L'amour fou

Ты пахнешь как любовь Ты сумасшествие с первого взгляда Ты пахнешь шоколадом Пахнешь как цветы Пахнешь как мечты воплощаемые с нуля … Пахнешь наготой даже когда тепло одета Пахнешь как планета Пахнешь как космос © Космос — Скриптонит feat. Charusha

     *** Мик любил Нанабу. Каждую частицу её тела любил и помнил абсолютно всё, связанное с ней. Помнил её любимый цвет, любимое число, любимый цветок, любимую еду и любимую выпивку. Помнил о её мечте жить с семьёй. Помнил, скольких детей она хочет. Помнил, как каждого будут звать и когда каждый должен родиться. Помнил, какой день она считает самым счастливым и удачным в году. Помнил, что ей нравится в людях, а что — нет. Даже не будучи знакомым с её родителями, он знает любимую еду её отца и любимые цветы её матери. Из её рассказов, помнил, когда она впервые заговорила и когда сделала самостоятельный шаг. Знает и помнит всё это. Может это её голубые глаза привлекли его? Глаза, при встрече с которыми он забыл, где находится. Её нежно-голубые глаза, которые смотрели на него с некоторым интересом и уважением. Глаза, которые, как зеркало, показывали её чистую натуру.  А может это был её запах, который он почувствовал ещё до их знакомства? Этот запах отличался от всех, которые он ощущал раньше. Он был похож на те странные фрукты, которыми он изредка разрешал себя побаловать. Это те самые фрукты, которые имели странный вкус, но стоили своих денег. Но в отличие от запаха этих фруктов, её запах пьянил и дурманил его ум. Она пахла ранней весной и свежестью воздуха. Пахла возможностью любить и быть счастливым. Может дело было в голосе? Этот женский голос. То, как она смеялась или звала его, иногда отключало его все мыслительные системы. В том, как она спорила с ним и с какой интонацией, было что-то обворожительное. Может дело было в её теле? Худощавая фигура прекрасно подходила к ее лицу, а физически подготовленное тело к характеру. Её тело было совсем маленьким и хрупким по сравнению с его, но это было даже забавно. Возможно, предлогом стал характер и тараканы в её голове? Она отлично вписалась в четверку психов и шизоидов. Девушка даже сумела стать неким дополнением к этой группке. Она прекрасно сдружилась с Ханджи и спокойно общалась с Леви. С тех пор, как она вписалась в эту семейку, шуток над мужчинами в их коллективе стало в разы больше. Они обе иногда шутили над Леви, но делали крайне редко, чтобы остаться в живых. Как-то они так пошутили, что они полночи прятались среди хлама в кабинете Ханджи.  Может это из-за того, как она бесцеремонно вошла в его комнату той ночью? Она тогда вошла с подушкой в руках и плюхнулась на кровать. Повернувшись к нему, сидевшему за столом и что-то читавшему, спиной заснула. Позже выяснилось, что она устала спать на тех неудобных кроватях которые были у них. А может причина была в том, как она на следующее утро пряталась от солнца? Лучи утреннего солнца, скользящие сквозь стекло окна, падали ей прямо на глаза и её это раздражало. Она тогда спряталась под одеяло и попыталась заснуть. Но это было фиаско. Мужчина стянул одеяло и выгнал её из комнаты. В тот день она всем своим видом показывала, что обиделась на капитана. Может дело было в судьбе? Он не верил во всю эту ересь по поводу предопределений или что-то из этого списка. Но, когда Ханджи начала рассказывать про красную нить судьбы, он задумался. Он тогда подумал, что и он и она, могли никогда не вступить в армию или не выбрать разведку. И они бы тогда никогда не встретились. Он часто вспоминает, как предложил ей встречаться. Она тогда пыталась скрыть своё смущение, пряча голову в капюшон плаща. Он помнит, как обнял её, прижимая к груди, и спрятался за угол, когда кто-то проходил мимо них в то время. После этого она, вся красная, била его в грудь и перечисляла все его ужасные качества и привычки. Они оба понимали, что их отношения не смогут позволить им свободно сражаться с титанами, но оба согласились. Он не давил на нее и не принуждал, а она, как взрослый и разумный человек, всё обдумала. Он ярко помнит их первый поцелуй. Это случилось ночью, когда началась необычно сильная гроза. В тот день прибыло много новобранцев и из-за них было много шума. Во время празднования почти никто не услышал, как начал идти дождь. Кто знал, что эта сильная девушка не любит быть одна в такую погоду? Теперь-то все нужные лица знают, а тогда никто не знал. — Одна в комнату не пойду, пока все здесь, — предъявила дрожащим голосом девушка капитану в коридоре. Кажется, тогда она впервые сказала о своём страхе вслух. Он помнит, как хихикнул и как она ударила его. Было не больно, но это воздействие будто разрешило ему действовать. Он помнит, как прижал её к стене и поцеловал. Помнит, как та ответила на поцелуй. Он не забыл тот удар молнии из-за которого девушка содрогнулась. Помнит, как