На пороге отчаяния

Дворецкий, наконец, остановился средь поросших лишайником руин некогда величественного храма. Несмотря на потерю руки, он очень бережно усадил своего раненного господина на каменную скамью и отступил назад. Боль в боку притупилась, и сознание юного графа начало проясняться. Путешествие по реке казалось теперь нереальным, волшебным сном, очнувшись от которого, Сиэль осознал, что его игра с этим жестоким миром окончена. Еще миг и черный конь сделает последний ход, а король упадет с доски. Граф Фантомхайв умрет, отдав свою душу демону, честно заслужившему столь высокую плату. Но, как ни странно, мысль об этом не вызвала у мальчика страха, скорее ему было немного грустно. - Приступим, Господин? – будничным тоном произнес дворецкий, взглянув на Сиэля с едва заметным сожалением. Граф внутренне содрогнулся от этих слов, внезапно ощутив душевный протест. Разум говорил ему, что все идет так, как и должно быть, но сердце болезненно сжалось. Мальчик не мог до конца осознать, в чем причина такого смятения, просто в этот миг что-то неуловимо изменилось в его слуге. Себастьян все еще оставался безупречно вежлив, но Сиэль понимал – он уже не тот, кем был прежде. - Мы прибыли? – неожиданно для самого себя спросил юный граф. Он сам знал ответ, но все же произнес эту фразу, словно желая нарушить затянувшееся молчание. Вновь услышать привычный, спокойный голос дворецкого, который каждый раз будил его по утрам. - Да, - негромко ответил слуга, сохраняя учтивую интонацию. Он играл свою роль до последнего, как и обещал. «Играл роль? Всего лишь очередную роль…» - мысль об этом вновь заставила сердце мальчика болезненно сжаться. – «Что ж, Себастьян, поздравляю, ты был прекрасным актером…» Сиэль медленно поднял взгляд, сдерживая подступившие к глазам слезы. Ему не хотелось уступать демону в искусстве актерской игры. Ведь граф Фантомхайв обязан встретить смерть с подобающим ему достоинством. - Птица наблюдает… - отрешенно сообщил он слуге, заметив ворона, сидящего на ветке старого дуба. Себастьян все еще стоял, не двигаясь с места. - И, правда… - неопределенно подтвердил он, но так и не шелохнулся. Сиэль внезапно почувствовал, что больше не выдержит пытки ожиданием. Он смело взглянул в красные глаза демона и произнес: - Можешь забирать остатки моей души… - в этот момент мальчику показалось, что он потерял нечто очень дорогое, и от его души действительно остались лишь опаленные болью обрывки. Совсем как страницы в дневнике отца. - Чего и следовало от Вас ожидать. Вы так добры. – С легкой иронией заметил Себастьян, но почему-то остался стоять, словно не решаясь сделать свой последний ход. «Но… почему он медлит?» - словно лучик света, промелькнула в сознании мальчика эта мысль, даруя призрачную надежду. - «А вдруг, Себастьян тоже боится что-то потерять?» - Это больно? – испытующе глядя в глаза слуги, спросил Сиэль. Он сам не понимал, как вырвались у него эти слова. Ведь на самом деле мальчику хотелось сейчас закричать, потребовать от своего дворецкого прекратить все это прямо сейчас, но… сказанного уже не вернешь. Теперь демон знает, что его господин испытывает страх. А ведь юный граф и сам не отдавал себе в этом отчета, всего минуту назад. - Да. Немного… - спокойно ответил слуга, и тут же добавил, словно пытаясь успокоить, - Но я постараюсь сделать это как можно аккуратнее… Сиэль вновь внутренне содрогнулся, на этот раз от обиды и унижения. Ему были не нужны жалкие подачки бывшего слуги. Совсем не эти слова он ожидал услышать в ответ. - Нет. Чем больнее, тем лучше, - твердо отрезал граф, но не смог взглянуть в глаза Себастьяна с той же решимостью. Неизбывная печаль, и чувство обреченности уже затопили гордость, и он тихо добавил: - Забери боль моей жизни. Вместе с душой. В этот миг уставшему от страданий, потерявшему