Imaginary friend

Мне было больно. Настолько больно, что хотелось раствориться в воздухе и распасться на атомы. Однако..., когда я больше всего хотела остаться в одиночестве, как назло явился он. Чарли стоял здесь. Рядом со мной. И фантазии было начхать на то, что я не просила посылать мне его образ. Образ живого Чарли. - Зачем ты пришёл? Я... я хочу остаться одна... сегодня слишком много всего произошло... Парень недоумевающе выпучил глаза. - Эм... ты, правда, меня видишь? Это был чересчур странный вопрос, поставивший меня в тупик. По его глазам было видно, что он офигел. Полагаю, по моим – тоже. - Да-а? – протянула я, сама не понимая, говорила я утверждение или вопрос. - Так, стоп... почему...нет...эм...как... - Чарли нервно бормотал что-то и озадаченно потирал переносицу, - Ты ведь Александра? Моя одноклассница? Я молчала. Становилось все интересней. «Кажется, воображение играет со мною злую шутку. Чарли мёртв, а сознание никак не может принять этот факт. Да! Этим всё и объясняется!». - Как же так получилось, что ты меня видишь? – слегка раздражённо продолжил Чарли, - И почему ты не удивляешься? Как бы, перед тобой призрак, вообще-то... - Может, потому что ты – всего лишь плод моего воображения? - невозмутимо сказала я. Парень нахмурился и напряжённо скрестил руки на груди. - Я понимаю, что в это трудно поверить, и сейчас ты будешь придумывать разные предлоги лишь бы не признавать этого, но я реально стою перед тобой. Я недоверчиво окинула взглядом Чарли, который говорил также убедительно, как и учительница по физике, регулярно втиравшая нам проповедь о том, что её предмет единственное, что понадобится в этой жизни. А так...фиг с два я поверю в какого то призрака! - Докажи, - сказала я, успокоившись и лениво потянувшись, разминая затёкшие руки. - Ты серьёзно? – Чарли нервно вскинул бровь. - Ну да. Докажи, что ты настоящий, - на самом деле я была рада, что моя фантазия так разбушевалась. Лишь благодаря этому я отвлеклась от безрадостных мыслей и тревожных чувств. Было весело наблюдать, как он забавно хмурит брови, а эмоции на его лице сменяют друг друга: замешательство и смятение, потом раздражение, за которым последовала растерянность. На секунду показалось, что выражение его лица слишком детализировано, я удовлетворенно отметила, что мое воображение явно прогрессирует. - Как я тебе докажу?! – сорвался он на крик. - Ну, не знаю... придумай что-нибудь! *** Я стоял перед ней уже где-то пару минут, гневно сверля взглядом её невинные глазки. Она что, не может отличить свою фантазию от реальности? Ненормальная какая-то... - Зачем надо ставить меня в тупик? Мы толком не общались, так как же я... ах, пофиг. Уверен, найдётся ещё кто-нибудь, кто увидит меня, - я хотел было пройти к двери, но вспомнил, что могу уйти и через окно. На меня нахлынуло много противоречивых чувств, неприятно контрастирующих между собой: раздражение от того, что у меня совершенно не было сил что-либо доказывать этой дуре, страх, что никто больше меня не увидит, смятение от осознания всего ужаса данной ситуации и любопытство: что дальше? Я повернулся к окну, собираясь уйти и в последний момент оглянулся, чтобы на прощание одарить эту полоумную демонстративно-презрительным взглядом. В этот момент девушка откинулась назад, порываясь лечь головой на подушку, но в результате столкнулась затылком с твёрдой стеной, отчего болезненно зашипела. - Чёрт... Я ехидно усмехнулся глядя на это зрелище и ушёл в ночь... *** Мои поиски не увенчались успехом. Я очень долго ходил по ночному городу, настороженно заглядывая в дома своих знакомых и не очень знакомых людей, я успел оглядеть множество квартир и что думаете? Нашёл кого-нибудь, кто меня видит? Ничего подобного! Я не нашёл никого, кроме облезлых кошек и собак, с интересом