся Шэнь Цяо. Так неловко, ещё и все присутствующие заинтересованно покосились на них двоих. – Тебе не понравилось? – несколько наигранно удивился Ян Уши. – Этот почтенный полагал, что бирюза хорошо пойдёт к твой одежде. – Да, но на шпильке – символ секты Хуаньюе! – Ты имеешь что-то против секты Хуаньюе? – заинтересовался Ян Уши, и, не дав ему ответить, добавил: – А-Цяо, посмотри, какой интересный здесь механизм! Шэнь Цяо, а заодно и Бань Яньмей склонились над опустевшим тайником. – Вот здесь есть механизм, где нужно в правильной последовательности нажать на иероглифы. Тогда тайник открывается. При попытке взломать, или при неправильном вводе особые запалы должны уничтожить всё содержимое. Шицзун любил такие штуки. Нам повезло, что здание отсырело, и сработал только один, самый дальний запал, да и то в полсилы. Все бумаги сохранились. – Вы для этого оставили дом стоять здесь столько лет без заботы? – уточнил Бань Янмей. Ян Уши только рассмеялся. – Продолжайте работать! Бань Яньмей, тебя это тоже касается. А-Цао, разделишь со мной обед? Вечером Ян Уши заперся в своем кабинете, пока досконально не изучил все доставшиеся ему записи. Вернувшийся с тренировки Шэнь Цяо обнаружил его задумчиво перебирающим пожелтевшие, порядком истлевшие, да ещё и подгоревшие с одной стороны листы бумаги. Хорошо хоть запал был промокшим, а бумага не истлела до конца – сильно выцветшую краску ещё можно было с трудом разобрать. – Почти ничего интересного, – пожаловался Ян Уши. – Бухгалтерские документы, в основном. Это было важно двадцать лет назад, но никак не сегодня, – он с отвращением отбросил бумагу в сторону. – Ещё есть описание тонкостей практики Феникса-Цилиня, но я бы не рекомендовал им следовать, учитывая, как закончил шицзун. Насколько знал Шэнь Цяо, Феньян Цзи скончался от искажения ци, вызванной практикой высших ступеней Феникса-Цилиня. Да, пожалуй, неплохо было как следует изучить эти записи… и сделать в точности наоборот. – Шицзун любил подобные тайники, – повторил Ян Уши, обмахиваясь оставшимися бумагами, словно веером. – Никогда нельзя быть уверенным, что нашёл их все, – он положил записи о Фениксе на ладонь, и их охватило демоническое пламя. Ян Уши стряхнул сероватый пепел с ладоней. – Что ж, посмотрим, что будет дальше. Как ни странно, о ещё одном тайнике они услышали через дюжину дней. Ян Уши даже не успел толком завершить дела, задержавшие его в столице. Шэнь Цяо проснулся рано, когда рассвет только забрезжил, чтобы отточить свои навыки в первых солнечных лучах, наполненных энергией ян. Так что он первый услышал, как к воротам поместья, в котором они с Ян Уши остановились, явился императорский посыльный. – Что произошло? – Шэнь Цяо вежливо улыбнулся запыхавшемся юноше, почти подростку. – Ограбление в Императорском дворце! – выпалил тот. Затем смутился и продолжил уже тише: – Велено передать лично в руки Ян Уши. Ян Уши как раз появился за спиной Шэнь Цяо, сонный, помятый, с едва наброшенным на плечи ханьфу. – А-Цяо, что происходит? – он широко зевнул, собственнически прижал Шэнь Цяо к себе и положил подбородок ему на плечо. – О-ограбление в императорском дворце, – запинаясь, пробормотал посыльный, во все глаза глядя на происходящее перед ним. Взял себя в руки, поклонился и протянул на вытянутых руках запечатанную деревянную коробочку со свитком. – Здесь всё описано. Император просит вас прибыть как можно скорее. Ян Уши с неохотой отпустил Шэнь Цяо, который в этот момент пытался цитировать про себя учение Лао Цзы, дабы держать лицо, ещё раз зевнул и принял из рук посыльного коробочку. На месте вскрыл печать, быстро прочёл содержимое и вернул обратно: – Передайте, я буду так скоро, как только смогу. Они и вправду добрались до дворца быстро – с использованием цигун. У боковых ворот их уже ждали слуги, которые спешно повели Ян Уши и Шэнь Цяо вглубь дворца, почти к самым императорским покоям. Шэнь Цяо оценил убранство внутренних помещений – сдержанное и скромное, оно говорило о том, что их хозяин не склонен к пустой роскоши и бессмысленной трате казны. Они остановились во внутреннем коридоре, стены которого были обиты темной тканью. В стене была вырезана дыра – лоскут валялся на полу – под которой оказался запрятанный тайник. Похоже, когда обивали коридор, никто и не подумал, что там может что-то быть. В потёртой деревянной панели – которую и прикрыли тканью – оказалась неприметная дверца. Сейчас она была распахнута настежь, а сам тайник – пуст. – Мои солдаты регулярно патрулировали примыкающие к этому коридоры, а между патрулями находились вот там, – начальник стражи указал на ближайший пост охраны, – или там, – он указал на второй