Flowers

      Твою мать! Что это только что было?!

— Он ждёт тебя.

      В ушах звенит.       Опираясь на что-то твёрдое- удачное находящееся рядом- пытаешься прийти в себя. Перед глазами темно, голова кружится, и такое ощущение, что тебя сейчас вывернет наизнанку (что, собственно, почти случилось).       Не без усилий подавив накатывающую тошноту, постепенно открываешь глаза. Чёрная пелена медленно спадает, предметы начинают принимать свои очертания. И, о господи, твоему удивлению нет предела…       Лес.       Ты в лесу.       Крутишь головой не веря глазам. Пытаешься быстро определить своё местонахождение, но тщетно- на улице ночь, а ты до сих пор не отошёл от… ты даже не можешь сказать что это было. Похоже на то, что ты ощущаешь когда телепортируешься, но только в десять раз хуже.       Вдыхаешь прохладный воздух, призывая себя к здравому смыслу, если такой остался. Нет смысла в том, что бы сейчас нестись по лесу сломя голову, прокручивая в голове «Наконец-наконец-наконец…». Лучше мыслить здраво.       «Тише едешь- дальше будешь» — надеешься что ты будешь максимально далеко от… всех и всего.       Замечаешь рядом с собой куст лесных ягод. В животе урчит, и ты, не обращая внимания на колючки царапающие ладонь, собираешь все спелые- и не очень- плоды. И плевать тебе хотелось на что-то помимо еды. Ты слишком голоден (по твоим подсчётам ты не питался около двух дней, и то неточно- часов-то нет). Сидишь на земле и просто наслаждаешься сладостью ягод. Боже, как же давно ты не ел чего-то вкусного. Нет. Ты в принципе мало ел, от чего по твоему телу можно изучать строение скелета. Вспоминаешь о своей старой «версии», мысленно сравнивая её с нынешней, и печально вздыхаешь. Сейчас ты даже не уверен в том, что можешь бегать, настолько всё плохо.       Конечно, свой голод ты не утолил, это же просто ягоды, но на какое-то время насытился. Надеешься на то что позже найдёшь какую-то животину. Или Сэма и остальных. Но это как-то не желательно.       Хах.       С трудом поднимаешься с земли, параллельно отряхивая проклятый оранжевый костюм. Ты уже давным-давно понял что этот цвет тебе не нравится. Наверное.       Снова проводишь взглядом по округе, в этот раз замечая что-то белое, выделяющееся на траве. Подходишь и поднимаешь сильно пропитанные росой вещи. Твои вещи, если быть точнее.       Кажется, что ты ходил в этом только что.       На чёрных перчатках кажется остались частички запёкшейся крови. Штаны покрыты грязью и пылью. Привычный зелёный плащ, от которого веет легким запахом дыма, гари, железа и… дома.       И маска. Маска с чуть кривой улыбкой, сломанная на одну треть.       Печально вздыхаешь и отмечаешь, что нужно попробовать починить сей атрибут. Быстро переодеваешься, постоянно цепляясь рогами за края одежды- за время пребывания в тюрьме они увеличились, а ты и не заметил до этого момента. Завязываешь плащ, натягивая капюшон на лицо как можно ниже, предварительно зацепив волосы в хвост, дабы не мешались по мере пути (отрасли, как оказалось, уже ниже лопаток). Маску цепляешь на бедро, совершая махинации с ремешком. Кажется держится, поэтому ты наугад тыкаешь в одну из сторон и направляешься туда.       На улице темно, хоть глаз выколи. Пару раз налетаешь на деревья и запинаешься о корни, после чего тебе это осточертело. Найти палку не было проблемой, ты же в лесу. На твоё счастье твои карманы не выворачивали, оставив всю мелочь внутри: спички, пара бинтов и три монеты (почему-то думал что золото себе присвоит Томми или кто-то ещё).       Огонь вспыхнул освещая округу. С непривычки щуришься, отворачивая голову в сторону. Надеешься что твой факел никто не заметил, или хотя бы не станет проверять кого там понесло в лес ночью. Очень надеешься.       Идти стало в несколько раз легче, и поэтому, спустя час, ты находишь на коре одного из деревьев пометку. Твою пометку. Ты оставлял такие, понятные только тебе и ещё двум парням, в каждом лесу. Для остальных это просто чёрточка, а для вас была целая карта. В войне это было очень полезно.       