Гроза

— Весь день дождь... — смотря в окно, грустно произносит малышка, теребя в руке штору. — Ни во дворе поиграть, ни в деревню сходить...       В солнечную погоду они всегда найдут, во что поиграть и чем себя занять. Когда светит солнце есть даже желание что-то почитать и поколдовать, они даже сами просят Мэйвен показать им пару приемов для отработки.       Но во время дождя... Наплывает чувство тоски и грусти. Все становится серым и печальным, и настроения моментально нет. Уже нет желания что-то делать. Хочется просто лежать ничего не делая, и думать о чем-то своем. — В особняке тоже ничего, в целом... — он встал рядом, приподнявшись на носочках. — Но я бы тоже лучше на улицу пошел... — Когда папа освободится? — Мейлин недовольно перевела взгляд на часы недалеко от себя. — И мама еще не вернулась... — Не думаю, что она захочет с нами поиграть... Мама уставшей будет, наверное... И папа тоже. — Бли-ин, взрослые маги такие занятые! Мы такими же будем, да?! — недовольно скрестила руки девочка, обиженно надув щечки. — Возможно, что да... Но нам лишь четыре. — Взрослая жизнь уже очень скоро, мы же маги! А маги ну... Они просто обязаны быть умнее людей! И образованнее... И все такое, короче! — Ты уже умнее многих, тебе даже особо стараться не придется. — Ага, а магия и, ну... Эти... Бойцовские способности, как у мамы! — Мей легонько ударила пару раз братца по предплечью кулачками. — Это тоже нужно в Академии! — Откуда ты это знаешь вообще? — Я интересовалась просто, — спрыгнув со стула, зеленоглазка шлепнулась на кровать, залезая под одеяло. — Мф, уже так поздно... — Надеюсь, с мамой все в порядке... — кинув взгляд на мокрые стекла, вздохнул Мира, задвинув шторы. — У нас са-а-амая сильная мама, ты сомневаешься в ней?! Я ей обязательно передам твои слова, хм!! — Нет, я просто волнуюсь за нее!! — покраснев, близнец кинул в сестру подушкой. — Просто волнуюсь, Мей!! — Да я же шучу, ты чего вдруг?! — бросив ее в ответ брату, малютка поняла, что не рассчитала силы, когда от соприкосновения с ней мальчик упал. — Прости, Мира, ты жив?! — Да жив, жив... Не такое уже было, — положив несчастную подушку, наконец-то, на кровать, ребенок забрался следом, потянувшись. — Может, подождем маму и папу? — Мы сто процентов уснем... — вздохнула маг, накручивая свои длинные волосы на палец. — Такое уже бывало, ты каждый раз отрубался первым, Мира... — Не отрублюсь! — уверил двойняшку желтоглазый, скрестив руки и опустившись на подушку. — Вот увидишь! — Как скажешь... — зевнула Мей. — Спокойной ночи...       Задув свечу, малышка повернулась к стене, практически моментально засопев. Даже не смотря на отсутствие активности, после которой действительно хочется спать, девочка отключилась моментально, можно сказать.       Ее брат лишь цыкнул на это, продолжая лежать и смотреть в потолок, тщательно вслушиваясь в звуки дождя и о чем-то размышляя. На самом деле, все мысли были забиты мамой. Где она сейчас? Все ли с ней в норме? Все же... Когда она уходит по делам в такую ненастную погоду на приличное расстояние, да еще и одна... Это достаточно страшно.       Это Майк и другие коллеги в особняке могут не волноваться за нее. Все же они знают, на что она способна, и что в ливень уж не пропадет. Да и то... Майк все равно переживает. А Мирасаки и Мейлин — совсем другой вопрос. Они не понимают всей силы их мамы, да и возможно, даже если бы поняли, то все равно волнение от этого бы не угасло. — Мира! Мира!!       Почувствовав, как кто-то активно дергает его за рукав пижамы, спящий открыл глаза, попытавшись проснуться. — Мей..? — сонно произнес мальчик, потирая свои глаза. — Что случилось?       Но на его вопрос сестра не успела дать ответ. Из окна что-то сверкнуло, а следом раздался очень громкий шум. Мейлин закрыла глаза и прижалась к брату сильнее, крепче сжав его руку. — Гроза? — с некоторым страхом спросил малыш сам у себя. — Мне страшно!! — двойняшка запрыгнула в кровать, обняв братца чуть ли не до треска костей. — Мира, спаси меня!! — Но что я могу... — Мирасаки растерянно посмотрел на сестру, боясь, на самом деле, не меньше, чем она.       Все маленькие дети боятся грозы. Даже дети-маги.       