пост. – Они ничего не слышали, пока не начали утренний полный обход и не обнаружили… это. Четверо охранников мялись здесь же. Под взглядом Ян Уши они съежились и как-то даже выцвели. Шэнь Цяо пристально осмотрел место кражи. Сам коридор не имел окон, оба ведущих к нему коридора просматривались с постов стражи. – Тот, кто это сделал, – начал Ян Уши, – должен обладать незаурядными способностями. Либо он заговорил стражников, заставив их пропустить себя и забыть о своём появлении, и тогда под подозрение попадают члены секты Хэхюань. Либо пробрался сюда по потолочным балкам. Беззвучно. Все подняли взгляд вверх. – Тогда преступник должен быть чрезвычайно ловок и использовать ци, – заключил Шэнь Цяо. – Именно, – кивнул Ян Уши. – Подобному учат в буддийских орденах. Впрочем, есть ещё одна возможность – это сделал кто-то из охраны, – он резко обернулся и посмотрел на стражников. Те едва не лишились чувств. – Этого не может быть! – встал на их защиту начальник стражи. – До сегодняшнего утра никто даже не знал, что здесь есть тайник! – То есть, вы даже не представляете, что было украдено, – рассмеялся Ян Уши, заглядывая внутрь. – А-Цяо, посмотри. Работа моего шицзуна, только намного более сложный механизм. Полагаю, он сделал этот тайник ещё когда служил здесь при прошлом Императоре. Ян Уши выпрямился и заложил руки за спину: – Шицзун разработал технику, доступную для тех, кто освоил высокие ступени Феникса-Цилиня. Она позволяет убивать людей – быстро и незаметно. Более того, по трупу никто не сможет даже предположить, что это было именно убийство, а не просто проблемы с сердечным меридианом. – Идеально для тайных убийств, – проговорил Шэнь Цяо. – Именно, – кивнул Ян Уши. – Он так и не успел никого научить этой технике. Я знал, что записи о ней спрятаны где-то во дворце, но не знал, где именно. И то, что мы должны знать о преступнике – он знал не только место, но и специальный код для открытия тайника. – Ян Уши вновь указал на механизм: – Как видишь, здесь ничего не повреждено. Один неверный символ – и записи были бы уничтожены навсегда. – Значит, нам нужен кто-то, кто знал шифр, – подытожил Шэнь Цяо. – Кто это мог быть? Ян Уши пожал плечами: – Видимо, кто-то из его личных учеников. Мне он код не передал. Шицзун вообще старался не передавать всю информацию одному ученику. Считал, что так мы, хотя бы первое время, будем держаться вместе, – лицо Ян Уши ожесточилось. – Он просчитался. Он повернулся к начальнику стражи: – Это дело касается непосредственно секты Хуаньюэ. Я разберусь в нём самостоятельно, без вашей помощи. Прикажите своим стражникам разойтись по домам и не выходить из них до окончания расследования. Запрещено принимать гостей, а также отправлять и принимать посыльных. Это понятно? Тот склонился в глубоком поклоне: – Как скажете, господин младший наставник Ян. Они сели завтракать в небольшом, но довольно дорогом трактире, уже открытом в это время. Обычно заведения такого уровня открывались позже, а с утра были доступны только низкопробные, по мнению Ян Уши, едальни, где подкреплялись перед работой простые люди. Шэнь Цяо тянул рисовую кашу чжоу, периодически отправляя в рот кусочки квашеной редьки. Ян Уши уже закончил со своей отварной телятиной в специях, и теперь с интересом рассматривал поданные к чаю засахаренные фрукты. – Что думаешь? Шэнь Цяо оторвался от каши: – Полагаю, начать следует с личных учеников Феньян Цзи, а также их личных учеников. Кому, кроме вас, он мог передать код? Ян Уши кивнул: – Ты прав. У шицзуна нас было пятеро, – он задумался. – Полагаю, следует начать с шимей. Она уже мертва, но в секте Хэхюань у неё осталась сестра. Возможно, та что-то ей рассказала. – Сестры в разных сектах? – удивился Шэнь Цяо. – Пока А-Лин была жива, Вэй Мэй тоже была в секте Хуаньюэ, хотя и не числилась в личных ученицах шицзуна. После её смерти она ушла в орден Хэхюань. На данный момент она – соглядатай секты Хэхюань в столице. Пожалуй, навестим её первой. Приняв решение, Ян Уши расслабился. Заметив, что Шэнь Цяо покончил с кашей, он взял палочками кусочек засахаренного яблока и протянул его к самым губам Шэнь Цяо. – А-Цяо, хочешь яблоко? Цукат сладко пах, заставив Шень Цяо невольно сглотнуть. Но он всё равно отклонил палочки в сторону: – Нет, спасибо. – Не нравится? – сладко улыбнулся Ян Уши. – Тогда, может быть, ты хочешь персик? – Не нужно, – Шэнь Цяо поднялся на ноги. – Пойдёмте, нас ждут дела. – Заверните фрукты с собой, – приказал Ян Уши слуге, так же поднимаясь на ноги. Официально Вэй Мэй была вышивальщицей. Её лавка ещё не открылась, поэтому Ян Уши просто вломился в личные покои Вэй Мэй, распугав при этом