дождь.

на небе не было видно ни луча солнышка, тёмные тучи загораживали его. вот-вот начнётся дождь, а может, даже, ливень. или гроза, молниями пугающая, как сова глазищами Олю, и рычащий гром, словно звери из лесу. Антон не любил это всё. не нравилось ему быть зайцем среди всех хищников, что блуждают по посёлку, около леса, и, собственно, в самом лесу. пугало. ещё как назло, отказался от того, что бы Ромка до дома проводил. словно специально, закапали на землю прозрачные капли дождя, совсем маленькие. не смотря на это, Петров решил поспешить домой. тем более, он шёл через лес! звери даже в такое время не побояться выйти и полакомиться таким угощением, что забежало само в их лапы. пока тот почти бежал, капли становились всё крупнее, их было всё больше. ливень, как и рассуждал мальчишка до. звуки вокруг всё время меняли своё местоположение, рычали, и, кажется, если бы тот уже не бежал, то кусались бы. в небе сверкнула молния, загремел гром. "мать вашу." - пронеслось в голове у мальчика, словно быстротечная река, плохое слово, что он услышал из группы "Сектор газа". уж очень понравилось ему это слово, решил применить. пока родителей рядом нет. очки теперь были в воде, и видел он размыто. чёрт, дорога к дому стала сложнее. без очков он вообще не видит, в очках - всё размыто. что это за закон подлости? знал он, как чуял, что стоило идти домой после школы сразу. сейчас родители опять будут волноваться, спирать всё друг на друга. его маленькая сестра, Олечка, будет плакать из-за переживаний... и всё это из-за этого леса, из-за этой ужасной погоды. у Антона появилось чувство, словно кто-то его преследует. он ускорил бег, но паранойя не унималась, напротив, обострилась. кто-то звал его. "Тооо... Хааа... Стой..". от этого ещё больше поплохело, в животе появилось чувство, что он вот-вот отвергнет всю ту еду, что ел сегодня, он вспотел, будучи в куртке. нет, это явно не из-за неё. это чёртов липкий страх, который быстро отнимал все силы вообще, из-за чего он просто быстро шёл, а не бежал. - Тоо... Ха... Остановись уже! сквозь дождь послышался до боли в голове, странных, сладких чувств, крик. Пятифан. Петров остановился, оглянувшись назад. в него резко врезались, едва ли не столкнув с ног от неожиданности, но быстро поймали за обе руки и потянули на себя. очки были мокрые, все было размыто, но проглядывались черты лица, такие же знакомые, как и голос. - Так и знал, блять! Сказал же, что не дойдёшь сам тебе, а ты, нахуй? Послушал бы хоть раз. Смотри, ещё и не туда свернул. твой дом вообще в другой стороне, бля. Не зря же я сюда пришёл, да? Поблагодарил бы хоть! ох, как же этот мат привычен, но звучал он необычайно.. заботливо. именно. заботливо. с парня сняли очки и убрали в карман его же куртки, чтобы они немного подсохли. дождь не поубавил свою силу, только становясь сильнее, но теперь не было слышно звериного рычания, клацания зубами, завываний ветра, словно волков в ночи под полнолунием. - спасибо, Ром. но я дошёл бы сам, ты же, должен быть сейчас дома. - еле проговорил парень сквозь силу, почти блея, словно Бяша от того, что он так близко с Ромкой. ох, Ромка, Ромка... зачем ты так дурманишь? дыхание опаляет его губы, горячее. - Что за хуйню ты несёшь? ты почти пошёл, бля, обратно, а то и до другого города доебал бы. теперь я тебя провожу. не думай отказаться, ясно тебе, бля? он приблизил своё лицо к моему. теперь я точно мог его разглядеть. эти глаза, в них можно утонуть... хмурое выражение лица, словно мать, что опять командует дома. покраснев, Антон закусил губу, легко отстраняясь от смущения. Пятифан хмыкнул, но не дал тому отстраниться. - что ты вообще делаешь, Рома? пошли, пошли, я больше не буду возражать. правда. - ты так меня боишься? - хулиган состроил обиженное лицо, отстраняясь и отводя взгляд - а я то думал, мы друзья... или чуточку больше. Антона больше не