the true sky

Тсунаеши, с горем пополам, дождался окончания урока и буквально вылетел из школы в направлении больницы, в которой лежал Мукуро. Он в прямом смысле сбежал с уроков, Дисциплинарному комитету это явно не понравится, однако Саваду это сейчас мало волновало. Больше всего он волновался за Мукуро. Как сообщил Спанер, Мукуро очнулся два часа назад и ему уже успели вколоть обезболивающее, теперь Рокудо мог даже пообщаться с кем-то и этим кем-то хотел стать Савада. Он не знал, о чем они будут говорить, не пытался придумать даже темы для дальнейшего разговора. Тсуне нужно было убедиться, несмотря на слова Спанера, он должен был узнать. А еще нужно было поговорить с лечащим врачом по поводу состояния Мукуро. Тсуна не хило его приложил и прекрасно понимал это. Спустя минут десять, Тсуна оказался возле входа в больницу. Вот сейчас он ни с того ни с сего начал задумываться о том, что стоило бы о чем-то поговорить с больным. Мозг, однако, так не считал и просто отказывался придумывать что-то стоящее. Вздохнув, Тсуна толкнул дверь и вошел. По коридору бегали люди в белых халатах. Врачи или интерны - не так важно, также здесь находились и больные и те, кто их навещал. Тсуна четко чувствовал противный запах лекарств, который ненавидел с детства, хоть и бывал он в больнице достаточно редко. Узнав номер палаты у медсестры, которая старательно строила ему глазки, Тсуна отправился на поиски, с улыбкой вспоминая обиженное лицо девушки, когда он уходил. Но действительно, что ей нужно? Тсуна еще школьник, поэтому его очень сильно удивило такое поведение. Может, она на нем тренировалась? А хотя, какая разница? Нужно найти Мукуро и, самое главное, не оплошать в разговоре с ним. Уж это-то Тсуна может. Проверено временем. Слишком много белого цвета. Слишком много. Белоснежный цвет стен резал глаза. Белые стены, двери, потолки, белая плитка на полу... Тсунаеши этот цвет совершенно не нравится. Несмотря ни на что, этот цвет был ужасно холодным и отталкивающим и Савада уже просто мечтал о каком-нибудь темном или теплом цвете в этой белой тюрьме. Почему-то больница напоминала ему именно тюрьму, но вот почему - загадка. Спустя десять минут Тсунаеши оказался в палате Мукуро, которая не отличалась обстановкой от других палат и цветом от остальной части больницы. Рокудо лежал здесь один, если не считать одиноко стоящую рядом с кроватью капельницу. Также в комнате присутствовали тумбочка, стул, небольшой столик с какими-то медицинскими штучками и вешалка. Зачем здесь присутствовала последняя - непонятно, но задумываться об этом Тсуна не стал. Зачем забивать голову ненужными мыслями? Мукуро выглядел весьма плохо. И без того бледная кожа казалась еще белее и Тсуну уже начинал раздражать этот оттенок. Даже на нем он присутствовал! Казалось, что Рокудо спит, однако, Тсунаеши знал точно - Мукуро не спит. Дремлет - возможно, но не спит. Присев на стул, Тсуна начал думать. Говорить или не говорить - вот в чем вопрос. Тсуна, конечно, склонялся в сторону первого варианта, однако, шатен совершенно не понимал, что ему нужно сказать. Даже его вполне неплохие мозги не могли справиться с поставленной задачей. - А, это ты, Сиэлло-кун, - голос у Мукуро был хриплым и тихим. Тсуна даже вздрогнул, когда иллюзионист заговорил. Ну не ожидал он услышать именно такой голос бывшего врага, не ожидал. Сам Рокудо лишь рассмеялся на такую реакцию. В конце концов, именно так он и предполагал. Сам был озадачен своим голосом. - Так ты все-таки не спишь, Мукуро, - Тсуна приветливо улыбнулся. Все-таки его интуиция как всегда была права. Это было немного странно, но, как отметил шатен, может быть очень полезно. - И что еще за "Сиэлло-кун"? - Я хочу стать твоим Хранителем, Савада Тсунаеши! - Рокудо знал, Рокудо слышал. Из последних сил он тогда держался, практически цепляясь за сознание. Он слышал все, что тогда происходило. Чувствовал присутствие Вендетте и проклинал себя за беспомощность. Они могли угодить обратно. Мукуро совершенно не улыбалась такая перспектива, но не оставалось сил даже подняться. Тогда, когда, казалось