Амнезия

Несмотря на то, что на улице было тепло, Чонгук был полностью укутан в пальто и шарф так, что его было не узнать. Первым делом он оглядел офис, присмотрелся к Минхо и осторожно принялся снимать с себя верхнюю одежду. Тэхён был неподвижен и лишь нервно сглатывал слюну. Это была их третья встреча, и она ощущалась волнительнее всего. Чонгук молчал, но внимательно осматривал его. Взгляд его плавал по всему телу Тэхёна, особенно зацикливаясь на спине и бёдрах. Потом тот обратил внимание на слегка вьющиеся волосы на голове парня и резко засмущался. — Тэхён, скажи, — залепетал он, прикусывая губу. — Ты случайно не любишь оливки? Минхо с Тэхёном переглянулись, и старший усмехнулся. — Ещё как любит. Мать родную продаст! — воскликнул он. — Ты преувеличиваешь, — обиженно прошипел Тэхён. — Всё не настолько запущено! Чонгук заметно побледнел, поэтому детектив предложил ему присесть за стол перед монитором, где уже была открыта какая-то папка. — У меня мало фотографий с того времени осталось, по большей части тут то, что фиксировала моя жена. Ей нравилась ваша дружба, как и всем остальным в целом. Хотя, я полагаю, только она видела в этом всего лишь приятельство. Мужчина кликнул мышкой по первому изображению, и у Чонгука тут же скукожилось всё внутри. Впервые он видел что-то в доказательство существования своего прошлого. Определённо на фотографии были они с Тэхёном, просто значительно помоложе. На фоне предположительно виднелась школа. В лице Чонгука читалось недовольство, красоваться в кадре он явно не планировал. Зато приятель его вовсю оголял свои зубы и лез в камеру, пытаясь привлечь к этому и его. Дрожащей рукой он принялся листать дальше. Здесь они уже сидели на трибунах футбольного поля и оба явно не подозревали о том, что кто-то исподтишка навострил на них свой объектив. Тэхён сонно склонил голову, а Чонгук то ли отталкивал его, то ли наоборот придерживал. Сложно было определить точно по его эмоциям. Потом ещё пару кадров были на бетонной плите, возле леса, супермаркета, на качелях и на чьём-то участке с белым псом. Они были близки. Вероятно даже, более чем. И Чонгук плакал, плакал от бессилия. Нет, Тэхён не казался ему больше чужим человеком, но никаких целостных отрывков в памяти не формировалось. Сейчас он не мог сказать точно, что чувствовал тогда, даже отдалённо ничего не возникало. Он должен вспомнить, определённо должен. Так почему же не выходит? Что именно мешает? Он не ощущал больше той пустоты, но пульсация, сопровождаемая болью, никуда не ушла. Попытки вспомнить всё ещё оказывались болезненней кинжалов, воткнутых в плоть. — Вспоминаешь что-нибудь? — осторожно спросил Минхо. — Ничего, — отрезал Чонгук и разрыдался ещё сильнее. — Я помню темноту, больничную палату, медсестёр и врачей. Всё остальное словно скрыто плотной вуалью. Мне начинает казаться, что я вижу очертания предметов под ней, но потом с горестью осознаю, что ошибся. — Почему же тогда пришёл? — Потому что Тэхён обещал, во что бы то ни стало, забрать меня из Чинхэ. Тут эмоциям поддался и сам Тэхён. Под синхронный плач Минхо решил всё же оставить их наедине. Тэхён рассказывал о многом. Плакал периодически, успокаивался, вспоминал что-то и лил слёзы снова. Чонгук слушал внимательно, перебивая речь лишь периодическими всхлипами. Старший рассказывал обо всём, воспоминания потоком вырывались из его сердца. Как все обзывали их «женатиками», как Тэхён заявился на «Мистера и Мисс», вытворяя там невесть что. Как они кружились в танце, рассекали пыльные облака на велосипедах. И как были глупы, не замечая собственных чувств. Он также не забыл