прислугу. Заклинатели, достигшие определенного уровня самосовершенствования, стареют намного медленнее простых людей, однако Вэй Мэй выглядела на свой возраст. Седеющие волосы забраны в строгую прическу, лицо покрыто сетью морщин, особенно сильных вокруг глаз и у рта. Руки при этом – как у молодой, с гладкими, подвижными пальцами. Вэй Мэй встретила их в комнате, отведенной для встречи гостей. Она сладко улыбалась, как будто незваные гости не проникли в её дом почти силой. Её одежды были искусно расшиты шёлком, как и висящие на стенах картины, в волосах – дорогие нефритовые шпильки. – Глава секты Ян, так давно не виделись. Надо же, вы как будто совсем не изменились! – сладко проговорила она, кланяясь и одаривая их улыбкой. – Да? А вот ты и так была некрасивой, а теперь ещё и постарела. Неужели твоих умений не хватает даже на то, чтобы сохранить внешность? Вэй Мэй скривилась: – Ты всегда отличался ядовитым языком, шисюн. Зачем пришёл? Это считать официальным нападением на члена ордена Хэхюань? – Нет, просто решил навестить бывшую боевую сестру, – усмехнулся Ян Уши. – Расскажешь, что ты делала сегодня ночью? И где сейчас находятся бумаги шицзюна? – Я не понимаю, о чём ты говоришь, – поджала губы Вэй Мэй. Но тут же снова расплылась в улыбке. – Эта шимей никогда толком не разбиралась в делах секты. Расскажи ей подробнее. Она отлично держалась, выпрямив спину и без опаски глядя прямо в глаза Ян Уши. Хоть она и выглядела как женщина за сорок, в ней чувствовалась довольно сильная циркуляция ци. Шэнь Цяо ощущал исходящую от неё опасность, и потому был настороже. – Уж не ты ли вчера заговорила зубы императорской охране, шимей? – Ян Уши заложил руки за спину, нависая над ней. – Я помню, ты была в этом неплоха. А в секте Хэхюань тебя не могли не научить ещё парочке трюков, – его лицо похолодело. – Признавайся, что тебе рассказывала сестра о тайнах шицзюна? – Ну что ты, шисюн, – мягко ответила Вэй Мэй. – Если бы сестра что-то и знала, она бы никогда не рассказала мне. Да и зачем мне тайны бывшего шицзюна? Этой глупой ученице наука никогда толком не давалась… Её голос звучал всё мягче, разливаясь по комнате. Словно тяжелый запах духов на парче, в которую кутается красавица, словно дым благовоний в храме Будды, словно медовый аромат луговых трав в летнем знойном воздухе. Шэнь Цяо уже не слушал, что она говорит, он просто чувствовал, как её голос разливается по коже прикосновением шёлковой ткани, волной распущенных волос, биением сердца… Внезапно в стоячий, густой и сладкий воздух ворвался порыв холодного, свежего ветра. – Прекращай свои шутки, Вэй Мэй! Они на меня всё равно не действуют! Ян Уши стоял, сложив ладонь наподобие когтистой соколиной лапы, а Вэй Мэй, не выдержав, осела на землю. – Не трогайте шицзюн! Вместе со звонким голосом в комнату ворвался серебристый поток. Боевые иглы! Ян Уши взмахнул перед собой рукавом, Шэнь Цяо – резко отскочил в сторону. Иглы пронеслись мимо, все – кроме одной, что легко чиркнула его по предплечью. Похоже, тот, кто их бросил, вложил в иглы немало собственной ци – и в последний момент сумел поменять направление полёта. Впрочем, это не помешало Шэнь Цяо бросится в сторону голоса, увернуться от ещё одной серии игл – и в следующую секунду скрутить упирающуюся девчонку-подростка в ярких цветастых одеждах. Он втащил её обратно в комнату, к Вэй Мэй. – А-Сиюн! – дернулась Вэй Мэй, теряя свою невозмутимость. Это не укрылось от глаз Ян Уши. – Это твоя ученица? – он с легким интересом рассмотрел девчонку. – Какая бездарность, вся в тебя. А-Сиюн смолчала, тратя все силы на попытки вывернуться из рук Шэнь Цяо. Как ни странно, у неё были шансы рано или поздно сделать это – по предплечью от места укола растекалось покалывание, рука дрожала и не слушалась. – Так может, это она вчера была в Императорском дворце? Ты рассказала ей старые секреты, не так ли? Шэнь Цяо неожиданно для себя полувздохнул-полувсхлипнул и, выпустив А-Сиюн, едва не осел на пол, прислонившись к стене. Яд незаметно пропитал его ци, растекшись по меридианам, и тело внезапно перестало его слушаться. Ян Уши только коротко глянул на него, пока перехватывал девчонку – теперь уже за горло. – Я спрашиваю последний раз, Вэй Мэй, где записи шицзюна? А-Сиюн захрипела. – Я не знаю! – закричала Вэй Мэй. – Я ничего не знаю! Сестра ничем со мной не делилась! Она вскочила и бросилась к Ян Уши. Но не для нападения – она схватила его за запястье руки, которой он сжимал горло А-Сиюн. – Я ничего тебе не скажу, потому что ничего не знаю! Убил мою сестру – убей и меня! А А-Сиюн отпусти, она ни в чём перед тобой не виновата! Ян Уши холодно посмотрел на Вэй Мэй – и разжал руку. А-Сиюн