Imaginary friend

Раннее утро. За окном пели соловьи, опадали осенние листья, тоскливо шумел ветер, скребя в бело-черную дверь балкона. На прикроватной тумбочке гулко прозвенел будильник, напоминая об обязанности идти в школу... Торчащие в разные стороны, спутанные и сальные волосы, рыжие веснушки, покрывающие лицо заспанного чудовища, и неприятные мешки под зелеными, цвета свежей трясины, глазами... Знакомьтесь, это я! Уставшее, злое и противное чудище шестнадцати лет. Недовольно пробурчав себе под нос: «Дайте поспать...», протянула руку и, не открывая глаза, нащупала будильник, отключая его. Наконец я могла вновь отдаться миру изменчивых фантазий, предательски заманчивых сновидений и наивных мечтаний... Могла бы, но внезапно дверь в комнату распахнулась и в моё личное пространство влетело ОНО, - мелкое, надоедливое существо лет десяти, которое принято называть младшей сестрой. Существо подбежало ко мне, заскочило на кровать и одним взмахом отбросило шерстяное одеяло, после чего принялось трясти и дёргать за руки. - Алекс! АЛЕКС! Мы в школу опоздаем! - Как же ты достала, Света! Не пойду я в школу, отвянь... Я отмахнулась от сестры, но это настырное чудище вновь полезло тыкать своими пальцами мне в щёки, при этом коварно ухмыляясь. - Питер сказал, что если ты не пойдешь в школу, то будешь всю-ю-ю неделю убирать листья во дворе. И останешься без карманных денег! Работать дворником во время мерзкой, осенней погоды за бесплатно - не очень то и хотелось. Пришлось сдаться и согласиться с неизбежностью похода в ненавистную тюрьму, то есть, в школу. - Ладно... иду. Вяло потянувшись и разминая болезненно зудящие от позы эмбриона мышцы, встала с кровати, прогоняя назойливую сестру из моей берлоги. - Щас, спущусь. Закрыв дверь, я прошла к небольшому деревянному шкафу. Открыв разрисованные черными узорами красные дверцы, достала оттуда синие брюки и черный пиджак. В общем-то, у меня было немного одежды, но это даже хорошо, всегда знаешь, во что одеться. С тем же хмурым и измученным лицом я вышла в коридор. Недлинная, винтовая лестница вела на первый этаж, где находилась кухня, столовая и комната нашего брата – Питера. Хм... где родители - спрашиваете? Ну... это длинная история. Пока что могу сказать одно, они пропали без вести, отправившись в научную экспедицию в Антарктиду... Да... Антарктида... когда-то я хотела побывать там с родителями, но не теперь. Теперь всё поменялось. ВСЁ. Ровно неделю назад, когда родители не вышли на связь, изменилось восприятие мира, сломалась на куски хрустальная душа и воспоминания превратились в кровоточащую рану. Блин! Даже вкусы в еде поменялись... За какую-то неделю! Что ж, если я начну углубляться в воспоминания, то на глаза навернутся слёзы, а мне сейчас это не нужно. Было время поплакать ночью, когда никого не было рядом. Ну, почти никого. Добравшись до кухни, я сонно зевнула и села за стол. - У тебя минут десять на еду, пять на умывание и чистку зубов. Не забудь, как вчера забыла, расчесать спутанные волосы, - Питер не был рассерженным, но он был слишком организованным человеком. Чересчур организованным. И такой беспечный и ленивый человек, как я, немного раздражал его. Но он всё равно любил и оберегал нас. Поставив на стол тарелки с рисом и бараниной и взяв себе кофе, Питер принялся что-то печатать в смартфоне. - И тебе доброе утро, - недовольно пробурчала я. - Алекс, - сзади подошла Света, - сегодня можешь не забирать меня из школы, я задержусь, - она ласково улыбнулась мне, вглядываясь своими голубыми очами в мои глаза. В ответ на это последовал мой вымученный кивок. - Ух... ты даже не спросишь, почему задержусь? - девочка удивлённо наклонила голову набок, и её русые волосы спали на лицо. - Просто вернись до завтра, - сказала я с невозмутимым выражением лица. - Бука - злюка. Хотелось возразить что-нибудь на это необоснованное утверждение, но этот увлекательный разговор прервал Питер: - Сегодня на работе завалили делами. Вернусь поздно. Кстати, Алекс, - брат отвёл взгляд от телефона и теперь смотрел на меня