Обнимая тебя, я забываю обо всём

И вот за поворотом, в который не вписался Антон, виднелся долгожданный дом. Теперь здание казалось, не просто старой избушкой, которая вот-вот развалится, а целой крепостью! Ноги проваливались в недавно выпавший снег. Лишь бы добежать, успеть закрыть массивную дверь на все замки, зашторить все занавески и затем спрятаться в своей комнате под теплым одеялом. Парень быстро открывает дверь и пулей вбегает в узкий коридор. Дрожащими руками, он потянулся к холодному замку. Дверь резко задергалась, еще один удар и ее просто выбьют. Замерзшие пальцы никак не хотели слушаться, а тем временем в дверь уже не бились, ее скребли огромными когтями. И вот наконец парень защелкнул, непослушный замок. Тяжелый выдох, наполнил пустую комнату. — Антоша, — сладко позвала мама, откуда-то с кухни: Ты дома? — Да мам, — Антон перевел дыхание. — А почему тогда так поздно? — Мама вышла из кухни и облокотилась на стенку. Она подняла бровь и склонила голову, в ожидание ответа. — В школе задержали, — Антон посмотрел куда-то вниз. — Понятно, — женщина осмотрела сына: Ну что пошли, я суп приготовила… — Суп? Странно, мама никогда не делала супы. Она всегда твердила, что у нее они просто не получаются. Именно поэтому на обед, как правило, была: гречневая каша, рис и тому подобное. — Да, — она как-то немного шокировано взглянула на сына: Что-то не так? — Нет, все хорошо, — парень вошёл на кухню. В ней царила ужасная атмосфера. Было холодно, из-за чего конечности сводило. Но несмотря на это в помещение было жутко душно. — На, — она немного небрежно поставила тарелку с борщом: Как второй день в школе? Женщина села напротив парня, скучающе положила голову на руку и взглянула на ложку, что держал Антон. — Да все в порядке, — Антон посмотрел на красный суп, который вызывал у него лишь отвращение. После он взглянул на мать, которая пристально наблюдала за каждым движением сына. Почему-то на мгновение Антону показалась, что глаза мамы смотрят в разные стороны, а улыбка перекосилась. — Не вкусно что ли? — обиженно протянула та. Антон мотнул головой и быстро запихнул в рот ложку. На вкус суп был, вполне обычным. Борщ, как борщ. А вот запах — он был ужасен. Хотелось вырвать себе глаза. Едкий и с какой-то гнилью.  — Ну как? — Очень вкусно! — Антон демонстративно запихнул вторую ложку. — Я очень рада… — женщина медленно встала, и также медленно подошла к сыну. — Я очень рада, что тебе понравился этот жирдяй, — сладко протянула она и схватила парня за плечи. — Что?! — блондин поперхнулся. Теперь Антон взглянул на суп совершенно по-другому. Кусочки мяса, оказались — глазницами и ушами. Овощи — хрящи. И все эти ингредиенты плавали в ярко-красной крови. — Он так вопил, — женщина рассмеялась хриплым и немного тихим смехом. Вдруг она резко вжалась в плечи парня и замолкла. — Ты же доешь супчик? — прошептала та, склонившись над ухом парня. Антон вновь взглянул на еду, что ему предлагают. Он мотнул головой. — Ах! — с наигранной грустью сказала та. — И что же мне делать? Она отпустила руки и вновь села напротив Антона. Ее лицо изменилось, глаза смотрели в разные стороны, рот с огромными зубами был до ушей. Волосы спутались, кожа обвисла. С языка твари, что раньше была матерью, падала вязкая слюна. От чудовища пахло гнилым мясом и чем-то еще отвратным. Антон резко встал и побежал быстрее в свою комнату, также быстро обернувшись он увидел, как оно гналось за парнем, переворачивая все на своем пути. — Куда ты побежал! — рыкнула тварь, и протянуло свою костлявую руку с обвисшей кожей. — Ты не хочешь доесть суп? Казалось еще чуть чуть и оно схватит за белые локоны парня и утащит, туда, где его никто не найдет. Антон забежал в свою комнату и закрыл дверь, в которую отчаянно бились. Ручка дергалась с бешенной скоростью. Антон облокотился на дверь как можно сильней. Он мог бы поставить комод, который стоял напротив, но если бы он отошел существо бы смогло зайти в комнату, а после сожрать парня. Безвыходная ситуация. Глаза наполнились слезами, почему это происходит именно с ним? — Антоша, — хриплый голос, не много откашлялся: Открой маме дверь… Антон попытался открыть рот и сказать, что-нибудь, но язык не хотел слушаться. В дверь резко ударили. Потом еще раз и еще… — Открой мне дверь! Я сожру всех! Антон закусил губу, и сильнее вжался в дверь. Тело передергивало, а конечности похолодели, будто кровь в них испарилась. По подбородку потекла маленькая струйка крови, видимо парень уж слишком сильно вцепился в губу. Ногти впились в ладошки, оставляя след. По щеке пробежала слеза, после падая на ковер, она разбивалась в тысячи осколков. Разбивалась так, как все надежды Антона, на лучший исход событий. — Если ты не откроешь, я заберу Олю! Я заберу Рому, я заберу всех! Всех в лес! Голос существо то понижался, то повышался. Оно издавало сиплое дыхание. Было страшно даже вдохнуть кислород, которого сейчас как раз таки и не хватало. — У.уйди, — голос парня дрожал, он еще сильнее впился в дверь, будто она ему как-то поможет: Живое — к живому, мертвое — к мертвому… Антон зажмурил глаза, да так, что в темноте начали вырисовываться красные круги. Он все повторял и повторял бабушкину пословицу, пока существо не затихло. Но после оно рассмеялось грубым и хриплым смехом. — Пусть мертвые хоронят своих мертвецов… Оно еще раз рассмеялось, на этот раз, Антону показалось, что тварь смеялась над ним, зло смеялась. Как тогда та девочка Катя, когда Антон упал на лестнице. Она тоже зло хохотала и показывала пальцем на парнишку. После послышались шуршание и тяжелый топот. Это означало только одно — тварь ушла. Антон выдохнул и спустился по дверь, присаживаясь на корточки. Может ему стоит принимать эти чертовы таблетки? Антон закрыл руками лицо и заскулил. Может надо было слушаться маму? И сейчас бы он нормально жил. Почему эти звери преследуют его? Зачем пугают сестру? Зачем крадут детей? На все эти вопрос, Антон не смог бы дать ответ. Поэтому облокотившись на колени и уткнувшись, парень закрыл свою заплаканные глаза. Долго ждать не пришлось, прошло лишь пять минут, как парень уже сопел. Наслаждаясь сном, он и не мог себе представить, что же сейчас вытворяют с пропавшими детьми. Будет ли Антон на их месте? А может вовсе и не Антон…