упомянуть тот роковой поцелуй и как пытался сделать это ранее. Как подавлял мысли отношениями с девушками, влюблял в себя толпы, а сам был влюблён в лучшего друга. И наконец, рассказ пришёл к логическому завершению. Признание, обещание, исчезновение, алкоголь, телефон, сообщение и тело. Как ни странно, к концу Чонгук уже успокоился. Он сидел ровно, и лишь подергивание век выдавало его страх. Тэхён дотронулся до его плеча, младший мгновенно встрепенулся, схватил старшего за запястье и, притянув к себе, резко поцеловал и тут же отпрянул. — Прости, Тэхён, — слёзы снова скатывались по его щекам. — Я пытался, но, кажется, время ещё не пришло. Но я вспомню, я правда всё вспомню, даю слово! Старший придвинулся ближе и обнял его, на что Чонгук ответил взаимностью. Минхо определённо знал, какую больницу описывал им Чонгук. Ему неоднократно приходилось привозить сюда жену на обследования или консультации. Главная поликлиника Пусана, достаточно поразительно узнавать, что именно здесь был спрятан Чонгук тогда, когда на уши поднималась чуть ли не вся страна. Но сомнений не возникало, ведь именно здесь парень мог видеть огромный металлический глобус посреди площади. Детектив помнил эту девушку за стойкой регистрации. Она частенько строила ему глазки в его прошлые визиты, вот только самого Минхо она заинтересовать так и не смогла. Внешний анализ выдавал о ней нехороший отчёт. Впрочем, взгляд её выдавал то ли восторг, то ли смятение. Скорее всего, она уже сама не понимала, насколько сильно ждёт повторной встречи с этим холодным полицейским. — Сок, — Минхо прищурился, изображая внимательное изучение бейджика. — Шиён. Какое необычное сочетание, однако. Никогда раньше не замечал. Девушка несколько растерялась и уставилась в пол. — Вы сегодня без жены, — не глядя отметила она. — Вы правы, Шиён, но это совершенно не означает, что я зашёл к вам без повода. В глазах её сверкнул огонёк надежды, и она в предвкушении посмотрела на офицера. — 6 лет назад, юноша лет семнадцати. По документам мог значиться как Чон Чонгук или Ким Доён. Проверьте реестр, должна же быть хоть какая-то информация о давнишних пациентах вашей клиники. К тому же, слышал, что он проходил долгую реабилитацию с вашим доктором. Мне нужны данные от вас, прелестная Шиён. Взгляд её тут же потускнел, она молча развернулась к стационарному телефону и нажала на кнопку. — Из полиции пришли, — кратко сообщила она и повесила трубку. Через пару минут на горизонте показалась пожилая дама в медицинской маске. Единственным опознавательным знаком её должности было то, что каждый врач на её пути учтиво склонял голову и замедлял шаг. Она же только ускорялась. — Могу я взглянуть на ваше удостоверение, молодой человек? — сходу обратилась она к Минхо. Тот нехотя вынул ксиву из кармана и раскрыл её прямо перед лицом заведующей, на что она тут же сменилась в лице и заулыбалась во все 32 зуба. — Что заставило вас посетить нас, детектив Ли? — заёрничала она. — Вопрос личного характера? Минхо цокнул, замечая некоторый дискомфорт в лице Шиён, и согласился на последующее предложение женщины пройти к ней в кабинет, правда Тэхёну пришлось всё же остаться за его пределами. — И всё же вами движет явно не ответственность перед законом. Я права, господин Ли Минхо? — заведующая исподлобья глянула на мужчину. — Какая бы ни была причина, вы обязаны предоставить мне выписку из реестра по этому человеку, — отрезал детектив. — Не злитесь, мне нет нужды вытягивать из вас информацию клешнями, однако же вы вряд ли помогли бы мне с чем-то, сказав правду, ведь ни Ким Доён, ни Чон Чонгук 17-ти лет никогда