наблюдавших за мной. Когда мёртвая Луна начала растворяться на утреннем небе, подавая знак Солнцу, что пришло его время озарять небеса, я решил напоследок зайти в дом своего друга Макса. Но я не ожидал увидеть печальное выражение на его обычно веселом белозубом смуглом лице. Взгляд Макса был направлен на экран компьютера и я, заглянув ему через плечо, вдруг понял, отчего он грустит. Вкладка с открытым постом в твиттере, где кто-то сообщил о моей смерти и завтрашних похоронах... Так быстро? В теории я должен был почувствовать боль и сожаление, но ощущал лишь странное безразличие, будто всё происходящее не про меня. Однако я был весьма рад, что теперь есть способ, которым я могу доказать Александре факт моего существования. Даже не знаю, почему меня так заботит её мнение. - Чарли... ну как же так получилось? – Макс обхватил голову руками, тяжело вздыхая. - Мне всё равно, что я был плохим другом, но видимо для тебя эта дружба значила многое, - сказал я, скрываясь за окном квартиры. *** Было ранее утро. Свесив ноги с крыши своего дома, на которую я иногда залезала, чтобы побыть в одиночестве, смотрела на рассеянные лучи восходящего солнца, что согревали мою душу и обжигали мокрое от слёз лицо. Ветер приятно зарывался в волосы и развивал серый кардиган, забирая с собой все неприятные мысли, очищая мой разум. Я хмуро потёрла уставшие глаза. Сказываются бессонные ночи. Питер постоянно твердит о том, что снотворное - это плохо и всё в таком духе, но я не слушала его, хоть и понимала глубоко внутри, что он прав. Как вы могли догадаться, меня не слишком волновало странное поведение воображаемого друга, да и видеться с ним до сих пор не хотелось. Не было настроения и сил. Лишь желание созерцать плывущие по своим делам облака и кружащиеся на ветру опавшие листья нашей яблони, давно переставшей плодоносить. Вдоволь насладившись тишиной, я достала телефон, чтобы сфотографировать необычайно красивый восход, но наткнулась на высветившееся сообщение от Нади, в котором говорилось, что похороны сегодня и пойдут все одноклассники. Даже уроки на сегодня отменили. В конце красовался печальный смайлик, что было не очень уместно на мой взгляд. Всё-таки хорошо, что я дала ей свой номер, хотя не очень то хотелось... - Блин... я телефон достаю не с целью поплакать... Я собиралась уже спрыгнуть обратно на балкон, но кое-кто меня окликнул. Кое-кто очень настырный... - Стой, - я повернулась на этот требовательный голос и увидела Чарли, стоящего на коньке крыши. По его лицу не было понятно, злиться он или просто хмуриться, что в принципе было не столь важно, - Теперь-то ты мне поверишь! Я узнал, что сегодня похороны... вот тебе и доказательство. - Какое-то хилое доказательство, - буркнула я. Парень подлетел ближе, недовольно сверля меня взглядом, - К тому же, я это уже знаю. Я показала ему сообщение от Нади, грубо ткнув телефоном в лицо. Чарли что-то сурово проворчал на моё резкое движение и забавно сощурил бирюзового цвета глаза, присматриваясь к экрану. - Ты собираешься, ну, идти туда? Я неуверенно кивнула. Почему неуверенно? Поскольку сегодня отменили занятия в школе, я могла бы просто остаться в своей комнате и целый день рисовать и плакать, размышляя о том, как с треском рушиться наше с родителями счастливое будущее. А ведь столько было планов! Мы хотели с папой попробовать порыбачить зимой, а с мамой – прокатиться на лыжах. Да, я так бы и сделала, если бы на месте Чарли был кто-то другой. А еще я, из чистого любопытства, хотела убедиться, что мне все это не приглючилось. *** Что ж, она мне не верит, но это не важно, так ведь? Может уже скоро меня, эм, заберут на небо? А может и нет... во всяком случае, уверен, что эта аномалия – просто ошибка, ведь живые не видят мёртвых. - Мёртвых... Я до сих пор не осознавал