много крови и лишившемуся надежды мальчику было уже все равно, что с ним будет дальше. Он хотел лишь одного, чтобы все это поскорее закончилось. Себастьян на секунду замер, с неподдельным удивлением глядя на своего юного господина, но затем его губы неожиданно растянулись в восхищенной улыбке. Грациозно опустившись на одно колено перед скамьей, демон приложил руку к груди, и поклонился. - Да, Мой Лорд. – Торжественно произнес он. *** Сиэль устало откинулся на холодную спинку скамьи и замер, почти не дыша. Он больше уже ни во что не верил и ничего не ждал, полностью отдавшись во власть своего демона. Себастьян сделал первый, нерешительный шаг к скамье, но его глаза уже изменились. Вертикальный зрачок перечеркивал малиновое пламя радужки, разгоравшееся все сильнее. Взгляд жаждущего добычи зверя, холодный, жуткий и незнакомый, но мальчик, не моргая, продолжал пристально смотреть в лицо своей смерти. Демон медленно стянул зубами перчатку с уцелевшей руки, и испачканная в крови ткань бесшумно упала на каменные плиты. Затем дворецкий подошел еще ближе, и его горячие пальцы скользнули по щеке мальчика. Сиэль невольно прикрыл глаза, ощущая приятные прикосновения, казалось, Себастьян успокаивает его, нежно гладит, стирая одинокую слезу и снимая ненужную более повязку. Еще секунда и она упала к ногам графа, открыв печать контракта. Сиэль вновь широко открыл глаза, наблюдая за тем, как к нему медленно приближается лицо демона, кошачьи зрачки сузились до тонких острых игл, чернеющих на фоне адского пламени. Это зрелище завораживало, но юный граф чувствовал, как предательски дрожат ресницы, еще немного и он уже не сможет сдерживать подступившие слезы. - Что ж, Господин… - многозначительно произнес демон, и его приоткрытые губы коснулись правого глаза мальчика. Сиэль вздрогнул, ощутив, как радужку обожгла боль, по щеке потекли теплые капли, он понял, что печать контракта снята, но это явилось всего лишь началом. Демон слегка отстранился от его глаза и плотоядно облизал губы, сейчас перед юным графом склонился настоящий хищник, способный вызвать лишь непреодолимый ужас. Сиэль инстинктивно попытался отстраниться, но на его плечо легла бледная кисть с черными ногтями, намертво прижав хрупкое тело к спинке скамьи. А затем бывший дворецкий сделал медленный вдох. Граф не смог сдержать крик ужаса, когда почувствовал непередаваемое словами ощущение, словно незримые волокна покидали его тело, болезненно отрываясь где-то внутри, нить за нитью. В наполненных слезами глазах мальчика резко потемнело, но вдруг он увидел улыбающиеся лица своих родителей. Отец и мать, взявшись за руки, кружились вокруг него, они казались такими высокими… Тетя Анна – мадам Ред, она тоже была рядом, обнимала его, смеялась. Лиззи, ее счастливое лицо, слезы, смех, нежная улыбка, невеста тянула к нему руки, звала, но исчезала в черной воронке вслед за остальными. Сиэль вновь отчаянно закричал, осознав, происходящее. Все что он помнил, чем дорожил, словно высасывала гигантская пиявка, и противостоять этому было невозможно. Уже не понимая, где он находится, юный граф кричал и бился, стремясь вырваться, пытаясь удержать частички своего Я, то, чем являлся Сиэль Фантомхайв. Но любые усилия были тщетны. Неведомая сила забирала у него все, боль, радость, счастье, тепло летних дней, закаты и аромат белых роз. Даже самого близкого человека - слугу, который оберегал мальчика последние три года. Его по-отечески теплую улыбку, голос, чувство защищенности и заботу, которую он дарил. Неужели и это исчезнет в бездонной воронке?! - Нет! – Вновь отчаянно закричал Сиэль, ощущая, как лопаются внутри тонкие нити, превращая его личность в ничто, стирая, словно неудачный рисунок. – Нет!!! Лихорадочно дергаясь, мальчик вдруг вспомнил имя, имя того, кто всегда придет на