не пользовался нашими услугами. Здесь определённо есть его тёзки, но все они противоречат вашим уточнениям по возрасту и периоду обращения. Если возникают сомнения, можете взглянуть на фотографии, — она прокрутила мышкой и ткнула в монитор. Схожих внешне с Чонгуком пациентов и правда не значилось в реестре, тогда Минхо решил пойти другим путём и достал из кармана потёртую фотографию. — А если так? Узнаёте этого юношу? Женщина поправила очки на переносице и приблизилась к экрану — За 6 лет в наших стенах побывали тысячи, а то и миллионы разных лиц. Нет даже малейшей вероятности в том, что я могла запомнить вашу потерю. К тому же, возрастные изменения подводят меня в таких вопросах. Минхо зашипел сквозь зубы, убрал снимок обратно, а вместо него протянул рукописную визитку со словами: «Наберите меня, если что-нибудь вспомните, буду вам благодарен». С этими словами он встал и гордо прошёл вон из кабинета, попутно подзывая Тэхёна. На пути по коридору офицер успел всучить карточку в комплекте со словесными наводками уборщице, а у ресепшена снова обратился к знакомой девушке. — Давно работаете здесь? — Ровно год. Как раз с тех пор, когда вы зачастили к нам, — с надменностью в голосе проговорила она. — Получается, бесполезно просить вашей помощи. Какая жалость, — Минхо накрыл её ладонь своей, но Шиён одёрнулась. — Возьмите мой номер, — он положил на стойку всё ту же визитку и, приблизившись к уху девушки, прошептал. — Полиция всегда щедро оплачивает помощь в расследовании. Сотрудница отпрянула, и рука её дрогнула, рефлекторно намереваясь влепить детективу пощёчину. Однако же она сдержалась, осознавая всю тяжесть наказания за насильственные действия в сторону полицейского. — Если хотите допросить наших докторов или обыскать помещения, господин, то возвращайтесь в форме и с ордером. В противном случае, ваши действия неправомерны, и я имею полное право направить заявление в прокуратуру. Не думаю, что вам это нужно, — голос её звучал уверенно и угрожающе. Минхо насупился и закатил глаза. С начальством проблем ему действительно более чем хватало. До сегодняшнего дня офицеру было невдомёк, что люди пошли юридически подкованные, каждый второй чуть что машет конституцией перед лицом. Пожалуй, безвыходную ситуацию в целом спасала лишь инициатива Чонгука. Если б только он не пришёл сам, они с Тэхеном застряли бы в тупике. К слову, поговорить о Ёнджэ и других важных темах у них так и не вышло, но Минхо не расстраивался. Это был их день: Чонгука и Тэхёна. Им нужно было сполна насладиться друг другом, стыдно даже сорвать такую идиллию. К тому же, на послезавтра у них уже была назначена вторая встреча, на которой правда должна была приоткрыться или вовсе распахнуться на всеобщее обозрение. Сейчас же детектив объективно понимал, что не знает даже той самой доли процента, даже тысячной части от единицы. Адреса, бизнесы, залайканные фотографии в соцсетях — всё это меркло на фоне главного вопроса: как Ёнджэ мог допустить такую оплошность, ежедневно рискуя тем, что в поезде Чонгук встретит старых знакомых, друзей, родственников или любых других людей, живущих в Чинхэ? Вряд ли он просто не знал этого, скорее не считал поводом для беспокойства. Помнится, в первый день поисков всплыла одна важная деталь: паспорт Чонгука лежал в кармане куртки. Той самой куртки, в которой юноша ушёл из дома. Получается, кто бы ни был первоначальным виновником исчезновения мальчишки, он знал его точное место жительства, а также имя и возраст. Почему же тогда всё так легко и очевидно, будто бы все разгадки так и норовят прыгнуть ему в руки? Всего одна