этого, хоть и был убеждён в реальности происходящего. Выбравшись из потока мыслей и взглянув на девушку, вид у которой был какой-то потрепаный, увидел на её лице печальную улыбку. Конечно, мне было интересно, чего это она улыбается, хотя – какая разница, что там у нее в голове. Знаете, я никому раньше об этом не говорил, но сейчас готов раскаяться. Я не такой хороший человек, каким хотел казаться. В принципе, мне всегда было наплевать на несчастья других, изредка всё же чувствуя стыд и вину за это. И теперь, когда я мёртв, это уже не важно. Грехи прошлого не исправить, но избавиться от искушения набраться новых не получалось, ведь эта странная девушка заставляет кипеть от непонятных, но определённо негативных, чувств. Когда я уже собирался спросить, почему вчера застал её в слезах, девушка повернулась в сторону балкона, осторожно спрыгивая на него. Круто! До пола оставалось больше трёх метров, а она умудрилась сделать это почти бесшумно. Я последовал за ней, спускаясь на балкон и входя в комнату Александры. Кроме всех остальных уже озвученных ранее мыслей, меня мучил ещё один, странный вопрос. Должен ли я остаться здесь, пока не пойму, почему девушка видит меня? И ещё... как я смогу это понять? Ох... не так я представлял загробную жизнь, Боже. Пожалуй, останусь здесь пока что. Заходя в комнату, я удивлённо огляделся. При солнечном свете она стала выглядеть совершенно по-другому. Занавешенные прошлой ночью шторы, сквозь которые едва просачивался кристальный свет луны, пытались погрузить эту комнату во мрак, отчего она становилась таинственно-угрюмой, но стильной. А сейчас, когда рыжие лучи восходящего солнца трепетно-нежно касаясь наших лиц, освещали самые тёмные углы комнаты, я мог видеть многие интересные детали, раскрывающие личность бывшей одноклассницы. Фотография на черной полке - вот что привлекло моё внимание. На фоне красивого ухоженного сада стояла счастливая семья: родители и трое детишек. Справа и слева от матери стояли парень лет семнадцати-восемнадцати и девочка примерно лет десяти, в которой я узнал Александру. На руках абсолютно счастливого отца, как награда, красовался завёрнутый в пелёнку младенец. - Красивый у вас сад конечно... - сказал я невзначай. Девушка повернулась, изумлённо распахнув свои зелёные глаза. - Ты до сих пор здесь? – видимо она ещё не могла поверить или же не хотела. Александра, нахмурившись, подошла поближе к фотографии и сняла её со стены, чем поставила меня в недоумение. - Зачем? - ответ не последовал, а девушка повернулась к какому-то сундуку и положила в него фото, - Ну, эй! Ты меня слышишь? Девушка злобно насупилась и испустила нервный выдох, при этом, не обращая на меня внимания. Я хотел было возмутиться такому умышленному игнору, но со стороны двери послышался мягкий монотонный стук. - Алекс, ты проснулась? – спросил низкий бархатный голос какого-то парня. - Да... - вымученно ответила Александра. - Можно войти? - Да... Дверь приоткрылась, и в комнату вошёл высокий темноволосый парень с узкими строгими очками на носу. Лицо его было слегка напряжено, Александра даже не взглянула в сторону посетителя, уставив взгляд в пол. Незнакомец устало потер переносицу и, взяв слева от себя стул, подсел к Александре. Я с интересом наблюдал за этим, встав позади девушки. - Алекс, я знаю, что тебе сложно. Нам всем сложно...