Триумф Галатеи

Сергей, откровенно говоря, уже давно потерял счет бессонным ночам, проведенным в чате с Игорем. Все это как-то внезапно ворвалось в жизнь Разумовского, разбавило рутину и даже успело занять одну из ячеек в плотном графике, прежде состоявшем лишь из однообразных встреч и конференций. Сереже пришлось даже начать отводить ограниченное время на чат — примерно с десяти вечера до четырех утра — иначе он просто не сдержался бы. Однажды он уже ловил себя на мысли о том, что неплохо было бы написать Игорю средь бела дня или во время скучной встречи, однако быстро брал себя в руки — как состоятельному и весьма занятому человеку, ему все-таки стоило быть более организованным и ответственным. Так твердил Олег, и Сережа, в общем-то, был с ним солидарен. Зато теперь большинство встреч и формальных знакомств начало восприниматься Сергеем несколько иначе. Лишь при мысли о том, что за этой вынужденной скукотенью стояла возможность списаться по окончании дня с Игорем, все начинало проходить менее мучительно. Правда, иногда в сообщениях собеседника проскальзывало недовольство по поводу стабильности их диалога и взаимоотношений в целом, и это сбивало Сережу с толку. Ему было комфортно контактировать с ним в интернете по многим очевидным причинам, но в то же время он понимал рвение Игоря встретиться и нормально познакомиться. Вот только Сергей совсем не мог представить, как бы все это прошло: раскрытие личности в его планы вообще не входило. Нет, ему, конечно, было любопытно увидеть собеседника вживую, чтобы воссоздать в голове целостную картину происходящего; но Сережу охватывал страх лишь при мысли о том, что от него могут отвернуться, когда узнают, кем он является на самом деле. Даже сейчас, сидя на диване в своем офисе, Сергей пытался представить их встречу и возможный диалог. Выходило скомканно, нелепо и местами даже абсурдно. Что он мог ему сказать? «Привет, я Сергей Разумовский — гений, миллиардер и филантроп! Ах да, и чат этот вместе с соцсетью я создал! Ну, будем общаться так же непринужденно?» Именно поэтому общение в интернете казалось ему наиболее комфортным: пока Игорь воспринимал его как просто интересную личность, увлекающуюся искусством, и позволял себе говорить обо всем, что вздумается, — все было в порядке. — И снова ты в чате, — с укором отметил Олег. Сергей в ответ и пальцем не шевельнул: за долгое время привык к внезапным появлениям Волкова. Зато его тяжелый взгляд ощущался четко и пронизывал насквозь, отчего становилось как-то не по себе. — Да ладно тебе, — отмахнулся Сережа, откладывая телефон в сторону. — Время еще детское. Олег неспешно направился к дивану, сохраняя ровную осанку (Сережа частенько засматривался на ее прямоту и корил себя за свою сутуловатость) и важный вид, и присел рядом с Сергеем, беглым взглядом окинул телефон. — Сейчас — да. А ляжешь ты как обычно, — вздохнул тот и потер переносицу. — И так пренебрегаешь сном, а у тебя еще куча планов на предстоящие дни. Сергей не заметил, как напрягся при появлении Волкова. Напрягал, конечно, не сам он, а его правота, укоры и вечная насупленность, при которых Сережа чувствовал откуда-то нахлынувшую вину. Но при этом солидарность с другом детства никогда не уступала место несогласию. — Обещаю сегодня лечь пораньше, — улыбнулся Сергей и потянулся к руке Волкова в качестве компенсации. — Рука у тебя холодная, Олеж, дай согрею. На лице Волкова ни один мускул не дрогнул, однако он повернулся и покорно предоставил свою ладонь. Сережа ухватился за нее обеими руками, голову же примирительно наклонил на дружеское плечо. — Ты, главное, в такой позе не усни, — усмехнулся Олег и, приставив левую руку к макушке Сергея, аккуратно погладил. Сережа что-то буркнул в ответ и продолжил греть чужую ладонь. Спустя минуту дружескую идиллию прервал все такой же бесстрастный голос Олега: — Сегодня из полиции приходили? Разумовский кивнул. — По делу чумного доктора? — Угу. — И что ты сказал? Сергей неспешно отстранился, взглянул в чужие глаза и пожал плечами. Начал непринужденно: — Я сказал, что удалил ролик, но это все, что я мог сделать. Сам понимаешь: децентрализованное шифрование — особенность соцсети. А что? Тебя тоже потрясли новости о чумном докторе? Олег отвел взгляд, направил его на большой экран, что был напротив дивана, и, тяжело вздохнув, ответил: — Ничего особенного. Меня не было рядом, хотел убедиться, что все в порядке. Внезапно пришедшее сообщение отвлекло Сергея, и он потянулся к телефону, а после откинулся на спинку дивана. Волков же глядел выжидающе, не двигаясь. — Ну-у-у, если хочешь убедиться в том, что все прошло прилично, попроси Марго включить записи с камер видеонаблюдения, — хихикнул Сережа. Долго ждать не пришлось: Олег встал и медленно направился к большому экрану с требовательным «Марго, включи дневную запись с камер видеонаблюдения». Разумовского это действие не смутило: напротив, усиленная забота Волкова была ему приятна; а в разговоре с пришедшим майором, кстати, ничего сомнительного не было, так что Сергей позволил себе окончательно уткнуться в телефон. «Будет сделано, Сергей!» — раздался голос Марго. Какое-то время в комнате был слышен только звук с видеозаписи. Олег, казалось, был занят своими мыслями — его лицо сохраняло выражение глубокой задумчивости даже после того, как экран погас. — Что ж, занимательно, — все так же бесстрастно прокомментировал он, отойдя от экрана. Если честно, Сережа другого ответа и не ждал. — Кстати, ты помнишь о предстоящем мероприятии? Сергей нахмурился, пытаясь вспомнить, о чем говорил его друг. Когда тот словно из ниоткуда достал приглашение, точно вылитое из золота, он лишь прикрыл глаза и тяжело вздохнул. Вышло чересчур драматично. — Я подумываю отказаться, — отмахнулся Сережа и нарочно устремил взгляд в телефон, будто это спасло бы его от неприятной темы. — Сам знаешь, не переношу все это… — Не откажешься, — перебил его Олег, покачав головой, и продолжил: — Тонкости бизнеса, Сережа, тебе нужно поддерживать репутацию. С Олегом спорить смысла не было: он постоянно оказывался прав. — Напьюсь там с горя, — заключил Сережа, а после с удовольствием отметил сдержанную улыбку Волкова. Что ж, намечалась очередная скучная встреча.