Любить чтобы выжить

Вокруг них тишина - вязкая , тревожная как перед боем , но неожиданно приятная . За единственным окном уже садится солнце , расчерчивая блеклыми полосами света потолок и две точеных женских фигуры . Юля почти не дышит и незаметно сжимает пальцами простыню , когда Тина невесомо касается ее губ . Откровенно ласкает их влажным теплом своих , покусывает словно вновь изучая на вкус и осторожно обхватывает ее лицо ладонями. Поцелуй затягивает гораздо сильнее , чем тот почти целомудренный на реке и Либерман отчетливо понимает , что готова к продолжению . Сейчас , как никогда раньше ... Она осторожно скользит меж губ Юли, кончиком языка дотрагиваясь к ее и смело переходит новые грани дозволеного. И Санина доверяется ей , льнет ближе , подрагивая от совершенно нового для нее спектра ощущений . - Тина ... - Тихо выдыхает она в чужие губы и ее щеки мгновенно окрашиваются алым оттенком смущения . - Я так хочу , чтобы Вы ... - Чшшш ... - Мягко перебивает та , прикладывая указательный палец к тонким устам. - Юлечка , перестань уже наконец мне выкать . - Я хочу , чтобы ТЫ лягла рядом со мной . - Быстро исправляется Юля . - Хочу чувствовать тебя полностью... - Юля ... - Пораженно охает Тина , пытаясь найти подвох в лихорадочном блеске голубых зрачков . И не находит , потому что в них только безграничное восхищение и любовь . Такая же запретно прекрасная , как и у нее самой . Либерман мгновенно исполняет просьбу , ложась рядом и поворачиваясь к Юле лицом . Она пропускает сквозь пальцы темные волосы , покрывает поцелуями щеки и скулы , а после утыкается носом в шею . Юля пахнет незабудками , солнцем и первой летней грозой ... Рядом с ней Тина чувствует себя словно бы на своем месте , будто бы сейчас все должно быть именно вот так и не иначе. Либерман аккуратно касается ее плеч и выступающих ключиц сквозь тонкую ткань платья и боже как же ей хочется прижатся к Юлиной голой коже . - Юль ... - Совсем тихо зовет она и слатывает непрошенный комок в горле. - Ты позволишь мне раздеть тебя ? - Если ты хочешь ... - Санина выглядит словно совсем еще юная , неопытная и совершенно неискушенная в подобных делах девчонка Она чуть сжимается от смущения, краснеет , но всеравно послушно приподнимается, помогая стянуть платье . - Ты даже представить себе не можешь , как сильно ... - Тина не уточняет , что именно имеет в виду , а лишь зачарованно любуется хрупкими изгибами покрытого мурашками тела . Впервые не как врач , бесконечно влюбленным взглядом ... - Знаешь если на земле и есть ангелы , которых отпустили с небес , то я уверенна что они очень похожи на тебя ... Либерман улыбается , когда Юля смущается еще сильнее и неспеша поднимается с постели . Она неотрывно смотрит в огромные потемневшие зрачки и тянется рукой к пуговичкам на блузке . Медленно начинает растегивать их одну за другой , наблюдая как Санина ерзает на простынях и кусает губы. Легкий шелк мягко соскальзывает с плеч и отправляется на спинку стула , туда же через минуту Тина бросает и бюстгальтер . Вскоре она избавляется и от юбки и возвращается к Юле , предварительно дважды провернув ключ в замке . В палате душно , не смотря на настежь открытое окно , но Либерман бьет озноб когда она опускается на смятые простыни и прикасается к Юле голой кожей . Она обводит пальцами контур чужого лица , задерживаясь на подбородке и снова целует припухшие тонкие губы . Тина отвлекает девушку поцелуями , прикусывая и играя с ее языком , а ладонями постепено опускается ниже . Гладит плечи , касается изгибов ключиц и наконец слегка сжимает часто вздымающуюся грудь . Юля дергается от контраста температур , ведь руки Тины по прежнему холодные и неожиданно накрывает чужие пальцы своими. Ей кажется что бешенно стучащее сердце проломит ее грудную клетку , а жар под кожей сожжет ее до тла . Либерман чувствует ее желание когда прижимается губами к бледной шее и когда оставляет влажные поцелуи под ключицами. Юля вплетается