упала на пол, сдавленно кашляя и хрипя. – Вот теперь ты говоришь мне правду. Так бы сразу и начала. Зачем напала на нас? – Хотела сделать так, чтобы вы ушли, – процедила сквозь зубы Вэй Мэй. Ян Уши повернулся к Шэнь Цяо, который уже едва держался на ногах. Поднял его на руки. Тот только сдавленно захрипел – дышать было так же тяжело, как и стоять. – Вижу, науку ядов ты не забыла, и ученице передала. Теперь научи её выбирать цели по себе, иначе в следующий раз я сверну ей шею. Ян Уши сделал лёгкий шаг, используя цигун – и они оказались за пределами дома. – Если бы она просто на нас напала, я бы убил её за эту дерзость, не задумываясь, – говорил Ян Уши, стремительно перемещаясь по оживленным улицам. – Но раз уж она сумела зацепить тебя – пусть живёт. Посмотрим, сможет ли из неё что-то вырасти. – Значит… – едва слышно пробормотал, почти что выдохнул Шэнь Цяо, – хорошо… что она… меня… отравила… Ян Уши расхохотался: – Ты никогда не меняешься, А-Цяо. Эй, Жужу, приготовь постель для А-Цяо. Он как раз внёс его в комнату. Уложил на постель, взял за запястье, нащупал пульс. – Этот яд называется «Сердце возлюбленного». Его секрет хорошо знают в секте Хэхюань. Где Бань Янмей? – Ушёл по вашему поручению, – склонилась Жужу. Ян Уши поморщился. Поднялся и вышел из комнаты, вернувшись обратно с пучком каких-то трав и корешков. – Запарь это кипятком и как следует перетри. Затем принеси сюда. Жужу быстро поклонилась и удалилась, оставив их одних. Ян Уши подошёл к окну, заложив руки за спину. – Что думаешь о Вэй Мэй? – спросил он, не оборачиваясь. Шэнь Цяо с трудом дышал и говорил, и потому сильно сократил предложение: – Не… врала… – Я тоже так думаю. – Сказала… глава… убил… – А, ты про Вэй Лин? – Ян Уши посмотрел на лежащего на кровати Шэнь Цяо и продолжил: – Видишь ли, перед этим я собирался заслать к её семье сватов… Даже «Сердце любовника» не смогло удержать Шэнь Цяо от удивленного вдоха. Ян Уши рассмеялся. – Да, я был молод, влюблён и был готов жениться. А-Лин была… посредственностью в деле заклинателей, но тогда я был слишком глуп, чтобы считать это проблемой. О том, как она, почти без способностей, сумела занять место личной ученицы шицзюна – тоже почти не думал. Тем более, она была красива и остра на язык. Дождавшись, когда Шэнь Цяо полностью уложит в голове мысль о молодом влюблённом Ян Уши, он продолжил как будто вообще без эмоций: – А потом она спуталась с сектой Хэхюань, и там её научили, как во время соития вытянуть из человека всю его силу и присвоить себе. Не думаю, что её действительно научили рабочей технике – скорее, просто хотели избавиться от меня. Но, – Ян Уши нехорошо ухмыльнулся, – я вовремя понял, что происходит, и не дал ей довести дело до конца. А перед смертью, видимо, чтобы задеть меня, она рассказала, что заодно спала и с нашим шицзюном. Кстати, – со смешком добавил Ян Уши, – как потом выяснилось, он всё знал, но ему было интересно, смогу ли я выкрутиться. Шэнь Цяо опустил глаза. Он жил, окруженный заботой Ци Финге. Но каково же жить в месте, где собственный учитель позволяет ученикам убивать друг друга, просто чтобы посмотреть, что получится? И сколько лет было Ян Уши, когда он столкнулся с подобным предательством? Юй Ай отравил Шень Цяо, когда тот уже был сформировавшейся личностью – и всё равно, эту боль было сложно перенести. Как бы он справился, будь он младше? В этот момент, постучавшись, вошла Жужу. Протянула Ян Уши чашку и молча исчезла, когда тот махнул рукой. – Ну-ка, А-Цяо, проглоти это. Ян Уши приподнял его голову, поднёс чашку к губам – и в рот Шэнь Цяо потекла резкая горечь, такая, что он едва не выплюнул противоядие обратно. С огромным трудом он заставил себя сглотнуть, горечь прошлась по корню языка, вызывая тошноту. – Бедный А-Цяо, как же это, наверное, горько… – с деланным сочувствием протянул Ян Уши. И вытащил из-за пазухи давешний сверток с засахаренными фруктами. Взял кусочек персика и вложил его в рот Шэнь Цяо: – Вот видишь, теперь ты не против их съесть! А утром отказывался. Шэнь Цяо хотел было выплюнуть засахаренный фрукт… но передумал. Противоядие и правда помогло – палочка благовония не успела бы прогореть, а Шэнь Цяо уже почувствовал, что способен двигать руками и ногами, и даже с трудом сесть. Он прикрыл глаза, принуждая энергию ци быстрее циркулировать в его теле, вымывая остатки яда из меридианов. Ян Уши в это время оставался в особняке – члены секты Хуаньюе приходили и уходили, что-то докладывая лично, или передавали записки. Шэнь Цяо не вслушивался, поглощенный медитацией, просто краем сознания отмечал присутствие рядом, через стену, посторонних. Наконец, Ян Уши закончил раздавать