улыбнулся в поцелуе и как она укусила его за губу на это. Может воспоминание об ощущении её губ каждый день влюбляет его в неё снова и снова? А может дело крылось во воспоминании тепла её тела? Она не особо любила проводить время в холоде, впрочем, как и множество других людей. Он помнит как зимней ночью, на учениях, холод сводил всех с ума. Она, как маленький котенок, тогда села ему на колени и спряталась в его пледе. — Повезло, что ты такой огромный и из-за этого вещи тебе дают большие, — сказала она перед тем как уснуть. Несмотря на внешний холод, девушка была теплой. В то время он вспомнил, что не ощущал этого тепла очень давно. Возможно предлогом стало то, как она переехала в его комнату? Она редко спрашивала разрешение на что-то подобное, но тогда, покрасневшая, спросила. Он был сильно удивлен такому неожиданному вопросу, но согласился. С того момента вся его личная жизнь в пределах комнаты перевернулась. Его личные вещи заняли ещё меньше места, уступив женским вещам. В кровати было слегка тесновато и жарко, а про спокойный отдых в полдень он вообще забыл. Она обожала спать голышом и засыпать только в его рубашке. Он любил принимать с ней ванную. Делали они это поздно вечером, чтобы наслаждаться столько времени сколько захотят. Она любила видеть его оголённые ключицы и лопатки. У неё появилась некая привычка целовать их утром и вечером. Он привык просыпаться с ней на груди, а она обожала спать на нем.  А может первопричиной, является её пение и нелепые танцы? Она не умела делать хорошо ни то, ни другое. Но видеть, как её тело двигается утром в его рубашке было приятно для глаз. И слышать, как она поёт себе под нос, готовя что-то ночью перекусить, было самым прекрасным наслаждением. Возможно он влюбился из-за того какая она любвеобильная? Она не могла спокойно пройти мимо бездомных животных. Она подходила к каждому потрёпанному котёнку или щенку. После этого она со спокойной душой могла потратить довольно большую сумму на еду для них. Или могла притащить в штаб какую-нибудь зверушку.  Может дело было в их интимной жизни? Он любил видеть её оголённые тело, а она любила целовать его в подбородок. Он любил целовать тот правильный треугольник с родинок у неё под правой лопаткой. Он помнит, как она оставляла следы от своих поцелуев на шее, ключице и на груди. Они оба желали иметь пометки на своём теле, оставленные во время бурной ночи. Каждый из них желал чувствовать тепло тел и лёгкий ток от прикосновений.  Может поводом к влюбленности стали те странные привычки, которых не было у никакой другой девушки? Она была наивна как ребенок, как никакая другая девушка. Никакая из прежних девушек не жмурилась, когда он её обнимал. Никакая девушка не пыталась забраться на такую высоту, чтобы положить свою голову на его. Ещё никто из прежних девушек не стоял рядом, когда он курил и тем более не целовала его сразу после этого. Никто из прежних не разрешала ему курить во время секса. Никакая другая девушка не душила его по утрам подушкой для того, чтобы узнать сколько он продержится. Никакая из прежних девушек не прыгала со второго этажа, чтобы узнать словит её он или нет. Никто из прежних не заставлял его так бегать. Нет, буквально. Она могла в холодную погоду забрать его куртку и начать бегать с детским хохотом по штабу. И он шёл у неё на поводу. Он бегал за ней, как кот за мышкой, пока она станет в безвыходном положении. Девушка с такой грустью отдавала его одежду, а он с сарказмом говорил, что уже не нужно ведь согрелся и она без всяких проблем надевала на него куртку со словами, чтобы не заболел. Никто не будил его посреди ночи со словами «пошли я поем». Никто не лез ему под одежду своими холодными руками, чтобы согреть их. Никто не закатывал глаза, когда он звал ее прогуляться вечером. Она могла начать прыгать по кровати, когда он ещё спит. Никто не звал его в полдень прогуляться под палящим солнцем, чтобы тот загорел. Никто не возвращался с бара, напевая какую-то мелодию, и не звал его в танец. Никакая другая девушка не кидала в его капюшон снега и потом убегала.  А может причиной стало то, как она требовала к себе его внимание? Она могла без предупреждений прыгнуть ему на спину во время раздачи обязанностей на день. Когда вечером он читал газету, она плюхалась ему на колени и начинала рассказывать о своем дне. Она часто забывала о его личном пространстве и поэтому он, часто с улыбкой на лице, с нежностью просил её немного отодвинуться. Она в любое время дня могла залезть ему на плечи и целовать лоб. Или самым бесстрашным было то, что она начинала его дразнить во время завтрака или обеда. Не важно, что это было. Никто из когда-либо живших не скажет, что именно его привлекло в ней. Было ли это что-то конкретное, или это просто судьба, или стечение обстоятельств. Он просто любил её.