встреча с пострадавшим, и Ёнджэ может заказывать надгробную плиту. По крайней мере, хотелось бы думать именно так, но что-то подсказывало детективу: восторгаться своей работой ещё рано. Некто водил их за нос в течение 6-ти лет. Неужели он так просто сдастся теперь? Помимо описания больницы, Минхо также получил от Чонгука название университета. Заведение представляло из себя частную организацию, походящую скорее на образовательный центр нежели на институт, однако же они тоже выдавали дипломы и частично имели доступ к государственному учебному реестру. Получается, Чонгук в любом случае должен был где-то числиться. На входе в здание грубоватый охранник преградил им путь и окинул обоих оценивающим взглядом. — Вход только по пропускам, — забасил секьюрити. — А у меня во все инстанции пропускной, — съязвил детектив и небрежно помахал своим удостоверением. — Даже так я не могу вас впустить, у меня не было распоряжения на пропуск для полиции, — чуть более смиренно, но всё ещё резко ответил мужчина. — Ваше право, пойдёте сообщником! — пригрозил Минхо и тут же заметил, как сменился в лице его собеседник. Он закопошился в карманах форменного жакета и вытащил из него небольшой мобильник, набрал номер и вложил его в руку офицеру. В трубке раздалось раздражённое «Алло». — Здравствуйте, вас беспокоит Ли Минхо, инспектор полиции из отдела Хуэндогу. Как я могу обращаться к вам? — заговорил детектив. — Квон Чихун, я временно исполняю обязанности проректора. К слову, Хуэндогу находится в другом конце Пусана, значит, вы пришли не просто с проверкой, — срезюмировал мужчина. — Вы правы, я пришел узнать про одного из ваших учеников. Можем ли мы поговорить один на один? В трубке долго перешёптывались, после чего Минхо предложили подняться на второй этаж и пройти налево по коридору, он послушно проследовал туда, попутно подмигивая охраннику и подталкивая вперёд Тэхёна. В приёмной секретарша европейской наружности предложила гостям присесть и поставила чайник. Чуть позже из кабинета вышел низкорослый человек с большой залысиной на макушке и позвал к себе детектива. Минхо прикрыл за собой дверь и, проигнорировав все стулья и кресла, прошёл прямиком за мужчиной к его столу, где навстречу ему продвинул по столу фотографию и испытывающее поднял взгляд. — Человека с этой фотографии зовут Ким Доён либо Чон Чонгук, и я хочу знать, числился ли он когда-либо в списках студентов вашего университета? Проректор застучал слегка отросшими ногтями по столу. — Определённо, нет, — отрезал он. — Даже не проверите реестр? — Почему бы вам не проверить самому? У полиции есть доступ к городским сведениям, — не уступал мужчина. — Намного проще сузить круг до внутренних списков. К тому же, я уверен в том, что он учился в стенах именно вашего заведения. Мужчина прохрустел пальцами и позвонил в колокольчик. В помещение тут же зашла секретарша, и он дал ей указание проверить архивы. Девушка кивнула и вернулась к стойке, однако уже через несколько минут сообщила о том, что этих имен в базе нет, на что проректор лишь пожал плечами и попросил Минхо пройти на выход. Детектив гневно топнул и глазами пронзил насквозь мужчину. Тот дёрнулся и засеменил к стеллажу, куда демонстративно уткнулся, продолжая игнорировать гостя. «Желаю вам поскорее получить ордер на арест всех подозрительных и подозреваемых и больше никогда не посетить наши стены, господин Ли» — прохрипел он и жестом попросил выйти. Минхо спиной прошёлся к выходу, не отводя взгляда от Квон Чихуна, и врезался в секретаршу. Девушка вскрикнула и отскочила, но не лишилась презрительного взора офицера. Выйдя