Дороже тебя нет

      Такую любовь не принимают в обществе. Никто не верит, что она действительно настоящая, а не из-за каких-то обстоятельств, вроде детских травм или отсутствия внимания.       Разница в возрасте всегда была такой, портящей все.       Да и если так посчитать, у них обоих была не самая лучшая жизнь, хоть и прожили они не так и долго.       Он вырос в детдоме рядом с двумя друзьями. Они имели там авторитет, правда, мягко сказать, не самый лучший. Но потом захотелось чего-то интереснее. Запретная магия ни с проста так называется, но им было все равно в тот момент.       Он никогда не был человеком, он лишь носил людскую оболочку. Но теперь от слова "человек" ничего не осталось.       Он не простой нарушитель запретов или законов. Еще он убийца, самый настоящий.       Она выросла в семье... Где все были заняты собой, а она родилась случайно, ведь про то, что она вообще появится на свет, узнали чуть ли не тогда, когда нужно было рожать.       Мать — актриса, которой нет времени на семью. Отец — какой-то там бизнесмен, которому точно так же времени хватает лишь только на бизнес.       Никому из них не было дела до ребенка, у которого обнаружилась сверх сила.

***

— Почему ты хочешь стать другим существом? — Кара не до конца понимает его. — У животных нет ощущения тяжести совершенных грехов... — Рисуя что-то на столе пальцем, объясняет он задумчиво. — Если кого-то и убьют — не страшно, это ведь инстинкты... — Если хочешь, я могу снять все твои грехи разом. — Улыбнулась она. — И как же? — Оторвавшись от очень увлекательного занятия, Элевет повернулся к ней и с недоумением посмотрел в ее темно-синие глаза с некой надеждой, что ее способ действительно поможет.

Она молча поцеловала его в лоб. Без всяких лишних слов, которые тут действительно не нужны.

— Знаешь, и правда стало легче на душе...

***

      Кажется, они снова начнут ощущаться совсем скоро. Если он еще раз убьет кого-то... То снова будет ужасное жгучее ощущение в груди, словно вокруг сердца горит огонь, и оно медленно нагревается до своей температуры плавления... И никто не сможет снять новых грехов, которые вновь окружат его.

Это настоящая пытка.

      Однако в тот момент он почувствовал не огонь, а куски острого стекла, которые режут не только его сердце, но и все его внутренние органы. Та боль не передаваема, но, кажется, парень даже не заметил ее из-за вида окровавленного тела девочки.       Безжизненные глаза уже закрылись, но она еще дышит. Надежда еще есть, только она угасает с каждой секундой. Не в его праве позволить ей умереть. Если Кара умрет прямо на его руках — это будет самый большой грех и кошмар, от которых он не откупится никогда. — Только продержись еще немного, я не хочу, чтобы ты действительно умерла! — Он чуть ли не кричит в истерическом страхе, но остатки разума сдерживают его эмоции.       Убийца никогда не думал, что будет так ненавидеть убийства однажды... Он никогда не думал, насколько это больно...

***

— Я же жива, не стоит уже плакать... — С небольшой улыбкой она кладет свою слабую руку на его волосы и аккуратно проводит, гладя их.       Он действительно успел ее спасти. Элевет не верил тому, что это произошло. Его тело еще немного трясет. Оно еще помнит, как много и долго он был вынужден бежать, только чтобы спасти последнего человека, который настолько сильно дорог ему. Но в тот момент он и не замечал, сколько сил потратил.

Не до того было.

— Если ты умрешь... Со мной останется самый ужасный грех, что я не смог помочь тебе. — Сквозь не прекращающиеся слезы произносит полу-дракон. Ему в какой-то мере стыдно за свой жалкий вид. Он никогда не хотел, чтобы кто-то увидел его таким. — Поэтому... Я не имею права позволить тебе умереть не своей смертью...       Кара знает, что она действительно ему дорога, и что он действительно не даст ей умереть так просто.

Все, что ей остается, это кивнуть в ответ, улыбнувшись яркой и счастливой улыбкой.

— И все же, вытри слезы, тебе не идет. — Она осторожно приподнимается с койки и обнимает его.

***

      Такую любовь не принимают в обществе. Но им все равно.       Кто бы что ни говорил, разница в возрасте или детские травмы тут ни при чем. Она искренняя. И все равно, кто верит или нет — это лишь их дело.