Константа Роджерса

Он влетел в окно около одиннадцати часов вечера - бог знает, что там случилось и почему так поздно, но влетел он не через дверь, а через стекло, наплевав, что оно пуленепробиваемое. Впрочем, пробил он его и не пулями, а какой-то мудреной мини-ракетой - или что там у Старка за тузы в рукаве. Заканчивался День Памяти, что было, в какой-то степени, символично. Ник сегодня отстоял порядка четырех поминальных месс и посетил речь Президента. Он рассчитывал провести вечер, тихо поминая за бутылкой коньяка собственных павших друзей, а таких было немало. Даже успел снять повязку. Когда раздался этот взрывоподобный звук. Старк выглядел испуганным, что уже само по себе наводило на нехорошие мысли. Он держал в руках МАРКа уютно домашнего (!) Роджерса без единой царапины (!!), который сжимался в комок и едва не кричал от боли (!!!) - В медицинский отсек неси! - гаркнул Ник, показывая дорогу, - Что с ним? *** Сканеры жужжали и шуршали, в напряженной тишине раздавались только слабые стоны Роджерса, измученного и мокрого, как мышь. Старк, отпихнув ногой под стол кейс с костюмом, молчал, руки у него ходили ходуном. - Ты что-то знаешь. Ведь так? - угрожающе спросил Ник. - Джарвис сканировал его раньше, - отозвался бледными губами Тони, - Причина в плоде. - Что?! - выдавил из себя Фьюри шепотом. Вздрогнувший Старк потерянно взглянул на него. - Плоду полторы недели. Директор ЩИТа приоткрыл рот и тут же закрыл, уцелевший глаз сверкал. Он зашипел: - Каким, мать твою, образом, Старк?! И почему я узнаю только теперь?! - Я бы и сам не знал, если бы не Локи! - взорвался Тони. - Еще и Локи в этом замешан?! - Нет, он просто… приснился мне и сказал, что у меня родится сын. Что-то про могущество, про то, что сам научит его чему-то… Мать назвать отказался, - огрызнулся гений, - Я тихо просканировал Стива, слегка поменялся гормональный фон, но честное слово, я не ожидал, что… Он зябко поежился и беспомощно взглянул на затихшего Капитана, которому вкололи лошадиную дозу обезболивающего. - Сэр, - позвал Фьюри один из докторов, - Это инородное тело, оно прикреплено к стенке тощей кишки. Требуется хирургическое удаление. Старк дернулся: - Нет! То есть… - он замолчал и взглянул на Ника, ожидая чего-то. Доктор недоуменно посмотрел на миллионера, Фьюри провел по лицу ладонью, будто снимая паутину. - Ультразвук еще раз. Покажите мне плод, - и, обращаясь к Тони, - Мало того, что я пожалел, что позвал тебя в команду, так ты еще и одного из лучших ее членов… оприходовал! Я даже не хочу знать, с каких пор вы… Но как ЭТО вообще возможно?! - Мы не имеем полных сведений о проекте «Суперсолдат», - виновато пояснил Старк, - Нужно поднять документацию. - Ладно, - зло процедил Фьюри. - Но с Роджерсом разговаривать будешь сам! Тони с ужасом и сочувствием посмотрел на измученного Стива на кушетке. Если быть честным, он почти забыл о странном сне и странных результатах. Море по колено, новые проекты, и «я справлюсь, когда потребуется». «Если потребуется», - вот так. Слишком быстро. *** В ежесекундно меняющемся мире остается мало констант, и тем важнее их присутствие. Большие константы, малые константы и даже константы совсем крохотные. Одной из этих констант было то, что мужчинам семьи Старк крайне не рекомендуется становиться родителями. Из них получаются плохие отцы. Однако, будто по иронии, дети всегда рождались здоровыми и наделенным незаурядным умом. Предки Старков слыли ужасными интриганами и жадинами, за что и были высланы в свое время в Америку. Прадедушка Тони вырос из маленького дельца в крупного торговца, отец был умнейшим ученым и основал на эти деньги крупнейшую фирму по производству оружия и прочей техники, Тони уже родился гением - своеобразный пик развития семьи. Дальше, казалось бы, уже некуда. И Тони старался не задумываться, а кем мог быть его сын. Парная константа. Мужчины семьи Роджерс - прекрасные отцы, и это проверено поколениями, несмотря на то, что этих поколений никто не считал, а семейных легенд не существовало и в помине. По великой иронии, если в семье рождались мальчики, то что-нибудь с ними непременно было не так. Дядя дедушки Стива болел раком. Дедушка Стива был астматиком. Сам Стив старался не задумываться о ребенке - во-первых, для начала надо было задуматься о женщине, что само по себе Роджерса напрягало. Во-вторых, Бог