Мотнул головой, от чего чуть не врезался в дерево, вовремя выставляя правую руку вперёд и отставляя другую, держащую факел назад. Обречённо простонав куда-то в воротник, поднимаешь голову вверх. Кажется светлеет. Возможно скоро тебя схватятся, поэтому пора перестать обниматься с деревом и постараться свалить от ненавистного места ещё дальше.       По «карте» доходишь до небольшого дома, что найти просто так нереально. Выглядел он, конечно, несколько мрачно. На окнах трещины, куча травы возле и на самом доме. А главное- тихо. Мёртвая тишина. Даже листья не шелестят и птицы не щебечут — как бы слащаво это не звучало.       Пробираешься сквозь заросли, замечая в нескольких местах сожжённые участки травы. Знакомый след. Ты знаешь кто это оставил.       Дверь отворяется с противным скрипом, режущим уши, от чего те непроизвольно дёргаются. В воздухе летает пыль, веет холодом и никак не былым уютом. Проходишь внутрь. Твои шаги кажутся слишком тяжёлыми, слишком громкими и поэтому ты стараешься ступать как можно тише, что получается с трудом, ведь ты случайно пинаешь какую-то коробку. Раздражительный «Тц» вырывается непроизвольно.       Проходишь в первую комнату, находящуюся слева. Небольшая гостиная. Мебели немного, но выглядит по домашнему. Миниатюрный диван, пара кресел, камин и стеллаж с книгами (половина которых куда-то пропала). Самодельным факелом освещаешь полки, надеясь найти что-то стоящее. Опасно, но что поделать? Здесь всегда было светло, а сейчас окна зашторены чёрными кусками ткани.       Твоё внимание привлекает красно-оранжевая вещица, лежащая на второй полке сверху. Берёшь в руки, предварительно сдунув пыль.       На душе неприятно.       Столькое изменилось, не верится.       Крутишь в руках браслет идентичный твоему, болтающимся на худом запястье левой руки. Правда твой выполнен из двух оттенков зеленого, но техника плетения одинаковая. Найденный браслет покрыт чем-то чёрным с одной стороны, позже ты понимаешь что это отпечатки неудачного сожжения, возможно даже в руках держащего. Осматриваешь полку на наличие второго, но приятно удивляешься не найдя его не на полке, не в комнате. Браслет погружается в карман штанов, а свет от факела падает в коридор.       Дальше идёт кухня с круглым столом, четырьмя стульями из тёмного дерева и рабочая поверхность с множеством ящиков и шкафов. По очереди открываешь каждый, натыкаясь на несъеденную еду. Много еды. Жаль явно пропавшую, а то можно было-бы наконец-то поесть, ведь ягоды… ну камон, ты не ел больше двух дней в принципе. Естественно ты хочешь наесться до отвалу.       В одном из ящиков находишь кинжал с гравировкой. Ничуть не удивляешься, ведь идея была твоя- распихать оружие во все углы этого дома, дабы всегда быть готовым к защите. Друзья в шутку называли параноиком, но просьбу выполнили. На удивление, ты до сих пор помнишь все места с предметами мгновенного отпора.       Окинув взглядом комнату ещё раз, удостоверяясь что ни оружия, ни провизии, ни браслета нет, покидаешь её, сразу заворачивая в спальню.       Большой шкаф, комод, зеркало в полный рост, также зашторенное окно. Три кровати.       Слишком громко вздыхаешь, закрывая глаза и мысленно считая до десяти.       Они не нуждаются в тебе. Ты не нуждаешься в них. Ваши дороги разошлись. Всё.       Открываешь потемневшие за заключение изумруды и быстро оглядываешь мебель.       Подходишь к кровати у окна. Твоя. На удивление помятая (ты помнишь, что заправлял её перед уходом) и в пыли меньше остальных. Во всяком случае, на первый взгляд.       Пошарил рукой под кроватью. Пальцами наткнулся на деревянную рукоять и поспешил достать из-под кровати найденную вещицу. Вместе с пылью и грязью ты вытягиваешь свой топор, лезвие которого замотано серой материей. Просто замечательная находка! Ты был уверен что не найдёшь его там, но сегодня удача явно на твоей стороне.       В тумбочке рядом лежит зажигалка, аптечка, жемчуг края и пара книг, на ней- лампа и ваза с засохшими цветами. Уже сильно осыпались, но ты точно можешь сказать что эти разноцветные цветы- гербера, которую тебе поставил улыбающийся друг, надеясь на поднятие твоего настроения, что в тот момент было не очень.

