Братья

Саске всегда наливал ванную с пеной и любил торчать там часа по два. И никогда не закрывал дверь - ни от кого. Кроме него в квартире жил только старший брат. - Звонят, - приоткрыв дверь ванной, предупредил Итачи. Младший брат кивнул и приподнялся, чтобы сесть, забрал телефонную трубку. - Только в воду не урони, если не хочешь погибнуть глупой смертью. Саске кивнул, дождался, когда брат выйдет, чтобы отозваться в динамик трубки: - Да? - Ты что, в ванной? - спросил подозрительно голос Наруто. - Да. - Голый? - А как еще я должен принимать ванну? - Саске подпер щеку рукой, поставив локоть на бортик. Что связывало его с Наруто? Очень просто - отношения. Они встречались уже седьмой месяц, естественно стараясь такую небогоугодную связь не афишировать. - И брат может в любой момент зайти... Погоди, он ведь и зашел! Он видел тебя голым! - надрывалась трубка. - И что с того? Он давно видел меня голым. Он мне, если на то пошло, в детстве подгузники менял. Он мыл меня, когда я еще маленьким был. - Мыл? Везде мыл?! - Узумаки, давай ты умеришь свои эротические фантазии с участием меня и моего брата, пока я еще могу списать это на шутку и не собираюсь набить тебе рожу. - Я... Бля, Саске, я так не могу. Он же тебя голым видел. - Он мой брат, Наруто. Это... другое. Наруто был единственным ребенком в семье. Он этого никогда бы не понял, потому что невозможно объяснить вещи, которые надо просто чувствовать. Братья рано остались без родителей. Саске тогда было всего восемь, и Итачи лучше любых дяди или тети, заменил младшему понятие семьи, впитав его в себя. К нему можно было обратиться за советом, он посещал все родительские собрания в школе младшего брата, старался окружить его заботой, обеспечить всем необходимым, сделать так, чтобы Саске не чувствовал себя одиноко от отсутствия родителей. И все же Итачи был братом. К нему можно было прийти среди ночи, забраться под одеяло, сказав, что холодно, или приснился плохой сон, или что фильм был слишком реалистичным, и теперь страшно спать одному, или просто заснуть на его кровати, зачитавшись - и это не значило ровным счетом ничего. Саске понимал, что с Наруто - отношения, с Итачи - то, что принято называть братскими узами, нечто более сложное, потому что любимый человек бывает в жизни у всех, а брата или сестру не каждому жизнь подарила. Но Узумаки не понимал. - Вы спите в одной кровати? - Нет, - Саске, сидя в его компьютерном кресле, листал найденную на столе мангу. Ему хотелось знать, чем живет любимый человек в его отсутствии. - Ты же был у меня. У нас даже комнаты разные. - Но ты никогда от него не запираешься? - Если нет необходимости. - То есть, он может придти домой пьяный, ввалиться в твою комнату и... - Наруто выглядел так, будто описывал уже случавшиеся события. - Нет, - Саске захлопнул мангу и посмотрел на Узумаки, как ему показалось, достаточно выразительно. - Ты говорил, у него нет девушки. - Его дело. - Вдруг он тоже гей? Вдруг семейное? - Не мне его судить. - Я имею в виду - вдруг у него тоже виды на твою задницу? Она, между прочим, очень даже ничего. Саске прибавил во взгляд выразительности. - Я бы заметил, имей он виды... Узумаки, опомнись. Хотеть своего брата все равно что... хотеть своего брата! Это... кощунство. Я не знаю, как тебе объяснить, но мерзость редкостная, уж поверь мне. Уверен, он думает так же. - Но подглядывают же братья за своими сестрами. - Наруто, хватит! У тебя ни брата, ни сестры никогда не было, так что не нужно говорить о вещах, в которых ничего не понимаешь. Он мне семью заменил. Уверен, я ему тоже... Я не знаю, как это объяснить, но я рос у него на глазах. Он мне еще памперсы менял. - Вот именно. У вас с братом больше общего, чем у нас с тобой. - Наруто... Не умеешь слушать - я скажу в первый и последний раз: еще одна претензия к моему брату, и я перестаю с тобой общаться. Вообще. Саске никогда не допускал подобных мыслей. Когда он вспоминал детство, ему казалось, что даже мама не была к нему ближе, чем брат. Итачи играл с ним, читал ему сказки, водил за руку в первый класс; а после смерти родителей и вовсе взял на себя всю заботу, пытаясь сделать невозможное - заменить Саске всю семью: готовил, ходил с ним выбирать одежду, слушал жалобы на школу, на людей и их обилие в мире. Невозможно было при всем этом втихую хотеть младшего брата. Саске был уверен, что заметил бы. Он думал: Наруто растет один, его воспитывает опекун, родителей он потерял еще в детстве. Ему непонятно, что значит любить, как члена семьи. Брат есть брат. Саске любил его, считал красивым, но спать с ним - кощунство. Да и Итачи горшок за ним в детстве выносил, какое уж тут желание? - Может, поиграем? - предложил Наруто, ненавязчиво подталкивая Саске к кровати. Тот опустился на колени, позволил пальцам любимого забраться под рубашку; сам