знает, какие патологии для ребенка несет за собой сыворотка - никто ведь не проверял, может, Стив вообще бесплоден. Ну и в-третьих, в самых тайных уголках разума Стив боялся, что ребенок унаследует истинные гены - физическая слабость, склонность ко всевозможным заболеваниям, кто знает, что еще. Все менялось, но константы придавали миру хоть немного стабильности. *** Кушетка была какая-то слишком белая, и футболка на нем - слишком белая, и сам Стив был - слишком белый, а руки у него - слишком горячие. - Все плохо, да? - спросил он хрипло, едва-едва сжимая пальцы на руке Старка, - Что это, Тони? Мне сказали, ты объяснишь. Какой-то твой эксперимент? - Эксперимент? - переспросил гений и нервно усмехнулся, - Нет. Я сам бы не узнал, если б не… Стив, это не… Это не «инородное тело». Это плод, в смысле, ребенок. - Такого не может быть, - тихо, но уверенно проговорил Роджерс, - Я же мужчина. - Ты суперсолдат, и, видимо… - Тони нахмурился и взъерошил волосы, - Видимо, какая-то часть проекта была направлена на самовоспроизведение в условиях отсутствия женщин или что-то в этом роде… Про клонирование тогда не знали. Черт! - он уткнулся в ладонь Роджерса, - Я ведь мог спохватиться раньше! Тогда бы… Но я даже не подумал, что может дойти до… На лицо Стива было страшно смотреть. Он тяжело приподнялся, его трясло. Глаза смотрели испуганно и малоосмысленно. Потом была истерика. Нормальная такая истерика с криками и попытками набить морду. Только обезболивающее из-за ускоренного метаболизма действовало быстро и недолго, поэтому на третьем шаге Стив свалился, сжавшись в комок, и Тони, пыхтя и бормоча что-то успокаивающее, тащил его обратно к столу, используя часть МАРКа. После второй дозы обезболивающего Стив раскачивался взад-вперед, бормоча то «Я не могу, я мужчина, я Капитан Америка, я еще не готов, я совсем не готов…», то «Это же ребенок, это же живой человек, это же мой ребенок, это же ребенок Тони, это же наш общий, это же чудо…» Старк с Фьюри, нависнув над доктором ЩИТа, вычисляли вероятность найти суррогатную мать за такой короткий срок. Подобие яйцеклетки было выработано организмом Стивена, неизвестно, какие «сюрпризы» она несет в себе, возможно, организм и подготовлен к репродуктивной функции, особенно при медикаментозной поддержке и гормональной терапии… А потом Стив, будто ступая на эшафот, сказал: - Я выношу его сам, - и неуверенно улыбнулся Тони. Стало страшно. *** Видимо, здоровье у Энтони Старка все-таки было хорошее, несмотря на все его эксперименты и загулы. Как иначе объяснить то, что какой-то сперматозоид все-таки выжил в условиях толстой кишки, более того, добрался до тощей? Другая микрофлора? Чудо? Гений Старка склонялся ко второму, наплевав на то, что он гений. Часть проекта «Суперсолдат» сохранилась. Очень малая часть, больше похожая на заметки Эрскина, содержащие хреновое с точки зрения Старка и морали (ну хоть где-то эти двое сходились во мнении) предположение о том, что в условиях войны требуется ускоренное воспроизведение человеческих ресурсов, генетически удачных и здоровых, в лабораторных условиях в максимально краткие сроки. А потом были эти слова, мелькавшие перед глазами цветными бликами: «единственный яичник», «выработка подобия яйцеклетки раз в полгода», «самоутилизация через кишечник», «при должной медикаментозной поддержке» и самое страшное - «на стадии разработки». Проект был не готов. Эрскин действовал на свой страх и риск. А клетка спокойно и безболезненно вырабатывалась каждые полгода и выходила через кишечник в течение пяти дней, и никто о ней не знал. Пока где-то в тощей кишке она совершенно естественным путем, а вовсе не так, как планировалось, не встретила чудом выживший сперматозоид. К стенке кишки прикрепилась маленькая зигота, высасывая из среды все, что ей было нужно для ускоренного развития в течение примерно полутора недель. Пока Старк возился с благотворительностью, а Стив помогал ему в этом, у Капитана понизился иммунитет, а зигота за полторы недели вместо четырех успела стать эмбрионом. Дискомфорт перешел в боли, и однажды Стива свернуло так, что даже природное упрямство не смогло это скрыть, и после сканирования Джарвис озвучил причину. У Тони земля ушла из-под ног. За несколько минут, собрав МАРК прямо на себе, Старк доставил Роджерса в ЩИТ. *** - Тони, расскажи мне, что со Стивом. Прошу