Акация, мне снова снилась акация... сломанная.

      Когда Ричи было шесть и перед ним был целый мир с миллионами дорог, он был очень весёлым и шумным ребёнком. Его мама, милая женщина в возрасте около тридцати лет, была самой милой и доброй женщиной на свете! Она часто читала ему сказки про доблестных рыцарей, которые сражаются за руку и сердце прекрасной принцессы. А ещё иногда о Боге. Сама она, была очень и очень религиозной и чуть ли не каждую минуту упоминала о Боге, что всегда забавляла маленького Ричи. С мамой всегда было весело и уютно. Ричи засыпал в её объятьях, а во сне гулял с ней по цветущему саду акаций… С папой всегда было сложно. Он был большим и вечно угрюмым, часто пропадал, а когда возвращался от него вечно несло спиртом… Мама часто плакала после этого. Ричард не знал почему, ведь ему тогда было шесть и перед ним был целый мир, пахнувший акацией, окружённый любовью матери и Богом…       Ричарду почти восемь и он уже взрослый, перед ним также много дорог, но все они заляпаны какой-то грязью, а когда-то искренне радостная улыбка сменилось фальшивой копией, но подмену никто в общем-то не заметил. Его мама была… и её больше нет. Она лежит в гробу, всё такая же красивая и милая, её веки сомкнуты будто во сне и кажется, что ещё чуть-чуть и она наконец проснётся. Рики целовал её в холодные губы в надежде, что она проснётся… У принца же получилось разбудить Белоснежку, так чем он хуже? Разве он не любит маму?.. Не сработало. Сказки лгут. Тогда Ричи стал молиться Богу, авось тот услышит и сжалится над ним, он же всё может! Он же воскресил Лазаря, чем мама хуже него… Результат тот же. Мама, его милая, красивая, любимая мама лежит в гробу и пожалуй это уже никак не исправить. Ричи ложиться спать один, ведь больше некому читать сказки. Он закрывает глаза и видит поломанные кусты, оставшиеся от сада. И пожалуй лишь раз ему снится мама, она гуляет по саду в своём любимом белом платье, рассматривая сад, увидев Ричи, она улыбается ему и говорит:       — Здравствуй, мальчик мой, как давно я ждала тебя.       — Мама… — шепчет он, бросаясь в её объять, и они такие тёплые и нежные, словно настоящие… — Ты пришла, чтобы забрать меня? Прошу скажи, что это так… — женщина не отвечает, лишь обрывисто всхлипывая, — Почему ты молчишь? — Ричи отстроняется и требовательно произносит — Мама!       — Прости меня, милый мой, хороший сыночек, я не могу забрать тебя с собой, твоё время ещё не настало. Я умерла от сердечной недостаточности, Ричи, и это уже не исправить.       — А почему я не могу умереть от неё же?       — Потому что тебе грозит другая более страшная болезнь — недостаточность сердца, но от неё люди не умирают. — женщина хочет снова обнять сына, но руки проходят сквозь него…       Ричи просыпается и плачет в подушку, кричит, сбивая маленькие кулачки в кровь, а на утро идёт к отцу. Он пьяный. Опять.       — Папа, прошу ответь, когда мы сможем наконец придать тело матери земле?       — Не сейчас. — отвечает лениво отец, смотря в почти опустевшую кружку.       — Но ты говорил так в прошлый и позопрошлый раз. Папа, чтобы Бог забрал душу мамы, мы должны похоронить её.       — Бога нет, мелкий выблялыш, а твоей мёртвой матери уже плевать на то, когда её останки будут закопаны. Эта шлюха знатно мне подгадила, когда сдохла, мало того, что мне придётся оплачивать её, так и ты тут. А а по чем мне знать, что ты мой ребёнок, нагуляла где-то, а я расхлебывай теперь.       Слова отца вызвали такое негодование в душе ребёнка, что он невыдержал и дал ему пощёчину.       — Ах ты, змееныш, ну погоди…       Первый удар приходится под дых, потом в нос, а потом… Неважно.       Маму хоронят в следующую субботу. Ричарду почти восемь и он уже взрослый и перед ним лежат много дорог, только все они чёрные от пыли, его сад с акациями сломан и запрятан далеко в сердце, на его рубашке кровь, а в руках земля, которую он должен кинуть на гроб матери, теперь он не верит в сказки и вряд ли вообще во что-то верит.       Сегодня Ричи исполняется 13 и перед ним лежат тысячи дорог, только вот желание идти по ним отсутствует. У него есть пакет винишка и сигарета в окровавленных пальцах. А ещё недавно появился друг, которого зовут Эдвард, он похож на принцессу из какой-то глупой детской сказки, а ещё у него в саду растёт акация. С отцом все плохо. Вместо сказок потом, вместо Бога, разорванный лист с его рисунками. Ричи засыпает и не видит ничего. Ему тридцать и он уже давно не видит смысла жить, у него есть новый друг, у которого в силу растёт акация и пакет винишка, с сигаретами глушащими боль, кривое подобие улыбки, а ещё дороги по которым совершенно не хочется идти… Вызженная земля, это уже не мой дом.

Дорога твоя и моя, мы вместе идём.

Я не закрывал глаза, но прошу рабуди меня!

Забери из этого ада! Спаси… Спаси… Спаси меня!..