Честные уста

– Боже мой, как же я устал... Чуя конкретно вымотался на работе. Кипы бумаг, грязные вызовы, так еще и "суженный да ряженный" пришел домой очевидно подшофе, с очень подозрительным запахом на рубашке. Чуя такими духами не пользовался, и слышал впервые. Очевидно, дорогие. Но легче от этого знания, конечно, не стало. Как самый настоящий сыщик, Накахара рассмотрел плащ Дазая и обнаружил множество... коротких волос. Блондинистых. Не Чуиных. – Какие-то проблемы? – бросает в спину Чуе Дазай, уходя на кухню за водой. – Дазай. – Ау, радость моя? – Дазай выпивает залпом два стакана, отодвигая подальше. – Произнеси мое имя, – Чуя настроен решительно. Он ведь, все-таки любит этого дурачка из детективного агентства. Бывшего напарника, да и просто своего возлюбленного. – Зачем? – Осаму с улыбкой подходит к Чуе вплотную, обхватывая одной рукой тонкую талию, а второй зарываясь в мягкие рыжие волосы. Чуя хочет отстраниться, но передумывает, самостоятельно поднимаясь на носочки и целуя в губы. Все-таки, усталость из-за работы и эмоциональная мастурбация мозгов на ней критически мыслить не дают. Руки Дазая сжимаются сильнее, и Чуя почти выдыхает весь воздух, тихонько постанывая от скользкого языка и холодных пальцев в волосах. Видимо, оба опьянены, и каждый своим личным алкоголем. Чуя все еще готов не верить Дазаю, пусть и окажутся они в постели. – Я буду аккуратным, – Дазая, видимо, каждый раз, как в первый, забавит ситуация с красным от возбуждения и желания Чуей. Потягиваясь за смазкой и защитой, Осаму оставляет на крепких плечах рыжика поцелуи, иногда прикусывает, оставляя свои следы. – Уж постарайся, – блеск. Сейчас они оба расслабятся, а потом Чуя выгонит эту псину со своими вещами из квартиры за измену. Так он думает. В комнате становится жарче, дыхание от ласк спирает, хочется чуть больше и чтобы никогда не заканчивалось это удовольствие. – Осаму, назови меня по имени... – длинные пальцы в проходе подгибаются, задевая простату. Несдержанный стон распаляет Дазая, у него самого болезненно стоит, но он терпит. – Дурачок, ты мне не доверяешь? – оскал видно даже в темноте, и у Чуи внутри все переворачивается от его вида. Говорить не получается, Дазай заменяет пальцы членом, дразня лишь головкой такого горячего Чую. Накахара подается назад, немо призывая к действиям, и Дазаю нравится эта постоянная решительность в его возлюбленном. Осаму двигается медленно, чтобы Чуе было комфортно и удобно, постепенно увеличивая темп. Чуя часто сжимается, знает, как это нравится Дазаю, и тот хрипло стонет, припадая к красным губам. Забываются оба, Чуя глотает вязкую слюну и раскрывает рот, периодически постанывая от глубоких толчков. Когда рука Дазая накрывает член Чуи, подползая ближе, входя глубже и чаще, вообще мозг отключается, и Накахара вновь сжимается, кончая себе на живот. Дазай, почти по привычке, кончает следом за ним. Пока Чуя приходит в сознание, Осаму быстро управляется с презервативом и одеялом, укрывая возлюбленного, чтобы тот не застудился. – Осаму, как меня зовут? – Чуя смотрит в самые глаза, ища там правду и откровение. – Неужели ты мне не доверяешь... – наигранно обижанно тянет Дазай, пока в плечо не прилетает усталый толчок кулаком. – Я тебя сейчас выгоню и забуду твое имя раз и навсегда, – Чуя выглядит решительно. – Тебя не зовут, ты же сам приходишь, – шутит. Достал. На глаза наворачиваются слезы от безысходности и осознания неверности возлюбленного. Чтобы Дазай не видел этой красоты, Чуя отворачивается, сглатывая тяжелый ком. – Эй, Чуя, ну ты чего плачешь? – Дазай мягко накрывает своей рукой в бинтах чужой бок. – Ты... Как ты меня назвал? – Мой будущий муж – Чуя Накахара. Люблю тебя, золотко. Белые волосы – это шерсть от собаки, которая на меня напала, пока я шел домой. А духами я побрызгался, чтобы от меня псиной не пахло. – Я тоже тебя люблю, Осаму Дазай.