тебя. Пеппер стояла на пороге кабинета, рыжая, решительная, настойчивая, ухитряющаяся беспокоиться и злиться одновременно. - Почему ты решила, что с ним что-то случилось? Миссия ЩИТа, - отозвался он, пробегая глазами отчеты от отдела разработки «Старк-Индастриз», они всегда были интереснее прочих. Поттс фыркнула, крайне иронично и очень содержательно. - Не вешай мне лапшу на уши, Энтони Старк. Так неистово ты не занимался документацией со времен передачи тебе прав на компанию. Ты заявил, что кабинет в Башне тебе не нужен. - Неделями над ней здесь просиживал, ну да ты этого не помнишь, - проворчал Тони. Пеппер покачала головой. - Что случилось? На тебе лица нет. - Все со мной в порядке. - Тони! - Пеппер! - Тони… Пожалуйста. Старк на секунду зажмурился и, поборовшись с собой несколько мгновений, уронил голову на руки. Ударил по столу. Еще раз. Еще. Поттс ждала. Минуту. Три. - У меня, возможно, будет сын, - признался он с недоумением. Вирджиния ахнула. - Но от кого? Тони зло рассмеялся. - От Стива, Пепс, от Стива. - Как это возможно? - тихо проговорила она. - Чудо! - он раздраженно взмахнул ладонью, - И проект «Суперсолдат». Сюрприз! Поттс осторожно подошла и обняла его за плечи, уткнувшись в макушку. - Не волнуйся за него. Эрскин наверняка знал, что делал. С ними обоими все будет хорошо. - Ага, - глупо ответил Старк, - Ты бы его видела… Он напуган не меньше меня и… Сказал, что будет донашивать! Операция! Беспрецедентная! - он больно вцепился ей в руку, но она даже не поморщилась. - Они же что-то придумали? Нашли специалиста? - У них руки секретностью связаны, - тихо ответил Тони, - Ты же понимаешь. - Когда операция? - она погладила Старка по вихрастой голове, прижимая к себе. - Сегодня. Все еще идет, - отозвался он безнадежно, - Я надеюсь, что в случае чего регенерация... Они пересадят его к печени, говорят, она восстановится… - Я принесу тебе выпить. В первый раз после смерти Говарда Пеппер сама подливала виски. Тони спал, как убитый, а проснулся от звонка из ЩИТа в половине шестого. Операция прошла, но Стив не приходил в себя. *** Это потом уже выяснилось, что некоторую часть «беременности» суперсолдату «полагалось» быть в состоянии, близком к коме: перестраивался организм, мобилизовал ресурсы, всячески способствовал медикаментозной терапии и сам справлялся с гормонами. А после трех суток отсутствия подвижек Тони готов был ненавидеть ребенка, называл его «плод» и хмурился всякий раз, когда на экране высвечивался эмбрион. Потом пропал куда-то на двое суток, вернулся с огромным фингалом на скуле, кривился, шевеля левой рукой, на все крики Пеппер о безответственности отвечал виноватым, но непреклонным взглядом. А потом засел за новые модели МАРКов так остервенело, будто каждый из них должен был спасти по целому миру. Этого ему показалось мало, и костюмы обзавелись кличками. Пока Тони пытался жить без Стива, пока эмбрион ускоренно рос, вытягивая из усиленного сывороткой и препаратами организма Роджерса соки, в правительстве назревал раскол. Когда Фьюри с тревогой прочитывал донесения Наташи из Вашингтона, когда Старк ночами сидел над заметками проекта «Суперсолдат», на стол к Президенту легло письмо от одного из сенаторов. - Мы должны удерживать ЭТО сколь угодно долго. Они хотят начать гражданскую войну! - удивленно воскликнул он. Через пару лет они попытаются. *** Стив очнулся спустя неполных две недели. Исхудал, побледнел, но глаза были ясные и невозможно голубые. Обвел нахмуренным взглядом Фьюри, лечащего доктора Роксберга, остановился на замершем Тони. С трудом улыбнулся. - С ребенком все хорошо? - спросил он, прочистив горло. Старк окаменел, молча отвернулся и вышел. Через минуту с этажа донеслись глухие звуки, будто кто-то бил ногами по стене. Безуспешно, понятное дело. - Нервный папаша, - неловко пошутил Роксберг и принялся монотонно вещать Стиву о процессах, произошедших в организме, щедро сыпля зубодробительными терминами. - Кое-кто мог бы получить Нобелевскую премию, а вместо этого работает мозгоправом, - пробормотал Фьюри, неловко похлопал Роджерса по плечу и вышел искать Старка. Тот нашелся в его, Фьюри, кабинете, насупленный, напряженный, выудивший из секретных запасов Ника не менее секретный коньяк. - А как же я? - обиженно протянул Тони. Фьюри устало выдохнул. Вот только нестабильного гения в роли папочки ему тут не