пристально и изучающе, - пожалуйста, начни избавляться уже, наконец, от этих таблеток. От снотворного. Когда твой организм начнет привыкать, эта зависимость останется на всю жизнь. - Моё тело – моё дело, - проворчала я, уплетая мясо за обе щеки. Питер резко нахмурился и изменился в лице. Он отложил свой телефон и, тяжело вздохнув, сердито провел рукой по свежевыбритому лицу. - Дура... о тебе же забочусь. - Не ругайтесь! – Света встала со стула и подошла к каждому из нас, обнимая и целуя в щечку, - Помните ещё, что такое «обнимашки»? «Конечно помним, дурында» - хотела я сказать вслух, но решила промолчать. Питер сделал тоже самое - промолчал. Доедали завтрак мы в тишине... *** Закончив с трапезой и чувствуя лёгкую вину за то, что нахамила брату с утра пораньше, я прошла в ванную и застыла перед зеркалом. Знаете, никогда не любила зеркала. Они показывают всю мою суть, раскрывают бессмысленные надежды и разоблачают самые темные закоулки сердца. Обнажают всю ненависть к самой себе. Нервно выдохнув, я взяла расчёску и принялась «прихорашиваться». - Сломанную душу не разбить вновь, да? – я часто говорила сама с собой, это было моей ненормальной, по мнению общества, привычкой, но сейчас я обращалась к человеку за моей спиной. К самому лучшему моему другу. - Нет... только если она не начала заживать, - сзади послышался приглушённый, призрачный ответ. Я обернулась на этот родной и ласковый голос и увидела его... Черно-серые, словно пепел, волосы, голубые как два глубоких озера глаза и искренняя, светлая улыбка – таков был мой воображаемый друг Чарли! Когда по ночам в груди неприятно отзываются сдавленные всхлипы, тихие стоны и протяжные рыдания, когда мрак скапливается в комнате, когда хочется порвать себя на куски... лишь Чарли разрешено заходить ко мне и по-дружески обнимать, унося в мир фантазий. В мой внутренний мир. Он подошёл ближе и, уверенно ухватив меня за подбородок, повернул голову в сторону зеркала. - Посмотри на себя, Алекс. Что ты видишь? - Пустоту? Бесполезное существо, ненавидящее всё вокруг? - Дебилка, - Чарли отвесил подзатыльник, и я почувствовала фантомный, едва ощутимый толчок, - В этом отражении я вижу сильную и мудрую девушку, которой всё по плечу! - Неужели? – я непонимающе выгнула бровь, - Почему я-то не вижу этого? -Зачем спрашиваешь, если и так знаешь ответ? - Хех, действительно, - потрескавшиеся губы свернулись в вымученную улыбку, - Спасибо, Чарли. Этот добрый и весёлый парень, понимающе улыбнулся в ответ. - Всегда, пожалуйста. *** Приведя себя в порядок и выйдя из небольшой ванной комнаты, я направилась в свою берлогу, в которой царил настоящий хаос и творческий беспорядок. Времени было не так много... вернее его уже не было СОВСЕМ! -Ох, блин! - Алекс, ты ведь все уроки сделала? – спросил Чарли, озадаченно наблюдая за тем, как я торопливо копошусь вокруг рюкзака, поспешно складывая учебники. - Н-ну... не совсем... - Алекс... - АЛЕКС! – с первого этажа донесся громкий требовательный голос брата, - ты готова? Мы в машине будем, если что! - Уже иду! Одним взмахом я закинула тяжелый, будто в нем не книги, а кирпичи, портфель за спину и вышла из дома. На улице меня встретили пасмурные, хмурые небеса, вот-вот готовые расплакаться от обиды на тупое человечество. Наверное... - Странно, ещё утром было ясное небо... - сказала я, садясь на переднее сиденье. - Не-а. - Что «не-а»? -Ты поедешь на заднем сиденье, - Питер нахмурился и гневно указал на место рядом со Светой. - Ну и ладно! - несильно хлопнув дверью, я пересела к зловредно ухмыляющейся сестре, которая, увидав моё перекошенное от злости, как у бешеной собаки, лицо, поспешила отвернуться и притвориться, что изучает красивые пейзажи. Машина тронулась и я, по своему обыкновению, проводила взглядом наш двухэтажный коттедж и мои любимые клумбы с незабудками и георгинами, которые мы сажали вместе с мамой. - Мне звонил начальник по розыску пропавших без вести. Родителей не нашли, - остановившись на красный свет, Питер устало потер переносицу, - уже несколько дней ищут... От этой новости