***

— Антон? — Рома схватил парня за руку, — Антон! — Да? — блондин обернулся к другу и улыбнулся. — А вот и лето! Мы дождались! Рома по-настоящему рассмеялся, от чего на лице Тоши расцвела улыбка. Парень угукнул и посмотрел куда-то вдаль. Вдаль где находился ярко зеленый лес, в котором было теперь так хорошо. Там щебетали птички, там журчал ручеек, там пахло травой и полевыми цветами. Солнце было где-то высоко, оно грело своими теплыми лучами. Теперь, темноты можно было не бояться. Рома сел на бревно и небольно ткнул парня в бок. — Хватит любоваться, садись, — он поднял глаза на блондина и вновь улыбнулся. — Да, да сажусь, — парень аккуратно сел на бревнышко, все также рассматривая лес. Было слышно дыхание Ромки, было слышно как высокие сосны покачивались из-за прохладного ветерка. Было так хорошо… Антон положил свою голову на плечо Ромы, они так многое пережили, и не хотелось его отпускать. Больше — никогда. Ромка усмехнулся, но все же протянул свою руку и приобнял блондина. — Смотри бабочка! — Антон указал пальцем на голубую бабочку, которая порхала над маленькими желтыми цветочками. Рома почему-то не стал смотреть на бабочку. Он смотрел прямо на Антона, на его светлую макушку. Его зрачки расширились, будто он принял какой-то наркотик. Осторожно он подвинулся к белым локоном, а после склонившись уткнулся в волосы, вдыхая их аромат. — Ты пахнешь клубникой, — сказал Рома, обжигая ухо парня. — Да? — глаза Ромы засияли и он повернулся. Легкий румянец, только украшал блондина. — Да, — Рома притянул к себе лицо Антона. Рассматривая парня своими карими глазами, Рома остановился на губах. Они так и манили, будто магнит. Медленно, боясь спугнуть, Рома приблизился. Антон затаил дыхание, но не отвел глаза. Он почувствовал, как его губы накрыли вовсе не чужие, а столь желанные губы.