хватало. Ситуация и так пованивала фарсом. Какой дурак поверит, что это возможно? У этих идиотов нет вообще ничего святого. - У него концентрация эстрадиола в крови как у бабы, - соизволил ответить Ник, - Ничего удивительного. Скоро сиськи расти станут. - Он что, ими кормить будет? - выпучил глаза Старк. Фьюри живописно передернуло. - Понятия не имею, - буркнул он, - Может, пронесет. Кто знает, что там в этой чертовой сыворотке, будь она неладна… - Может, закупить эти, как их… корма? - несколько недоуменно и брезгливо осведомился Тони. Фьюри вздернул брови и промолчал. Он не помнил, как эта детская еда называется. И вообще его дело было проследить, чтоб никто не умер. *** Три дня Тони обижался. Он бы обижался и дольше, но ему не дали. Обижаться он умел с истинным размахом: исчезал, появлялся, язвил и доводил до нервного тика радары военных. Уставшая Пеппер, которой позвонил паникующий Фьюри (избыток гормонов в организме Стива дал о себе знать громко), едва ли не за ухо притащила Тони в ЩИТ. Ради такого случая ей даже дали доступ. Старк дышал перегаром и матом, косился зло и обещал все к чертям взорвать. Роджерс орал на него около минуты за закрытыми дверями бокса, потом все затихло. Видимо, они как-то разобрались, кто тут по кому скучал и кто во всем этом виноват. Пеппер и Фьюри по такому случаю пропустили рюмашку. - Я надеюсь, больше таких истерик не будет, - безнадежно заметил Ник. - Тони ревнует к ребенку, - устало проговорила Поттс. - Ничего не понимаю в этих… отношениях, - проворчал Фьюри, - От них одни проблемы. - Это называется семья, директор, - вздохнула девушка, - И так всю жизнь. Ник с непритворным ужасом посмотрел на шуршащую между делом бумагами Пеппер. Вот прямо сейчас он получил еще один довод в пользу холостяцкого образа жизни. Но, минуточку, между делом - а чего Старку с Поттс не жилось? *** Ошибкой было бы считать, что беременность всегда объединяет пару. Ошибкой по разным причинам. Обычно, правда, действуют обстоятельство нежелательности и тяжесть быта… Но Тони Старк и тут изволил отличиться. Для Тони ощущение перетянутого внимания Стива не оправдывалось ни гормонами, ни любовью к ребенку, ничем вообще не оправдывалось. Радовало только то, что когда Роджерс клал руку на свой увеличившийся за три месяца живот, на лице его была полнейшая растерянность и ничего более. Оба крайне смутно представляли перспективы. У Тони в голове две обезьяны методично били в литавры, а потом на трон садился Ужас. Из недр Интернета были вытянуты статьи и картинки, и после этого Старк подолгу не мог уснуть. У Стива в мыслях крутились смутные ленточки: «Что делают с ребенком?», «Как ему объяснить, где мама?», «Что из него воспитает Тони Старк?» и сакраментальное «А если мы не справимся?» Когда Пеппер снова появилась в ЩИТе, атмосфера напоминала скорее похоронную: Стив сосредоточенно хмурился и обиженно вздрагивал, не менее хмурый Тони прижимал ладонь к его животу и поджимал губы. - В чем дело? - тихо спросила Поттс у Фьюри, рассудив первым делом добраться до его кабинета. - Толкается, - нервно усмехнулся тот. И никакого объединения, никакой идиллии не последовало. *** Стив был не из тех людей, что много времени проводят перед зеркалом. Это могло бы случиться в самом начале, пока он еще не привык к себе новому, но тогда не было времени, а после - смысла это делать. Как только Роджерс почувствовал себя более-менее приемлемо, первым делом он попросил себе зеркало. А потом долго разглядывал себя в нем. Наверное, дольше, чем когда-либо. Ничего хорошего он там не увидел. Неприятнее всего было смотреть на живот - непостижимо огромный, тяжелый, делающий Стива непропорциональным. Лицо изламывали невольные гримасы, которых Роджерс не замечал. Но ведь там была жизнь. Не паразит, не убийца. Маленькое существо, которое очень хотело быть с ним. Все то время, что Стив жил с Капитаном, он думал о победе. Мечта иметь семью гибла на задворках сознания, имеющего четкое представление о том, чем именно придется платить за силу и ловкость. Вечной войной. С теми, кто покушается на жизни людей. На их любовь, на их семьи. Потом в его жизнь прокрался Тони. Со своей неясно откуда взявшейся мудростью в глазах и улыбкой. Со своей громкостью и гениальностью. Со своей колючестью и глубокой добротой. Тони, который пережил Нечто и пожелал поделиться этим со