бы, все уже потеряно, этот подросток смог вытащить его и его соратников из мерцающего на горизонте Ада всего одной фразой. Ничего не стоящими словами, но в то же время эти слова стоили больше, чем что-либо ценное. По крайней мере для самого Мукуро. И тогда иллюзионист понял, он не может вот так оставить этого мальчишку. Он должен отплатить этот долг перед ним, но сможет ли он это сделать? Этот мальчишка вытащил его из самой ужасной ситуации, которая могла случиться, назвал другом и... Подарил надежду на то, что когда-то у Рокудо будет своя собственная семья. Люди, которые будут заботиться, волноваться о нем, которым он будет просто нужен. - О... о чем ты? - Тсуна в замешательстве, нет, не так, Тсуна просто в шоке от такого заявления. Нет, он конечно знает, кто такие Хранители. Проблема в том, что они ему просто не нужны. Тсуна не босс, не важная шишка в мире мафии и не кто-то подобный. Более того, Тсуна не хочет лезть в мафию и плевать, что он уже влез в нее по самое не хочу. Пусть уж лучше в том мире о нем никто не знает. Ему не нужны вечные погони, интриги и страх за жизнь. Тсунаеши нужно спокойствие, иногда разбавляемое точными вычислениями и взломами сайтов и архивов, которые, по мнению многих, не возможно взломать. - Я хочу отплатить тебе за то, что ты спас нас, ку-фу-фу. - Неужели он не понимает? Ведь этот подросток, как никто другой, должен понимать его. Он понял его тогда и должен понять сейчас. - Я не люблю ходить в должниках. - Да, это все, что нужно Мукуро. Свобода. Вот о чем он мечтает с раннего детства. О свободе, о независимости, о тепле и понимании. Он мечтает о том, что имеют многие и думают, что это нечто само собой разумеющееся, но на самом деле все это можно считать подарком судьбы или просто большой удачей. Все это имеет не каждый. - Ты уже свободен, - Тсуна улыбался. Едва заметно улыбался. Независимости хочет? Да, Тсуна тоже о ней мечтал и мечтает, но на самом деле независимость - это безразличие окружающих. Просто всем вокруг наплевать на тебя. Тсуна не имеет безграничной свободы. Его держат в Намимори друзья и, возможно, мать. Но он уже не свободен. Тсунаеши прикован к друзьям, к тем, кому он не безразличен и кто не безразличен ему. - Ты мне ничего не должен, но я хочу быть твоим другом. Не люблю, когда люди привязываются к другим из-за долгов, которые придумывают сами. Пусть я и спас тебя от Вендетте, но в тот момент это было нужно именно мне. Возможно, ни Тсуна, ни Мукуро никогда не поймут стремлений друг друга, но они без сомнений понимают, чего именно не хватает им обоим. Это что-то и сближает их. Им не хватает одного и того же, просто из-за разных ситуаций. Разные ситуации дают разные понятия о счастье и поэтому они не понимают, но все же, они оба нуждаются в семье. Не в семье, в которой над тобой проводят опыты, не в семье, в которой за тобой идут из-за силы и возможности выбираться из передряг за счет этой самой силы, не в семье, где тебя терпят не понятно по каким причинам, где всем наплевать на тебя, вплоть до тех, кому ты вроде бы и нужен. Они оба нуждались в семье, в которой за тобой пойдут просто так, не из-за чего, поддержат и успокоят. В которой все будут на твоей стороне вне зависимости от опасности и правильности. И если Тсунаеши имел друзей, которых смело можно было назвать такой семьей, Мукуро не имел ничего даже отдаленно напоминающего семью. - Но я все равно хочу быть твоим Хранителем. - Пусть это и не будет из-за долга, пусть это и будет из-за странного чувства, которое хотело остаться рядом с этим подростком, Рокудо хотел этого. Просто он впервые нашел того, кому он будет нужен. Просто так, просто за то, что иллюзионист существует. - Подумай над этим. Пауза длилась не долго. Мозг Тсуны внезапно выдвинул кучу тем, которые были бы интересны им обоим. Они нашли много общего и много отличий между собой. Тсуна сидел в больнице еще довольно долго, просто разговаривая. Откинув на задний план и этот разговор, и мафию, и брата, и семью и даже свою обожаемую технику. Рокудо заметно веселел. Он привык быть