Когда твой соулмейт – Америка

Начнём с того, что Америка самый первый выбрал себе место в Ассамблее, и произошло это после её посещения вместе с ООН и ЮНИСЕФ. Организация предупредил, что виновники сего торжества должны рассесться за первыми столами, поэтому Штаты приметил себе самый крайний стул, позади уже зарезервированных. Третий ряд, прямо возле прохода, можно сказать, самая середина. Отсюда удобно выходить и можно не ютиться между другими странами и, если подумать, «гости» будут проходить по этой стороне, поэтому удастся рассмотреть их поближе. До начала мероприятия оставалось несколько часов. Американец успел ещё раз сходить в кафе, только в этот раз не один, а с Канадой, у которого, в принципе, не было выбора. Они перекусили, а после разместились в одном из многочисленных кабинетов, с табличкой «США» на двери. Там значительное время братья проводили профилактику совместных правоохранительных программ. Всё шло гладко, в работе пограничного контроля не было неувязок, однако канадца напрягало то, насколько часто Штаты проверяет время на своих часах – обычно он не боится опозданий. «Обычно он не боится опозданий» – именно с этой же мыслью Канада плёлся за американцем к Ассамблее, минуточку, аж на сорок минут раньше назначенного времени! Непонятно, куда тот так торопится! Хотя нет, понятно, но всё же! Ещё даже самолёт не прилетел! Всем своим видом пытаясь показать своё недовольство, страна кленового листа то и дело сверлил Америку взглядом. Даже ООН, подошедший через четверть часа к трибуне, чтобы уложить и подредактировать на ней заранее написанную речь, спросил, какого черта они там делают. Штаты в нетерпении отложил телефон, начиная бегать глазами по огромному залу. Большинство задних мест уже были заполнены европейскими странами и странами западной Азии. На соседнем ряду, параллельно американцу, сидели Китай, Япония и Северная Корея. Голос Южного был слышен где-то позади. Не важно, это его дело. Великобритания нашёлся с левой стороны, рядом пристроились Франция и Мексика. Один стул в левую сторону от Канады всё ещё был свободен. С каждой секундой Америку всё сильнее одолевало какое-то странное тревожное чувство. Так волнительно видеть перед собой пустой стол, который буквально через несколько минут займут новые республики, одна из которых будет особенной. В прямом смысле этого слова. Близилось назначенное время – в Ассамблее стоял неразборчивый шум, а у ступеней трибуны невозмутимо стоял ЮНЕСКО, рассматривая всех своих знакомых, то есть, вообще всех. За последние дни он жутко устал, поэтому выглядел, мягко говоря, не совсем бодро. ЮНИСЕФ прибежала забирать его к остальным фондам и организациям на самый дальний ряд, подумав, что тот просто не может найти, где они сидят. Америка настолько углубился в свои мысли, что сначала не заметил протянутую к нему руку. Египет был одним из последних, кого не доставало. — Опаздываешь, — улыбаясь говорит Канада, тоже здороваясь с ним, когда американец, наконец, совершает рукопожатие. Штаты выдержал паузу, пропуская Египет на свободный стул рядом с братом, а потом внезапно повеселел. — Бедняжка… Наверное, заплутал в собственной пирамиде? Вопрос считался риторическим, ни капли не серьёзным, но египтянин не понял иронии, поэтому критично посмотрел на собеседника и помотал головой. — Сколько раз повторять: я не живу в пирамиде! Канадец прикрыл рот рукой, понимая, что сейчас будет. — Пирамиды – не дома, — доказательным тоном начал Египет, порядком устав от подобных подколов, которые принимает сначала за обычную непросвещённость. — И никогда ими не были. — Ох, ты серьёзно сейчас? — Америка вложил все свои силы в то, чтобы правдоподобно изобразить удивление. — Странно, очень странно… Тогда?... Казалось, страны, сидевшие позади, интригующе замолчали. Штаты показательно задумался, приложив кулак к подбородку. Канада продолжал скрывать улыбку. — О, да! — американец резко щёлкнул пальцами, — точно, прости! Что насчёт Сфинкса? — Господи, да не обращай на него внимания, — потеряв терпение раньше египтянина, ворчит Турция, сидящая прямо за ними. Ещё ей не хватало слушать о назначении достопримечательностей. Снова. И почему она всегда оказывается рядом, стоит Штатам найти себе объект для нервотрёпки? — Он уже давно всё обо всём знает, пойми уже, и не ведись на его провокации! — девушка скрестила руки и злобно посмотрела на Америку, повернувшегося