из приёмной, мужчина собрался с силами и гулко хлопнул дверью. Шум эхом пронёсся по коридору. Минхо зашипел, брызжа слюной, вынул откуда-то из кармана канцелярскую кнопку и продырявил ей в двери отверстие, чтобы повесить впоследствии фотографию Чонгука. Так сказать, «на память». — Уж не думала, что вновь увижу его лицо. Вы отец этого юноши, господин? Минхо с Тэхёном разом обернулись. С распечаткой тут же поравнялась немолодая дама с высокой причёской и в толстенных линзах. Она внимательно вгляделась в изображение и по-доброму улыбнулась. В руках женщина держала увесистую на вид коробку, забитую всяким хламом, но через минуту всё же догадалась поставить её на пол и протянула руку детективу. — Вы воспитали прекрасного человека, господин. У меня не хватит слов, чтобы описать, какой вы молодец, — говорила она, сжимая чужую ладонь. Тэхён требовательно посмотрел на Минхо, но тот покачал головой и протяжно вздохнул. — Вы его знаете? — спросил он. — Доён был моим любимым студентом, трудно его забыть. Мне было больно прощаться с ним, до сих пор не понимаю, почему вы не дали мальчику доучиться. Из него вырос бы талантливый финансист, я лично видела в нём огромный потенциал. Впрочем, я не вправе вас осуждать, ведь здоровье гораздо важнее, — на глазах её накатились слёзы, но она сразу же вытерла их рукавом своей туники. — Как давно он учился здесь? — влез в разговор Тэхён. — К старости память стала подводить меня, поинтересуйтесь лучше у отца. Это было около четырёх лет назад, а через 2 года после начала обучения он отчислился. Как он сейчас себя чувствует, скажите? Надеюсь, головные боли не беспокоят его больше с такой интенсивностью. — Больше не беспокоят, — заверил Минхо и замялся на месте. — Что же вас привело сюда, господин? Неужто хотите возобновить его учёбу? — Честно говоря, — детектив начал потихоньку вживаться в роль отца. — Я упустил немалый промежуток его жизни и сейчас хочу его восполнить, однако планирую сделать это постепенно. Я собираюсь самостоятельно узнать, чем он жил всё это время, с кем дружил и что любил делать после занятий. Женщина засмеялась. — Я могу вечно рассказывать о его непревзойденном уме, но то, что нужно вам, пожалуй, знает только Ли Тэён. — Ли Тэён? — переспросил Минхо — Его лучший друг, ещё один студент нашего университета. Слышала, они поддерживают связь даже после ухода Доёна. — Как я могу с ним связаться? Преподавательница присела к коробке и достала оттуда потрёпанный мобильник. — Вот, перепишите себе, — она развернула экран. Минхо поблагодарил её и помог поднять с пола вещи. Женщина кивнула ему и учтиво пригласила посетить их заведение вновь, после чего, прихрамывая, направилась дальше по коридору. Офицер почесал голову и ещё раз посмотрел в экран своего телефона, чтобы убедиться в том, что точно записал номер. Теперь вся надежда была на пресловутого Тэёна. Очевидно, что парнишка мог замечать что-то странное в поведение друга и его бойфренда. Либо же сам Чонгук рассказывал ему нечто, о чём побоялся сказать Тэхёну или Минхо. В любом случае, они оба благодарили небеса за такой подарок. Пойманная в ладони синица уже оценивалась журавлём. Объем данных рос, и у Минхо защекотались в животе бабочки. Подумать только, дело, скрытое за 7-ю замками на протяжении 6-ти лет скоро будет разрешено им за неделю. Видел бы это его покойный папочка, горделивых возгласов было б не избежать. Они спускались по лестнице: Тэхен вприпрыжку, Минхо с гордо вздёрнутым подбородком и мягким шагом, а на улице первый вдохнул полную грудь прохладного воздуха и зарычал что есть мочи: «Держись, чёртов Ёнджэ!»