***

— Вставай! — громкий голос матери прозвучал над ухом. Антон схватился за пульсирующие виски. Голова жутко болела. — Ты почему на полу спал? — мама встала в своей первичной позе. — Я, .э. — Антон попытался придумать отмазку. Женщина лишь цокнула язык и громко вдохнула: На кухне каша. Парень грустно посмотрел в сторону кухни. Опять этот бой с противной манной кашей…

***

Дети столпились в коридоре и что-то яростно обсуждали. Антон шел параллельно этой всей толпе, нужно было посмотреть расписание. Подойдя ближе к информационной доске, Антон поднял глаза выше. Знакомый портрет, заставил парня ужаснуться. Известие о том, что пропал Семён, теперь висело рядом с бумагой про Вову. Антон пошатнулся, показалось, что глаза Семёна сузились, а сам он начал зло улыбаться. Парень отступил назад. Голоса детей давили на разум и раздавались там эхом. — Это ты виноват! — из неоткуда появился противныё голос Семёна. Антон вновь сделал шаг, задевая какую-то девочку. Он всё также смотрел на искажающиеся портрет Семёна. — Ты бросил меня! — голос Семёна казалось приближался, поэтому Антон обернулся. Столкнувшись с высоким парнем, Антон поднял глаза выше. Лицо того парня выражало злость, он открыл рот из которого полилась густая и черная кровь. — Трус! — громко крикнул тот старшеклассник, показывая на Антона пальцем. Все сразу начали противно гоготать, все также показывая на парня своими пальцами. Антон развернулся на 180, попутно осматривая каждого из присутствующих. Вдруг он зацепился за чью-то ногу, от чего больно упал на паркет копчиком. — Ей Петров! — звонкий голос Кати, вернул в реальность. — Совсем с катушек съехал? Антон поднял голову, все смотрели с удивлением прямо на него. Он сидел в кругу толпы и что-то невнятно бормотал. — Ха-ха-ха — наигранно засмеялась девчонка, указывая на блондина: А Петров сошел с ума! Кто-то подхватил ее и начал также дразнить непонимающего Антона. Вскоре толпа рассмеялась, неприятно гогоча. — Ей вы, — вдруг донесся откуда-то сверху знакомый голос: Идите-ка вы все, знаете куда? Антон поднял голову и немного приоткрыл рот. Сзади него стоял, никто иной, как Ромка. Его руки были в карманах. Он презрительно осматривал каждого. Задержав взгляд на Кате, он резко шагнул, от чего та вскрикнула и попыталась убежать. Но ее быстро схватили за руку и развернули. — Ты не тот человек, который может это говорить, — Ромка зло ухмыльнулся и отпустил Катину руку. Девочка взглянула куда-то в толпу, видно ища подружек. После зло взглянув на Антона, своими блестящими от слез глазами, скрылась в толпе. Ромка сел на корточки напротив Антона. — Ей, — он положил руку на плечо друга: Антоха, что произошло? Антон поднял немного потупивший взгляд. — Все хорошо, — смог из себя выдавить Антон, а после повернул голову и вновь взглянул на лист, где был изображен Семён. — Что вы тут стоите? — Рома резко встал и кинул в толпу злой взгляд. Потихоньку дети рассосались, теперь каждый занимался чем-то своим в коридоре. Кто-то готовился к предстоящим урокам, кто-то обсуждал свежие новости и слухи, а кто-то просто сидел и читал книги или же журналы. — Тох, — Рома протянул руку: Вставай… Антон схватился за теплую ладонь товарища и немного резко встал. — Пошли, — Брюнет подхватил того за локоть и повел на лестничную площадку. — А как же литература? — Да кому она нужна? — Рома усмехнулся: Вон ты сам похож на этого… Рома замялся — Ну кудрявый такой, — он махнул рукой. — Пушкин? — Да, — Ромка улыбнулся. — Наверное… Антон улыбнулся и зашагал быстрее. Сейчас ему было по-настоящему хорошо.