Сундучок мелочей

...Но какой бы искусной воительницей она ни была, спокойно наплевать на целую волну Джо-лан в свою сторону оказалось непосильно. Темная энергия без труда подхватила Леоне и по инерции проломила ей стену. Жутко заболела спина. Общая слабость просто зашкалила. Кажется, болевой шок. До этого Аксель, используя фирменные методы, просто швырял ее в полет. Но вот чтобы стену и на полном ходу – никогда. «Бедный Пэйн, — подумалось совсем не к месту. — И Тилиан тоже». Зашуршали кирпичные осколки, оставшиеся от стены, намекая, что к поверженной жертве идут спокойным шагом. Легкий шлеп – кажется, оказалась задета труба водопровода, уже успело натечь. Если напрячься, слышно, как шумит выстреливающая из трубы вода. Темная фигура, потерявшая четкость из-за расфокусированных глаз, приближалась все ближе. «Надо встать!- успело пронестись в голове. — Нельзя сдаваться! Нельзя! А ну, раз-два!» Провал. Опорная рука сдалась под натиском судороги, и девушка вновь безвольно упала. Больно. Везде. Самое паршивое – что на душе тоже. Шаги слышались совсем близко. Вот – и если бы Лайнесс смогла собраться с силами, то без труда бы рассмотрела узор знакомых кроссовок. Послышался вздох: — Говорил же, что так и будет. Любимая прическа в который раз сыграла с ней злую шутку. Эх, приходили же Леоне мысли, что надо отстричь хвост к чертям, ведь у помощника Квана на них странный фетиш. Аксель не щадил, что уже привычно. Дернув девушку за волосы, а потом за шиворот, он потащил почти бессознательную Леоне куда-то в сторону. Как выяснилось – к зеркалу. Овальное. Большое такое, в массивной раме. Хоуку, наверное, бы понравилось… — Ну, посмотри, до чего ты себя довела, —раздалось у нее над ухом,— просто посмотри. Титанические усилия – лишь чтобы отрыть глаза и сфокусировать взгляд. До прекрасного гладкая поверхность отразила далеко не прекрасную картину. Она – побежденная. Безвольно повисшая в мужских руках, со слегка оттянутой назад головой. Губы приоткрыты, из уголка сорвалось две-три капли крови, прочертив на смуглой коже вишневую дорожку. Глаза смотрят в никуда, только томно (а на самом деле – болезненно) прикрыты веки. На лбу кровит случайная рана. Он – победитель. Этого не портит даже встрепанный вид и наливающийся багрянцем синяк на скуле. Грязные от налипшей пыли дорожки пота только сильнее подчеркивают его заострившиеся черты. На губах застыла кроткая, эта до тошноты довольная квановская улыбка. Лайнесс определенно точно ненавидела ее всеми фибрами души. Даже глаза, жестокие и черно-фиолетовые от концентрации Джо-лан, были куда приятнее этой перенятой привычки главного мастера. — Ты могла всего этого избежать,- Меннинг положил подбородок ей на плечо. — Просто уйти. Я позволил тебе просто уйти. Никакого ответа. Даже глазами не удалось показать горевшее в душе упрямство. — Вот и расплачиваешься сейчас,- вздох. — И охота тебе было… Каким-то чудом Лайнесс удалось ухватить, как взгляд джоланиста стал стальным и безжалостным, и успеть зажмуриться. Как раз вовремя. Рука, по-прежнему оттягивающая волосы, вдруг с максимальной силой толкнула голову девушки вперед. К ее отражению. Звон. Белая, острая вспышка боли. И зазвеневшие, падая вниз, зеркальные осколки...