своим людям указания и пришёл в комнату Шэнь Цяо, вырывая того из медитации. – Уже пришёл в себя? Отлично. Шэнь Цяо спустил ноги на пол. – Вы уже решили, кто следующий под подозрением? – спросил он. Ян Уши кивнул: – Вторым, кому шицзун мог передать код, был мой шисюн, Гуанг Вуян. Хотя он и был моим шисюном, разница в возрасте у нас была невелика, как и способности. Поэтому мы всегда тренировались вместе, и шицзюн одинаково выделял нас обоих. Шэнь Цяо с интересом слушал Ян Уши. Ему было бы любопытно посмотреть на человека, с которым Ян Уши провёл своё детство. – Он давно мёртв, – продолжил тот. – Однако у него было три ученика. Старшая ученица, Чанчунь Гуанцуй, попыталась отомстить за смерть своего учителя… неудачно. Остальные двое оказались смышлёнее и остались в секте. Яньлинь Юйхуа в итоге стала удовлетворительной шпионкой. Удовлетворительной – это, видимо, означает, что она действительно хороша в своём деле. – Она уже три месяца в городе Е, – продолжил Ян Уши и добавил себе под нос: – Так быстро бы не успела сюда добраться. Второй – Яньцао Юйлунь, – продолжил он уже громче. – Сейчас он министр при дворе. Яньцао Юйлунь. Шэнь Цяо не особо знал ученых мужей и министров в правительстве, и всё же даже он слышал хорошие отзывы о Яньцао Юйлунь, как об умном человеке, тщательно оберегающем сельское хозяйство. С его приходом производство риса в стране увеличилось, засухи перестали быть бедствием, а новые земли для выращивания риса и овощей передавались в пользование крестьянам. – Кто убил вашего шисюна? – спросил Шэнь Цяо, скорее, чтобы поддержать разговор. Хотя мог бы сразу догадаться об ответе: – Я, – Ян Уши холодно ему улыбнулся и продолжил: – А-Цяо, ты очень удивишься, когда узнаешь эту историю. Мы с А-Вуяном росли вместе и были как братья, – Ян Уши изобразил наигранное умиление. – Но после неожиданной смерти шицзюна встал вопрос, кто из нас станет следующим главой. Я полагал, что дело следует решить поединком, чтобы раз и навсегда показать всем членам секты, чего стоит их новый глава. А-Вуян решил, что противника будет проще отравить. Шэнь Цяо вздрогнул. Эта история слишком близка была к их с Юй Аем отношениям. – Правда, до интриги, которую устроил тебе Юй Ай, дело не дошло, – насмешливо продолжил Ян Уши. – Он просто насыпал в чайник яд и разлил по кружкам, а сам приготовил противоядие для себя. Он всегда ненавидел пилюли, и я насторожился, когда он попытался принять одну, якобы, для укрепления тока энергии в конечностях. Я попытался отнять у него пилюлю, а когда почувствовал первые признаки отравления – сразу всё понял. Мы начали драться, и в итоге пилюля оказалась у меня, а он – умер от яда. Довольно неприятная смерть, – взгляд Ян Уши заледенел. Впрочем, через мгновение он вновь стал тёплым и весёлым. – А-Цяо, у тебя такое лицо! Ты за меня беспокоишься? Не переживай, всё это было очень давно! Шэнь Цяо отвернулся. Его собственный шиди повёл себя не лучше, чем член демонической секты. – Ты способен идти? Тогда пойдём. Шэнь Цяо хотел было ответить, что ещё далеко не полностью восстановился, но всё же ему было любопытно, чем закончится это дело. Поэтому он встал с кровати и медленно прошёлся по комнате. Не считая сильной слабости, тело уже двигалось и слушалось. – Так пойдёшь, или мне найти тебе бамбуковую палку? – усмехнулся Ян Уши. Шэнь Цяо кинул на него негодующий взгляд, но решил, что спокойнее будет промолчать. Яньцао Юйлунь находился в своём кабинете. Когда Ян Уши, которого никто во дворце не посмел остановить, ворвался к нему, весь стол был завален свитками и сложенными бумагами. Яньцао Юйлунь что-то быстро писал кисточкой. Он вздрогнул, на бумаге остался некрасивый след от туши. – Глава ордена! – Яньцао Юйлунь вскочил на ноги и поклонился Ян Уши. – Ты опять работаешь, вместо того, чтобы заниматься самосовершенствованием? – с ходу спросил Ян Уши. – П-простите. Но у нас снова проблемы с засухой на юге, необходимы оросительные каналы… – Поэтому ты до сих пор не преодолел пятой ступени Феникса-Цилиня? – Прошу вас извинить главу ордена Ян, – вмешался Шэнь Цяо. – Ваша работа очень важна для государства. Ян Уши нехорошо зыркнул на Шэнь Цяо, но тему развивать не стал: – Твой шицзун, Гуанг Вуян, оставил тебе коды от тайников Феньян Цзи. И за всё это время ты не сказал мне об этой информации. – Простите… я не понимаю, о чём речь… – растерянно ответил тот. – Ты уже слышал, что Императорский дворец ограбили. Говори, где ты был этой ночью? – Я… – Яньцао Юйлунь смешался. – Ну? – Я… был в доме цветов… всю ночь… девушка Фуё Чидзу может подтвердить. – Я проверю, – голос Ян Уши звучал угрожающе. – Тем более что ты неплохо знаком с техниками