первый снег

Это был прохладный зимний вечер. Типичная предновогодняя суета заполняла темные улицы, оживляя. Яркие огоньки гирлянд освещали витрины магазинов, помогая уличным столбам с фонарями. Намджун возвращался с занятий домой, шаркая потертыми кроссовками и ненавидя себя за то, что не надел обувь потеплее. Зато парень укутался в большой теплый шарф, закрывающий пол лица. Согревает. В один момент он сосредотачивается на струе белесого пара, и наслаждается магией зимы. Ким выдыхает еще раз, разбавляя скучный вечер детской забавой. Отвлекшись, он даже не замечает, что убавил шаг. Когда парень совсем остановился, он опомнился. Студент продолжил идти, наблюдая за небом. Тучи собрались в кучу и покрыли серой мглой и без того темное полотно, закрывая обзор на звезды, обычно устланные бесконечным ковром. «Скоро должен пойти снег» – пронеслось моментом в голове, так, между делом. Он мимолетно улыбнулся и уже собирался уйти в свои мысли, желая провести в них всю дорогу домой, но вдруг слышит свое имя и быстрые шаги за собой. — Хен, подожди! — крикнул миловидный парень, с румяными от холода щеками и носом. Прибежав, он уперся об колени, наклонившись и пытаясь отдышаться. — В какую сторону идешь? — спрашивает, все еще тяжело дыша. — Привет, Чонгук, — Намджун еле сдерживается, чтобы не засмеяться от такого вида. Румяное личико и взъерошенные волосы напоминают нахохлившегося воробушка. — Мне по правой части, — он поправляет чужие волосы, приглаживая их. — О, мне же тоже туда! — парень весь засиял, что ослепнуть можно. — Давай пойдём вместе? Тем более темно на улице, а вдвоём не так страшно, — Чон растянул широкую искреннюю улыбку, обнажая свои кроличьи зубы. Ким никогда не мог устоять перед этой улыбкой, да и отказывать он не собирался. — Хорошо, но давай пойдём через мост, там очень красивый вид и я хотел бы... — Конечно, с тобой хоть на край света, — перебил младший, после немного смутившись от собственных слов, и отводит взгляд в сторону, потирая правую руку. Казалось, румянец на щеках становится еще сильнее. На это Намджун лишь улыбнулся и продолжил идти вперёд, а Чонгук за ним в вдогонку, словно хвостик. И так было всегда. Где Ким, там и Чон.

***

— Слышал, что у вас скоро пробный экзамен по математике, — за все время Намджун наконец поворачивает голову в сторону младшего, — ты готовишься? — Конечно! — парень даже дергается от столь неожиданного вопроса. Он уже думал, что всю дорогу домой они проведут в тишине. — Правда, многое трудно дается. Хожу к репетитору, вроде что-то да получается. — Чонгук тяжело вздыхает, тихо проговаривая, — вот бы мне быть таким же умным, как ты, хен. — Да ладно тебе, — Ким фыркает, — мне тоже есть чему завидовать. — Но все равно, мне не превзойти тебя и даже не стать похожим, — парень вновь тяжело вздыхает. — Серьезно? — студент прыскает в кулак, смеясь с чужих слов. И что этот парень только в нем нашел? — Зачем тебе это? — Хочу стать лучше. — Я тебе конечно не указ, но пожалуйста, оставайся собой, — Намджун тепло улыбается, зарываясь в шарф сильнее. — Мне нравится такой Чонгук. — Какой «такой»? — Такой, какой он есть, — и не сосчитать, который раз за вечер младший краснеет от смущения. Он утыкается в ворот куртки, и натягивает шапку по сильнее, пряча румянец на ушах. Но Намджун конечно не договаривает. Ему не просто нравился Чонгук. Он любил его. Безумно, до жара в глазах и боли в сердце, любил. Настолько безумно, что тот казался ему бездонной ямой, бесконечной пропастью, в которую он давно упал и даже не знает, сможет ли выбраться из неё. И с каждым днём страшно, как бы эта яма под названием «любовь к Чон Чонгуку» не превратилась в могилу. Но каждый раз, видя его улыбку, искреннюю, настоящую и немного детскую, все сомнения исчезают вмиг, оставляя его сердце разрываться на части.

