Прощай, увидимся во снах!

Рина и Демиан, не двигаясь, сидели на кухне, пока Рин возился с кофе. Вскоре три горячие кружки оказались на столе — ароматный запах заставил встрепенуться молчавших. Двое засонь беззвучно взяли свои кружки и стали медленно потягивать горячий напиток. — Ну? — нетерпеливо сказал Рин, громко поставив свою кружку на стол. — Что произошло? Переглянувшись с девушкой, Деми начал первым. Он рассказал про Ида, битву со странными существами и «смерть» Идеала, а Рина дополнила это историей о котах и нуэ. Рин слушал не перебивая, задумчиво пив остывший кофе. — Эй, Дем, — смотря в одну точку позвал старший брат, — что ты вообще делал на нашей лестничной клетке? — Не знаю, — резко ответил армеец, но быстро исправился под косыми взглядами. — То есть…я пришёл к Рине, чтобы поговорить, а дальше — не знаю. Меня вдруг потянуло в сон, и я даже не помню, когда уснул. — Ох! — удивилась Рина. — Со мной так же! Уже дважды будто усыпляли! Повисла ещё одна тишина. Они не могли осознать даже происходящее, не говоря уже о том, как с этим бороться или что делать дальше. Молчанку прервал зазвонивший мобильник Рина. Тот поднял трубку и раздражённо заговорил: — Ало, Рейнер? Что случилось? -… — Что, сейчас?! -… — Я не могу, извини уж. -… — Чего?!.. а-а, ладно, скоро буду. Он обернулся. Парочка смотрела на него чуть ли не умоляюще. — Ты же хотел поговорить с Риной? — с маленькой издёвкой сказал Рин. — Теперь у вас есть время, чтобы наговориться за весь прошедший год. Удачи. Он прекрасно знал, как этим двоим страшно разговаривать между собой, но при этом понимал, что по другому им не сдвинуться с мертвой точки. Поэтому он быстро схватил кофту и буквально выбежал из квартиры. На самом деле, у них было много тем для разговора: каждому было жутко интересно как жил другой всё это время. Но никто не хотел начинать. Каждый из них корил себя за прошлое и уже не знал, может ли общаться с другим как раньше. — Когда…когда ты приехал? — полушепотом спросила Рина. — Два дня назад, — так же тихо ответил он. — После приезда почти сразу пошёл к тебе. — Ты…сейчас в порядке? — она смотрела куда-то в пол. — Что? — он удивлённо повернулся к ней, но, поняв, схватился за плечо. — Ах, да, рана…остался шрам, однако я полностью выздоровел. А ты как? — Нормально. В университет…поступила… — она смолкла. Разговор не клеился и никто не хотел его клеить. Оба были где-то очень далеко, находясь в паре сантиметров друг от друга. Молчание давило, но страх душил сильнее. Они переглядывались и отводили взгляды, пытались коснуться и убирали руки, порывались сказать и замолкали — и всё это под холодное тиканье часов. — Нет, так не пойдёт! — вспылил Демиан, вскакивая и тут же садясь на место. Он взял Рину за руку и посмотрел в глаза. Сердце падало, заходилось и выскакивало, но он должен, просто обязан был сказать: — Рина, я…гм, то, что произошло год назад…может, ты уже забыла… — Я не забыла, — девушка подняла взгляд. Наконец-то они снова смотрели друг на друга.                             Около года назад, местная школа фехтования                     Топот не стихал ни на секунду — двое учеников прыгали с одного места на другое, сделав полем боя весь спортзал. Каждый пытался проткнуть, коснуться или поцарапать другого мечом, но оба постоянно уклонялись под откровенно странными углами, превращая бой в своеобразный танец. Вот они сблизились, начав битву погнутыми шпагами, но резко отпрыгнули, рассекая клинками воздух. Тут она снова подалась вперёд, подбираясь к нему почти вплотную, и он сделал сильный финт: она спокойно парировала удар, однако шпага, не выдержав, разломилась напополам. Кусочек её клинка вяло повис. — Вы чем тут занимаетесь?! — взревел проходивший тренер. — Мало того, что развлекаетесь, так ещё и оборудование сломали?! Рина и Демиан сняли маски и, переглянувшись, виновато опустили головы. Тренер по прозвищу Хоттабыч (из-за длинной белой бороды) только плюнул и вздохнул. Мужчина