— Они поднимают настроение. А то ты ходишь хмурее грозовой тучи, мы волнуемся.

      Чёрт.       Кладёшь нужные вещи на постель, продолжая поиски полезных ресурсов.       Под кроватью у шкафа нашёл чёрно-белую сумку, сразу забившуюся найденными боеприпасами в виде динамита и парой фейерверков всё из-под той-же мебели. В самом шкафу ты не нашёл ничего кроме одежды и коробок, содержимое которых не было чем-то полезным в данный момент.       В углу комнаты стояла ещё одна кровать, и ты, пересилив себя, подошёл к ней. Ничего полезного ты, на твой взгляд, не нашёл. Хотя может ты просто не заметил, ведь просматривал ящики буквально секунду, после чего захлопывал их, непроизвольно жмурясь.       Тяжело.       Очень тяжело.       Просто стараешься покинуть комнату как можно быстрее, чуть не забыв найденные вещи. Поспешно открываешь дверь в подвал, спускаясь по влажным ступеням. Воздух становится сырее, холоднее. Оступаешься почти внизу, но вовремя опираешься о стену, находя в ней верную опору.       Кожа покрывается мурашками, и на какое-то время это отрезвляет тебя, напоминая о желанном быстром ретировании из страны. Хмуришься, мысленно коря за то, что дал себе непозволительно сильно расслабиться.       В подвале ничего не изменилось, впрочем, как и в самом доме, за исключением гробовой тишины и тонны пыли.       Вдоль стены, ровным рядом стоят и висят подписанные сундуки.       «Еда» ничего не дала кроме прогнившего мяса и овощей.       «Ресурсы» набили твою сумку кучей слитков золота, железа и семью алмазами (странно что ни один, ни другой бывший житель этого дома не забрал хотя бы ресурсы).       «Оружие/Доспехи» — достаешь менее потрёпанный железный нагрудник, такие же наплечники и поножи. С непривычки ты еле передвигаешься и уже начинаешь жалеть о желании обезопасить себя и поэтому решаешь нагрудник пока что не надевать для более легкого передвижения, с немалым усилием запихивая тот в сумку.       Итак, что тебе удалось найти.       Неплохой набор брони. Из оружия: свой любимый топор, кинжал, меч откопанный в тонне хлама сундуков. Бинты, травы и мази, что скорее всего уже просрочены, но тебе как-то всё равно. А также множество полезных ресурсов для необходимого отпора или капитуляции и складная удочка, которой ты собираешься вскоре воспользоваться.       Больше чем неплохо.       Проходишь по коридору, неосознанно заглядывая в каждую комнату, словно надеясь что-то (или кого-то) увидеть.       Покидаешь дом, захлопывая за собой дверь, и направляешься по карте, найденной на складе в сторону границы. Подавляешь резкое желание оглянуться на столь родной домик и сворачиваешь бумагу, укладывая её в сумку что висит у тебя через плечо. Ты всегда поражался данной вещице, ведь придумать столь практичный предмет было просто гениальным. Представил что было бы с тобой, неси ты всё что нашёл в обычной сумке, и был готов начинать молиться на этого человека.       Спустя два часа путешествия ты решаешь сделать небольшой привал. Еле стоишь и поэтому буквально плюхаешься на траву, опираясь спиной о дерево. На часах (также найденных на складе) полшестого утра. Небо постепенно окрашивается в персиковый, и ты наблюдаешь за этим не редким явлением так, словно не видел его очень давно. Хотя стоп. Ты ведь действительно давно не видел ни небо, ни природу, ни доброжелательные улыбки людей. Всё что ты видел там- душная коробка, лава и ненависть смешанная с неприязнью со стороны редких посетителей.       Упираешься затылком в ствол и закрываешь глаза. Вытягиваешь ноги, отчего в тишине утра раздаётся позвякивание пластин железа.       Устал.       С плеча скидываешь сумку (случайно чуть не сорвал наплечник). С стоном встаёшь на ноги и идёшь собирать хворост. Нужные палки нашлись быстро и ты, голодный, уставший, но в какой-то степени довольный разводишь костёр, на котором обжариваешь рыбу, пойманную в речушке по дороге.       Сидишь возле огня, вдыхая манящий запах почти готового блюда, и понимаешь, что сейчас готов убить любого, кто попытается забрать твой, представим, завтрак. Осталось подождать пару минут, за которые ты решаешь отвести взгляд от рыбы и оглядеться кругом.       Оу.       Много грибов. Чертовски много. Особенно мухоморов.