но школа-то не отменяется. У тебя и так за последнее время много пропусков... Голос парня был строгим, но вместе с тем и заботливо-тревожным. Я перевёл взгляд на спину Александры, плечи которой почти незаметно вздрагивали. Она подняла голову и устрашающе металлическим голосом сказала: - Уроки отменили, - стоя за её спиной, я не видел выражения лица девушки, но почему-то был уверен – её глаза злобно сверлили парня. Александра, видя что ей не верят, достала телефон, показывая то самое сообщение. - Чьи похороны? – удивленно спросил незнакомец, который, судя по той фотографии, был её братом. Возможно. - Моего одноклассника, которого все любили. - И ты тоже? – парень задал смущающий вопрос, Девушка озадаченно почесала затылок. Я пододвинулся поближе... - Мы не общались... но думаю, я им восхищалась, - слова, которые слетели с её губ, заставили меня изумлённо раскрыть глаза. А если бы ты узнала настоящего меня, чтобы сказала? - Нет, это не была влюбленность, но я удивлялась его манере общения, его открытости этим... гадам-одноклассникам. Не выдержав, я испустил нервный смешок. Александра внезапно развернулась, и недоумевающе окинула меня взглядом, при этом растерянно покачивая головой из стороны в сторону, словно пытаясь отогнать от себя нелепые для неё догадки. - Алекс! – от резкого выкрика её брата девушка обернулась обратно, раздраженно глядя на парня, - Не все люди такие. И то, что ты отсеиваешь всех в одну сторону, сгребая всех под одну гребёнку – признак твоей незрелости. Нельзя делить людей так категорично на добрых и злых, это юношеский максимализм. Это были слова поистине взрослого человека и ими парень поставил нас обоих в ступор, но в отличии от Александры, я с уважением, а не со злобой, посмотрел в его серые уставшие глаза. - На философию потянуло, брат? – как-то пренебрежительно и грубо сказала девушка. - Ничего ты не поняла. Ну, в любом случае, - парень встал со стула, тяжёлым шагом проходя к двери из комнаты, - Выходи на кухню. Уже завтрак. *** Питер вышел из комнаты, оставив меня одну. Ну, не совсем одну. Я повернулась к своему воображаемому другу, сверля его грозным взглядом. Чарли стоял позади меня, облокотившись о стену и ехидно ухмыляясь, отчего стал похож на хитрого лиса. И вдруг меня пробила мысль, которую я гнала от себя изо всех сил. Я определённо точно не могла создать такой насмешливый и наглый образ. - Чего смеёшься? - Вспомнил кое-что смешное, - странно было и то, что ответив на этот вопрос, Чарли вдруг перестал улыбаться и с нарочитым безразличием отвернулся к окну. Все это не было похоже на моего Чарли. Тьфу, ну что с ним происходит? Вернее, со мной и моей фантазией? Этот тип появляется, когда не просят, ведёт себя непонятно... Совсем вышел из-под контроля. Заметив мой взгляд, парень грубо кинул «Что?», хмурясь, прямо как тучи на небе. - Невозможно-о-о-о.... – протянула я, по большей части в ответ своим мыслям, но понимающе кивнул почему-то Чарли. - Ага. Невозможно. И, тем не менее, это правда. И как мне реагировать? Я до сих пор не верю и ни за что не поверю, но, однако... это очень озадачило меня, потому я просидела пару минут, тупо осматривая парня и разглядывая некоторые детали его образа. Серый капюшон белой толстовки с, наверняка, мягким мехом, небольшая царапина на левой щеке, складки на синих джинсах, нос с горбинкой, классная родинка на руке похожая на чью-то голову... из-за всех этих деталей, казалось, будто кто-то повысил графику в настройках этой игры. Из-за моего пристального взгляда Чарли неловко поёжился, меняя позу на более закрытую и осуждающе сверля меня глазами. Мне совершенно внезапно стало неуютно, отчего я опустила глаза, почему-то чувствуя неловкое смущение. - Что смотришь? Поверить не можешь? – сказал он, недовольно скрещивая руки на груди. - Да, - честно ответила я, поднимаясь с кровати места и подходя к двери из комнаты. - Ты куда? Чарли подбежал ко мне, пытаясь схватить за руку, но я, конечно же, ничего не почувствовала. Не удостоив воображаемого Чарли вниманием, я прошла за дверь, закрывая её и выходя из своей берлоги. *** Я так злился. Злился на свой нелепый порыв остановить эту девушку и на неё саму. Ну да ладно, это неважно. Я все равно не знал, что ещё