Фруктовый лёд

            Белый ниндзя Зейн знает, что настало время возвращаться на «Икс-Кью» и бежать по Дороге Богов в горы на север, где живут другие ниндзя, обладающие техникой кружицу. Он решает направиться на восток, через Мертвый Город – тот, в который входят люди, когда осознают, что у них не все хорошо. Попав в Мертвый Город, Зейн поднимается на один из высоких холмов, и в этот момент замечает голубое сияние, исходящее от человека, стоявшего за звездой. Зейн приближается к незнакомцу. На нем черный плащ и его лицо закрыто широкой стальной маской, похожей на монгольскую. Но когда он осознает, кто перед ним, то становится уже поздно. Перед ним сам Лорд Гармадон. Из под плаща появляются характерные четыре руки. Зейн бесстрашно пускается в бой и оказывается настолько близко к нему, что видит его глаза. На них изображен демонический блеск, словно горящие глаза какой-то гигантской рептилии. Он видит блеск молний. Зейн никогда ранее не вглядывался в глаза Лорда, но понимает, что они – это «ледяные грани, простирающиеся на милю и глубже». Зейн в смятении, ведь он впервые почувствовал что-то необычное... Он почувствовал крупицу эмпатии к бывшему врагу. Раньше он не видел в глазах своих врагов ничего особенного, ведь Лорд представлял собой только невыносимую бурю и тревогу. Зейн и его друзья быстро расправились с Лордом, лишь впервые с ним встретившись, так что Зейну не было времени порефлексировать об этом. Но к Лорду у Зейна возникло чувство глубокого восхищения. За всю свою карьеру он ни разу не испытывал подобных чувств. Из-за этих мыслей он отвлекся от битвы и был поражен ударом Лорда. От второй атаки не было никакой защиты – Зейн просто отвернулся, по-прежнему думая о том, как Лорд выглядит в глазах Зейна. Лорд тоже пришел в смятение, поскольку теперь противник, прежде умело отвечавший на все атаки Гармадона, совершенно отказался сражаться. Он не ответил на ни одну из обычных атак, и это очень его удивило. Тогда Лорд применил тактическое новшество. Призадумавшийся Зейн вскоре заговорил. Видимо, его мысли уже немного прояснились, потому он сказал: "Раньше я никогда не думал, но теперь понял, что...Вы ведь тоже человек. И когда я вижу своего врага, я вижу также и себя. Мне кажется, что и я сам себе враг, и вы." Лорд опешил, но был тронут такой мыслью. Прежде все думали о нем. как о чем-то вроде закулисной фигуры, которая по воле случая может представлять на сцене индивидуальный ужас своих персонажей. "Я подумал, может, нам стоило просто с вами поговорить? В каждом из нас есть добро и зло, но только нам решать, как мы будем поступать. Что заставило вас стать злым?" - спросил Зейн. "Моя душа устала", - ответил Лорд. "Но что может дать ваше зло другим?" - спросил Зейн. "Боюсь, никакой пользы не будет, - грустно ответил Лорд, - потому что вся вселенная - всего лишь собрание светящихся в темноте пятен." Сказав это, Лорд глубоко задумался и присел рядом с Зейном на траву. Было очень тихо, и только ветер изредка шуршал листвой. Зейн легко улыбнулся, надеясь этим немного успокоить Лорда Гармадона. Зейну казалось, будто они нашли общий язык с Лордом. После паузы Зейн заговорил снова: "Знаете, мне часто снилось, как я ссорюсь с кем-нибудь из моих друзей, а потом слышу его голос в своей голове, но понять, что это я сам говорю с собой, я не могу." Лорд тихо рассмеялся. "И когда я просыпался я осознавал, как бы я не хотел причинять зло своим друзьям"- закончил рассказ Зейн. "А мне часто снилось, что я пишу стихи и книги о людях, а по вечерам читаю их на веранде."- робко признался Лорд. "Поэзия действительно играет важную роль в жизни," - сказал Зейн. Это откровение очень умильнуло Зейна. Он почему-то почувствовал невероятно сильную близость с Лордом Гармадоном. Несколько минут они сидели молча, глядя в сгущающуюся темноту. Вдруг Лорд бросил взгляд на Зейна и приблизился к нему. "Зейн,"- прошептал он, положив руку на его плечо. Его лицо стало еще ближе к лицу Зейна так, что тот чувствовал теплое дыхание Лорда. Зейн обнял своего ночного гостя. Тот аккуратно и нежно прикоснулся своими губами к губам Зейна, словно в знак приветствия. Зейн ответил взаимностью и задержал Лорда дольше, чем следовало. Потом он нежно отстранился, посмотрел ему в глаза и быстро сказал: "Вам пора." На что Лорд ответил: "Я волен распоряжаться своим временем так, как пожелаю, а сейчас я хочу быть только с тобой" и еще раз поцеловал его в губы. Страсно прижимаясь всем телом к Зейну, он повалил повелителя льда на землю и закрыл глаза, словно собираясь с силами. "Хаа-хаа-хаа-хаа-хаа..."- засмеялся Лорд и принялся целовать Зейна все крепче и крепче, спускаясь все ниже и ниже... Зейн старался отвечать на ласки Лорда, постепенно забывая обо всем на свете. Лорд начал снимать одежду Зейна. Страсть охватила его. Зейн, прежде не сталкивавшийся с подобной близостью, все же не растерялся и подыгрывал всему, что делал Лорд Гармадон. Каждый раз, когда Лорд отпускал его, Зейн хватал его и прижимал к себе еще крепче. Руки Лорда пришли в движение. Страсть и желание охватили Зейна с новой силой, и он стал ласкать ладонями спину Лорда, теребить кончиками пальцев его волосы, шею и спускаться все ниже... Удовольствие в чистом его виде было абсоютно вновинку для Зейна. Прямо сейчас он чувствовал себя белым лабороторным кроликом, над которым ставили эксперимент. "Ах, если бы можно было жить вечно, бесконечно наслаждаясь этим... "- думал он. Зейн даже забыл, для чего он здесь, куда направлялся и как встретился с Гармадоном. Он забыл и битву с Лордом, теперь прибитый волнами наслаждения к свежей зеленой траве. Всегда такой холодный Зейн теперь таял, как ледышка в летний зной, перед силой и мужеством Лорда Гармадона. Забыв все, что не касалось момента страсти, он растворился в потоке любви и желания. Он навсегда отметит для себя, что он будет жаждать каждой новой встречи с этим "злодеем", пускай она будет стоить ему всего на свете, только бы снова испытать сладкую близость и тяжелое горячее дыхание Лорда на своей шее...