Одно согласие

—Чудовище! – монотонно раздавалось со всех сторон. Толпа школьников сцепила Антона кольцом, выкрикивая разные оскорбления —Чмо! —Гандон! —Бабник! Но его не цепляли эти слова, всё внимание было приковано к Полине, стоящей посреди орущих школьников, вытирая слезы. Ничего не понимая, он ринулся к ней, но Катя грубо оттолкнула парня. —Убери от неё свои лапы, монстр! Схватившись за живот и все ещё захлёбываясь слезами, Полина рванула в сторону уборной, и скрылась среди какофонии гогота и насмешек *** Не решаясь зайти, Катя стояла за дверью, слушая тихие всхлипы подруги —Полина..я могу зайти?, – обеспокоено спросила Катя Звуки прекратились. Только лишь через несколько мучительно долгих секунд, за дверью послышалось короткое, жалкое: —Да. Переступив через порог уборной, Катя присела на корточки, чтобы быть на одном уровне с лицом Полины. —Почему она, Катя?, – истерично всхлипывала Полина, —чем я хуже неё? Придвинувшись ближе, Катя протянула руки к заплаканной подруге, как бы спрашивая разрешения, можно ее обнять или нет. В ответ Полина охотно придвинулась к ней. Нежно поглаживая подругу по волосам, Катя убрала налипшую от слез прядь за ухо. Полина вздрогнула, аккуратно посмотрела на неё и слабо улыбнулась. Ее лицо было таким..беззащитным? Наивным? Катя смотрела в это детское личико с сочувствием и беспокойством. От той сплетницы, которую беспокоили только свои проблемы и свой авторитет среди одноклассников, не осталось ничего. Теперь она обнимала и успокаивала свою девочку, с желанием укрыть ее от всего мира. —Мы отомстим ему, милая, слышишь? Хочешь, я расскажу всё Роме и его шайкам? Они его за школой зарежут к чертям собачьим, и следа не останется. Ничего не ответив, Полина лишь сильнее прижалась к подруге. В её объятиях так хорошо..так спокойно, тепло. —Ну как ты?,– тихо спросила Катя, поднимаясь с пола. —Я..намного лучше, спасибо тебе,– Полина поднялась следом за ней, на мягких щеках выступил лёгкий румянец, а милое личико украсила скромная улыбка. —Знаешь..–чуть неуверенно начала Катя, – этот Антон мне сразу не понравился, странный тип. —Я хотела не обращать внимания, но..этот гад посмел тронуть тебя! Задеть твои хрупкие чувства! А такое не позволено никому, понимаешь? —Одно твоё согласие, и я..–облизнув губы, Катя шагнула ближе. Полина замерла в ожидании, сама не замечая того, насколько близко подошла Катя. —..И я сделаю тебя своей. Катя нежно провела пальчиком по нижней губе Полины и улыбнулась. Полина, стоявшая напротив неё, задрожала от этого прикосновения и чуть приоткрыла рот, бегая глазами по лицу подруги. Эта реакция позабавила блондинку, и не в силах сдерживаться, она шагнула вперёд, властно накрытая губы брюнетки своими. Внутри как будто всё перевернулось. Казалось что с каждым новым прикосновеньем губ их чувства становятся ещё больше, ещё сильнее... Сердце брюнетки бешено колотилось и грозило вот-вот выпрыгнуть из юной груди. Она пылала. Пылал от стыда за то, что свершается сейчас. И Катя чувствовала это. Грубый женский голос прервал тишину их уединения. —Павловна! Полина! Что вы тут забыли? Девочки, словно пули отлетели друг от друга, потерянно оглядываясь. В дверном проеме стоит Лилия Павловна, сведя брови к переносице, учительница устало вздыхает. —Полина, живо в кабинет музыки! А ты, – злобный взгляд теперь прикован к дочке, — должна заполнять классные журналы! БЕГОМ! Не успев попрощаться, Полина мгновенно вылетела из уборной, подобрав свою скрипку. Переведя привычный равнодушный и холодный взгляд на маму, Катя тяжело кивнула головой, выходя из комнаты, громко хлопнув за собой дверью.