Всё хорошо

***

      Квартира встречает своего хозяина звенящей тишиной. Время перевалило за девять вечера. Разбираться по делу о Разумовском пришлось дольше чем обычно. Осталось совсем немного, чтобы довести это дело до конца, полностью замести все следы и наконец поставить точку на неспокойной жизни. Однако в голове до сих пор не укладывалось. Наёмник и представить себе не мог, насколько далеко может зайти Серёжа. Его Серёжа. Такой родной и любимый. Такой изящный и, казалось бы, хрупкий. В голове крутились мысли о том, как бы поскорее прижать того к груди, закрыть свои глаза и безо всяких сомнений провалиться в сон, зная, что ему не приснится очередной кошмар. Хотябы на этот раз. "Пожалуйста" - молвил Олег.., но судьба имеет чувство юмора.       Пальто полетело на вешалку, скинув свою обувь, Волков принюхался. Запах чего-то сродни знакомого сливался с лёгким металлическим. Тишина бьёт по голове и отдается звоном в ушах. Паника, что с каждой секундой нарастает, не позволяет Олегу набрать воздух и прочувствовать кислород полной грудью. Глаза цепляются за прикрытую в ванной комнате дверь.       – Серёжа? – вопросительно окликает наёмник и делает пару шагов в сторону ванны. Одной рукой распахнув дверь, Олег застывает.       Осколки. Слишком много осколков в перемешку с ядрённым цветом крови. Пол будто усыпан частицами воспоминаний, каждая из которых теперь утопает в вязкой жидкости. Взгляд цепляется за зеркало, а если быть точнее, за его остатки. Оно искажает лицо Олега так, что кажется будто тот оброс бородой. Волков морщится. Трещины, много трещин. Все это напоминало развалившиеся и убитые войной дома в Сирии. Навождения и воспоминания о службе улетучиваются также быстро, как и заполняют голову.       Разумовский, что казалось бы тонет в собственной крови, смотрит на Олега из полу прикрытых век и слабо улыбается. Тело, погружённое в воду, обездвиженно. Рыжие волосы, которые раньше так ярко выделяли маленького мальчика из толпы, теперь полностью утратили свой цвет, также как и глаза. Будучи ещё юношей, Серёжа частенько спрашивал у Олега о том, что отражается в его зрачках, а ответы постоянно прилетали разные. То море, такое глубокое и бездонное, то небо, такое чистое и весеннее, а бывало и солнце, такое яркое, теплое. Янтарное... Он понял. Понял это слишком поздно. И теперь, смотря на бывшего миллиардера, Волков хочет разреветься. Маска треснула. Слишком больно.       Олег, несмотря на осколки, падает на колени перед его солнцем, перед его последней надеждой на размеренную и спокойную жизнь. Он хватает Серёжу за побледневшую руку и целует тыльную часть запястья. Губами он чувствует, как пульс замедляется. Разумовский последний раз сдавленно выдыхает и теперь уже навсегда закрывает глаза, напоследок растянув губы в вымученной улыбке и прошептав       – Всё будет хорошо, Олег. Олег не успел. Победа за Птицей. Сердце гулко застучало, и кажется, что весь мир под ногами вот-вот исчезнет. Волков слышит крик. Слышит как падают все надежды и мечты. Лишь спустя минуту он понимает, что кричит сам. Надрывно, тяжело, от безвыходности.