держали чужие руки, а на дождь было и вовсе поебать. да, они сейчас оба стоят мокрые. да, гремит гром над головой, да, сияют молнии. на это было вообще все равно. на голове у него была шапка, все равно промокшая, а у Ромы вовсе не было ничего на голове, даже куртки не было. снова прижимаясь к другу, не желая отпускать и обижать его, тот быстро затараторил: - ты знаешь о чём я говорю. и... мы друзья. я не понимаю что ты имеешь ввиду под чуточку больше. не боюсь я тебя. и не думаю, что должен. - ну, как же. я же в школе авторитет, меня боятся. даже эта ёбанная свинья. как же ты так, не боишься даже, зайчонок? я ведь могу и укусить, ррр, нахуй. заяц оставил реплику без ответа. последняя реплика прозвучала тихо, по особенному, тем более, от школьного хулигана, даже с матами. "зайчонок", значит... чем то Рома сейчас был схож с Алисой. а что, если он - тоже лиса? без маски! характер, поведение. наигранная обидчивость. теперь не поймёшь, где шутка, а где нет... вздохнув, Пятифан взял его за руку и пошёл вперёд, как и обещал, провести. но, кажется, заяц стал бараном, поэтому застыл на месте, не даваясь идти вперёд. - чего ты, бля? сказано это было с неким раздражением. Роман повернулся, и, Антон прильнул к его губам лёгким чмоком, буквально на пару секунд, по спине Петрова пробежалась очередная стая мурашек. вдруг Рома шутил обо всём, чисто ради шутки сказал это всё? теперь стало страшно идти завтра в школу. что будет завтра? не съест ли его зверь из леса ночью? не умрёт ли он во сне, что бы не волноваться что же будет дальше? не убежит ли он, послав всё на три всем знакомые буковки? отпрянув, заяц вновь почувствовал тот же самый страх, что и был до этого, пока не пришёл любимый. в глазах Ромы читалось смущение, стыд за содеянное, некий страх. что если кто-то их видел? например, Семён. тогда завтра в школе пощады от смешков за спиной и издёвок не жди. и ведь его не спасёт его защитник, ведь он теперь далеко от него, где-то в бесконечности лисьих хвостов от него. лисы... прекрасные животные, такие же, как и плутовка Алиса. резко послышался смех, Антону стало жутко неловко. Рома смеялся, прикрывая рот рукой и держась за живот. хоть он почти и не видел без очков. это было понятно по дрожащему другу, положению рук. ну, да, может, это нервный смех. теперь Петров будет стоять, ожидая удара кулаком. в живот? лицо? может, прилетит в глаз, или, например, в нос. но ничего не последовало, даже когда смех поутих. - Бля, это такое предложение руки и сердца? Если так, то, прости, я не согласен. это даже не вызвало разочарования, никаких эмоций. Антон спокойно стоял и слушал каждый окружающий их звук. дождь поутих, теперь маленькие капли бились о землю, гром звучал отдалённо. удивительно, что в них не попала молния во время грозы. мама часто говорила, что нельзя прятаться под деревья, а тем более стоять на открытом пространстве. - Не согласен потому, что Я предлагаю тебе выйти за меня, ебать. Выйдешь? Уникальная херня. сердце затрепетало, едва не вылетая из груди. кажется, только промокшая куртка держит его внутри, не давая выбраться наружу. щеки покраснели. но не только от смущения, а ещё и от холода. перед лицом встала картина, как Ромка стоит на одной ноге и протягивает маленькую коробочку с колечком, и так вежливо бормочет "ты выйдешь за меня, зайчонок?". невольно хихикнул. - выйду. пойдём уже, муженёк. Рома победно заулыбался, словно сделал то, чего давно добивался, а затем, схватив мальчишку за руку, поспешил к его дому. скоро им ещё много что нужно будет обсудить, но сейчас момент портить не стоит. и никто этого сделать не посмеет, пока такой хороший защитник находится рядом. дождя и след пропал. он больше никогда не напугает Антона, ведь рядом - Рома, и это определённо главное. они есть друг у друга. хищник и зайчик, травоядное, наверное, что странно, но сочитаются, как ИньЯнь.