подчинения. Ты мог заговорить или подкупить охрану, а сам – хоть уехать из города. – Я ничего не делал! Ян Уши продолжал давить на него своей ци: – Если я узнаю, что ты всё это время хранил у себя информацию, полученную от Гуанг Вуяна… Учти, ты до сих пор под подозрением. Он развернулся и резко вышел из кабинета, оставив Яньцао Юйлунь тихо сползать по стене. Шэнь Цяо не выдержал его бледного вида, подошёл, взял его за запястье, проверяя пульс. – У вас явные нарушения, – сказал Шэнь Цяо. – Пожалуйста, выпейте успокоительных трав и отдохните. – С-спасибо вам… – пробормотал Яньцао Юйлунь. Ян Уши, поджидающий Шэнь Цяо в коридоре, казалось, был абсолютно доволен разговором. – Что скажешь? – спросил он Шэнь Цяо. – Я ничего не могу сказать. Возможно, нам следует подробнее расспросить свидетелей, а также его знакомых… – На это нет времени, – отмахнулся Ян Уши. – А вот проверить правдивость его слов про дом цветов не помешает. Пойдём, – и Ян Уши быстрым шагом двинулся к выходу из дворца. Дом цветов в это время ещё был закрыт. Но постоялицы его уже не спали, а управительница домом, Нэн Мей, выскочила навстречу, едва рассмотрела, кто стучится к ним в ворота. – Младший наставник императора! – она глубоко поклонилась. По мнению Шэнь Цяо, на ней был излишний слой румян и украшений. Немолодая, она была бы всё ещё хороша собой, если бы не излишне яркие для дневного времени цвета. – Прошу вас, проходите. Мы ещё закрыты, но для вас сделаем исключение! Говоря так, она то и дело глядела в сторону Шэнь Цяо. Две юные девушки, выглянувшие из-за ширмы посмотреть, кого это принесло в такой час, тоже посматривали на него с видимым интересом. – Мы пришли не за удовольствиями, – отрезал Ян Уши. – Скажите, был ли у вас сегодня ночью Яньцао Юйлунь? – Да! – с поклоном ответила Нэн Мей. – С Фуё Чидзу. Позвать? Ян Уши кивнул. Нэн Мей кому-то махнула рукавом, и буквально через несколько минут заспанная, в одном домашнем ханьфу Фуё Чидзу стояла перед ними. Шэнь Цяо вежливо отвёл глаза от её почти не прикрытой фигуры. Девушка поклонилась Ян Уши. – Яньцао Юйлунь и правда провёл со мной ночь до самого утра, – тихо проговорила она, не поднимая глаз. – Ушёл уже когда совсем рассвело. – Выходил ли он из комнаты? – Нет. Ян Уши недовольно на неё посмотрел. Фуё Чидзу и правда выглядела так, как будто она что-то недоговаривает. Глава секты Ян подошёл к ней почти вплотную, властно взял за подбородок и дёрнул, заставляя вскинуть голову и смотреть на себя. Голос его, тем не менее, зазвучал напротив, мягко, едва ли не с нежностью. – А теперь расскажи мне, что ты скрываешь от меня? Бедная девочка. Ты можешь рассказать этому почтенному всё, ничего не страшась. В его голосе отчётливо звучала ци. Шэнь Цяо уже знал эту технику, и потому не поддался ей, а вот у остальных обитательниц борделя, кажется, затуманился взгляд. – Я не люблю, когда приходят заклинатели, – тихо произнесла Фуё Чидзу, влюблено глядя на Ян Уши. – Они так быстро восстанавливаются. Обычно посетители платят за ночь, а самих хватает на десять минут… А этот… всю ночь, почти не отдыхая. Всё так натёрто, что я не знаю, как сегодня буду работать… Ян Уши выпустил её подбородок и расхохотался. – А-Цяо, слышишь, какие страшные секреты скрывают в домах цветов? Шэнь Цяо промолчал, чувствуя, как отчаянно розовеют его щёки. Ян Уши подошёл к нему, аккуратно приобняв за талию: – А-Цяо, почему ты так покраснел? Ты стесняешься? Эй, А-Чидзу, этот почтенный даос, похоже, ни разу не видел женского тела! – Ян Уши кинул ей монетку. – Ну-ка сними ханьфу и покажись! Фуё Чидзу глянула на номинал монетки, осталась довольна и быстро развязала пояс. Тонкая ткань упала к её ногам, открывая… всё. Шэнь Цяо отвернулся, чувствуя, как пламенеют щёки и даже кончики ушей. Ян Уши рассмеялся: – Ну что же ты отворачиваешься? А-Чидзу действительно очень красивая! Посмотри! Шэнь Цяо, наконец, выпутался из рук Ян Уши и вышел из дома цветов. Радужным шагом. На соседнюю улицу. Вслед ему раздавался громкий довольный смех Ян Уши. Ян Уши нагнал его через несколько кварталов. Предложил пообедать в находящемся неподалёку трактире, где подавали неплохое мясо. Сел напротив Шэнь Цяо, явно довольный собой. – Вы говорили, что всего личных учеников у Феньян Цзи было пятеро, – начал Шэнь Цяо, когда хозяин трактира расставил на столе блюда с едой и удалился. – Глава ордена Ян, Вэй Лин, Гуанг Вуян. Осталось ещё двое. – Они мертвы, – коротко ответил Ян Уши, с подозрением рассматривая палочки для еды. – Нет, их убили люди из Тяньтай, – ответил он на невысказанный вопрос. Шэнь Цяо опустил глаза. Из пятерых учеников в живых остался только один… – Демонические секты – поистине жестокое место, – тихо проговорил он. – О, поверь мне, люди везде одинаковые. А-Цяо, съешь этой свинины в сладком маринаде, – Ян Уши положил несколько кусочков ему в тарелку. – Просто в ваших орденах делают вид, что вы – небожители, которым не свойственна грязь этого мира. Вспомнить, хотя бы, Сюаньду… Шэнь Цяо ссутулился. Да, Глава секты как всегда был прав. – Или взять хотя бы буддистов. Казалось бы, они должны нести в этот мир человеколюбие. Знаешь, я раньше тоже так думал – что это просто демоническое ядро меняет людей, – Ян Уши расслабленно откинулся на спинку своего стула. – Меня однажды даже угораздило связаться с учеником Тяньтая. – И что? – спросил Шэнь Цяо. – О, всё было очень прозаично, – Ян Уши подложил Шэнь Цяо в тарелку ещё свинины и жареного корня лотоса. – Сначала он говорил мне, что дорожит нашей дружбой, но, узнав кое-что из секретов Хуаньюэ, рассказал всё своему наставнику. Кстати, именно поэтому погибли двое моих младших шиди. Шэнь Цяо потрясенно посмотрел на него. – Да, в то время буддийские ордена не были столь щепетильны, как сейчас. Кстати, этого ученика теперь называют наставник Сюэтин. Так, значит, между ними и вправду давние счёты… Шэнь Цяо испытывал такую печаль, как будто это случилось вчера. Но раз уж Ян Уши, казалось, не испытывал печали, спокойно рассказывая о гибели своих шиди, Шэнь Цяо спросил, переводя разговор на сегодняшний день: – Выходит, код был либо у Вэй Мэй, либо у Яньцао Юйлунь? Ян Уши только кивнул. – Тогда почему мы… – начал было Шэнь Цяо, но остановился. Глава секты никогда ничего не делал просто так. А значит… – Вы не скрывали расследования, и действовали прямолинейно и очень грубо. Преступник должен понять, что, не найдя украденные записи легко, вы не остановитесь перед обыском, будь это даже член другой секты или государственный чиновник. – А-Цяо такой умный! – вздохнул Ян Уши. – Вы ждёте, что преступник захочет перепрятать бумаги, возможно, вывезти из города? – Да. Именно поэтому за всеми домами возможных обладателей бумаг следят люди Хуаньюэ. А также за всеми людьми, которые оттуда выходят. – Вы хотите спугнуть преступника. – Именно, – Ян Уши кивнул. – А-Цяо, если ты закончил – вернёмся в поместье. Это было своевременно – едва они зашли, явился член Хуаньюэ и доложил, что Яньцао Юйлунь отменил несколько встреч и покинул свой кабинет посреди дня. Глаза Ян Уши азартно блеснули. – А-Цяо, иди за мной. Ян Уши настиг Яньцао Юйлунь, когда тот, спрятав лицо под соломенной шляпой, пробирался к городским окраинном. Он упал на него с крыши, используя цигун. Яньцао Юйлунь попытался защититься, но сразу было ясно, что это ни к чему не приведёт. Взлетел вокруг горячий, раскалённый воздух, дыхнул сухой огненный пустынный ветер и тут же улёгся, поглощённый куда более страшным ураганом. Шэнь Цяо прикрыл лицо рукой, защищаясь от всплеска демонической ци. Ян Уши заломил руку Яньцао Юйлунь, не позволяя вырваться, сам полез ему за пазуху. И вытащил оттуда стопку бумаг. Откинул Яньцао Юйлунь в сторону – тот неловко ударился о стену дома, сломленный устрашающей силой Главы секты – и быстро просмотрел содержимое глазами. – Да, это записи шицзуна. Подержи-ка, – он быстро сунул бумаги Шэнь Цяо. Тот аккуратно сложил потрёпанные листы. Все пожелтевшие, с выцветшими чернилами, исписанные мелким неаккуратным почерком. Один – обугленный по краю. Яньцао Юйлунь трясло так, что он пытался подняться и никак не мог. В растёкшейся по улице убийственной ци Ян Уши словно был грозовой ветер, вырывающий с корнем деревья и срывающий крыши домов. – Ты хранил информацию, которую тебе передал твой учитель, скрывая её от Главы секты. Узнав о тайнике, ты, вместо того, чтобы прийти ко мне, попытался сам украсть техники Феньян Цзи. Более того, ты соврал мне, когда я сам к тебе пришёл, – небо как будто бы потемнело и даже послышались глухие раскаты грома. – Такой, как ты, в секте Хуаньюэ заслуживает только смерти! – Простите… простите этого ничтожного… – бормотал Яньцао Юйлунь, но его никто не слушал. Шэнь Цяо никогда не вмешивался во внутренние дела секты. А это было одно из них. Человек, скорчившийся перед Ян Уши, принадлежал Хуаньюэ, и Глава имел право сделать с ним всё, что можно. В демонических сектах никогда не судили по законам, вернее, там были свои законы – ты либо верен, либо мёртв. И всё же… Яньцао Юйлунь был важным чиновником. От его действий зависели урожаи, и он действительно пытался что-то сделать для крестьян. Быть может, секта очистит свои ряды от недостойных членов, но Чжоу потеряет много больше. – Глава секты Ян! – Шэнь Цяо встал перед Ян Уши. Его внутренняя ци закружилась вокруг речной