И как сильно не кричали бы старые книги о том, что маги в семь лет должны быть развиты, по сравнению с простым человеком, лет эдак на пятнадцать — это бред.       Это понимают все: и такие же маги, и простые люди.       Раньше так и было, возможно. Но люди не глупы, и все прекрасно чувствуют, что между ними разницы нет никакой. И между детьми разницы нет тем более. Они все имеют одинаковое право на счастье, одинаковые желания и потребности, одинаковые мечты.       И в семь лет маги такие же дети, и они боятся того же, что и обычные люди. — Давай поспим вместе!! — он понимал, что еще пару раскатов грома, и близняшка заплачет от страха, натурально впадет в настоящую панику и чуть ли не истерику. — Может так нам будет не так страшно! — Мей, пойдем к родителям... — Не могу!! — сестра упала на колени, начав плакать. — Мира, мне страшно!! — Хочешь я приведу папу или маму? — братец думал, что может сделать, чтобы только успокоить зеленоглазку. — Не бросай меня одну здесь!! — Тогда пойдем к родителям! — он крепко взял ладонь сестры, подняв на ноги. — Идем.       Но раскаты грома с каждым разом лишь становились звонче и ощущение, будто земля дрожит под ногами и вот-вот разойдется на две части, тоже лишь усиливалось. Мира боялся, что сестра просто упадет и начнет громко плакать, уже не в силах ни идти дальше, ни отпустить братца, чтобы тот привел отца или маму.       Конечно, с другой стороны, возможно, если Мей будет плакать, то их услышат и так, но это лишь теория, которая еще не факт, что сработает. И если не сработает, то это будет еще хуже.       Очередной раскат грома, впрочем, только больше приближает девочку к этому состоянию. — Пожалуйста, давай никуда больше не пойдем!! — малышка встала за него, сжимая руку мага все крепче и крепче с каждой минутой. — Мне страшно, страшно!! — Мей, либо мы дойдем до комнаты мамы и папы, либо так и останемся здесь дрожать от страха! — он попытался тащить ее сам, но маг оказалась слишком тяжелой для него. — Мей, давай же!! — Нет!! Не пойду!! — Мей! — двойняшка все же отодрал ее от своей руки, почувствовав, как хватка девочки ослабла, после чего кинулся в сторону ближайшей двери, которая была прямо перед ними. — Мирасаки! — Мейлин закричала очень громко, уже не в силах сдерживать слезы, которые просто ручьем полились из ее детских глазок за те пару секунд, пока брата не было.       Гроза даже не успела сверкнуть в очередной раз, как до головы ребенка дотронулась сильная мужская рука, погладив ее.       Подняв глаза вверх, она увидела знакомое лицо своего отца, который мило улыбался ей. Мей сразу же крепко обняла его шею, немного успокоившись. — Ну, все теперь в порядке? — похлопав дочку по спине, спросил Майк. — Папа, мне было ужасно страшно... Мы с Мирой пытались дойти до вас, но было очень страшно, и Мира бросил меня... — лишь всхлипывая, говорила малютка, вытирая глаза. — Мирасаки мне и сказал, что ты тут, поэтому он тебя не бросил, а как раз наоборот, — подняв малютку на руки, сказал мужчина. — Правда? — Правда, — кивнул он с улыбкой, направившись в их с Мэйвен комнату.       На кровати уже сидел Мирасаки, разговаривая с девушкой. Он явно был рад, что мама вернулась, и с ней все нормально. Но увидев то, как отец посадил сестренку на кровать, мальчик тут же кинулся к ней, крепко обняв. — Прости, что оставил тебя там одну. — Мне папа все сказал... Спасибо, — улыбнулась близняшка, уже совсем не плача и даже не хныкая. — Прости, что вела себя так. — Да ничего... — ребенок слегка покраснел, но сейчас ему было все равно. — Я правда такая тяжелая? — резко задала неожиданный вопрос маг. — Э, н-ну... — Вы одинаково весите, и у Миры нет такой силы как у тебя, так что это не удивительно. — Мэйвен села к детям ближе, погладив обоих по волосам. — И в следующий раз при наступлении грозы лучше сразу бегите к нам, если страшно. А то ты Миру, может, еще и не отпустишь без последствий для здоровья. — Ну-у, я же извинилась! — надула щечки малышка. — Я слышала, ты молодец, а мои слова — это совет на будущее, — улыбнулась Сиквел, проведя пальцем по носику ребенка, от чего та чихнула. — А то хватка у тебя не слабее, чем у отца. А между вами