Поезд

... За окном проносились деревья, за неширокой кромкой леса мелькали бескрайние поля, кое-где виднелись деревушки. Несмотря на то, что был почти полдень, многие ещё (или уже?) спали, иногда слышался шелест переворачиваемых страниц, кто ударял по кнопкам телефона, в другом конце вагона слышалось посапывание. Поезд размеренно стучал колёсами. Нам на встречу пронёсся грузовой поезд, пока его вагоны мелькали перед глазами, в окне я видела своё бесцветное отражение: волосы, выбившиеся из пучка, нос в полу-профиль и длинные ресницы, обрамляющие глаза, которые казались полностью чёрными, впрочем, как и все моё лицо. Встречный поезд унёсся, и я снова стала вглядываться вглубь леса, хотелось увидеть какое-нибудь животное, выглядывающие из-за стройных стволов берёзок. Я прекрасно понимала, что шум поезда и близость людей не позволят никому из лесных обитателей высунуть нос, но все же где-то в глубине души надежда тлела маленьким угольком. Глупо, но хоть какое-то развлечение. Тем более, что книгу, которую я положила в рюкзак, я дочитала, а больше я решила с собой не тащить - у бабушки в особняке огромная библиотека. Ещё хуже было то, что телефон давно разрядился, а к розетке стояла огромная очередь, даже длиннее, чем в туалет. Кстати, о последнем: поезд прибывает на мою станцию через пару часов, надо привести себя в хоть какое-то подобие порядка - сутки все-таки в поезде тряслась. Я достала из своего рюкзака косметичку, расческу, зубную пасту и щетку, положила телефон в задний карман джинс и пошла к концу вагона, стараясь не упасть. Постоять в очереди все-таки пришлось, двигалась она быстро, поэтому не сильно напрягала, правда, пожилая женщина передо мной пробыла в кабинке минут семь. За мной собралось ещё пару человек. Пахло, мягко говоря, так себе. Почистив зубы не самой приятно пахнущей водой, умыться не рискнула: лучше влажной салфеткой, кажется, в косметичке у меня были. На меня из зеркала смотрела бледная девушка с белыми серебристыми волосами, завязанными в давно разболтавшийся пучок. Краситься в поезд было бы, как минимум, глупо, но ресницы у меня очень черными и длинные сами по себе, поэтому складывалось ощущение, что они всё-таки накрашены. Глаза были синими и даже чуть-чуть отливали в фиолетовый. Ох, сколько раз мне задавали вопрос про то, где я купила такие классные линзы. В противовес к бледной коже, шли довольно алые губы, которые тоже вызывали много вопросов у одноклассниц, да и не только у них. Критично взглянула на себя и решила не трогать ни ресницы, ни губы. Подвести глаза карандашом было не очень-то и легко. Поезд потряхивало, но в конце концов мне это удалось. А вот расплести волосы из пучка было пытке подобно - за ночь они очень сильно запутались. Зато, они стали кудрявыми почти по всех длине. Очень даже симпатично. Возможно, я бы и не стала так заморачиваться с внешним видом, но на станции меня должен был встретить мой кузен Алекс со своим другом (или подругой, кто его там знает, бабушка не сама толком не уверена). Поэтому, я решила хотя бы попытаться выглядеть прилично - все-таки для них я столичная фифа, впрочем, пусть пока так и будет. Тем более, городок доволен маленький, по моим понятиям, даже больше на деревню смахивает, слухи расходятся быстро, так что в грязь лицом лучше не бить. Последний раз я приезжала к бабушке, когда мне было 12 лет, то есть 4 года назад. Конечно, мы постоянно созванивались и по телефону и по скайпу, но это, конечно, совершенно не то. Бабушка всегда очень хорошо меня понимала, терпеливо выслушивала все мои истории, проблемы, она всегда даёт очень полезные советы. Мне этого очень не хватает с Лиссой, с мамой, то есть, которая очень много времени проводит в командировках, а остальное в офисе или на встречах. Отец не появлялся в моей жизни с того момента, как мне исполнилось 6 лет, но каждый месяц 25 числа пересылал маме на карту 12 тысяч, которые, впрочем, тут же переводились на мою карту. Своего кузена, того самого, который должен меня встретить (надеюсь, он об этом не забудет), я не помню совсем. Мы пару раз разговаривали с ним, но это было уже несколько лет назад, а потом он уехал учиться в другой город, и теперь приезжает только на лето. Единственное, что очень хорошо запомнилось из его внешности, так это цвет волос - точно такой же, как и у меня. Остальные черты очень расплывчаты – вроде высокий, глаза, кажется, зеленые, кожа чуть загорелее моей, но ведь когда мы разговаривали было лето… или нет? В общем, искать буду по волосам. Надеюсь, он не перекрасился. Еще раз внимательно осмотреть себя с ног до головы и убедиться, что выгляжу более-менее прилично, мне не дали – послышался настойчивый стук в дверь и голос проводницы сообщил, что мы через 5 минут заедем в санитарную зону, мне пришлось освободить кабинку, а то желающих больно много собралось. Я села на свою полку и вернулась к просмотру проносящихся за окном пейзажей. Снова поля, деревеньки, пролески. Чуть ниже путей на каком-то пяточке собака сидит на будке, на годы прикованная к этому клочку земли цепью, хотя спрашивается зачем? Охранять то нечего. Не могу сказать, что я была прям уж в восторге от идеи провести лето у бабушки в особняке, но все лучше, чем одной сидеть в квартире в душной Москве: мама уехала в командировку в Швецию почти на все лето. Конечно, я могла бы поехать с ней, но в Стокгольме я была уже раз 5, поэтому желания провести там большую часть летних каникул не было, тем более, что мама будет целыми днями на встречах или по офисам, а значит видеться мы с ней все равно не будем, а по бабушке я успела сильно соскучиться. Дома стали появляться все чаще, кое-где даже многоэтажки были. Я посмотрела на часы: прибываем через 27 минут. Чуть-чуть осталось. Если я правильно помню, то на моей станции поезд стоит 15 минут, значит торопиться не нужно. Вещей у меня с собой было не много, но и не мало: большой чемодан, спортивная сумка и рюкзак.