***

      Олег просыпается в холодном поту и одним движением подрывается с кровати. Взгляд падает на пустое место рядом с собой. В ушах гудит, из глаз, кажется, льются слезы, но к чертям все это: "Где Серёжа?", - единственная мысль которая крутится в голове наёмника. Подушка и постель всё ещё теплые, а значит далеко Разумовский уйти не мог. Олег хотел было уже направиться на поиски своего друга детства, но тот сам показался в дверном проёме. В руках Сергей держал стакан с водой и удивлённо, хлопая глазами, смотрел на Волкова.       – Олег? – удивлению миллиардера не было предела. Он впервые видит наёмника таким зашуганным и неуверенным, его грудь вздымалась с невероятной частотой. – Что-то случилось? – Всё ещё пытаясь разобраться в происходящем спрашивает Сергей. Однако Олег поднимается с кровати и просит Разумовского не беспокоиться.       На ватных ногах Волков направляется в сторону ванной комнаты. Целое зеркало, чистая ванна и никаких осколков. Мужчина аккуратно прикрывает дверь. Ему не хотелось чтобы Сергей видел его таким. Тяжело вздохнув, Олег упирается двумя руками за бортики раковины и смотрит на свое отражение в зеркале. Заплаканное лицо, какая жалость. Паника, что кажется не собирается отступать, кружит голову. В глазах темнеет.       Решив действовать четко и наверняка мужчина проворачивает кран и подставляет своё лицо под холодную струю воды, что так сейчас отрезвляет и приводит мысли в порядок. Волосы, да и практически вся футболка, по прошествию нескольких минут намокла, но: "Так даже лучше" - думает Олег, напоследок оглядывая себя в зеркале. Тремор всё ещё не проходит. Руки не перестают трястись, Волкова качает и клонит в сон. Он облакачивает свою голову о холодный кафель и тихонько оседает на пол, зарываясь пальцами в волосы. Картина мертвого Разумовского вновь и вновь всплывает перед глазами. Всё ближе поджимая к себе ноги, Волков чувствует себя маленьким ребенком. Маленьким ребенком, который когда-то учился постоять за себя и за своего рыжеволосого друга. Маленький он боролся ради будущего, в котором сейчас и пребывает. Привязанность к Разумовскому оказалась сильнее, чем тот мог себе представить, и мужчина понимал: присутствие Сергея рядом с собой приносит много боли, но куда больнее и тяжелее переносить его отсутствие.       Пять чертовых пуль не сломили любовь Олега к Сергею. Эти пять чертовых пуль, лишь доказали, что несмотря на сложности отношений – Они всегда будут рядом друг с другом.       Раздумья прервали приближающиеся шаги. Дверь приоткрылась. Это Разумовский, сонный и пока что все также непонимающий что происходит. Он тихонько садится на корточки перед Олегом, пытаясь заглянуть тому в глаза. Но костяшки на руках наёмника побелели, он сжимал пальцы в кулаках и закрывал ими свое лицо. Олегу стыдно за свои эмоции. Сергей, смекнув в чем дело, аккуратным движением накрыл ладони Волкова своими. Тепло.       – Олег... Олежа, – зовёт Разумовский не двигаясь и все также держа того за руки, – Посмотри на меня, прошу... – молвит парень. Его голос тихий, с хрипотцой, но такой завораживающий и успокаивающий.       Сергею хочется довериться и рассказать о всех своих ночных кошмарах, хочется просто выплакаться. Потому что Олег тоже устал. Потому что он тоже человек. Потому что за всю свою короткую жизнь он повидал непозволительно много. И Олег открывается. Наёмник отводит свои руки в стороны, позволяя увидеть себя беззащитным.       Разумовский не умеет вести себя с плачущими людьми, ведь зачастую позицию плачущего занимает он сам. Но сейчас... Сергей не простит себе оплошность по отношению к Олегу. Тот итак сделал слишком много для него. Переплетая свои пальцы с пальцами наёмника, парень потянулся вперёд и коснулся губами, так трепетно, губ Волкова. Сергей не хотел давить на мужчину. В душевном равновесии сейчас нуждались оба. Олег высвободил свою руку и обхватил шею Разумовского, притягивая того всё ближе и ближе, всё углубляя поцелуй, но не сбиваясь с заданного курса: подарить друг другу чувство комфорта. Мысли покидают голову. Тишина, которая изредка прерывается тихими вздохами, не давит.       – Всё хорошо, – шепчет Серёжа улыбаясь, смотря своими глазами, в которых отражаются голубые огоньки и искры, в глаза Олега. А Олег все смотрит на такое любимое лицо и улыбается в ответ. Улыбается и верит. Всё впереди. Всё получится. Они справятся. Они вместе. Всё хорошо.