волной, защищая от демонических техник. – Чего тебе? – резко спросил тот. – Этот человек – важный государственный служащий. Даже я слышал о нём. Без сильного сельского хозяйства начнутся проблемы с продовольствием, а это повлечёт за собой волнения и восстания. В сегодняшней политической ситуации Чжоу нужен сильный и сплоченный народ. Ян Уши удивлённо поднял бровь. – А-Цяо, ты что, вмешиваешься в дела Хуаньюэ? По какому праву? Шэнь Цяо вытащил из пучка шпильку с бирюзой и луной, прячущейся за ветвями сосны. – Вы сами дали мне это. Ян Уши расхохотался. Ветер поутих, даже небо посветлело. – А-Цяо, ты меня удивляешь! Эй ты, Яньцао Юйлунь! Видишь, этот почтенный даос заступается за тебя? Целуй ему ноги! Яньцао Юйлунь, действительно, на коленях бросился к Шэнь Цяо. Тот растерялся и отступил на несколько шагов. Ян Уши снова расхохотался: – Так и быть, живи, если уж этого просит мой А-Цяо! Но помни, ещё одна малейшая провинность – и смерть твоя не будет быстрой и лёгкой! А ты отработаешь мою щедрость сегодняшней ночью! Он подхватил Шэнь Цяо под руку и исчез, используя цигун, оставив Яньцао Юйлунь трястись от пережитого ужаса в дорожной пыли. Вернувшись в поместье, Ян Уши разогнал всех и закрылся в кабинете с полученными бумагами. И только через несколько часов позвал Жужу, приказав принести чаю и закусок. Шэнь Цяо отобрал у неё поднос, решив проверить состояние Ян Уши. Мало ли, какие техники могут быть в записях человека, довольно рано скончавшегося от искажения ци. Но Ян Уши выглядел отлично. Он отложил бумаги в сторону, освобождая место для подноса. – Вы специально позвали меня сегодня вести расследование, – заметил Шэнь Цяо, разливая чай. Ян Уши вопросительно на него посмотрел. – Вы с самого начала просчитали, у кого может быть код. И, если Вэй Мэй вам не было жалко, то Яньцао Юйлунь – слишком ценный министр, чтобы пожертвовать им сейчас, в нестабильной политической ситуации, – он протянул одну из кружек Ян Уши. – Как Глава секты, вы не могли спустить с рук подобное поведение её члена. Потому вы надеялись, что я вмешаюсь, дав вам тем самым формальный повод оставить Яньцао Юйлунь в живых. – Мой А-Цао такой проницательный, – улыбнулся Ян Уши. – Что ещё ты заметил? – Среди записей, что вы забрали у Яньцао Юйлунь, был лист бумаги, обугленный с одной стороны. Он был не из тайника в императорском дворце, а из того разрушенного дома. Как он попал к нему? Ян Уши пригубил чай и протянул ему тот самый обугленный лист. Кое-где иероглифы были нечитаемы, и всё же Шэнь Цяо разобрал текст – там описывалось, где конкретно находится тайник, и какие в нём спрятаны записи. – Вы спланировали всё с самого начала! – Я даже не подозревал, что во дворце есть тайник, пока не нашёл это в старых записях шицзуна, – улыбнулся Ян Уши. – Можно было бы попытаться разыскать тех, кто помнит код, но где гарантия, что они бы назвали нужный? А ведь один неверно нажатый иероглиф – и всему содержимому тайника придёт конец, – он взял с блюда рисовый пирожок. – Легче было просто как бы случайно утерять эту часть записей. – Вы ждали, что человек, знающий код, сам придёт и откроет тайник, а вам потребуется всего лишь найти этого человека после кражи и забрать у него содержимое? Тем более что претендентов было всего трое? Поэтому вы и сказали тогда, что Яньлинь Юйхуа не успела бы добраться до столицы из города Е? Янь Уши кивнул, приканчивая пирожок: – Яньлинь Юйхуа, знай она код, пришла бы ко мне или Бань Яньмею, как только узнала о существовании тайника. Скорее всего. Но её я тоже не сбрасывал со счетов. – И вы поэтому оставались в столице всё это время? – Не только, но и поэтому тоже. Шэнь Цяо промолчал, подумав, что Ян Уши всегда получает то, что хочет. С другой стороны – какой ценой. Было ли в жизни Ян Уши что-то действительно светлое? Кто-то, кто не предал бы его в итоге? – У тебя унылый вид, – заметил Ян Уши, пересаживаясь поближе. Он собственнически притянул Шэнь Цяо к себе. – Сегодня вы много рассказывали мне о прошлом Хуаньюэ. Есть ли после этого хоть кто-то, кому вы способны доверять? Шэнь Цяо не хотел, чтобы это прозвучало излишне трагично, и всё же так получилось. Ян Уши улыбнулся: – Есть один глупый даос, которого я отдал своему врагу, а он вместо того, чтобы меня добить, когда у него была такая возможность, решил меня спасти. До сих пор не представляю, что у него в голове. Шэнь Цяо почувствовал, как к щёкам против воли приливает жар. Ян Уши воспользовался его растерянностью и притянул ближе, увлекая в поцелуй. Шэнь Цяо хотел было, как обычно, оттолкнуть главу секты, но вспомнил только что сказанные слова… и остановился, позволив Ян Уши целовать себя дольше и глубже.