Стивом. Этим - а затем и своей жизнью. Стив зажмурился и согласился. Стив не прогадал. И все же он никогда не отваживался назвать Тони своей семьей - суеверно и по-детски, но он не мог пересилить свою собственную аксиому. У Капитана Америка не может быть семьи. Теперь он каждый день наблюдал, как жизнь внутри растет. Некрасивая, похожая на маленького инопланетянина, порой больно толкающаяся и в своей жажде выжить пьющая из него все соки, но жизнь. Эта жизнь была его частью - и частью Тони. Абсолютно невозможный и нереальный шанс иметь настоящую семью. Вдруг он заслужил? Стив обещал себе перетерпеть все, что потребуется, чтобы это случилось. Даже предающее его тело. *** К полугодовому сроку отношения у них выровнялись, конечно. В конце концов у Тони был щенячий взгляд, а у Стива мальчишеская улыбка. Капитану не шло быть, простите, беременным. А вот Стивену Роджерсу - вполне. Тони даже сподобился открыть мерзопакостный розово-голубой каталог. На минуту. Потом закрыл каталог, глаза, и мертвым голосом скомандовал Джарвису заказать «все, что нужно маленькому монстру, то есть ребенку». Желательно как можно более тайно. Фьюри, просматривая все менее утешительные донесения из Вашингтона, жевал свой ужин и временами ругался по телефону со Старком. Потому что фотографии всех претенденток на роль фиктивной матери тот отвергал. То слишком страшная, «да мне никто не поверит, если я скажу, что с этим спал». То образование не то, хотя кому оно к черту сдалось, это образование. Все равно кандидатки уже трупы, попробуй что докажи. Как Стив решился «отдать» официальные права на ребенка Старку вместе с фамилией - это было понятно. В конце концов, ему бы просто не поверили, что он безответственно зачал ребенка на стороне, до брака, он же Капитан Америка, в конце-то концов. Но как Тони решился поделиться с ребенком не только Стивом, но и фамилией - это было уму непостижимо… Когда у плода высветили пол, Тони фыркнул («Не соврал, рогатая скотина») и принялся напряженно думать, как уместить в одном имени все, что он думает о будущем наследнике. Стив в это время судорожно искал, кого из родных или друзей почтить статусом крестного. А потом они попытались поделиться мыслями друг с другом. - Что?! - завопил Тони, - Ты собрался крестить моего сына? Сын Железного Человека будет верить в какую-то антинаучную х**ню? - Мне это не помешало стать Капитаном Америкой! - С твоей-то прошлой комплекцией и не в такое поверить можно! И вообще у него уже есть своя личная крестная фея. - Это кто еще? - Этот псих Локи! Он обещал прийти. Тут уже у Стива перехватило дыхание от негодования. - Ему хватит и психа-отца! Чтоб еще… Видимо, была бы воля Тони, он бы назвал ребенка Альбертом Фридрихом или просто Мистер Проблема. А Стив без посторонней помощи запутался бы в именах людей, качествами которых должен был, по его мнению, обладать ребенок. Вышло, конечно, забавно и по-своему мило. Эрик Джеймс Старк родился 25 ноября около четырех утра с помощью ножа хирурга. В три минуты пятого он расплакался, хватая неуютный воздух внешнего мира. В пять минут пятого Локи, невидимый для всех, кроме Тони и Стива (в виде исключения), лично приложил руку к его лобику, крайне неприятно улыбаясь. - Вот и славно, - сказал бог и исчез. *** Тони не нравилось запинаться об игрушки. Тони не нравилась кроватка в комнате. Тони не нравилось присутствие в доме кого-то еще. Хотя бы грудью Роджерсу кормить не пришлось - количество гормона стремительно падало. Вряд ли Старк смог бы выдержать это зрелище. Они стояли у кровати и смотрели на младенца одинаково недоуменно. Стив - озадаченно, Тони - подозрительно. - Надо нанять няню. Я не знаю, что делают с детьми. И научиться не у кого, - вздохнул Стив. - Я дам команду Джарвису. - Не вздумай! - пихнул его Роджерс, - Пусть хотя бы Пеппер. - Отлично , у Пепс совсем нет дел, кроме как искать няню этому… - всплеснул руками Старк. - Это твой сын, Тони, - угрожающе нахмурился Стив, - Наш сын. Часть тебя и часть меня. - Он чуть тебя не убил! Чуть не отнял тебя тогда, когда все только-только стало хорошо! Я достаточно терял тебя в своем чертовом Дне Сурка, чтобы… - Он - твой, и он будет здесь, смирись, - шикнул Стив и вышел. Тони, подавившись ответной репликой, зло прищурился в сторону младенца. - Спасибо за семейную идиллию, монстр. И это ты еще не орал. После третьей