делать. Спустившись вслед за ней по деревянной винтовой лестнице, я оказался на довольно маленькой кухне. За накрытым деревянным столом сидели уже знакомый мне брат Александры и какая-то милая, словно куколка, девочка с глубокими голубыми глазами. Девочка удивлённо смотрела в сторону Александры и её взгляд, почему-то заставил меня понервничать, хоть был нацелен не на меня. Александра села за стол, складывая руки и опуская на них голову. Я стал наблюдать за их утренней трапезой, надеясь узнать что-нибудь интересное из семейного разговора. - Я не хочу есть... - тихо запротестовала Александра, когда брат подал ей суп, - Пожалуйста. - Алекс, хотя бы немного поешь, - сказал он, попутно что-то печатая в телефоне. - Сестрёнка, хотя бы пару ложек! – маленькая куколка, своими понимающими и мудрыми глазами осмотрела сестру. Ничего не ответив, девушка взяла ложку вялой хваткой, явно не имея никакого желания даже начинать завтракать. Я её понимал. Всегда ненавидел, когда мама насильно заставляла есть, беря на «слабо». - Алекс, я уезжаю сейчас. Ты со мной или на автобусе поедешь? – прервал звенящую тишину брат Александры, оторвавшись от телефона. - Я с тобой, Питер... я хочу прогуляться по городу, - ответила ему девушка, медленно помешивая густую жижу в тарелке, при этом сонно зевая. - Алекс... а ты проводишь меня до школы? Александра озадаченно почесала затылок, после чего ответила уставшим голосом: - Эх... ладно... *** Стоя около двери на улицу, я надела кожаную куртку вместо своего кардигана. Я старалась не обращать внимания на приставучего недопризрака, но тот был слишком настырным: - Хватит вести себя так, будто не видишь! – он махал перед моим лицом руками, гневно сверля взглядом, но я была непреклонна и невозмутима. - Если случится что-нибудь странное и паранормальное – я поверю тебе, - рявкнула я прямо ему в лицо, чувствуя, как все это начинает надоедать... - Хи-хи... с кем ты разговариваешь, сестрёнка? – от неожиданности и неловкости я вздрогнула, не зная как ответить стоящей позади Свете. - Э-э-э... ну я... учу просто строчки из любимой книги. Привычка такая. - Хм... а что было дальше? После этих строк? Вот блин невезуха! Еще одна заноза! - Привычка, значит? – со стороны Чарли послышался насмешливый шёпот. Я повернулась к нему, сурово нахмурив брови, но вместо ожидаемого напыщенного взгляда, увидела хитрую ухмылку, которую сразу захотелось стереть с его лица. Я рассерженно сжала кулаки. - Алекс? – сестра непонимающе посмотрела на меня. - Я дальше не прочла ещё... - сухо ответила я, поворачиваясь к двери и выходя прямо в наш сад. *** Изумрудная трава, белые тысячелистники, невысокие фруктовые деревья, выложенная керамической плиткой, ровная дорожка, уходящая за ягодные кусты. Хоть я и не мог чувствовать запахи, но был уверен в необычности аромата этого сада. Я должен был следовать за девушкой, но не мог оторвать глаз от такой простой вещи, как ромашка. Мамин любимый цветок. При взгляде на него, во мне просыпались тёплые, ласковые ощущения и воспоминания. - Эй... что ты встал? Ты идёшь или нет? - неожиданно для меня сзади послышался грубоватый голос Александры. Я обернулся. Девушка стояла рядом со мной, хмуро насупившись и складывая руки на груди. Глаза цвета свежей летней травы, пронзительно холодно смотрели на меня, отчего стало не по себе. На всякий случай я решил не отвечать этой ненормальной, явно страдающей биполярочкой, а просто последовать за ней сквозь кусты и ветки деревьев, но вдруг, свершилось нечто, казалось бы незначительное. Александра запнулась, падая носом в траву. Она бы неслабо ударилась, если бы не я. По инерции и благодаря своим рефлексам, забыв на секунду, что у меня нет ни единого шанса, я схватил её за руку и неожиданно почувствовал тепло её тонкой, хрупкой ладони.