к ней. Без слов было понятно, что если он продолжит, то получит хорошенький подзатыльник. Штаты не успел придумать какой-либо остроумный ответ, ибо заметил, как открывается дверь Ассамблеи. Всё, теперь ему не интересно ничего, кроме новоприбывших. Пятнадцать звучит как-то меньше, чем есть на самом деле – Америка сначала растерялся, наблюдая, как постсоветские страны идут по проходу следом за ООН. Девушки шли позади, неловко пряча или отводя взгляд, мальчики же держались увереннее. За то время, пока они шли к своим местам, Штатам удалось мельком осмотреть каждого, но этого оказалось недостаточно. Шесть парней заняли первый стол, трое из девушек прошли на ряд, что был левее, ряд по правую сторону тоже заполнился. — Их реально пятнадцать, — изумлённо шепчет Америка, прищуриваясь, продолжая наблюдать за новенькими, только уже с не очень удобного ракурса. Его внимание с самого начала зацепил государство с белыми вьющимися волосами, что, как назло, сел с противоположной стороны – впереди Великобритании. Следует признать, он держался чересчур хорошо в непривычной для себя обстановке. Рядом парень был выше, не менее серьёзнее, но некоторые жесты выдавали его волнение. Обратив на это внимание, американец вновь вернулся к первому. Ничего. Он даже не разговаривает, сидит и внимательно слушает речь ООНа. Никаких лишних движений, кроме как повороты головы в сторону своих сестёр – три девушки с левого ряда начали перешёптываться, наклоняясь друг к другу, но тот жестом попросил их не нарушать тишину. — Посмотри, — Америка пихает канадца локтем и кивает в сторону России, а в ответ получает тихое «ага». Как оказалось, они оба наблюдали за ним. У парня, сидящего перед Египтом, были похожие кудрявые волосы, только чёрного цвета. Он выглядел живее – постоянно оглядывался, пытался отвлечься, играясь с ручкой, что лежала на столе, делал некие дыхательные упражнения, а потом, кажется, объяснил их другому. Забавно, тот прислушался и попытался повторить, пускай сначала делал вид, что ему вовсе не интересно. Канада беззвучно усмехнулся, наблюдая за этой картиной. Вскоре просто наблюдать стало скучно, ведь возможности поговорить с новыми странами не было, но был большой соблазн коснуться открытой шеи того, до кого Америка мог дотянуться. Его останавливал только стол, через который наклоняться неудобно, ну и ещё то, что таким образом он выставит себя идиотом. Настал момент, когда ООН освободил трибуну – это означало, что сейчас постсоветские страны начнут рассказывать о себе. Наверное, самое интересное за всё мероприятие. Тогда первым, без всяких подгонок, вышел тот самый беловолосый парень, и почему-то Штаты был уверен, что он где-то да облажается. Возможно, считал, что его уверенность пропадёт, стоит начать выступать перед большим количеством людей. Но этого не произошло, что ввело американца в заблуждение. Это была если не лучшая, то одна из лучших и проработанных речей из всех, что прозвучали в Ассамблее. — Похож на Союза, — спокойным удивлением шепчет Канада, сначала смотря на спускающегося в зал Россию, а потом на своего брата. — То же хладнокровие… Но чего удивляться, это всё же его правопреемник. Представь только, в какой строгости они воспитывались. Америка мысленно согласился. И правда впечатляет, но нужно послушать и остальных. Уже не так хорошо, но американцу запомнились и другие выступления, например, Эстонии. Парень разговаривал открыто, неловко улыбался, где-то забывал слова, поэтому перепрыгивал с одного предложения на другое, не стеснялся ошибаться и исправлять себя. Беларусь, к слову, тоже. Её выступление словно разрядило атмосферу. Она нервничала, несколько раз запиналась, но извинялась за это и продолжала дальше. Мягкий приятный голос и женское обаяние сделали своё дело. Девушка также подбадривала всех, кто выходил и возвращался с трибуны, и это не смотря на то, что в самом начале она не выглядела такой активной. Выступление Украины точно было самым коротким – парень отчеканил свои слова резко, быстро и понятно, не добавляя всякой отсебятины. Получив за это замечание от Армении, тот отреагировал достаточно бурно и не совсем положительно. Каждая девушка была по-своему очаровательна, но Америка не исключал того факта, что соулмейтом может оказаться кто-то из парней. В любом случае, под завершающую речь ООНа, страна уже строил планы на то, как будет проверять свою догадку.