в груди больно защипало, и я склонила голову. - Они найдутся... они живы, - шепотом стала бормотать себе под нос. - Конечно, найдутся! – Чарли, втиснувшийся между мной и сестрой, сочувствующе смотрел в мои глаза и обнадеживающе улыбался. Я улыбнулась в ответ. *** - Удачи на работе, Питер! – кричала и махала рукой Света, отъезжающему на работу брату. - И вам! Питер уехал, и мне пришлось идти в одну сторону с малявкой, хотя обычно мы направляемся в школу в разное время. Всю дорогу она доставала меня расспросами о жизни старшеклассников, делясь своей мечтой поскорее вырасти. Пришлось развеять её наивные представления о взрослой жизни, хоть она и не поверила ни одному моему слову. - Вам взрослым всё можно, а мне всего нельзя! - она надула щеки и состроила обиженную гримасу. - Это мне всего нельзя... Довольно быстро дойдя до школы и попрощавшись с сестрой, я вошла в класс. Холодные, равнодушные взгляды одноклассников и сухие смешки встретили меня, стоило показаться в проходе. Я поспешила сесть за свою парту, но споткнулась и чуть не упала. Что за черт!? Смех. Противный, жестокий смех. Они смеялись так, будто это самое смешное, что они видели в своей жизни. Уверена, если вскроется история их браузера, буду смеяться я. - Перед смертью не надышишься, да? - бросила я через плечо обладателю самого звонкого смеха. Парень со структурой черепа как у обезьяны, замолк. - Неадекватная... - Сволочь... Под гадкие высказывания в свой адрес и с высоко поднятой головой я прошла и наконец-то села на свой стул в самом конце класса. - Не волнуйся, они не станут тебя доставать. Надеюсь, - сказал Чарли, садясь рядом. - И я надеюсь... Мимо нас, о чем-то шепчась и настороженно глядя в мою сторону, прошли три самые едкие девушки в классе. Раньше эти злобные девицы, ещё когда родители не пропали, всячески вредили и пакостили мне. Прилепляли жвачку к волосам, подбрасывали пауков в еду, подставляли подножки и, наконец, крали деньги из рюкзака... Вот только теперь, после пропажи самых дорогих мне людей, они больше не издевались. Лишь иногда распускали ядовитые слухи. И даже сейчас, они делали это: «Она сумасшедшая! Сама с собой говорит!» Разве это так плохо? «У неё родители умерли, конечно, сумасшедшая. Я бы тоже обезумела» Они не умерли... «А вы знали, у Алекс Нот родители умерли!» ОНИ. НЕ. УМЕРЛИ. Я стукнула кулаком по парте. Резкий, пронзительный звук заставил некоторых учеников вздрогнуть и обернуться на «сумасшедшую». Их взгляды, полные презрения и ехидства, душили, обвивая шею. - Совсем неадекватная? Сзади послышался противный, как у змеи, голос. Это была самая заносчивая и надменная девица в классе. Сара Нишер. Тряхнув своими золотистыми локонами, чудище подошло ко мне, стуча каблуками по мраморному полу. - Я спрашиваю, неадекватная совсем? – девушка сильно дернула меня за волосы, на что я лишь зло зашипела сквозь зубы. - Сара отстань от неё! – из кучки одноклассников вдруг вылезла Надежда. Светловолосая девушка по имени Надежда, - Пожалуйста, отойди. Сара ехидно ухмыльнулась, ослабляя хватку, но, не отпуская совсем. - Да что ты мне сделаешь? Придавишь своим весом? – девица издала злобный, словно смех какого-то безумного учёного, хохот. Её подружки подхватили этот настрой и засмеялись с тройной силой. «Ну, всё... сама напросилась! Можешь меня обижать, но не смей на других перенаправлять этот яд!» Только я хотела вывернуть её руку под невообразимым углом, как внезапно дверь в класс распахнулась и в кабинет вошел ОН. Красивый, опрятный, стильный и вечно весёлый парень, которого сразу облепили друзья. Мальчишки с предложением поиграть в приставку после школы, а девочки просто кидали восхищённые взгляды. Что ж... знакомьтесь вновь! Это Чарли. Реальный «прототип» моего воображаемого друга. Чарли очень жизнерадостная личность, вокруг него всегда много друзей и он отличник, в конце концов. Не то, что я. Депрессивная троечница, застывшая в гордом одиночестве посреди оживленной магистрали бесконечной вселенной. Когда он пришел к нам в школу, переехав со своими родителями