прекрасно понимал, что виновны здесь только старые шпаги, которые процентов на пятьдесят состояли из чистого скотча. — Ладно, остолопы, вам повезло, — с ноткой снисхождения начал тренер, — сегодня нам завезли новые шпаги, а эти всё равно пойдут на списание. Но больше не думайте так делать, уяснили?! Ученики кивнули абсолютно синхронно. Хоттабыч улыбнулся и ушёл. Как только тренер скрылся из виду, Рина тут же счастливо кинулась к Деми на шею. — Ты слышал?! — Наконец-то! Он подхватил её и, немного покружив, аккуратно опустил на землю. Затем, не давая отдышаться, страстно впился в губы. Рина хихикнула и начала отступать назад, делая поцелуй рваным и быстрым. Она отдалялась, а он приближался — до стены. Когда отступать стало некуда, он оторвался от её губ и перешёл на нос, щеки, скулы, лоб. Рина светилась от счастья, ловя эти легкие прикосновения. Как только в коридоре послышались шаги, Дир слегла надавил на её плечи и девушка послушно стекла вниз вместе с парнем. Когда тренер вошёл в зал, то увидел как его ученики, сидя на полу, усердно пытаются восстановить погнутую шпагу, заматывая обратно размотавшийся скотч. — Заканчивайте с этим возиться, — с ходу крикнул Хоттабыч, куда-то оттаскивая большую коробку. — Когда вы уже свалите домой? Я остальных ещё час назад отпустил. — Ну не-е-ет, — наигранно грустно протянула Рина, — тренер, мы же жить без шпаг не можем! Что мама скажет… — Вот-вот, — поддакнул Дем, — неужели вы прогоните своих любимых учеников за тягу к спорту? Родители так огорчатся… Оба засранца лучезарно улыбнулись во все тридцать два. Мужчина замялся и, снова вздохнув, махнул на них. Хоттабыч являлся давним другом для их семей, чем подростки совсем не гнушались пользоваться, упоминая родителей при каждом удобном и неудобном случае, как сейчас. — Не сидите тогда без дела! — гаркнул тренер. — За мной, поможете перетащить коробки с оборудованием. Парочка засияла, подскакивая и направляясь за ним. — Куда? — остановил их Хоттабыч. — А переодеться? Не портите мне ещё и костюмы. Они переглянулись, вспомнив, что на них защитная экипировка. Пара сразу побежала переодеваться. Через пятнадцать минут они уже стояли у машины на улице, помогая разгружать коробки. Рина и Дем не умолкали ни на секунду, постоянно подкалывая тренера и просто разговаривая ни о чем. Очередная коробка плюхнулась на бетонный пол склада. Он находился в самом дальнем углу школы и туда обычно отправлялось всё ненужное и нужное барахло. «Склад», конечно, было слишком большим словом для помещения размером с грузовой лифт, но все всё равно называли его именно так для эстетического удовольствия Хоттабыча, который отвоевал этот уголок под секцию фехтования чуть ли не силой. — Что здесь лежит? — спросил Дир, задыхаясь. — Еле донёс… — Хиляк, — самодовольно отозвался тренер, ставя свои три коробки на землю, — скорее всего там боевые шпаги. Две пары искрящихся глаз тут же уставились на него. — Даже не думайте! — тут же отрезал Хоттабыч. — Они здесь для выставки и ими никто пользоваться не будет, это слишком опасно. Я в курсе, как вы обожаете боевое фехтование, но я вас сам на них насажу, если хоть пальцем троните! — Но…посмотреть же можно? — умоляюще протянула Рина. — Одним глазком! И я сразу положу всё на место! Она подошла к нему вплотную, глядя в глаза самым печальным и милым взглядом из её арсенала. Демиан с точно таким же выражением лица встал с другой стороны, отрезая тренеру пути отступления. Тренер честно сопротивлялся, но когда его зажали с двух сторон… — Только при мне! — сдался он, отворачиваясь. Они тут же накинулись на коробку, чуть не растерзав её за первую секунду. Хоттабыч еле оттащил их, как котят, за шкирку, ругаясь на обоих разнообразными выражениями. — Я сам, отойдите! — сказал тренер. Он ювелирно распаковал коробку, аккуратно достав из неё увесистый бардовый чемоданчик. Тренер открыл щеколду и на расстоянии продемонстрировал ученикам содержимое. Три сияющие шпаги