Узумаки прижимался к его спине, покусывая изгиб шеи. - Поиграем? - несколько прифигел Учиха. - Тебе лет сколько, чтобы играть?.. - Я имею в виду постельные игры... Твоего брата ведь до вечера не будет?.. - Наруто продолжал поглаживать его живот, иногда поднимаясь выше. - Пф. Я отказываюсь быть медсестрой или горничной. - Если бы мне нужна была медсестра - нашел бы девушку. В чулках ты во мне будешь только смех вызывать, - Узумаки уже расстегивал пуговицы его школьной рубашки. - Тогда что? - Братьев. Хочу быть твоим старшим братиком. - Что?! Нет! - расслабившийся уже было от ласковых прикосновений, Саске тут же попытался спихнуть Наруто с себя. - Я же сказал - еще одна шутка на эту тему и!.. - Саске... Саске, я серьезно. Я хочу тоже стать для тебя чем-то настолько особенным. Представить что знал тебя всю жизнь. Что с детства тебя хотел... Что мы живем одни в доме без родителей, и ночами ты приходишь ко мне, забираешься под одеяло и застенчиво просишь сделать это с тобой, боясь своих же желаний! - Так бы и сказал, что это твои эротические желания... - успокоился Саске, позволяя положить себя животом на кровать. - Ты можешь называть меня Нии-сан... - А ты собираешься представлять себя Итачи? - Нет, - Наруто, воодушевленный покорностью любимого, расстегивал пуговицы своей рубашки. - Зачем? Я просто буду представлять, что я и есть твой брат, и что так было всегда. - Хорошо... попробуем, - согласился Саске. Обращаться к Наруто как с старшему брату получалось ровно до того момента, как он полез к Учихе в трусы, после чего тот захлебнулся на таком простейшем сочетании букв. - Нет, нет, - Саске попытался отстраниться. - Не могу. Ты, может, нас и видишь, а я... у меня есть уже человек, которого я так называю, и я с ним не сплю... Я не могу, извини. Выбери другую фантазию... Сантехника, маньяка-насильника, лифтера, в конце концов я даже папой тебя называть могу. Или мамой. Но не "нии-сан". Это слово... не тебе принадлежит. Наруто облизнул пересохшие губы, перевел дыхание. - По крайней мере, я могу быть спокоен, что с твоей стороны тяги нет... А брат? В Итачи ты уверен? Что он однажды не воспользуется тем, что вы дома одни, что бежать некуда и никто не услышит? - Уверен. Это мой брат, и я знаю, о чем говорю. Глядя на сосредоточенно читающего на диване в гостиной брата, Саске понимал, что не может ошибаться. Итачи - брат. Итачи - семья. Ближе никого уже не будет. Сколько бы лет ни было Саске - он может прийти и пожаловаться на кошмары или неудачи в жизни. Брат для него - опора. Тот, кто никогда не предаст этого доверия. Это было неосязаемым. Это невозможно было объяснить, показать или доказать. Она просто была - уверенность в этой опоре. Память о том, как только ему доверял свои слезы, сжимая в кулаках легкую футболку брата, о том, как плакал сам Итачи, гладя младшего по волосам, о том чувстве, что теперь во всем мире остались только они двое, - это было чем-то выше. Чем-то, что нельзя опошлить сексом. Саске в момент этого понимания хотелось, чтобы у Наруто тоже был брат, старший или младший - не важно. Чтобы его любимый понял... И в то же время Учиха понимал, что будет ревновать к этому доверию, к этому чувству. Потому что отношения пары хрупкие, а братские - они вечные. Заметив младшего брата, Итачи похлопал по месту на диване рядом с собой, подвинувшись. Саске приглашением воспользовался, сел рядом, положив голову на колени родственнику. Это тоже была любовь, просто другая. Выше, что ли... Не такая сильная, не вызывающая желания проводить с этим человеком каждую свободную минуту, без сводящей с ума навязчивой идеи поцеловать, коснуться, обладать этим человеком. Но все это заменяет ощущение спокойствия рядом с ним, будто в детской игре прокричал вдруг: "Я в домике!" - а мир принял это как правило. - Все в порядке? - переворачивая страницу, спросил Итачи. - Да. Я просто полежу тут немного... Разбуди, если засну. - Наруто больше не ревнует? Саске, не поднимая головы, перевел удивленный взгляд на брата, но тот продолжал спокойно читать. - Нет. Он верит. - Хорошо. - Ты не сердишься? - стараясь держать спокойный тон, спросил Саске, боясь встретиться с братом глазами. - Нет. Меня просто немного обидело, что он может так обо мне думать, - Итачи тоже выдерживал такую интонацию, будто речь шла о пропущенном завтраке. - Нет. Я о том, что Наруто... не девушка. - Я тебе не мама, Саске. Если он готов терпеть твой характер, то пусть будет хоть осьминогом. - Спасибо, - младший Учиха, наконец, смог вздохнуть с облегчением. - И пусть больше не несет такой бред... Саске чувствовал себя счастливым, потому что впервые ощутил, как понятие семьи делится не только между ними с братом. Часть этого сокровища - быть ему почти родным - отдана Наруто. И для него тоже хотелось стать чем-то большим. Его семьей.