из другого города, я как раз начала замечать за собой изменчивое настроение, бессонницу, вечную усталость и депрессию. Даже в обморок падала. Видя, как у него получается легко и непринуждённо общаться, как он запросто вписывается в любой коллектив, даже в наш террариум, я успела испытать к нему целую палитру чувств: от презрения до зависти ... Но на смену всему этому пришло желание подружиться. Я... я подумала, что если мы будем друзьями, то он вернёт мне вкус к жизни. Вот только, смелости не хватало совсем. Поэтому, прибегнув к своему богатому воображению, я создала тульпу по его образу и подобию. И по ночам, гуляла по затворкам сознания, уходя в густые дебри фантазий. Знаете, мне помогло. Я и вправду стала ощущать себя лучше. Вот только совсем не хотелось заводить дружбу с настоящими людьми. Всё моё окружение составляли нестерпимые маразматики и зануды. Из-за этого я разочаровалась в человечестве и стала запираться в своём мире, что повлияло на мои оценки и коммуникативные способности. Когда пропали родители, я стала забывать обо всём, максимально тратя свое время на воображаемых друзей и творчество. Да, кстати, хочу вам сообщить, в своих фантазиях я завела дружбу не только с Чарли, но об этом чуть позже. И я только рада этому. Мне никто не нужен, пусть живые идут лесом... Но вернемся к Саре БЛИНшер. Завидев на горизонте Чарли, она отпустила мои волосы и, очарованная его внешним видом, подошла к парню, который тут же подарил ей натянутую улыбку. - Ты как? – я подняла глаза на того, кто посмел прервать мой внутренний диалог с воображаемым другом. Это оказалась та самая Надежда, - Сара как всегда, да? - Угу. - Почему она так тебя невзлюбила? Чувствуя, что этот разговор надолго, я стала лихорадочно придумывать, как намекнуть на то, что я НЕ ХОЧУ ОБЩАТЬСЯ. - Не знаю... если ты не заметила, я не очень люблю общение, и у меня нет друзей. Поэтому... - С наличием друзей и у меня проблемы... «ну, вот и всё. Теперь это и впрямь надолго» - Одноклассники тупые и ни на что не годные придурки, - сказала я. - Я уверенна, что во всех можно найти немного добра. - Хм...странная ты... -О! Ты, кстати, классно рисуешь! Я настороженно нахмурилась. Откуда она знает, что я рисую? - На твоей странице в Твиттере висят красивые картины! Твои же, да? Удивлённо моргая и почесывая затылок от столь приятной неожиданности, я глазела на собеседницу. - Ну, да... а тебе какие понравились? - Ох, ну, если хорошенько подумать, то пейзаж мыса Доброй Надежды! Хи-хи. - Хах, действительно, - я неловко улыбнулась. Стоп. Улыбнулась? Реальному человеку? Нет. Не может быть. Срочно, деактивация «милой улыбки предназначенной лишь для друзей». Убрав неприглашённую улыбку с лица, я зачем-то спросила: - А у тебя есть хобби? -Я готовлю неплохие десерты! Не хочешь попробовать печенье? Я сама сделала. Надежда вытащила печенюшку из кармана пиджака и дала мне в руку. Я откусила и ощутила приятный малиновый джем, растёкшийся во рту. - Ого. Это реально классно, - сделанный комплимент, заставил девушку смущённо улыбнуться. - Я рада, что понравилось. Дин-дон - прозвенел звонок и Надежда села за свою парту, оставив мне ещё парочку печенек. Начался урок. Мы поздоровались с учителем, занялись математикой... всё как обычно. Ещё один, ничем не примечательный день, который, как ни странно, прошел гладко и быстро. Фух... последний день учебной недели кончился успешно! Я не умерла и в меня даже не запускали самолетики с обидными фразами. Классно. С ликующим выражением лица я вышла на улицу. Почему ликующим? Сегодня Света и Питер задерживаются, а значит, я останусь дома одна! Надо только добраться до автобуса. И наконец, после долго рабочего дня я могла поболтать со своим Чарли, но внезапно сзади раздался нежный голосок Надежды: - Э-эй! Алекс, нам в одну сторону! Подожди меня! Я обернулась. С лестничного пролёта, легко, будто на крыльях, ко мне подбежала радостная девушка. - Я, эм, хотела одна пройтись... - Ох, извини, если потревожила! Просто одной грустно. Разве тебе не одиноко? – её голос был похож на