— Хочешь кое-что увидеть?

      Проводишь рукой по волосам, сбрасывая капюшон, и срезаешь близрастущие белые. И почему ты сразу не заметил?       Ополаскиваешь водой из стеклянного бутылька и отправляешь жарится рядом с рыбой. Солнце почти встало, но на улице теплее не становится. Да и вряд ли станет. Как ты заметил по желтеющим и постепенно опадающим листьям- на улице примерно середина первого месяца осени. Не очень радует, ведь одежда идеально не греет, а идти тебе долго и далеко. Жалеешь что не поискал чего потеплее в шкафу или в подвале. Может быть повезло бы.       А-ля завтрак был прекрасным. Ну, либо тебе показалось, либо тебе показалось. Во всяком случае- еда богов была съедена тобой, почти богом, в лесу под деревом, в бегах от жителей Ламанбурга. Если он, конечно, всё ещё так называется. А то ты немного пропустил изменения.       Смеёшься над своей же, достаточно ироничной шуткой, поспешно убирая остатки трапезы, но был вынужден забросить эту идею, когда услышал всхлипы, заставившие напрячься тебя всем телом. Сейчас ты похож на один натянутый нерв. Дёрни- ты не постесняешься отрубить голову.       Хватаешь в руки верный топор, размотанный ещё в доме. Стараешься прислушаться по максимуму- благо слух у тебя чуткий- и определяешься сторону исходящих звуков. предчувствие говорит уходить пока не заметили, а что-то внутри тянет туда, словно тебе нужно туда позарез (смахиваешь на то, что это может быть какой-то несчастный, смерть которого станет в несколько раз легче благодаря тебе).       Сумка оказалась на плече, рукоять топора перехвачена получше. Хорошо, вот и новые приключения. «Конечно, в тюрьме не насиделся, хочется больше» упрекаешь себя, но шаг не сбавляешь, продолжая идти в нужную сторону.       По мере приближения местность менялась.       Лес становился темнее. Количество растений, цветов и грибов увеличивалось. Появлялись шипастые заросли, возможно, шиповника.       Хмуришься. Тебе кажется всё это немного знакомым, давно забытым. Поправляешь съезжающий капюшон, вслушиваясь. Всхлипы редкие, максимально заглушённые.       Громче.       Громче.       Здесь.       За деревьями виднеется совсем небольшая поляна, посередине которого бело-красно-коричневое пятно и каменная глыба. Проходя мимо очередного колючего куста царапаешь щёку и лоб, но это ничто по сравнению с тем, что с тобой было после приходов Квакити.       Хватаешь топор крепче и выходишь на поляну.       Подходя ближе, различаешь в «глыбе» то ли статую, то ли монумент, а пятно принимает очертания лежащего тела.       Шаг. Звяк. Шаг. Звяк.       Разучился ты ходить тихо.       Удивляешься тому, что лежащий ещё не услышал тебя, с твоим-то стелсом.       С каждым шагом сердце начинает биться чаще, а ты пытаешься отрицать происходящее сейчас.       Пусть это не будет просто сон.       Каштановые волосы, что отросли с их последней встречи. Острые ушки кажется всё также украшены парой серёжек. В волосах и на одежде мухоморы, и ты не можешь сказать, пришиты они или действительно растут на теле парня. Красный, на вид мягкий и тёплый плащ накинут сверху, заменяя нужное, скорее всего, одеяло. Рядом с брюнетом лежат любимые очки с цепочкой и что-то похожее на всё тот же мухомор (предполагаешь что это шляпа).       Ты садишься рядом и медленно протягиваешь руку к плечу, аккуратно переворачивая парня на спину.       Разрывает изнутри от противоречивости собственных чувств.       С глаз и по левой щеке тянутся дорожки слёз. Брови нахмурены, а пальцы сжимают плащ до побеления костяшек. Замечаешь на левой кисти браслет. Тот-самый, который ты искал в доме. Что-то тёплое разлилось по телу.       — И где же ты так долго бродил?       Голос появившийся из неоткуда заставил перестать выбирать листья из кудрявых волос и вскочить на ноги. Ты встаёшь в стойку и выставляешь своё оружие вперёд.       — Кто?       Отвечаешь ответом на ответ, не отходя от тела в ногах.       — Невежливо. Я первый задал вопрос.       Слышишь шуршание ткани и какой-то звон режущий уши.       Поворачиваешься на сто восемьдесят и немного удивляешься.       Перед тобой стоит некто, похожий на тебя, но только… в более божественном виде, что ли?       — Я тебя вытащил от туда не для того, чтобы ты мне задавал глупые вопросы, а для того, чтобы помог ему.       Голова незнакомца в маске с крестом на ней качается в сторону дрожащего Джорджа.       — Что с ним?       Твой голос стал тише и теперь похож на предупреждающее рычание.       — Ничего — парень пожимает плечами, отрицательно мотая головой — Он просто спит. Кошмары. У него это постоянно… — блондин смотрит в твою сторону, и тебе кажется что тебя прошибло ударом тока — …после твоего ухода.       Брюнет дёрнулся, жмурясь во сне. Слёзы полились сильнее.       — Он скоро проснётся. Надеюсь в этот раз ты его не оставишь. Он ждал тебя.       Некто просто исчезает на твоих глазах, а в голове словно каша варится. Нет, ты всё прекрасно понимаешь, но как-то тяжело это осознавать, что-ли? Хоть «Бог» и сказал что у брюнета просто плохой- ужасный- сон, связанные с тобой, почему то даже это кажется слишком.       Джордж переворачивается на правый бок и постепенно открывает глаза. Пальцами он перебирает листья рядом растущих цветов (ты даже не заметил как их тут много, и что растут тут только одни азалии) и не замечает тебя. Ты садишься на колени рядом, и брюнет медленно переводит взгляд на тебя.       — Сон во сне? Очень смешно Икс Ди.       Голос парня тихий, с хрипотцой после сна, но всё такой же приятный как и раньше.       — Но это не сон. Это я.       Ты внимательно смотришь в осунувшееся лицо парня, что печально улыбается, словно вот-вот заплачет снова.       — Знаешь сколько раз я это слышал? Триста сорок семь. И ведь каждый раз ведусь.       Грустно усмехается и ложится на спину, протирая лицо ладонями, убирая влажные дорожки.       У тебя перехватывает дыхание и ты с шоком смотришь на брюнета. Нет, не может быть чтобы его столько раз обманывали. Сбрасываешь капюшон, наплевав на всех возможных людей, приходящих сюда. Берёшь руки Джорджа в свои (всё такие же маленькие, по сравнению с твоими) и подносишь их к щекам, бережно укладывая.       — Я реальный — делаешь чёткий акцент на этих словах — Я покинул тюрьму около шести часов назад и помог мне какой-то парень-бог копия меня. Я посетил наш домик в чаще лесу и нашёл браслет Сапнапа. Я хотел покинуть страну, но услышал твои всхлипы, и моя задница захотела найти себе ещё пару приключений, за что сейчас я её благодарю.       Гетерохромные глаза с неким напряжением изучали изумруды напротив, после чего спустились на щёки, и подушечки пальцев прошлись по одному из многих шрамов. Джордж повернул голову в сторону, смотря куда-то в цветы, но руки не убирал, а наоборот- продолжал оглаживать родинки и шрамы круговыми движениями (ты с чистой совестью признаешь, что это чертовски сильно расслабляет).       — И где же тогда Икс Ди? — брюнет возвращает голову в прежнее положение, смеряя тебя скептическим взглядом с каплей надежды на дне.       — Если ты о том подозрительно похожем на меня парне с крестом на маке, то он просто исчез когда я пришёл.       Пожимаешь плечами, растягивая губы в улыбке. Ты просто надеешься что не разучился улыбаться.       Парень напротив принимает вертикальное положение, от чего серьги качнулись из стороны в сторону. Убирает руки от твоего лица, но всё ещё не отпускает, водя подушечками по ладоням. Разные глаза, завораживающие своим видом, теперь горят чистой надеждой, без каких-либо примесей.       — Правда ты?       Ты максимально нежно касаешься губами холодного носа брюнета и улыбаешься.       — Правда я.