пальцами ей волосы , когда она дует на соски и тишину помещения вмиг разрывает протяжный стон . Он до мурашек пробирает замершую над Юлей женщину и импульсами удовольствия отзывается в кончиках пальцев. - Тише , моя девочка ... - Сипло шепчет Либерман и по очереди уделяет внимание напряженным бугоркам . - Нас могут услышать . Юля послушно кивает и молча кусает губы , ощущая нежные касания к своему животу , плавно опускающиеся все ниже . Она инстинктивно сводит бедра как только к ним добирается прохлада Тининых пальцев и пульсация между ними вдруг становится невыносимой . Тина проникает под ее белье , отмечая про себя , настолько там горячо и влажно и успокаивающе жмемтся к чужим губам. - Юлечка , не бойся ... - Довольно заезженная фраза , которая на девочку действует безотказно и она позволяет дотронуться к самому сокровенному. Тина оглаживает влажную плоть , пуская по нервным окончаниям крохотные разряды тока и вынуждая Юлю открытся сильнее . Не проходит и двух минут , как Санина сама начинает двигать бедрами навстречу ласковым тонким пальцам и сдавленно охает , не в силах сдержатся. - Я не выдержу долго ... - Тихо признается она и Либерман чувствует , как пульсируют тугие мышцы вокруг ее руки . Нетепеливая... - Не сдерживай себя , девочка ... - Говорит она , толкаясь внутрь резко и сильно и не отводит от вздрогнувшей девушки взгляд .Прикрывает свободной ладонью ей губы , чтобы заглушить стоны и любуется ее наслаждением , ведь эта картина точно достойна кисти Леонардо Да Винчи... Юля дрожит , покрываясь крохотными пупырышками мурашек и ее подбрасывает вверх словно взрывной волной . Только в этот раз нет ни страха и боли , лишь ощущение легкости и приятная слабость во всем теле . Она прикусывает чужую ладонь , опускаясь на подушку и почти сразу целует красноватый след от зубов . Затем невесомо прикасается губами к каждой фаланге и от интимности происходящего у Тины сердце замирает в груди . - Тин ... - Юлин голос звучит непривычно низко и обволакивает волной мурашек - Позволь теперь мне ... - Юлечка , не стоит ... - Пробует воспротивится та , но горячие губы у основания шеи по крупицам убивают ее уверенность . - Сейчас не время . - Мы и так уже обе подписали себе приговор . - Тихо бормочет Юля в милиметре от чужих губ . - Назад пути нет ... И Тина сдается , отпуская себя и отбрасывая в сторону все страхи сомнения , хотя-бы сейчас , когда ее девочка здесь , с ней рядом . Она бессовестно наслаждается таким запретным но до дрожи желанным теплом чужого тела и нежностью прикосновений . Сознание медленно ускользает , оставляя густой туман под веками и ощущение невесомости . Юля осторожная , Юля ласковая и невозможно необходимая ... Тина тонет в ней , как в огромном синем океане , без малейшего шанса выплыть. Она рассекает волны Юлиной глубины игривым дельфином и хочет остаться в ней навсегда . Юля не отпускает ее даже когда волна наслаждения ознобом прокатывается по коже и доверчиво прижимается губами к виску . - Ты не возможная ... - Признание спонтанно срывается с губ и зависает в спертом воздухе. - Я так тебя ... - Не надо ... - Тревожно отзывается Либерман и касается ладонью чужих искусанных губ . Она хоть и чувствует тоже самое , до отдури боится им обеим навредить . - Что с нами будет дальше ? - Юля убирает Тинину руку и ложится рядом , склонив голову на ее плечо . - Я не знаю ... - Тина часто моргает , пытаясь не выпустить из под ресниц влагу . Где то вдали слышно эхо от выстрелов и разорвавшихся снарядов , знак ,что линия фронта совсем близко . Юля вздрагивает и жмется к Тине ближе , словно зная эта женщина всегда сможет ее защитить . - Может быть скоро придут наши и нас оставят в покое ? - Нет . - Либерман качает головой и целует Юлю в уголок губ - Мы предатели и для своих и для немцев . А то что происходит между нами преступление , что карается растрелом и у нашей и у немецкой власти ... - Что же делать , Тина ? - Бежать , моя девочка , бежать ...