в одиночестве. Все свое свободное время он посвящал тренировкам и мыслям о жизни. Последнее часто сводилось в плохое настроение и недовольство его соратников. Но сейчас он мог свободно общаться с человеком, который победил его, в буквальном смысле втоптал в грязь и вытащил из пекла. Тсуна был странным, таким же, как и сам Мукуро и это больше напоминало сон, нежели реальность. Вскоре в палату заглянули и Спанер, Шоичи, Рехей, Такеши и Хаято. Ну, как заглянули? Вернее сказать залетели, сметая все на своем пути. Оказалось, что последние трое обыскали весь Намимори в поисках Тсуны, а первые двое слишком заработались и поэтому смогли прийти только сейчас. Хаято возмущался, говоря, что Савада был просто обязан предупредить их о своем отсутствии, Рехей ЭКСТРИМАЛЬНО его поддерживал, но ор Сасагавы Гокудере не понравился и развязался нешуточный спор. Такеши и Тсуна пытались успокоить этих двоих, но выходило это у них откровенно плохо. А Спанер и Шоичи в это время интересовались самочувствием больного. Рокудо смотрел на развернувшуюся перед ним картину с неким удивлением в глазах. В Кокуе споры были обыденным делом, но все, что сейчас происходило скорее напоминало семейную перепалку, без которых жизнь в семье становится скучной и не интересной. Мукуро отдаст руку на отсечение, если Рехей и Хаято не просто развлекаются и развлекают окружающих. Может, они действительно уверены в своей правоте, но, как уже было сказано, в семье будет очень скучно без вечных перепалок. Иллюзионист не успел понять, когда эти двое успели достать ноутбуки и принялись работать. Да и услышать стучание по клавишам сквозь такой гам было довольно проблематично, но техники как будто и не замечали того, что происходило вокруг. Перепалка в скором времени должна была начаться у них. Насколько Мукуро расслышал, темой спора должен был стать вопрос "какой же способ взламывания архивов лучше". Синеволосый лишь смеялся, наблюдая за происходящим. О таком он и не мечтал. Кажется, жизнь налаживается.

***

А в это время Реборн бушевал. Мало того, что он вот уже целый день не мог найти Тсунаеши и его компанию, так еще и этот Тоши притащил домой новых недо-Хранителей, которые годились разве что на уличных маньяков или просто умственно отсталых людей. Это выходило за все рамки безграничного терпения Аркаболено. Даже с до ужаса неуклюжим Дино было проще. Тот хотя бы не возникал, когда был действительно не прав, да и когда прав - тоже. В Вонголе возникли проблемы. На приближенных Девятого стали совершаться покушения и небо Вонголы отпустил нескольких приближенных к своим семьям, проверить живы ли те. Емицу приехал ну очень не кстати. Тоши лежал весь в бинтах и был бледнее смерти. Надо было видеть лицо Внешнего советника, когда он увидел своего любимого сыночка. Никакие доводы Реборна о том, что босс должен уметь терпеть любую боль не помогли. Савада-старший упорно продолжал верещать о том, что его сын находится при смерти именно из-за него, Реборна. Зато на Тсунаеши забила, не побоюсь этого выражения, даже собственная мать. Милая и добрая Нана полностью посвятила себя лечению младшего сына, даже не обратив внимания на синяки на руках Тсунаеши. Создавалось ощущение, что старшие Савады ослепли или сфокусировали все свое зрение именно на Тоши. Даже Реборн был откинут на второй план, когда глава семейства решил, что лечить дорогого сыночка они будут дома. Вдруг врач сделает их любимому оболтусу больно? Реборна чуть ли не выворачивало наизнанку, когда Емицу и Нана начинали сюсюкаться с Тоши. Тсуна стойко выносил безразличие родителей и даже создавалось впечатление, что не родителям плевать на него, а ему на них. Да, прям семейная идиллия. А еще Савада виртуозно избегал разговора с Аркаболено. Реборн пока что особо и не старался, но все же это было большой заслугой. Не многие могли так спокойно и уверенно переводить тему все дальше и дальше от щекотливого разговора. Особенно при разговоре с Реборном. Засыпая, Реборн слышал, как скрипнула дверь где-то в радиусе комнаты Тсунаеши. Шатен опять вернулся домой поздно.