бессонной ночи Тони начал рычать. Бутылочку он принципиально не разогревал. На няню смотрел странно. Стив с ним почти не разговаривал. Но на третью неделю ребенок вдруг открыл совершенно ясные карие глаза и улыбнулся беззубым ртом - и Тони, пока никто не видел, протянул ему палец, который цепкие влажные пальчики схватили и потянули в рот. - Да-да, глаза твои, - раздался голос Роджерса, и Тони, подпрыгнув, отнял палец и демонстративно насупился. Но они все равно помирились. *** На самом деле Стиву едва ли было легче, чем Тони. Но, зная Старка, он пытался показать, что все отлично, уж он-то хороший отец, он отлично понимает происходящее и свою новую ответственность. Ерунда. Ничего Стив не понимал. Привыкший к одиночеству, он с недоумением гладил живот, понимая, что теперь он нигде не сможет побыть один. Живот не снимешь и не оставишь в спальне. Это заставило его смириться с тем, что, кажется, у него и впрямь есть семья. Не такая уж правильная и совсем не такая, о какой мечталось, но семья. И теперь придется жить рядом с Тони, волноваться за него, избегать ссор, потому что есть тот, кому небезразличны их отношения. Когда Стивен впервые держал Эрика на руках, он понял, что легко не будет. Что предстоит понять, как с ним обращаться, как его защищать, а самое главное - как примирить Тони с тем, что он стал отцом. Тони и правда с трудом мирился. Он вел себя отвратительно - не приближался к кроватке, искоса смотрел на процесс кормления из бутылочки, подозрительно косился на няню, пропадал в мастерской. А потом приволок кроватку. То есть это он считал, что сей гаджет есть ни что иное как высокотехнологичная детская кровать. Стив считал, что это пыточное орудие, и готов был начать тяжелый разговор. Однако, глядя на то, как осторожно Тони перекладывает Эрика в свое изобретение, как бормочет, нажимая то на одни кнопки, то на другие, используя еще не разжавшиеся до конца кулачки младенца, Роджерс остыл. Это был первый раз, когда Тони смутно и по-своему сказал своими действиями: «Я пытаюсь привыкнуть. Я стараюсь быть отцом». *** Стив был зол. Нет, он был ЗОЛ. - Эрик не твое изобретение, Тони! Не нужно устраивать из него выставку! Старк вздыхал и молчал. Потом поднимал глаза на Стива, видел в них ярость, опускал взгляд и снова вздыхал и молчал. Все же прекрасно знали, что не в этом дело. Вовсе не в том, что команде нельзя познакомиться с Эриком. Стив вполне дружелюбно улыбался, когда Наташа недоуменно оглядывала согнутые под углом ножки и ручки. По всей видимости, братиков и сестричек у нее не было. Да и держала она его как-то неуверенно. - А чего он такой толстый? - спросила она без обиняков. Бартон у стола подавился молочной смесью от смеха. Даже он знал, что младенцы все такие. Стив мельком отметил, что смесь в бутылке для Эрика, но конечно, раз Клинту кажется, что она вкусная и подходит для супергероев, то да, разумеется, пусть так и будет. Это его нисколько не злило. - Кто бы мог подумать, что первым обзаведется потомством именно Старк, - хмыкнул Беннер, недавно вернувшийся из Индии, и отобрал улыбающегося Эрика у Романовой, - Неправильно держишь. Наташа с явным облегчением спихнула сверток и улыбнулась, показывая, что признает поражение в этой битве и ничуть не расстраивается. - Я первый всегда и во всем, - развел руками довольный Тони, - Такова моя участь. «И в крестных у нас не абы кто, а бог лжи», - вздохнул про себя Стив. Он все еще улыбался сам себе и всей забавности ситуации. Он улыбался даже тогда, когда в Башне объявился опоздавший Ник Фьюри. На фоне мстителей в гражданском он смотрелся летучей мышью, да еще одноглазой. «Плохой домашний питомец», - сказал бы на это Тони. Стив хохотнул, понимая, что уже слышит шутки, которых Тони еще не успел пошутить. Семья, действительно. А потом ОНО случилось. Кто-то (и скорее всего, это был Старк) предложил Фьюри подержать малыша, а тот выдал: - Да это самый милый мелкий ублюдок, которого я когда-либо видел! Очевидно, что это тоже было самое милое, что был способен сказать Ник Фьюри. Но он РУГАЛСЯ при ребенке! Кто знает, вдруг это гениальное создание уже способно запоминать такое? Пока Эрик загадочно молчал, ограничиваясь звуками, но, вероятно, совсем скоро… - Мистер Фьюри, - Роджерс обернулся, встретившись взглядом с директором, и все поняли, что есть случаи, когда даже Стив способен