***

Будучи увлеченными беседой, они даже не заметили, как подошли к мосту. Забравшись на самую верхнюю точку, они молча стояли, наслаждаясь прекрасным видом на огни фонарей у дорог и шумом кипящей жизни города. Безмолвие разбавляли лишь гудение машин и громкие разговоры прохожих. — Хен, а ведь мне скоро восемнадцать, — так, между прочим, подмечает парень, стараясь разбавить тишину. — Ох, и вправду, время так быстро пролетело. Намджун помнит Чонгука ещё маленьким семилетним мальчиком с песочницы, с которым он так любил играть. И хоть разница всего в три года, он всегда казался ему маленьким комочком счастья, которое так хотелось оберегать. Ким всегда старался быть опорой и стеной, за которую можно спрятаться. Всегда хотел защитить и помочь. Всегда старался быть примером для подражания. Как забавно вышло, что в итоге Чон сильнее и способнее своего хена. Но даже так, когда он подрос и окреп, тот все еще кажется хрупким, маленьким ребенком. Поэтому Намджун так трепетно и нежно заботится о младшем. — Знаешь, здесь недавно поставили новые фонари, и они так хорошо освещают. Уже и не так страшно, — парень улыбается, прикрывая глаза. — Чонгук, с каких пор ты боишься темноты? — студент поворачивает голову, вопросительно смотря на собеседника. — Просто, — тянет последнюю гласную, задумываясь, — в этой темноте так страшно потеряться, — он выдыхает, выпуская струю пара, что быстро растворяется в прохладном порыве ветра. — Понимаю, — Ким не находит ничего лучше, что ответить. Ему тоже порой страшно потеряться в темноте очей младшего. Они словно вязкий омут так и манят к себе, загребая все глубже и глубже. — Кстати, на счёт твоего совершеннолетия, — студент старается отвлечься, резко меняя тему. — Это довольно значимая дата. Что бы ты хотел в подарок? — Я даже не знаю, — парень приник, не имея понятия, что и ответить. — Я особо не задумывался над этим. — Да ладно тебе. Есть же что-то, что тебе очень хочется получить? — Джун вспоминает свое совершеннолетие и понимает, что в памяти дыра. Хоть это было и недавно, но он уже и не помнит, что хотел в подарок. Зато помнит, что ему подарил младший – маленький браслет ручной работы. Застежка сломалась, но Ким все еще хранит этот подарок. — Ну, наверное, это… — Чонгук задумался, перебирая возможные варианты. Вдруг его осенило, однако ему боязно просить об этом. Идея кажется не самой разумной, но взвесив все за и против, он решает рискнуть. — Знаешь, этот подарок, — молчит, пытаясь подобрать слова, — он немного необычный. — И что это? — такой интригой заинтересовать не трудно. — Ну, не думаю, что ты сможешь его подарить, — парень уводит взгляд куда-то в сторону. Неловко. — Чонгук, не томи, — Намджун сгорает от нетерпения и интереса. — Давай, говори. Не важно, какой это будет подарок. Для любимого Гук-и что угодно достану. — Правда? Ты так меня любишь..., — он замолкает, а после тихо добавляет, — а знаешь, ведь я тоже тебя сильно люблю. — Что? — либо Ким сходит с ума и у него припадок, либо ему не показалось, и младший и вправду только что признался ему в любви. — В смысле, я бы хотел на совершеннолетие, — пауза, — тебя. Чонгук залился краской, которая была еле заметна из-за румянца от зимней стужи, и опустил голову, желая сейчас же исчезнуть с лица земли, лишь бы избавить себя от такого позора. Парень любил и восхищался Намджуном ещё с самой первой встречи и по сей день. Смелый, высокий, умный, сильный и ещё столько слов, что просто неспособны описать его великолепие в глазах младшего. И за все годы он ни разу не давал повода усомниться в своей превосходности, от чего Чон восхищался им все больше и больше, а очаг чувств в сердце юноши с каждым днем увеличивался, разгораясь и устраивая внутри пожар. Намджун приподнимает чужую голову за подбородок, разворачивая к себе и заставляя заглянуть себе в глаза. Студент хочет убедиться, что все сказанные слова не шутка, а настоящая правда, и утопает в искренности, что льется через край. Ким притягивает Чонгука к себе, второй рукой оттягивая свой шарф чуть вниз, и наклоняется, аккуратно касаясь чужих губ. Подсохшие от холода, грубые старшего и мягкие, «воздушные» младшего соприкасаются, создавая контраст. Юноша берет инициативу на себя, с осторожностью приминая губы хена. Они сливаются в нежном поцелуе, что так согревал в зимнюю стужу. Чонгук больше не боится тьмы, а Намджун бесконечной бездны в сознании. Они больше не боятся ничего, ведь мир вокруг остановился. На данный момент для них не существует ничего, кроме друг друга. И вот крупные хлопья снега, что подсвечивались уличными фонарями, начали кружить танец над двумя возлюбленными. Первый снег, первая любовь, первый поцелуй. Новый порыв прохладного ветра в очередной раз взъерошивает волосы, пока Намджун наконец отрывается от чужих губ, тяжело выдыхая и пуская белесый пар. — Гуки, я люблю тебя, — он нежно улыбается, прижимаясь к чужому лбу и прикрывая глаза. — И я, — парень делает все то же самое, что и старший, — я тоже люблю тебя, хен. Маленькая снежинка приземляется на чужой шарф. — Смотри, хен, — Ким обнимает юношу, пока тот поднимает голову в небо, — снег пошёл. — Чон утыкается в чужую шею носом, грея теплым дыханием и продолжает, — такой красивый. — Но его красота не сравнится с твоей, — студент прижимается ближе, широко улыбаясь. — Ну, хватит уже смущать меня, — Чонгук возмущено топает ногой. — Пойдём домой, я замерз, — он отлипает первым, дуясь, и быстрым шагом идет в сторону. — Как ты говорил, — Намджун догоняет юношу, — с тобой хоть на край света…