помощь и защитит от любого врага. - Себастьян! Себастьян!!! – уже в полубреду выкрикнул он. – Себастьян, спаси меня!!! В тот же миг боль прекратилась, видения исчезли, а все вокруг заволокла тьма. *** Когда Сиэль очнулся, он ощутил тепло мягкой постели, запах свежего белья и услышал приятное потрескивание дров в камине, однако невыносимая слабость не позволила мальчику даже разлепить отяжелевшие веки. Лежа на спине, юный граф прислушивался к ощущениям своего тела. Боли в боку больше не было, он убедился в этом, сделав глубокий вдох. А затем к мальчику стали постепенно возвращаться воспоминания о прошлой ночи. Он помнил все четко, до момента, когда исчезла печать, после сохранились лишь отрывочные образы. Но и этого хватило, чтобы граф резко распахнул глаза и сел в кровати. Голова мгновенно закружилась, сердце пропустило удар, а к горлу подкатил ком. - Милорд, вам пока нельзя вставать… - прозвучал рядом знакомый голос, а в следующую секунду сильные руки поддержали мальчика, медленно опустив на подушки. - Се… Себастьян? – растеряно прошептал Фантомхайв, но быстро взяв себя в руки, спросил: - Где я? В аду? - Нет, господин, - мягко возразил дворецкий, - Вы в своем лондонском особняке, к счастью пожар обошел этот район стороной. - Но… почему? Почему я жив? - Сиэль поднял взгляд на слугу, Себастьян стоял возле кровати и выглядел также как и всегда, но оставался непривычно серьезным. - Я залечил вашу рану, милорд. - Ответил демон. - Вы потеряли много крови, но жизни это уже не угрожает. - Я спрашивал не об этом! – собрав последние силы, возмущенно воскликнул граф, - Почему ты не поглотил мою душу?! Михаэлис на миг опустил взгляд, словно подбирая слова. - Я живу уже более трех тысяч лет, но такое со мной впервые, - задумчиво ответил он, - Вы сумели меня удивить. - Удивить? – Непонимающе переспросил Сиэль. - О чем ты? Демон вздохнул и пристально взглянул в глаза мальчика. - За свою жизнь я заключил несколько сотен контрактов и поглотил души всех, кто носил мою печать. Перед смертью многие из них молили меня о пощаде, предлагали взамен свое тело или души родных детей. Другие взывали к Богам, Иисусу, Мухаммеду, даже к самому Сатане, но никто прежде в свой последний миг не призывал на помощь меня самого. Заглянув в воспоминания моего господина, впитывая чувства и эмоции, я понял, что вместе с вашей душой уничтожаю нечто ценное, то, что может восполнить мою внутреннюю пустоту, куда более тягостную, чем голод демона. Вы единственный человек, который сохранил обо мне добрую память, и кому я нужен не только как демон. Себастьян едва заметно улыбнулся. Сиэль же чувствовал себя совершенно растерянным. - И что же теперь? – севшим голосом спросил граф. - Наш контракт расторгнут, и теперь я хотел бы... – демон запнулся, глядя куда-то в пустоту, и словно не решаясь договорить. - Уйти? – закончил за него Сиэль, хмуро воззрившись на Себастьяна. К глазам мальчика подступили слезы, пытаясь их скрыть, он перевел взгляд на огонь в камине. - Я хотел бы остаться рядом с вами… - поправил его дворецкий, - навсегда. Сиэль вновь взглянул на Себастьяна. Они смотрели друг на друга и молчали, пока наконец, граф не решился нарушить затянувшуюся паузу: - Тогда может быть ты принесешь мне горячего молока и кусочек торта, вместо того чтобы стоять столбом? - Да, милорд, - губы дворецкого тронула легкая улыбка, и он вышел из спальни, оставив Сиэля размышлять о произошедшем. Месть свершилась, у него больше не было цели, но и прежней боли граф тоже не чувствовал, словно Себастьян исполнил его последнюю просьбу. Выходило, что теперь Сиэль мог последовать совету наивного инспектора и начать все с чистого листа. Но уже свободным от груза прошлого. Устало откинувшись на подушки, мальчик прикрыл глаза, на его бледных губах появилась легкая улыбка. КОНЕЦ