хрустящий снег

После того сообщения я никак не мог прийти в себя. Было трудно представить, что скрывает в себе снег. Какие тайны могут хранить сугробы Тайги. Ха...да это же просто смешно. Если про птиц я ещё могу понять... С момента получения письма и прихода Ромки ко мне прошло 2 дня. В понедельник я пришёл в школу и не заметил сильных изменений в поведении Ромки. Он был всё таким же хулиганом, дерущимся со всеми подряд. Бяша правда пытался выяснить, чем мы занимались, ведь Ромка проболтался, что был у меня в один из выходных дней, но так ничего путного и не узнал. Каждый из нас говорил ему одно и тоже, мол, сидели и играли в приставку, потом разошлись. Но, как бы Ромка не пытался, скрыть свои липкие взгляды, которые он пускал в мою сторону, у него не получалось. Вторник. Закончились уроки и на удивление Бяша решил свалить. — Странно, что он ушёл без нас, - произнёс я, поправляя шапку. На улице всё так же шёл снег, ложась неровными буграми на дорогу. Я не любил снег и зиму в принципе, ведь зима - это холод, тёплая одежда и вечная темень вокруг. Но кружащиеся снежинки, падающие тебе на ресницы, белые дороги, которые были до ужаса мягкие, словно я наступал на тысячу подушек разом, вызывали во мне немного трепета. - Ни капельки. Я попросил его свалить. Нам нужно поговорить. Мы дошли до середины леса и Ромка резко остановился. Кругом ни звука, лишь изредка шумит ветер, качая деревья. - О чём ты хотел поговорить? ‐ Насчёт вчерашнего...Никому ни слова. То, что произошло было классно, не спорю. Но если хоть кто-то из села прознает, нам же обоим крышка будет. Сердце забило в бешеном ритме. Я чувствовал, как на моей спине появляется огромный булыжник, носящий название "неприязнь". Но в какой-то степени я понимал, что всё происходящие лишь сладкий дым, дурманющий мою голову. - Я тебя понял. Что ж, если это всё, то я пойду домой. - Антон, я... - Ничего. Я всё понимаю. Жаль, что так вышло. Жаль...Я ни капли не жалел о том, что было вчера. Но ради его же блага, я буду это игнорировать. Пусть после этого разговора он мне и стал неприятен, но ничего поделать я не могу. В конце концов я всего лишь заяц, который вот вот попадёт в лапы к волку. - Конечно...До завтра. Я шёл домой своей давно "излюбленной" дорогой и думал, как так могло всё выйти. Ромка, что целовал меня и говорил, что всё будет хорошо вдруг исчез, как будто его и не было. Как будто это всё были лишь мои фантазии и не более. Тем не менее мне не даёт покоя то, что он знает о зверях. А я про письмо, которое останется в тайне.