нарушить субординацию, - Нам нужно поговорить. Это директору еще повезло, что он не умеет краснеть. А ругался Роджерс почему-то на Тони. «Жизнь полна несправедливости, даже у меня, - грустно думал Старк, - Хорошо хоть, он не знает, что Джарвис читает мелкому. Сказки - ерунда. Физика - вот это дело!» *** Пеппер считала, что Эрик похож на Тони. Стив считал, что Эрик похож на Тони. Тони так не считал. - Волосы светлые, как у тебя, - ворчал он, - Не по-старковски. - Глаза твои! - в двадцатый раз повторял Стив, - Карие. - Нет, - упрямился Тони, - Карие, но не мои. Пеппер долго пришлось объяснять Стиву, что цвет глаз для Тони все равно что цвет свитера. В глазах должно быть еще что-то. - Да что?! - разозлился Роджерс, - Гениальность у ребенка, которому нет года? Поттс посмотрела на него особым, Утешительным Взглядом Пеппер. Он означал, что она понимает и сочувствует, но поделать ничего нельзя. - Это же Тони, - улыбнулась она, и Хэппи повез ее на совещание. Кажется, их отношения стали намного теплее. Впрочем, через пару недель сияющий и довольный Тони заявил, что да, Эрик несколько похож на него, гениального папочку. - На тебя снизошло озарение? - язвительно поинтересовался Стив. - На меня снизошли факты! - загадочно провозгласил Старк и унесся в мастерскую доделывать очередной загадочный гаджет для «развития» сына. Роджерс закатил глаза и отправился читать Эрику сказку на ночь, от них тот безотказно засыпал. Почти месяц Стив всячески уговаривал малыша сказать «папа», но пока безрезультатно. Еще на подходе к комнате он услышал голос Джарвиса, вещающий что-то об электрических цепях. Не зная, что думать, открыл дверь, и голос оборвался. Эрик некоторое время хмурился, поглядывая на отца, а потом выдал что-то до боли похожее на: - Джави! Джави! А когда компьютер не ответил, залился плачем. - Давай, Джарвис, продолжай, я послушаю, - недовольно разрешил Стив и присел. - Извините, мистер Роджерс. Таков приказ мистера Старка. - Не сомневаюсь, - буркнул тот, справляясь с обидой. Он-то почти месяц… А этот! И ведь ему нормально, что не его зовут по имени, а кого…! «Интересно, где этот жук унюхал в мелком гениальность?» - подумал Стив и вскоре получил ответ на вопрос. Джарвис зачитывал статью сорок минут. За это время Стив успел остыть и почти задремать. А Эрик слушал, сверкая нисколько не сонными глазенками. Вот и читай после этого сказки! *** Буря разразилась за несколько дней до дня рождения Эрика, и Стив осознал, что тишина и впрямь была долгой - чересчур долгой. Такими обычно бывают затишья перед грозными бурями, ломающими уклад тысячелетий. Им позвонил Фьюри и велел включить центральный канал. В Стемфорде, штат Коннектикут, Новые Воины напали на дом, где пряталась группа сбежавших из тюрьмы Райкер суперзлодеев. «В финале непродолжительного сражения один из преступников — Нитро — создал взрыв, уничтоживший всё на несколько миль вокруг. Рядом с центром взрыва находилась одна из средних школ города. Количество погибших пока неизвестно», - сообщила ведущая. - Наши агенты уже отчасти подсчитали потери. - сообщил Ник, - Более пятисот среди них - дети. И это не последняя цифра. Стив очнулся от того, что бледный как полотно Тони тряс его за плечи. Облегченно вздохнув, тот сказал: - Нам придется затихнуть надолго. - Нет, Старк, - хмуро проговорил Фьюри, - Правительство уже давно пыталось продвинуть некий Акт о регистрации супергероев. Мы удерживали его в ящике стола Президента довольно долго. Больше не сможем. - Это значит, что всем придется выйти из подполья… Недурно, - хмыкнул Старк непонятно чему. Стив все больше хмурился. - Для вас будут некоторые послабления, - отозвался Ник, - Вы уже являетесь зарегистрированными и деанонимизированными. И обучение проходить не надо - великолепная новость, правда, Старк? - Чудесная, - парировал Тони, - Еще условия? - Да, - директор помрачнел, - Вам предстоит принять участие в аресте тех, кто будет сопротивляться акту. - Или что? - процедил молчавший до этого Капитан, - Или что, директор? - Или вас самих объявят вне закона и арестуют, - тяжело закончил Фьюри. Тони перевел взгляд на Роджерса и поспешно сообщил: - Мы поговорим с вами чуть позже, директор, если не возражаете. Слишком большое количество вежливости для Тони Старка заметили все. Ник присмотрелся к набычившемуся Стиву и, медленно кивнув, отключил