Это правда конец

— Я выпил слишком много, да, Кара?       Он устало смотрит на стул, стоящий напротив него, словно обращаясь к кому-то. Но ответа нет. И не будет. Уже никогда. — Я совсем забыл... — Улыбка на лице парня быстро исчезла, а по щекам потекли слезы.       Закрывая глаза рукой, он вливает в себя еще немного коньяка, который обжигает горло. Только он не чувствует этого жжения. Вообще ничего не чувствует.       С момента, как умерла девочка прошло чуть меньше месяца, но их квартира уже успела превратится в самую настоящую свалку из под пустых бутылок от разного алкоголя. В основном это были стеклянные бутылки средних размеров, в которых оставалось пару капель недопитого коньяка.       Много бутылок было разбито на мелкие осколки, но Элевету все равно. Даже если пройдется по ним — все равно не ощутит ничего.       Ему совсем не нравится столько пить. Но он хочет еще раз услышать голос Кары. Еще только раз. Он хочет еще раз увидеть ее счастливое лицо, улыбку... Только один раз.       Элеветор не спал нормально уже очень давно. Он не может вообще ходить по этой квартире и трогать что либо. Особенно спальню, где хранятся все вещи Кары, начиная от одежды и заканчивая фотографиями.       Ему больно даже просто смотреть на них, не то, что думать о том, как их хозяйка больше не прикоснется к ним. Уже никогда. — Я не думал, что момент, когда я снова встречусь со своими грехами настанет так скоро... — Но даже крепкий алкоголь не отделяет его сознание от реальности, и он все еще в адеквате. Он понимает, что творит и сколько же он выпил всего лишь за месяц. Но ему все равно. — Это лишь моя вина...       В тот дождливый вечер он просто не успел. Не успел добежать. Не успел спасти ее. Она умерла еще у него на руках. Врачи не стали его жалеть, и сообщили это прямо в глаза. — Если бы вы прибыли минутой раньше, мы бы еще могли спасти ее. Она умерла всего минуту назад. Потеря крови.       Эти слова стали роковыми. Он не плакал в тот момент. Он просто смотрел с ужасом на этот мир. В памяти не осталось фрагментов, как он дошел до дома, и как в его руках оказалась бутылка алкоголя, которую в тот вечер он не открыл.       Тогда он просто плакал. Не ревел. Слезы просто текли не прекращая, как бы он не пытался их остановить... Хотя, кажется, Элеветор и не пытался.       Раву и Райто заходили к нему две недели, и пытались поддержать, но видя лишь то, как он говорит с пустотой, молча уходили, грустно опуская взгляд. Они надеялись, что это пройдет, хотя и знали, насколько сильно он любил ее, и как боялся ее смерти.

Они не замечали, что он сам на грани смерти.

— Кара, я больше не могу... Единственное, что я чувствую... — Элевет на секунду остановился, услышав, как что-то упало, но потом он понял, что это лишь бутылка, разбившаяся об пол, которую он по случайности задел локтем. —…Это жуткую боль в душе. Ее не заглушить... Ничем.       Она действительно очистила его от грехов тогда. Он действительно стал жить свободно, без этого страшного чувства. Но это было очень коротко.       После ее смерти грехи не вернулись к нему. Но к полу-дракону пришло то, чего он боялся так долго — грех из-за смерти девочки. Он тяжелее всех тех, что когда-либо были в его душе. Он не переносим. — Я действительно не могу больше... — На его лице снова та самая улыбка. — Я еще раз хочу увидеть тебя...       Вставая со стула, он проходит в коридор, наступая на все осколки, оставшиеся от бутылок, которых он не чувствует совсем. Надевая ботинки, но толком не зашнуровывая их, Элевет выходит из дома, даже не закрывая эту дверь на замок.

Он больше сюда не вернется.

Край обрыва над морем — последнее место, где он побывает.

— Я уже иду… — Произносит он шепотом с самой настоящей, неподдельной улыбкой.

Шаг в пропасть... Это правда конец. Смысла жить больше нет. И не будет. Уже никогда.