в черных ножнах лежали на специальном параллоне. Золотая рукоять была исписана витиеватыми узорами, которые сливались с рисунками на ножнах. Ученики восхищённо рассматривали оружие, которое раньше видели только в исторических фильмах. Рина приблизилась к чемоданчику и молниеносно выхватила шпагу. — Эй, ты что делаешь?! — тут же завопил Хоттабыч. — Положи на место! — Конечно, только секундочку посмотрю! — сказала девушка, рассматривая произведение искусства. — Я не буду им размахивать. Она одним движением оголила лезвие. В ослепительном блеске стали Рина увидела отражение своих глаз. Шпага была совсем не похожа на ту, которой она билась на соревнованиях и тренировках: лезвие гораздо толще и тяжелее. Сейчас она могла почувствовать величие, богатство и…смертоносность клинка. Завороженная красотой меча, она совсем не услышала треск. — Рина, осторожнее, — грозно сказал тренер. — Положи шпагу на место. Звук сверху усилился, и Хоттабыч это заметил. Он отвлёкся, ища источник треска. Дем подошёл к Рине, рассматривая оружие. Он слегка докоснулся до острия и тут же отдернул руку: на пальце показалась маленькая капелька крови. — Хорошо заточен, — задумчиво сказал Демиан, — таким и убить можно. — Да-а? — с улыбкой сказала Рина, наставляя лезвие на его плечо. — Страшно? — Нет, — ответил Дир, намеренно делая шаг вперёд. Он оказался в нескольких миллиметрах от острия, хладнокровно заглядывая девушке в глаза. Он видел её насквозь, а она — его, поэтому никто не шелохнулся. Треск прервался. Был слышен крик тренера. Спортивные маты и коробки обрушились на спину парня, резко толкая его вперёд. А дальше никто ничего не понимал. Рина смогла запомнить только алую жидкость, что стекала по клинку на её руки.                             Настоящий момент               — Такое нельзя забыть, Деми, — она перешла на шепот в надежде не заплакать. — Эти несколько месяцев в больнице, реабилитация, твой уход в армию…как я могу забыть тот ад? — Я не об этом! — громко и твердо говорил он. — Это был несчастный случай и я полностью здоров, Рина, хватит… — И что с того?! — крикнула она в ответ, вскакивая. — Твоя кровь была на моих руках! Если бы не моя помешанность… — То мы бы просто поменялись местами! — перебил её Дем, тоже переходя на крик. — Я был точно таким же! Тогда бы шпага была в моих руках! Они яростно смотрели друга на друга, они, два абсолютно одинаковых идиота, обвинивших во всём себя. Но злость ушла почти сразу. Что одному, что другому было просто больно. Больно за прошлое, за настоящее…и за эту бессмысленную ругань. — Прости, — сказала Рина. — За всё прости. — И ты меня. Он подошёл к ней, сплетая кончики пальцев. Девушка замерла. — Поначалу я злился, — начал Дем, — Но не из-за раны…а из-за того, что ты ни разу не пришла меня навестить. Это было больно. А потом я не сдал ЕГЭ и ушёл в армию…и, черт возьми, я даже благодарен за это. Знаешь, это…приводит мысли в порядок. Есть время осознать. Я слишком поздно понял, почему Рин каждый день дежурил у моей палаты. Я…мы ведь знакомы с пелёнок и…всё не может так тупо закончиться, Рина. Я… — А если ты опять пострадаешь? — перебила она. — Я больше не буду бросаться под твою шпагу. Обещаю. — Я…я не знаю, Дем, — всхлипнула девушка. — Ладно. Не торопись, я всё равно больше не уйду. Он крепко сплёл с ней пальцы. По лицу Рины стекали крупные капли. Он нежно коснулся её второй рукой, вытерев очередную слезинку большим пальцем. Девушка накрыла его руку своей, прижимаясь щекой к его ладони. Он наклонился и легко поцеловал её лоб. Она не могла ему противиться да и совсем не хотела, ведь это родное мягкое тепло было именно тем, что склеивало самые глубокие трещины в её душе. Её лицо продолжала покрывать смесь из слёз и соплей, а он как ни в чем ни бывало стирал всё салфетками, позволяя ей выплеснусь всё, что накопилось за очень долгий год. Они сидели на кухне в нескольких сантиметрах друг от друга, но были так близко, как не были никогда.