разница-то приличная. — За то сразу видно, что она моя дочь, — зайдя в комнату с двумя игрушками, принадлежащими близнецам, сказал глава. — Кто-то будет спорить, что у нас одинаковая сила? — Да никто и не спорит, вы и так, и так похожи. — И правильно, — стоило лишь отдать игрушки детям, на их лицах моментально появилась очень яркая улыбка, особенно у Мей. Мира, все-таки, по сдержанней нее в эмоциях будет. — Па-ап, ты притащил медведика? Тебе не страшно было так далеко идти?! — помяв в руках игрушку, крайне удивилась Мейлин. — Запомни: я ничего не боюсь, когда дело касается тебя, Мирасаки и вашей мамы, — задув свечку и поставив ее на комод, отец сел рядом с остальным семейством. — Поняла? — Угу! — активно кивнула пару раз головой девочка, кажется, уже совсем не слыша грозы, которой она боялась несколько минут назад. — А теперь пора бы спать, — мать поцеловала двойняшек в лоб, после чего легла, повернувшись к стене лицом. — Я очень устала... Спокойной ночи. — Спокойной ночи, мам!! — громко сказала дочь, подойдя к ней и поцеловав в щеку. — Спасибо милая, — хихикнула Мэйвен, закрывая глаза. — Вам тоже бы пора, — положив руки на две детские головы, сказал прямо мужчина. — Ложитесь-ка посередине. — Я ближе к тебе, пап!! — Мей шлепнулась на подушку рядом с Майком и в прямом смысле утонула в ней. — Как скажешь, принцесса, — обняв ее, вторую руку парень положил под подушку. — Мира, ты можешь ко мне лечь, — раскрыв свои объятия, Мэйвен не пришлось долго ждать, пока сын обнимет ее. — Спокойной ночи, мам... — прижавшись к ней, двойняшка уснул чуть ли не моментально.       Кинув взгляд на дочку, они увидели, что и она уже спит, как убитая. Это вызвало улыбку у них обоих, а затем и тихий, небольшой смешок.       На самом деле они невероятно рады, что Мейлин и Мирасаки очень хорошо ладят друг с другом, не смотря на достаточно большую разницу между ними.       Они оба чем-то похожи на оба клана — и Дайрин, и Сиквел.       Мей определенно принадлежит к первому: у нее выдающийся ум сочетающийся с активностью и большой силой. Гены Мэйвен явно пробудили черты чистокровности, а от Майка досталась сила и несерьезность. Да и внешность очень уж похожа на Майка, разве что глаза у нее явно от Мэйвен.       Мирасаки же совершенно точно принадлежит к Сиквелам: скрытая сила, высокая скорость, однако его характер чем-то похож на отца Майка: он такой же серьезный и расчетливый. Да и глазки определенно точно указывают на принадлежность к клану Дайрин: довольно уж узкие.       Вызывает ли это отторжение у Майка, видя такую серьезную схожесть с человеком, которого он буквально ненавидел? Вовсе нет.       Он давно уже понял: Мирасаки не его отец. И совсем не похож на его отца. Он не гений, но и не глуп, от того его ум больше похож на Мэйвен, а расчетливость... Присуща всем когда-то существовавшим Дайринам.       И их союз определенно точно пошел Мире на пользу. Гены Майка притупили беспомощность перед лицом опасности, которая есть у Мэйвен.       У них нет четких рамок одного клана, но в то же время есть способности, достаточно полезные для их мира. — Ладно, давай тоже спать, — поправив волосы, она потянулась к Майку, поцеловав его в губы. — Займемся нашими делами как-нибудь в другой разок. — Возвращайся в следующий раз пораньше, — ухмыльнувшись, Дайрин дотянулся до предплечья жены, обнимая теперь, по факту, всю свою семью. — Спокойной ночи. — Только проснитесь завтра с Мей на кровати, пожалуйста, а не валяющимися на полу в другом конце комнаты. — Постараемся, — посмеявшись, сказал мужчина.       Дождь закончился ровно так же, как и гроза. Завершились они еще ночью, но никто из семьи не беспокоился об этом. Они спали крепко и спокойно, лежа максимально близко друг с другом, однако свое обещание Майк сдержать так и не смог.       Пока Мэйвен мирно досыпала свои часы в обнимку с Мирасаки на кровати, Мейлин, лежа на груди отца, валялась вместе с ним на полу.       Но, разумеется, ругаться и обижаться на них девушка не будет. Наоборот, лишь улыбнется, разбудит обоих, и все вместе посмеются.       В конце концов, Мэйвен их слишком любит, чтобы злиться на кого-то из них, а тем более из-за такой ерунды.