мурлыканья котов. - Мне и одной нормально, - недовольно промычала я. - Ой, ладно тебе! Давай быстрее, а то на автобус опоздаем! Надежда нагло взяла мою ладонь в руку и помчалась, утаскивая меня за собой. *** Ветер. Ледяной, пронизывающий до дрожи ветер. Рассеянные лучи безвольного солнца. Обнажённые, темные стволы деревьев. Осеннее настроение. Выйдя из школы, я не сразу заметил свой синий велосипед среди других, точно таких же. Сегодня был ничем не примечательный день. Такой же, как и всегда. Закинув рюкзак за плечи, я уселся на потрепанное сиденье велосипеда и рванул на автобусную остановку. Времени совсем не было, меня ждали на вечеринке в честь дня рождения Макса – моего лучшего друга. На самом деле мне было глубоко плевать на этот праздник. Я хотел остаться дома и играть на новой гитаре, которую подарили родители, но я не мог отказаться. Не мог снять маску шута. Пока я проезжал мимо одинаковых, унылых и серых домов, прокручивал в голове дела, которые нужно было сделать за сегодня: «Отдать Саре наушники, переслать Мисс Миголс шарф, отписаться маме, что всё хорошо, погулять с Бобиком...» Через пару минут я был у светофора на котором горел красный сигнал. Как только я перееду на ту сторону, сразу окажусь около разрисованной граффити и исписанной гадкими словами, автобусной остановки. Пока ждал зелёного света, мечтая, смотрел на грозные небеса. Вот вернусь домой, сделаю уроки и начну настраивать новую гитару. Блин, спасибо родители, что исполняете мои мечты! Поскорее бы! Наконец загорелся зелёный. Я тронулся с места, улыбаясь и не глядя по сторонам. Ну, зелёный всё-таки, но то, что произошло дальше, навсегда разорвало мою жизнь. Белая фура неслась всё быстрее и быстрее. Прямо на меня. В глазах, навечно отразился тот жуткий, будто коварно ухмыляющийся, капот автомобиля. В следующую секунду, ещё одна нить земной жизни оборвалась. Внутренние органы выбились из своих зафиксированных мест и будто перемешались, начиная кровоточить и сильно, чересчур сильно, болеть. Сердце лопнуло, перестала циркулировать кровь по венам. Легкие тоже дали слабину, перестав подавать в организм кислород. Воспоминания прорвались в пределы сознания, мелькая перед глазами. Первая гитара. Первые мелодии. Первая игра в группе. Первые друзья. Первое предательство с их стороны. Обман, ложь, корысть, тщеславие, злоба. И родители... светлые пятнышки посреди этого гадкого мира. Страшно не было. Совсем. Я даже не успел ничего толком понять... Мог лишь смотреть на своё бездыханное тело, валяющееся посреди дороги. *** Сдерживая крик души, а заодно и рвотный рефлекс, я закрыла рот руками. Задержала дыхание. Зрачки в глазах сузились от увиденного, и я без сил опустилась на землю. Только что здесь был полный жизни парень. Дружелюбный. Амбициозный. Сильный. Красивый. Я впервые столкнулась со смертью нос к носу. - Алекс! Я вызываю скорую, слышишь? Сейчас Чарли помогут! - Надежда, в отличие от меня, сразу всполошилась, доставая кнопочный телефон. - А-Алекс! На какой мы улице? Я, резко подскакивая с земли, вырвала телефон из рук девушки и продиктовала название улицы. - Хорошо, скорая уже в пути, - прозвучал обеспокоенный голос с другого конца мироздания. - Должны приехать... - тихо, почти шёпотом, сказала я, отдавая телефон Надежде. Рядом с нами поднялся возбуждённый шум и гам. Люди стали подходить к месту аварии. Кто-то даже фотографировал. «Почему людям так нравится фотографировать смерть?» - Едет! Скорая! – выкрикнул кто-то из толпы. На горизонте показался белый фургон с яркой красной линией и буквами на ней. Мы с Надеждой застыли, когда врачи в белоснежных халатах уносили Чарли на носилках. - Чарли... - одними губами пробормотала я. - Алекс, сомневаюсь, что они его спасут. Крайне резко выпрямившись, я стрельнула в Надежду ледяным, немного злобным, взглядом. - После таких аварий, мало кто выживает. От этих слов холодные когти страха прошлись вдоль моей спины, и я опустила ставшую вдруг тяжёлой голову. Из глаз потекли слезы, в которых отразилась вся боль этой бесконечно долгой недели...