связь. - Я не стану, Тони, - процедил Капитан, и да, говорил Капитан, а не Стив. Давненько он не давал о себе знать. Тони вздохнул и порывисто стиснул его в объятьях. - Я мог бы многое сказать… честно. Что это не так плохо, понятно и достаточно разумно. Но я не умею говорить о важном, - он грустно хмыкнул. Он просто повернул Стива в сторону, где в огромном манеже играл с деталями двигателя Эрик, старательно пытаясь приладить какую-то особенно упрямую. Происходящее его не трогало, у него были дела поважнее. Лицо Стива из злого стало грустным. Улыбка вышла слабой, но вышла. У них тоже были дела поважнее, чем супергеройские конфликты. *** Стив всегда подозревал, что Локи - плохой крестный. Тони, впрочем, на это ответил, что Локи - вовсе не крестный, а учитель. Появившийся за спиной Старка бог фыркнул и заявил: «Наставник, а не учитель. Запомни, Энтони, ты достаточно умный смертный». Тони невнятно проворчал что-то похожее на «кретин». Стиву оставалось только смириться. Потому что Локи был им нужен. Потому что в четыре с половиной года Эрик ухитрился здорово схалтурить и, тем самым, раскрылся. Дело в том, что Тони частенько давал ему какие-нибудь задания или поручения, мелочи типа сборки или починки приборов. Мелкий вполне справлялся. Пока однажды поручение не пришлось на плохое настроение. Когда Тони, убедившись в работоспособности, унес прибор в мастерскую, то обнаружилась странность - он работал, но не всегда так, как надо. Разобрав его, Старк долго удерживался от того, чтобы как следует побожиться. Прибор вообще не должен был работать! Как был, так и остался сломанным, но поди же - работал. - Твой сын совершил свое первое колдовство, - проговорил насмешливый голос за спиной. - Твою мать! - вскочил Старк, испугавшись, - Научись стучаться! Твоих рук дело, рогатая индивидуальность? Локи хитро прищурился. - Твое, Старк, и далеко не рук, если ты понимаешь, о чем я. Я предупреждал, что он будет сильнее всех вас вместе взятых. Так и вышло, что Локи стал время от времени появляться в Башне и проводить время с Эриком. Стив считал Локи плохим крестным, а Тони считал Локи плохим примером. Но мириться приходилось. А Стив обнаружил-таки один плюс от присутствия вредного божка. Эрик любил мастерскую Тони. Эрик жил в мастерской Тони. Стиву приходилось жить вместе с ними или вытаскивать их оттуда, напоминая о делах: одного передавая Хэппи, а другого сажая за еду или занятия. Может быть поэтому Эрик воспринимал Стива как маму, ибо папой был и оставался тот, кто мог всему научить и кому надо было подражать. Тибетский чай, впрочем, Эрик пить сколько ни пытался, не мог , а предпочитал какао. Возможно, дело было в возрасте. Ситуация изменилась как раз с приходом Локи. Будучи существом глубоко беспринципным и не особенно снисходительным, Локи частенько забывал, что мораль у Эрика хоть и старковская, но человеческая. А Тони, как мы помним, с трудом мог понять «все эти нравственные метания». А вот Стив - мог. Наблюдая, как Лофт прохаживается с юным Старком по парку и степенно беседует, Стив знал, что сразу после обеда сын захочет все это обговорить и задать свои - сложные и важные - вопросы. Знал он и то, что постепенно они оба - он и Эрик - научатся не только понимать чувства друг друга, но и говорить и о них. Уже немного получалось. Так что Локи тоже был по-своему полезен. *** В ежесекундно меняющемся мире остается мало констант, и тем важнее их присутствие. Большие константы, малые константы и даже константы совсем крохотные. Одной из этих констант было то, что мужчинам семьи Старк крайне не рекомендуется становиться родителями. Из них получаются плохие отцы. Если, конечно, отцами их детей не становятся… мужчины семьи Роджерс. Ведь есть парная константа. Мужчины семьи Роджерс - прекрасные отцы, и это проверено поколениями, несмотря на то, что этих поколений никто не считал, а семейных легенд не существовало и в помине. Было еще несколько прекрасных и стройных констант, новеньких и чудесных. Например, такая: Эрик Джеймс Старк обожает обоих своих отцов совершенно одинаково и за совершенно разные вещи. Или такая: Стив Роджерс и Тони Старк обожают своего сына просто так. Главная константа, впрочем, была такова: Эрик Старк на самом деле Старк-Роджерс, и он никогда не причинит миру зла. Все менялось, но константы придавали миру хоть немного стабильности.